Замѣтка: Древніе обычаи перваго вхожденія архіерея во градъ.

Настолование киевского митрополита Илариона. Миниатюра из Радзивиловской летописи, XV в.

Обычаи эти слѣдующіе[1]: а) посажденіе вступающаго въ отправленіеніи святительскихъ обязанностей архіерея на престолъ, т. е. на особо устрояемую для этой цѣли каѳедру, и благословеніе находящихся въ храмѣ людей, б) шествіе архіерея на ослѣ, конѣ или въ саняхъ (каретѣ) кругомъ города, въ знакъ благословенія его, и чтеніе молитвы у городскихъ воротъ[2]. Обычаи эти совершались у грековъ и перешли отъ нихъ и въ русскую церковь. Обычай посажленія епископскаго на престолѣ совершался у грековъ по описанію Симеона Солунскаго слѣдующимъ образомъ: по приготовленіи престола, и обычнаго украшенія, по прочтеніи молитвы и трисвятаго, въ присутствіи всѣхъ слугъ епископскихъ со свѣщами и при собравшемся народѣ, рукоположенный архіерей посаждяется первымъ или вторымъ изъ священниковъ трижды на престолъ, подобно какъ и патріарха священники посаждаютъ на сопрестоліе и восклицаютъ ἄξιος (достоинъ) вновь рукоположенному. Потомъ, между тѣмъ, какъ онъ сидитъ, многолѣтствуютъ благочестивымъ царямъ, и самому рукоположенному, и затѣмъ дѣлаютъ отпустъ. Народъ же, равно какъ и священники, приступая, цѣлуютъ руку рукоположеннаго и получаютъ благословеніе, притекая съ вѣрою (Разговоръ о св. священнод. и таинст., гл. 184). Затѣмъ вновь рукоположенный, преподавъ благословеніе людямъ, бывшимъ въ храмѣ, возсѣдаетъ (послѣ литургіи) на коня и объѣзжаетъ городъ для благословенія его и чтенія молитвы о немъ (гл. 185).

Такое же посажденіе архіерея на престолъ совершалось въ Россіи съ давнихъ временъ. Оно называлось у насъ «настолованіемъ»[3]. Сохранилось сказаніе въ прологѣ, что настолованіе установилъ на Руси Ярославъ Мудрый. Здѣсь сказано: «Ярославъ святи церковь св. Георгія Ларіоновъ митрополитомъ мѣсяца ноября въ 26 день и сотвори въ ней настолованіе новоставимымь епископомъ». – Впрочемъ русскій обычай настолованія нѣсколько разнился отъ греческаго, а именно: въ греческой церкви для посажденія архіерея на престолъ назначался особыя день, а у насъ настолованіе совершалось въ самый день посвященія святителя; во 2-хъ у грековъ оно совершалось на литургіи вслѣдъ за прочтеніемъ Апостола и Евангелія, а у насъ послѣ литургіи, и наконецъ, у грековъ новопосажденному пѣли возгласъ «аксіосъ», а у насъ: – «ис полла эти деспота». Въ общемъ настоловавіе епископа по указанію чина XVII в. (въ Акт. Истор. IV, стр. 11-12) совершалось слѣдующимъ образомъ:

По совершеніи божественной службы (на которой рукоположенъ епископъ), патріархъ и всѣ власти снимали съ себя священныя ризы, новопоставленный же ожидалъ въ ризахъ; ключари же поставляли мѣсто у лѣваго клироса, покрытое ковромъ, и протопопъ и протодіаконъ приводили новопоставленнаго на то мѣсто и посаждали его. Потомъ поднимали его подъ руки и опять сажали, и это дѣлали трижды, произнося: «исиола эти деспота» трижды, затѣмъ пѣвчіе пѣли новопоставленному многолѣтіе. Протопопъ же и протодіаконъ снимали съ него священныя одежды и возлагали на него икону, мантію со источниками и клобукъ подавали ему четки и ширинку; наконецъ, протопопъ и протодіаконъ приводили его къ патріарху. Патріархъ, прочитавъ надъ главою его поученіе, давалъ ему посохъ. Предъ подаваніемъ жезла, патріархъ говорилъ краткую рѣчь, въ которой указывалъ на жезлъ, какъ на знакъ пастырства и на настолованіе, какъ на сѣдалище старѣйшинства.

Особенностями настолованія при поставленіи митрополита было то, что его посаждали на престолъ не протопопы и попы, а архіепископы и епископы; а патріарха посаждали не епископы, а митрополиты; при чемъ жезлъ вручался митрополиту и патріарху самимъ царемъ, который говорилъ при этомъ рѣчь новопосажденному, равно какъ и этотъ послѣдній говорилъ рѣчь царю. Обычай настолованія епископовъ и митрополитовъ уничтоженъ во второй половинѣ XVII в., а патріарховъ со времени учрежденія Св. Сѵнода. Вь Новгородѣ до временъ паденія его соблюдался особый обычай, аналогичный настолованію, но совержавшійся еще прежде хиротоніи, обычай непосредственно послѣ акта избранія Святителя жребіемъ «возводить его на сѣни[4] въ домъ Святой Софіи» въ ознаменованіе того, что съ этихъ поръ избранный вступаетъ во всѣ права и полномочія административной власти, хотя онъ еще и не получилъ посвященія или хиротоніи въ святительскій санъ. Объ обычаѣ этомъ въ лѣтописяхъ упоминается всякій разъ, когда въ нихъ описывается избраніе того или иного Владыки Новгородскаго.

Самое избраніе Владыкъ происходило слѣдующимъ образомъ: «Много гадавъ посадникъ и тысяцкой и весь Новгородъ, и игумены и попове (въ другомъ мѣстѣ: сдумавъ Новгородцы на Ярославли дворѣ) не изволиша себѣ отъ человѣкъ избранія, но изволиша отъ Бога пріяти извѣщеніе и уповати на милость Его, и избраша три мужи: Іоанна игумена..., игумена Парѳенія, Аѳанасія игумена, и положиша три жребіи на престолѣ въ Святѣй Софіи, утвердивше тако: его же восхощетъ Богъ и Святая Софѣя своему престолу служебника, того жребій оставитъ на престолѣ своемъ. И абіе начаша іереи соборомъ обѣдню пѣти, а Новгородцы сташв вѣчемъ у Святѣй Софѣи. И по скончаніи святыя службы вынесе протопопъ Измайло жеребей. Аѳанасіевъ, потомъ Парѳеніемъ, и избра Богъ и Святая Софѣя и престолъ Божій мужа добра, тиха и смиренна Іоанна, игумена св. Спаса и остави жребій его на престолѣ своемъ. И возведоша и на сѣни честно весь Новгородъ». Въ другомъ мѣстѣ: «Посадникъ Андрей Инановичъ и тысяцской Александръ Игнатьевичъ съ Новгорода возведоша Сампсона, честно въ домъ Святѣй Софіи на сѣни». Также и еще подъ 6929 г.: «Посадникъ Тимоѳей Васильевичъ и тысяцской – Кузьма Терентьевичъ съ Новгородци возведоша игумена Ѳеодосія честно въ домъ Святѣй Софѣи на сѣни» (Новг. лѣт. подъ 6896 г., Ср. тамъ же подъ 6923 г. и 6929)[5].

Обхожденіе архіереемъ города совершалось въ тѣхъ цѣляхъ, чтобы онъ благословилъ и помолился о немъ, а также этимъ выражался высшій почетъ архіерею, какъ избраннику Божію. Мы опишемъ этотъ обрядъ кякь онъ совершался лпшь въ Новгородѣ.

Митрополитъ Новгородскій Іоакимъ, при вступленіи своемь въ Новгородъ въ 1673 году, совершилъ торжественное шествіе по городу въ саняхъ, и предъ воротами его – восточными, западными, сѣверными и южными произносилъ молитвы на особо устроенномъ мѣстѣ, которое за нимъ туть же возили. Это совершилось такъ: выйдя изъ саней у соборной церкви Знаменія Пресвятый Богородицы, на Ильинской улицѣ, онъ вошелъ въ церковь, прикладывался къ чудотворному образу Знаменія Пресвятыя Богородицы и къ другимъ образамъ, и потомъ облачился въ свои архіерейскія одежды на мѣстѣ, среди церкви; къ тому времени пришли изъ соборной церкви Премудрости Божіи, съ крестами и съ чудотворными иконами, архимандриты и игумены, и протопопы и весь освященный соборъ... Митрополитъ, выйдя изъ церкви Знаменія Пресвятыя Богородицы, кадилъ и цѣловалъ честные кресты и чудотворныя иконы, и, по цѣлованіи, велѣлъ себѣ поставить мѣсто, къ западу лицомъ. Ставъ на приготовленное мѣсто, онъ прочелъ поученіе о поставленіи своемъ и, преподавъ міръ и благословеніе всему народу, пошелъ съ крестами въ соборную церковь Премудрости Божіи при пѣніи молебнаго канона Преснятой Богородицѣ «Воду прошедъ». По приходѣ въ церковь, митрополитъ служилъ божественную литургію и воду святилъ. Потомъ, разоблачась, вышелъ изъ церкви у западныхъ Корсунскихъ дверей, сѣлъ въ сани и поѣхалъ съ благословляющимъ крестомъ. Предъ митрополитомъ шли пѣвчіе дьяки и подъячки, и пѣли стихи: софійскіе ключари несли крестъ и со святою водою блюдо, соборные пономари и звонцы везли на саняхъ мѣсто, на которомъ митрополитъ молитву говорилъ. За митрополитомъ ѣхали бояринъ и воевода Петръ Васильевичъ Шереметевъ; дьякъ Ермола Воробьевъ и головы стрѣлецкіе, и около митрополита, для обереганья, шло двѣсти человѣкъ стрѣльцовъ съ оружьемъ. Пріѣхавъ къ Пречистенскимъ порогамъ, на востокъ, на Волховской мостъ, митрополитъ передъ Богородичнымъ образомъ вышелъ на мѣсто, молитву говорилъ, во услышаніе всѣмъ. И послѣ молитвы осѣнялъ крестомъ на всѣ четыре стороны и кропилъ святою водою, затѣмъ сѣлъ въ сани и поѣхалъ около Каменнаго города, на сѣверъ, по Кривому мосту, къ Розважскимъ воротамъ: далѣе, къ Воскресенскимъ воротамъ, на полунощную страну, оттуда къ Преображенскимъ воротамь, на полуденную страну; отсюда вь Новинскія водяныя ворота на берегъ, къ востоку; и у каждыхъ воротъ дѣйствовалъ одинаково. Затѣмъ, пріѣхавъ вь домъ Премудрости Божіи, у западныхъ Корсунскихъ дверей вышель изъ саней и пошелъ въ крестовую палату. Предъ нимъ шли пѣвчіе дьяки и подъяки, и пѣли стихи Успенію Богородицы, Никитѣ епископу, Іоанну архіепископу» (Акты Истор. Т. IV, № 231, стр. 501).

Молитва, читаемая архіереемъ при обхожденіи вокругъ города, помѣшена въ Синодикѣ XVI в., хранившемся въ Новгородской Софійской библіотекѣ и теперь принадлежащемъ Спб. Дух. Академіи. Молитва эта слѣдующая:

«Владыко Господи Іисусе Христе Боже нашъ, иже всея видимыя и мысленные твари содѣтель, иже отъ земли взятаго человѣка душею, мысленою и образомъ божественнымъ и почетши, яко да надъ иже отъ тебе бываемая зданіи царствуетъ, и устроить миръ въ препотобьствѣ, и въ правдѣ, завистію діаволею и женьскою прелестію низпадшю ему. искрушену бывшу, крестомь и честною си кровію паки обновилъ еси его, и на перьвое представиль еси его достояніе, святитель ужаснаго и пренебеснаго сего священнодѣйства первый бывъ. И образы и правила паственаго ремества и душамъ предстательства намъ подалъ еси, еже положити душею о словесныхъ овцахъ. Иже и недостойнаго мене, словесы неизреченными смотрѣнія, на сей великий святительства призвавы, санъ, спричастника и содѣтеля новаго таиньства и словеснымъ си овцамъ, пастыря и надзирателя поставилъ еси, самъ все благыи Владыко и яже въ градъ твой сей великій Новьградъ входы наша благослови, миръ утверженъ и не навѣтень и не разньственъ жительству твоему сему даруй, дерзость и буйство невидимыхъ и видимыхъ врагъ не прѣборною своею силою раздруши, въздухы благорастворены и спасительны намъ устрой, дождя лѣтныя къ плодовосію земли даруй, силу ей подавая плодородную на препитаніе человѣчьскымъ тѣлесемъ, и скотомъ и всяческимъ безсловеснымъ; составленіе же и умноженіе украшенаго и стараго възраста съблюдь силою своею, образъ благь и указъ людемъ своимъ, благаго пребыванія имъ даруя; иже по возрасту младостію цвѣтящихъ, мужіе же и жены и къ добродѣтели угодныя и въстанлины ихъ створи и покажи, младенци же злобою оубо и нынѣ и потомъ младеньствовати, душевнымъ и тѣлеснымъ преспѣаніемъ, всегда подавати и предходити сподоби, больныя посѣти силою своею, души и тѣлу здравіе имъ даруй, нищія и немощныя богатствомъ благости твоея напитай, иже въ плѣненіи, и въ стрясѣ и въ темницѣ страждущимъ, свободитель и спаситель явися, и въ мори плавающихъ окорми на пристанища тихая, властелехъ же и владаемыхъ, церковнаго причта, и воиньскаго чина, и всѣхъ вкупѣ иже въ градѣ семъ нашемъ въ Богохранимомъ въ великомъ Новѣградѣ; пачеже въ твоемъ живущихъ милостію и щедротами твоими посѣти, любви и съединенію съ узомъ, другъ къ другу же и къ намъ събирая ихъ въ единеніе пресвятого твоего духа, дай владыко всещедрый мнѣ убо слово благо въ отверзеніе устъ моихъ, къ строенію и утверженію церкви твоей сей святѣй, Софѣи премудростя Божіи, ей же мя предстателя и пастыря единаго суща отъ овецъ показалъ еси людемъ же своимъ симъ усердъ слухъ и благоразуменъ, яко да послушаютъ твоего евангельскаго гласа твои овцы, ради недостойныхъ моихъ словесъ, и да послѣдовавши тебѣ истинному пастырю, обѣтованную въспріимутъ жизнь, сущу въ истину блаженую и безконечную, даруй имъ и благовѣрному и православному царю и великому князю нашему (имя рекъ), долготу живота, здравіе благо и частыя побѣды на враги, и надъ всѣмь миръ крѣпокъ и не раздрушенъ, яко да и мы въ тишинѣ ихъ, тихо безмолвно житіе проживемъ, въ благочестіи и чистотѣ, молитвами пречистыя владычицы нашея Богородицы и приснодѣвы Маріи, силою честнаго и животворящаго креста, заступленіемъ святыхъ и небесныхъ силъ безплотныхъ, честнаго и славнаго пророка и предтеча крестителя Господин Іоаина, святыхъ, славныхъ и всехвальныхъ апостоловъ, и святыхъ добропобѣдныхъ мученикъ, преподобныхъ и богоноспыхъ отецъ нашихъ, святыхъ праведныхъ богоотецъ Іоакима и Анны, иже въ святыхъ отецъ нашихъ преосвященныхъ митрополитъ всея Русіи, Петра и Алексѣя, Іоны чюдотворцовъ, иже въ святыхъ отца нашего Никиты епископа новгородцкаго чюдотиорца, иже въ святыхъ отецъ нашихъ Іоанна и Еуфиміа, Іоны архіепископъ новгородцкихъ чюдотворець, преподобныхъ и богоносныхъ отецъ нашихъ Варлаама и Сергія, и Кирила чюдотворець и всѣхъ святыхъ молитвами, благопіятну сътвори молитву нашу, даруй оставленіе прегрѣшеніемъ нашимъ покрый насъ кровомъ крилу твоею, отжени отъ насъ всякаго врага и супостата, оумири нашу жизнь Господи, помилуй насъ, и миръ свои и спаси душа наша, яко благыи человѣколюбецъ Богъ».

Обычай обхожденія архіереемъ города сталъ постепенно исчезать послѣ того, какъ послѣдовало запрещеніе совершать архіереямъ шествіе на ослѣ въ недѣлю Ваій въ 1677 г. Однако въ чинѣ избранія и возведенія на епископскій престолъ, напечатанномъ въ 1725 г. онъ еще былъ удержанъ. Здѣсь сказано: «Егда же архіерей прибудетъ во градъ, въ оньже поставленъ, ѣздитъ въ первый день кругомъ града, глаголя молитву у коихждо вратъ града». Засимъ помѣщена и самая молитва. Но въ нынѣ печатаемыхъ чинахъ посвященія во епископа уже не говорится о шествіи архіерея около города и самый обычай чтенія молитвы у воротъ архіереемъ по прибытіи его въ назначенный городъ прекратился.

 

С. У.

«Новгородскія Епархіальныя Вѣдомости». 1900. № 22. Ч. Неофф. С. 1395-1400.

 

[1] Пособіемъ для насъ служила книга прот. К. Никольскаго: «О службахъ русской церкви, бывшихъ въ прежнихъ печатныхъ богослужебныхъ книгахъ». Спб. 1885 г.

[2] Въ Византіи каждый новохиротонисанный архіерей по обычаю долженъ былъ, послѣ своей епископской хиротоніи, произнести такую молитву у городскихъ воротъ, передъ своимъ первымъ торжественнымъ входомъ въ городъ. Свт. Григорій Палама (†1360) такую молитву смогъ совершить лишь въ началѣ 1350 г., т.е. спустя почти 3 года послѣ своего посвященія въ митр. Ѳессалоникійскаго (весна 1347 г.), который сталъ возможенъ послѣ покоренія мятежнаго города царемъ Іоанномъ Кантакузиномъ. Прежде сего, два архонта, управляющіе городомъ, отказывались принять Паламу на митрополичію каѳедру. Текстъ молитвы Паламы см. Γρηγορίου του Παλαμά. Συγγράμματα. Τ. 5. Θεσσαλονίκη 1992. σ. 273-276; или русск. пер. см. «Богословскій сборникъ». №11. М. 2003. С. 139-141. Интонизація Паламы произошла на третій день послѣ его входа въ Ѳессалонику, чѣму посвщена имъ отдѣльная омилія. Текстъ см. PG. 151, col. 9-17; или русск. пер. см. Бесѣды свт. Григорія Паламы. Ч. I. пер. архим. Амвросія (Погодина). Монреаль 1968. С. 15-20. – ред.

[3] Въ XI вѣкѣ кіевскій митрополитъ Иларіонъ въ своемъ «Исповѣданіи» ясно отличаетъ свое настолованіе отъ посвященія: «азъ... отъ благочестивыхъ епископъ священъ и настолованъ». – ред.

[4] Сѣни, по Карамзину, – тоже, что помостъ, возвышевіе, или помѣщеніе вверху (Истор. госуд. Росс. т. 1, стр. 154, прим. 535.

[5] Въ IV Новг. лѣт. подъ 6664 г. объ избраніи Аркадія замѣчено: «введоша и поручиша ему епископью во дворѣ св Софѣя. Макарій пишетъ, что возведеніе совершалось въ грановитой палатѣ (нынѣшняя церковь Архіепископа Іоанна) Археол. оп. др. т. 1, стр. 87.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: