Историческая справка о пасхальномъ благовѣстѣ.

Торжественно и радостно раздается благовѣстъ въ святую ночь Свѣтлаго Христова Воскресенія. Церкви сіяютъ огнями, толпы народа съ страстными свѣчами въ рукахъ спѣшатъ въ святой храмъ, чтобы тамъ услышать о благой вѣсти, повторяемой въ этотъ Великій день почти уже двѣ тысячи лѣтъ; въ воздухѣ не перестаютъ гудѣть колокола, разнося эту вѣсть на далекое пространство. Время пасхальнаго благовѣста опредѣлялось въ прежнія времена въ православномъ богослуженіи не одинаково. Трулльскій соборъ опредѣлилъ прекращать постъ Великій и начинать праздникъ Пасхи въ средніе часы ночи по великой субботѣ (69 прав.); съ этого времени и утвердился повсемѣстно однообразный обычай начинать торжество праздника Пасхи послѣ полуночи. Съ теченіемъ времени выработался обычай начинать богослуженіе въ святый день Пасхи именно въ полночь.

Въ современной тріоди цвѣтной указанъ лишь порядокъ службъ церковныхъ на Пасху, безъ обозначенія часовъ, въ которые онѣ должны совершаться. Тамъ положено передъ пасхальною утренею совершать чтеніе Дѣяній апостоловъ, и когда окончится чтеніе, «вжигаетъ вжигатель вся кандила храма, и исходя ударяетъ въ клепало». Въ уставѣ (тоже нынѣшнемъ) эти времена службъ пасхальной ночи опредѣлены часами. Чтеніе Дѣяній положено производить «до часа 4-го ночи» (10-го по нашему), и далѣе указано совершать полунощшщу, передъ которою «параекклисіархъ ударяетъ въ било». Послѣ полупощницы, по минованіи полночи, положено благовѣстить къ пасхальной заутренѣ, по время благовѣста точно не опредѣлено: «Объ часѣ утреннемъ параеклисіархъ, вземъ благословеніе у настоятеля, исходитъ и ударяетъ въ великое и клеплетъ довольно»...

Въ отдаленное время господства у насъ студійскаго устава, по разнымъ начертаніямъ его, въ православномъ богослуженіи время пасхальнаго благовѣста опредѣлялось неодинаково. Въ начертаніи устава преп. Аѳанасія Аѳонскаго († 980 г.) замѣчено по сему поводу: «Да будетъ вѣдомо, яко, по минованіи третьей стражи нощи, или въ 9 часовъ, падаетъ знаменіе водяныхъ часовъ, и по знаку его немедленно встаютъ и стучатъ въ била».

Третья стража, или 9 часовъ соотвѣтствуютъ тремъ часамъ по нашему счисленію; такимъ образомъ, пасхальный благовѣстъ начинался въ четвертомъ часу утра[1]. Въ уставахъ послѣдующаго времени совершеніе пасхальнаго благовѣста обставляется нѣкоторыми любопытными подробностями. По уставу (XI-XII вѣковъ) одного неизвѣстнаго константинопольскаго монастыря, благовѣсту предшествовало болѣе или менѣе продолжительное время, когда ходятъ по келліямъ и будятъ братію. По минованіи третьей стражи, или 9 часовъ, «попъ встаетъ взбужаяй и обиходитъ взбужая братію со свѣщею, вѣщая яснымъ гласомъ Христосъ воскресе; се же не единою, но многажды. По престаніи же того ударитъ въ било» (Полный мѣсячесловъ Востока, архим. Сергія, Т. 1, М. 1875. прил. 38 и сл.). Благовѣсту въ этомъ монастырѣ предшествовало болѣе или менѣе продолжительное время, когда попъ ходилъ по келліямъ и будилъ братію. Въ три часа утра, по нашему счету, начиналось это обхожденіе и лишь съ окончаніемъ его слѣдовалъ ударъ въ било, или благовѣстъ къ заутренѣ.

Позднѣе, съ водвореніемъ въ православномъ богослуженіи іерусалимскаго устава; время благовѣста опредѣляется раньше третьей стражи, или трехъ часовъ утра, и находится въ зависимости отъ предшествующихъ священносдужеиій. По іерусалимскому уставу, положено было братіи не расходиться по келліямъ послѣ обѣдни Великой субботы, но въ трапезѣ полагалось чтеніе Дѣяній Апостольскихъ до 4-го часа ночи, то есть до 10 часовъ по нашему. Послѣ этого «параеклиссіархъ клеплетъ во древо» къ совершенію полуношницы, и «по скончаніи 7 часа» (1 часа ночи по нашему), «исходитъ изъ церкви», то-есть начинается крестный ходъ; «внегда же игуменъ возгласитъ: Слава святѣй и единосущнѣй, тогда параеклиссіархъ съ сущими съ нимъ въ кимбанари ударитъ во вся древо и желѣзо и тяжкая кимбалы и клеплютъ довольно».

Въ нашихъ русскихъ большихъ монастыряхъ соблюдался тотъ же самый порядокъ пасхальнаго благовѣста; онъ былъ принятъ и нашими печатными богослужебными книгами – уставомъ, постною и цвѣтною тріодью, а раньше и служебникомъ.

Въ отдаленныя времена господства въ русской церкви студійскаго устава начало пасхальнаго благовѣста опредѣлялось неодинаково; по большей части пасхальный благовѣстъ начинался въ четвертомъ часу утра. Съ водвореніемъ въ православномъ богослуженіи іерусалимскаго устава, время благовѣста опредѣляется раньшѣ трехъ часовъ утра. Въ XVI и XVII вѣкахъ въ большихъ русскихъ монастыряхъ существовалъ такой порядокъ пасхальнаго благовѣста, находящійся напримѣръ, въ обиходникѣ Кирилло-Бѣлозерскаго монастыря: «Чтутъ Дѣянія апостольскія до 4 часовъ нощи», т. е. до 10 по нашему счету, «и какъ Дѣянія отчтутъ, позвонятъ, въ малый красный колоколъ единощъ и поютъ надгробный канонъ по уставу». Послѣ подунощницы братіи позволялось уходить въ келіи, а пономари должны были все приготовить въ церкви по чину. «Въ исходѣ 7 часа благовѣстятъ заутреню въ большой колоколъ», – т. е. въ исходѣ перваго часа ночи. Послѣ того, какъ братія собралась въ храмъ и всѣмъ были розданы свѣчи, «пойдутъ, пономари звонить, и звонятъ во вся тяжкая 3 часы». Обѣдня послѣ утрени начиналась въ 7 часовъ утра. Такой же приблизительно порядокъ былъ принятъ нашими печатными богослужебными книгами – Служебникомъ, Уставомъ, Постною и Цвѣтною Тріодью.

Въ старой Москвѣ время пасхальнаго благовѣста всегда занимало средину между студійскимъ и іерусалимскимъ уставами. Въ уставѣ службъ Успенскаго собора (около 1634 года) сдѣлано такое указаніе: «Въ недѣлю святыя Пасхи къ заутрени благовѣстятъ въ шестомъ часу нощи или въ седьмомъ часу нощи въ новый большой колоколъ довольно, дондеже Государь Царь придетъ», т. е. благовѣстили, по нынѣшнему счету, то въ двѣнадцатомъ, то въ первомъ часу ночи. Относительно благовѣста къ обѣднѣ въ томъ же уставѣ сказано: «Въ первомѣ часу предъ службою ходитъ патріархъ со властями къ Государю вверхъ... И какъ вышелъ патріархъ изъ палаты, и благословитъ ключаря благовѣстити къ обѣдни въ новый большой колоколъ довольно», т. е. по нашему счету благовѣстъ къ обѣднѣ начинался въ седьмомъ часу утра. Къ свѣтлой заутрени ежегодно бывалъ выходъ въ Усненскій соборъ патріарха и еще болѣе торжественный выходъ Царя, возвѣщавшійся всегда особымъ благовѣстомъ и звономъ. Въ этотъ день благовѣстъ къ выходу совпадалъ съ благовѣстомъ къ заутрени и производился во второй половинѣ перваго часа, а иногда и ровно въ часъ ночи. Оканчивалась утреня иногда въ 6 часовъ утра и потому къ обѣднѣ благовѣстили въ половинѣ седьмого, а иногда и въ началѣ девятаго часа утра.

Тотъ же порядокъ соблюдался и при другихъ патріархахъ московскихъ, и благовѣстъ къ пасхальной заутренѣ производился на Иванѣ Великомъ въ зависимости не отъ наступленія полуночи, а отъ приказа высшей власти. Въ записяхъ выходовъ 1679, 1680, 1687 и др. годовъ, благовѣстъ «на Свѣтлое Христово Воскресеніе къ выходу и къ утрени» совершался «за полъ седьма часа до свѣта, а въ 1681 году «за седьмъ» часовъ. Точно такъ же не было опредѣленнаго часа и для благовѣста къ обѣднѣ въ день Пасхи: это зависѣло отъ продолжительности утрени, которая оканчивалась иногда, напримѣръ, въ 1687 году, «за четверть часа до дни», то есть почти въ 6 часовъ нашего утра, а съ другой стороны – отъ времени и продолжительности патріаршаго выхода во дворецъ предъ обѣдней. Поэтому къ обѣднѣ благовѣстили въ половинѣ седьмого часа утра («въ полчаса дни»), а иногда въ началѣ девятаго часа («въ третьемъ часу въ началѣ»). Принималась во вниманіе и долгота дня, въ зависимости отъ которой положено было начинать благовѣстъ къ обѣднѣ или въ 7, или въ 7½, или въ 8 часовъ утра: «во 179 (1671) году государь указалъ на Свѣтлой недѣлѣ къ обѣднѣ быть благовѣсту, какъ во дни 13 часовъ бьетъ, тогда благовѣстъ въ часъ дни, а въ 14 часовъ – въ полтора часа дни, а въ 15 – въ два часа дни».

Приблизительно тотъ же порядокъ пасхальнаго благовѣста соблюдался и во все продолженіе XVIII вѣка[2]. Въ «Древней Россійской Вивліоѳикѣ» (XI, стр. 197-199.) напечатанъ «Указъ благовѣста къ церковному пѣнію во весь годъ, присланный изъ Святѣйшаго Правительствующаго Синода въ 1722 году». Въ немъ не опредѣлено особаго часа для благовѣста къ пасхальной заутренѣ, но вообще указано производить благовѣстъ къ утренѣ, вседневной и праздничной, во весь Великій постъ до Ѳоминой недѣли «въ 3 часа пополунощи», а къ литургіи въ недѣлю Пасхи «въ 6 часовъ пополунощи», по нашему – утра. Митрополитъ Московскій Платонъ (Левшинъ) первоначально (31 марта 1776 г.) тоже лишь подтвердилъ это синодальное распоряженіе, чтобы въ Москвѣ не начинали пасхальнаго благовѣста раньше Ивана Великаго, но уже въ 6 апрѣля 1780 г., имъ было объявлено въ Москвѣ особое расписаніе часовъ благовѣста ко всѣмъ службамъ Страстной и Святой недѣли, вновь повторенное 2 апрѣля 1780 г. Архіепископъ Дмитровскій Августинъ (Виноградскій) въ 1815 г., 8 апрѣля, только подтвердилъ прежніе указы не начинать въ Москвѣ благовѣста раньше соборнаго. Въ 1795 г. былъ напечатанъ «Чинъ священнослуженія и обрядовъ, наблюдаемый въ Большомъ Успенскомъ соборѣ». Въ концѣ его помѣщено росписаніе: «Въ какіе часы котораго дня черезъ весь годъ къ вечернямъ, утренямъ, всенощнымъ, литургіямъ и часамъ благовѣстъ производится». Но этому росписанію въ день св. Пасхи положено совершать благовѣстъ «къ утрени въ часъ пополунощи, къ литургіи въ шесть часовъ пополунощи». Въ началѣ XIX столѣтія этотъ чинъ съ тѣмъ же росписаніемъ былъ повторенъ изданіемъ.

Полночный благовѣстъ къ пасхальной заутренѣ навсегда узаконилъ святитель Филаретъ, Митрополитъ Московскій. Въ мартѣ 1849 года онъ предписалъ слѣдующіе пункты: 1) вообще не начинать благовѣста къ церковнымъ служеніямъ ранѣе благовѣста Успенскаго собора; 2) предъ утренею, въ день святыя Пасхп, на колокольняхъ должны быть причетники надежные и осмотрительные; и не излишне имъ имѣть при себѣ часы для предосторожности противъ преждевременнаго погрѣшительнаго благовѣста; 3) если будутъ въ Кремлѣ – предъ утренею Пасхи пушечные выстрѣлы (которыхъ должно быть три въ продолженіе часа), то, также по предосторожности, не руководствоваться ими для благовѣста; 4) для начатія благовѣста къ утренѣ Пасхи слушать Успенскаго колокола и первый ударъ въ него прослушать въ молчаніи, а по второму начинать благовѣстъ; 5) колокольнямъ, отдаленнымъ отъ Кремля, которыя могутъ не услышать кремлевскаго колокола, начинать благовѣстъ по благовѣсту тѣхъ церквей, которыя ближе ихъ къ Кремлю, а не обращать вниманія на тѣ, которыя далѣе ихъ; 6) благочинные должны наблюдать за точнымъ исполненіемъ сего распоряженія и о нарушителѣ донести немедленно». Это распоряженіе Московскаго святителя чрезъ консисторію представлено было всѣмъ Московскимъ соборамъ, монастырямъ и церквамъ.

Въ слѣдующемъ же 1850 году было отпечатано и разослано по всѣмъ церквамъ города Москвы и подробное росписаніе часовъ благовѣста всего года, подъ названіемъ: «Указаніе временъ церковнаго богослуженія, по уставу Московскаго Большаго Успенскаго собора». Въ этомъ указаніи въ день св. Пасхи положено благовѣстить къ утренѣ въ 12 часовъ пополуночи, а къ литургіи въ 6 часовъ утра. Этому указанію обязаны слѣдовать всѣ храмы Москвы. Въ примѣчаніяхъ къ нему вновь подтверждалось: «Съ особенною осторожностію должно наблюдать, чтобы благовѣстъ къ утренѣ въ день Пасхи нигдѣ не былъ начатъ прежде Успенскаго собора. Всѣ прочія церкви должны выслушать первый ударъ Успенскаго колокола и по второму начинать, свой благовѣстъ».

Этому распоряженію святителя Филаретя послѣдовала не только вся Помѣстная Россійская Церковь, а за ея примѣромъ пошли другія помѣстныя церкви.

Какъ оказывается, единственное основаніе для начатія благовѣста ровно въ полночь – примѣръ Ивана Великаго. Въ русской церковной жизни еще поразительнѣе это вліяніе кремлевскаго благовѣста. Много ли на Руси храмовъ, съ которыхъ бы въ эту полночь не раздался благовѣстъ, какъ бы въ отвѣтъ Ивану Великому! Пусть часы захолустнаго звонаря не отличаются точностію, но замѣчательно: въ эту ночь ожидаютъ именно 12 часовъ, чтобы благовѣстить наступленіе самаго перваго момента великаго дня. Этотъ единодушный отзывъ русскихъ колоколенъ на благовѣстъ Ивана Великаго представляетъ знаменательное явленіе. Въ исторической судьбѣ пасхальнаго благовѣста найдутся основанія для самой разнообразной практики, но для полночнаго благовѣста остается лишь единственное основаніе – примѣръ Ивана Великаго.

 

Сост. Ред. по «Праздничныя службы и церковныя торжества въ старой Москвѣ». Сост. Г. П. Георгіевскій. СПб. 1899. С. 102-115.

 

[1] Въ начертаніи того же Сгудійскаго устава по другой редакціи, появившейся не позднѣе X вѣка, время пасхальнаго благовѣста уже опредѣлено такъ: «Да будетъ вѣдомо, яко, по минованіи второй: стражи нощи, или шестаго, въ начало седьмаго падаетъ знаменіе водяныхъ часовъ, и по знаку его встаетъ будильникъ и обходить спальни со свѣщею, взбуждая братно встать для утренняго славословія. Тотчасъ же даютъ знакъ и била вверху и внизу». Въ переводѣ на наше время (вторая стража и шесть часовъ ночи соотвѣтствуютъ нашимъ 12 часамъ пополуночи) пасхальный благовѣстъ, такимъ образомъ, приходится въ началѣ нашего перваго часа ночи.

[2] Изъ описанія послѣдней Пасхи Петра Великаго, проведенной имъ въ Москвѣ въ 1724 г., извѣстно, что по указу императора уставщикъ отдалъ было заранѣе приказъ ударить въ Кремлѣ къ заутренѣ Свѣтлаго Воскресенія въ полтретья часа пополуночи. Но поутру въ Великую субботу Петръ Великій прислалъ Преображенскаго капитана Постникова съ приказомъ, чтобы ударили къ заутренѣ въ часъ пополуночи. Синодальными указами того же времени (14 декабря 1722 г., 5 мая 1729 г.) требовалось лишь, чтобы по всей Москвѣ благовѣстъ производился одновременно съ соборнымъ, но часы благовѣста не назначались. Въ бытность въ Москвѣ императрицы Екатерины Великой, въ 22 апрѣля 1775 г., изъ главнаго дежурства при государынѣ было объявлено по всѣмъ церквамъ московскимъ, чтобы къ утренѣ Пасхи не начинали благовѣста раньше трехъ пушечныхъ выстрѣловъ и благовѣста на Иванѣ Великомъ. Въ С.-Петербургѣ въ это время дѣйствовало особое «Учрежденіе о благовѣстѣ», которымъ требовалось: «въ день Св. Пасхи во время присутствія Ея Императорскаго Величества въ Санктпетербургѣ ожидать особливой изъ духовной консисторіи повѣстки и по повѣсткѣ пушечнаго съ крѣпости сигналу, во время же отсутствія благовѣстить съ 2 часа пополуночи». Въ 1797 г., въ день Пасхи 5 апрѣля, совершено было въ Успенскомъ соборѣ священное коронованіе императора Павла I. По предварительному распоряженію бы по объявлено, что «по данному изъ пушекъ сигналу начнется благовѣсть къ утренѣ, которую его императорское величество со всею императорскою фамиліею слушать изволитъ у Спаса за Золотою Рѣшеткою». Изъ «чина дѣйствія, какимъ образомъ совершалось» коронованіе, оказывается, что государь утреню «слушать изволилъ съ вечера», а къ обѣднѣ благовѣстъ начался въ половинѣ 8 часа.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: