Проф. Михаилъ Николаевичъ Скабаллановичъ – Св. Архистратигъ Михаилъ. Все, что можно знать о немъ на основаніи Св. Писанія, преданія и соображеній разума, – и о церковномъ чествованіи св. Архангела.

Св. Писаніе какъ Ветхаго, такъ и Новаго Завѣта очень мало и какъ-бы нехотя говоритъ объ ангелахъ. Оно едва приподнимаетъ завѣсу, закрывающую отъ людского взора этотъ таинственный міръ. Причина такого молчанія Библіи объ ангелахъ понятна: священные писатели опасались, какъ бы высокое благоговѣніе, которое невольно возбуждаетъ къ себѣ міръ ангельскій, не перешло въ боготвореніе его. Не только склонный къ идолопоклонству древній еврейскій народъ, но и христіане, какъ показалъ опытъ, очень легко могли перейти отъ благоговѣнія предъ ангелами къ ихъ обоготворенію; въ посланіи къ Колоссянамъ Ап. Павелъ, какъ извѣстно, предостерегаетъ ихъ отъ этой опасности.

Но и тѣ немногія и сообщаемыя мимоходомъ свѣдѣнія, какія даются Св. Писаніемъ объ ангелахъ, очень важны и проливаютъ для вдумчиваго читателя много свѣта на этотъ таинственный міръ.

Св. Писаніе называетъ намъ даже по имени и верховнаго вождя ангеловъ. Какъ самое имя этого вождя, такъ и положеніе его по отношенію къ его высокимъ подчиненнымъ очень характерны и весьма много говорятъ о внутреннемъ строѣ и характерѣ этого, такъ непохожаго на нашъ, міра.

Имя великаго вождя тмотысячнаго (Дан. 7, 10) ангельскаго міра – Михаилъ. Это имя вообще выражаетъ идею несравнимости Бога ни съ чѣмъ тварнымъ. Оно значитъ буквально: «кто какъ Богъ» и есть сокращенная передача мысли библейскихъ выраженій: «кто подобенъ Тебѣ во бозѣхъ, Господи, кто подобенъ Тебѣ» (Исх. 15, 11)? «Кто во облацѣхъ уравнится Господеви, уподобится Господеви въ сынѣхъ Божіихъ?». По смыслу этихъ выраженій, Богъ безконечно возвышенъ надъ всѣмъ тѣмъ, что можно назвать богами, т. е. какъ надъ богами язычества (Исх. 15, 11), такъ и сынами Божіими – ангелами. Какъ извѣстно, ангелы въ Библіи неоднократно называются богами, конечно – въ несобственномъ Смыслѣ (Пс. 8, 6; 96, 7; 107, 1 по евр. т.; ср. Быт. 28, 12, 13; 35, 7; 20, 13 по евр. т.; Іов. 20, 15; 40, 14), Поэтому имя Михаилъ, усвоенное ангелу, можетъ заключать въ себѣ смиренное признаніе съ его стороны несравненности Бога съ нимъ, и вслѣдствіе этого имя Михаила звучитъ какъ самый рѣшительный протестъ противъ обоготворенія ангеловъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ это имя какъ нельзя сильнѣе выражаетъ всю высоту и величіе его носителя. Оно показываетъ, что если что-либо изъ тварнаго можетъ притязать на нѣкоторое сходство и близкое подобіе Богу, такъ это великій начальникъ ангеловъ. Онъ какъ бы до того богоподобенъ, что въ самомъ имени его нужно было дать предостереженіе противъ обоготворенія его. Вопрошающему о всемъ глубокомъ смыслѣ имени его этотъ архангелъ съ правомъ могъ-бы отвѣтить: «Что ты спрашиваешь объ имени моемъ? Оно чудно» (Быт. 32, 29). И знаменательно, что имя ангельскаго вождя открыто (по крайней мѣрѣ впервые упоминается) одному изъ самыхъ послѣднихъ пророковъ Ветхаго Завѣта и одному изъ величайшихъ тайновидцевъ – Даніилу.

Такъ какъ ангелы, по Библіи, прежде и болѣе всего, суть идеальные исполнители спасительныхъ велѣній Божіихъ о людяхъ, то имя Михаила («кто какъ Богъ») имѣетъ цѣлью также выразить непреоборимость того изъ людей, кому помогаетъ Богъ и Его ангелы, въ особенности ангелъ Михаилъ. Такимъ образомъ, имя Михаилъ выражаетъ вмѣстѣ и идею несравнимости помогающей силы Божіей. Подобную идею выражаютъ и имена другихъ архангеловъ: Гавріилъ – значитъ мужъ Божій или собственно: мужъ – Богъ, Рафаилъ – Богъ исцѣляетъ, Уріилъ – Богъ свѣтъ мой.

Но помощь чаще всего требуется въ борьбѣ со врагами, – и Михаилъ есть борецъ силою Божіей противъ силы зла – сатаны (Іуд. 9.; Апок. 12, 9)[1].

Такимъ образомъ, уже самое имя архангела Михаила достаточно характеризуетъ его, такъ сказать, нравственную личность. Но еще болѣе характеризуетъ послѣднюю то немногое, что сообщаетъ о немъ Св. Писаніе, – тѣ случаи, въ которыхъ ему приходилось выступать дѣйствующимъ лицомъ на землѣ и въ исторіи человѣчества.

Если онъ – «началовождь» ангеловъ, то спрашивается, прежде всего: въ чемъ выражается, какого характера эта власть его надъ ангелами? На этотъ вопросъ мы находимъ въ Св. Писаніи очень точный отвѣтъ, – отвѣтъ, дающій вмѣстѣ съ тѣмъ намъ ясное представленіе и о внутреннемъ строѣ, объ организаціи ангельскаго міра.

Строй ангельскаго міра, по библейскому воззрѣнію, – строй въ нѣкоторомъ отношеніи военный. Когда Св. Писаніе говоритъ объ ангелахъ во всей ихъ совокупности, оно называетъ ихъ всегда «воинствомъ небеснымъ», «воинствомъ Господнимъ», а Бога – Богомъ Саваоѳъ или воинствъ (саваоѳъ – значитъ «воинства»). Понятно само собою, какія войны и съ кѣмъ ведутся этимъ таинственнымъ, невидимымъ воинствомъ. И видно, эти «брани Господа», эти въ собственномъ смыслѣ священныя войны болѣе, чѣмъ что-либо другое, поглощаютъ время и вниманіе горняго міра, если міръ этотъ разсматривается прежде всего какъ военный...

Архангелу Михаилу принадлежить честь верховнаго завѣдыванія и руководительства этими великими, хотя безкровными, но гораздо болѣе конечно, чѣмъ всѣ земныя войны, трудными и сложными войнами, – войнами гдѣ оспаривается не временная власть надъ какимъ-нибудь кусочкомъ земли, а власть надъ цѣлымъ міромъ и на цѣлую вѣчность. Одинъ эпизодъ этой борьбы и, кажется, наиболѣе важный, удостоился видѣть св. Ап. Іоаннъ Богословъ въ своихъ Патмосскихъ видѣніяхъ (описанныхъ въ Апокалипсисѣ). «И произошла, – разсказываетъ Апостолъ, – на небѣ война. Михаилъ и ангелы его воевали противъ дракона, и драконъ и ангелы воевали противъ нихъ, но не устояли и не нашлось уже для нихъ мѣста на небѣ. И низверженъ былъ великій драконъ, древній змій, называемый діаволомъ и сатаною, обольщающій всю вселеннную, низверженъ на землю, и ангелы его низвержены съ нимъ» (Апок. 12, 7-9).

На основаніи этого свидѣтельства Св. Писанія, Православная Церковь усвоила архангелу Михаилу высокій титулъ «архистратига небесныхъ воинствъ». Весьма вѣроятно, хотя не несомнѣнно, что и Іисусу Навину предъ осадою Іерихона явился именно св. архангелъ Михаилъ въ видѣ человѣка съ обнаженнымъ мечемъ. Этотъ явившійся не назвалъ себя по имени, но сказалъ, что онъ «архистратигъ силы Господней» (нѣкоторые толкователи Библіи и св. отцы полагали что это былъ не арх. Михаилъ, а Сынъ Божій, потому что онъ, какъ и Явившійся въ купинѣ Моисею, потребовалъ у Iисуса Навина изуть сапоги съ ногъ, въ виду святости мѣста явленія). Если это былъ и не архангелъ Михаилъ, то другія мѣста Св. Писанія, говорящія о немъ, даютъ полное право ему на этотъ титулъ. Титулъ этотъ – многознаменательный: въ немъ усвояется св. Михаилу власть не только надъ обыкновенными ангелами, но и надъ самыми вождями ангеловъ; Михаилъ есть начальникъ (ἄρχων) надъ самыми полководцами (στρατηγὸς) ангельскихъ воинствъ. Значитъ, въ воинствѣ небесномъ, какъ и въ войскѣ земномъ, есть цѣлая система чиноначалія, во главѣ которой стоитъ архангелъ Михаилъ. Ему подчинены всѣ вожди, στρατηγοὶ, неисчетнаго ангельскаго воинства.

Невидимо управляя своимъ невидимымъ воинствомъ, архистратигъ Михаилъ очень рѣдко соприкасался въ своей высокой дѣятельности съ землей и человѣчествомъ настолько близко, что оставлялъ на землѣ видимые для ока людскаго слѣды. На всемъ протяженніи тысячелѣтней исторіи человѣчества и ветхо-и новозавѣтной Церкви Св. Писаніе отмѣчаетъ только два случая его непосредственнаго участія въ жизни человѣчества (Іуд. 9; Дан. 10, 13, 21) и одинъ такой случай (чудо въ Хонехъ) указываетъ церковное преданіе.

Можно думать, что архистратигъ небесныхъ воинствъ лишь тогда проявлялъ на землѣ непосредственную свою дѣятельность, когда силы и могущество другихъ ангеловъ, обычныхъ исполнителей велѣній Божіихъ на землѣ, оказывались недостаточны для противодѣйствія враждебнымъ силамъ. Такой именно случай, гдѣ понадобилось непосредственное вмѣшательство въ земныя дѣла самого небеснаго архистратига, указывается Апостоломъ Іудою въ его посланіи. Указаніе это сдѣлано мимоходомъ и потому очень неопредѣленно и кратко, но оно, конечно, основывается на болѣе обстоятельномъ древнемъ преданіи древней іудейской Церкви. Изъ этого свидѣтельства Ап. Іуды видно только, что по смерти Моисея происходилъ какой-то споръ изъ-за Моисеева тѣла между архангеломъ Михаиломъ и діаволомъ. Въ чемъ заключалась сущность спора, Апостолъ не указываетъ, но результатомъ спора былъ, несомнѣнно, тотъ загадочный фактъ, о которомъ передается въ книгѣ Второзаконія, именно – что, несмотря на всенародное погребеніе тѣла Моисеева въ опредѣленномъ мѣстѣ («въ землѣ Моавли, близъ дому Фогорова»), «не у вѣда никтоже погребенія его даже до дне сего» (Втор. 34, 6), т. е. впослѣдствіи нигдѣ не могли найти мѣста погребенія его. Упоминая объ этомъ таинственномъ спорѣ, Апостолъ Іуда ставитъ въ особую заслугу архангелу Михаилу его полную высокаго нравственнаго достоинства сдержаность въ спорѣ съ такимъ низкимъ противникомъ: архангелъ не позволилъ себѣ сказать діаволу какого-либо укоризненнаго слова, а ограничился только кроткимъ замѣчаніемъ: «да запретитъ тебѣ Господь».

Еще болѣе важно и болѣе проливаетъ свѣта на премірную дѣятельность архистратига Михаила другое библейское свидѣтельство о немъ, – свидѣтельство книги прор. Даніила. Этого пророка, жизнь котораго наполнена была самыми таинственными откровеніями, часто являвшійся ему ангелъ одинъ разъ посвятилъ въ такія удивительныя тайны высшаго ангельскаго міра, какія не были открываемы никакому другому избранику Божію ни до, ни послѣ Даніила. Вотъ это замѣчательное, но вмѣстѣ съ тѣмъ труднѣйшее и полное загадочной таинственности мѣсто книги Даніила.

Пророкъ Даніилъ, постоянно и много размышлявшій о судьбахъ народа своего и языческихъ царствъ, въ центрѣ которыхъ онъ жилъ, привыкъ во всѣхъ затруднительныхъ случаяхъ этой своей глубокой умственной работы обращаться за вразумленіемъ къ Богу, и Богъ всегда не замедливалъ давать Своему избраннику нужное вразумленіе, посылая обыкновенно ему ангела, который разъ назвалъ себя по имени – Гавріиломъ. Но одинъ разъ пророкъ очень долго (три недѣли) молился, до полнаго истощенія (10, 8) и обморока (ст. 9.), и не получалъ вразумленія, ангелъ не являлся ему. Только на двадцать первый день является ангелъ и – въ тонѣ нѣкотораго извиненія – такъ объясняетъ свое замедленіе: «съ перваго дня, какъ ты расположилъ сердце твое, чтобы достигнуть разумѣнія (т. е. сталъ просить объ откровеніи), слова твои услышаны, и я пришелъ бы по словамъ твоимъ; но князь царства персидскаго стоялъ противъ меня двадцать одинъ день; и вотъ Михаилъ, одинъ изъ первыхъ князей, пришелъ помочь мнѣ, и я оставался тамъ при царяхъ персидскихъ...». «И теперь я возвращусь, чтобы бороться съ княземъ персидскимъ; а когда я выйду, то вотъ придетъ князь Греціи... И нѣтъ никого, кто поддерживалъ бы меня, кромѣ Михаила, князя вашего»... (Дан. 10, 12. 13. 20). Затѣмъ ангелъ рисуетъ предъ прор. Даніиломъ полную картину долгихъ превратностей, которымъ подвергнется Израиль въ ближайшемъ будущемъ, и заключаетъ свою рѣчь утѣшительнымъ предсказаніемъ: «и возстанетъ въ то время Михаилъ, князь великій, стоящій за сыновъ народа твоего и защититъ Израиля» (ст 21).

По мнѣнію отцовъ Церкви (Іоанна Злат., блаж. Іеронима, Ѳеодорита, Григорія Двоеслова), князь царства персидскаго, съ которымъ боролся явившійся прор. Даніилу ангелъ, есть ангелъ, которому Богомъ ввѣрено было это царство, – такъ же, какъ князь Греціи есть ангелъ-хранитель Греціи. Такимъ образомъ, ангелы-хранители народовъ борются въ какомъ-то особенномъ смыслѣ, какимъ-то особеннымъ, приличнымъ ихъ святости и нравственной высотѣ, способомъ между собою, – борются, конечно, за благо ввѣренныхъ имъ народовъ. Св. Златоустъ говоритъ, что они борются оружіемъ молитвы, которую каждый возноситъ о своемъ народѣ. Ангелъ, явившійся прор. Даніилу, не объясняетъ ему, за кого и за что борется онъ съ ангелами-князьями персидскимъ и греческимъ. Онъ говоритъ только, что въ этой тяжелой и напряженной борьбѣ его ему помогаетъ Михаилъ, князь Израиля («вашъ») и одинъ изъ самыхъ могущественныхъ («первыхъ») князей небесныхъ.

Изъ этого мѣста книги Даніила видно, что архангелу Михаилу ввѣренно Богомъ попеченіе надъ самимъ избраннымъ народомъ Божіимъ, тогда какъ другимъ высшимъ ангеламъ («князьямъ») ввѣрено было попеченіе объ языческихъ народахъ, которыхъ Богъ тоже никогда не оставлялъ безъ Своего промышленія, а всячески велъ ихъ къ спасенію. Не будемъ задаваться дерзновеннымъ вопросомъ, въ чемъ проявлялось это «княженіе» ангеловъ надъ ввѣренными имъ народами (оно могло состоять въ извѣстномъ направленіи внѣшнихъ историческихъ судебъ этихъ народовъ, въ такомъ или иномъ вліяніи на духъ ихъ земныхъ правителей); обратимъ только вниманіе на то, что архангелу Михаилу въ данномъ случаѣ выпало особенно высокое и отвѣтственное служеніе – водительство избраннымъ народомъ и что, конечно, не безъ причины это служеніе ввѣрено ему: очевидно, онъ одинъ способенъ былъ достойно выполнить высокую задачу – приготовить во Израилѣ спасеніе всему человѣчеству. Посему явившійся Даніилу ангелъ не находитъ для него болѣе вѣрнаго и сильнаго утѣшенія, какъ возвѣстить, что объ Израилѣ печется величайшій изъ его небесныхъ собратьевъ; это одно достаточно ручается за добрую будущность Израиля.

Итакъ, жизнь и дѣятельность арх. Михаила: – это исторія еврейскаго народа. Онъ главный и постоянный дѣятель всей этой чудесной исторіи. Если такъ, то для насъ получаютъ объясненіе многія загадочныя стороны этой исторіи. Вся многовѣковая жизнь Израиля, вплоть до явленія въ средѣ его Мессіи Христа, полна дѣятельнаго участія и вмѣшательства ангеловъ. Ангелы поистинѣ восходятъ и нисходятъ непрестанно на землю въ лучшіе періоды исторіи Израиля – во времена богоугодныхъ патріарховъ еврейскихъ. По временамъ цѣлые «полки» ихъ появляются на землѣ (Быт. 32, 1; Втор. 33, 2; Суд. 5. 20). Во всѣхъ сколько-нибудь затруднительныхъ случаяхъ въ жизни Израиля, начиная отъ исхода его изъ Египта и оканчивая плѣннымъ и послѣ-плѣннымъ періодомъ ветхозавѣтной исторіи (пораженіе войска Сеннахеримова, ангелы въ видѣніяхъ прор. Захаріи), являются на помощь избранному народу ангелы, предъ силой и могуществомъ которыхъ отступаютъ всѣ силы міра. Прор. Даніилу, какъ ранѣе отчасти Іисусу Навину, открыто, кто руководилъ этимъ постояннымъ, часто замѣтнымъ для всѣхъ, но чаще невидимымъ участіемъ ангеловъ въ исторіи Израиля: имъ руководилъ небесный «князь Израиля» – архистратигъ небесныхъ воинствъ[2].

Само собою разумѣется, что когда мѣсто «плотскаго» Израиля заступилъ на землѣ Израиль духовный, попеченіе небеснаго архистратига должно было перейти на этотъ новый народъ Божій. Ранѣе приведенное мѣсто Апокалипсиса и показываетъ это. Когда драконъ (діаволъ) сталъ преслѣдовать жену, облеченную въ солнце (Церковь), Михаилъ и ангелы сразились съ дракономъ и побѣдили его. Слѣдствіемъ этой побѣды было то, что настало «спасеніе, и сила, и царство Бога нашего и власть Христа, потому что низверженъ клеветникъ братій нашихъ, клеветавшій на нихъ предъ Богомъ нашимъ день и ночь» (Апок. 12, 10).

Слѣдовательно, какъ и прежде, архистратигъ Михаилъ руководитъ участіемъ ангеловъ въ жизни избранной части человѣчества – христіанской Церкви. По временамъ это участіе его проявлялось и видимымъ образомъ. Такъ онъ одинъ разъ (въ царствованіе Константина Великаго) явился въ Константинополѣ, въ предмѣстьи Естіяхъ, гдѣ ему тогда же былъ построенъ храмъ (Созоменъ по Арх. Сергію, Вост. агіологія, I, 327). Явился онъ также на горѣ Гарганѣ въ Апуліи – въ IV или VI в. (тамъ же).

Но самое замѣчательное явленіе арх. Михаила имѣло мѣсто въ тѣхъ самыхъ Колоссахъ (Фригійскихъ), которыя издревле отличались особеннымъ усердіемъ въ почитаніи ангеловъ, едва не доходя въ этомъ отношеніи до крайности (до боготворенія). Здѣсь былъ чудотворный источникъ, при которомъ одинъ язычникъ за исцѣленіе нѣмой дочери построилъ храмъ въ честь арх. Михаила. При храмѣ этомъ состоялъ пономаремъ благочестивый Архиппъ, который славою своихъ подвиговъ возбудилъ противъ себя окрестныхъ язычниковъ, и они рѣшили разрушить храмъ. Съ этой цѣлью они пустили канавой рѣку на храмъ. Но явившійся по молитвѣ Архиппа арх. Михаилъ крестнымъ знаменіемъ сначала остановилъ воду, а затѣмъ – тоже крестнымъ знаменіемъ – раскололъ скалу близъ храмового алтаря и направилъ въ ея расщелину рѣку. Достовѣрность этого великаго чуда подтверждается многими данными. Фригійская рѣка Ликосъ, дѣйствительно, по свидѣтельству языческихъ писателей, входила въ расщелину при Колоссахъ и черезъ 5 стадій опять выходила наружу. Самый городъ Колоссы, благодаря этому чуду, перемѣнилъ свое древнее имя на новое – Хоны (что съ греч. значитъ «погруженіе»): на 6-мъ соборѣ его называютъ еще «Колоссы», а на 7-мъ – уже «Хоны». Запись объ этомъ чудѣ сдѣлана самимъ Архиппомъ (Вост. агіол., т. 2, 6 сент.). Нельзя не обратить вниманія на особенное величіе этого чуда, приличное именно архистратигу небесныхъ воинствъ: повернуть словомъ своимъ рѣку въ другое русло – это не меньше, чѣмъ опрокинуть словомъ гору въ море (что Спаситель считалъ наибольшимъ для вѣры чудомъ). Подобныхъ чудесъ немного знаетъ исторія, и православная Церковь не даромъ одно только это чудо изъ всѣхъ кѣмъ-либо совершенныхъ на землѣ почтила особымъ праздникомъ (6 сент.).

***

Помня предостереженіе Апостола (Кол. 2, 18) и одного изъ соборовъ (Лаод., пр. 35) противъ обоготворенія ангеловъ, православная Церковь, какъ нельзя не замѣтить, нѣсколько сдержана въ чествованіи ангеловъ вообще и въ частности архистратига Михаила. Хотя она и чествуетъ его праздникомъ, но праздникъ этотъ не изъ самыхъ великихъ праздниковъ: Первоверховныхъ Апостоловъ, Іоанна Предтечу и другихъ святыхъ (напр. Николая Чудотворца) она чествуетъ болѣе тержественными праздниками. Бдѣніе въ день св. арх. Михаила только разрѣшается («аще хощетъ настоятель, творитъ бдѣніе»), но не предписывается (30 іюня категорически: «творимъ бдѣніе»). Такимъ образомъ, праздникъ въ честь арх. Михаила только поліелейный, но изъ числа тѣхъ поліелейныхъ, въ которые рекомендуется бдѣніе. Онъ нѣсколько выше простыхъ поліелейныхъ праздниковъ (которыми почтена, напр., память каждаго изъ 12 Апостоловъ), но ниже такъ называемыхъ великихъ. По степени ему соотвѣтствуетъ вполнѣ, напр., праздникъ Андрея Первозваннаго. Изъ ряда обычныхъ праздниковъ онъ выдѣленъ только почетнымъ наименованіемъ «Собора» (т. е. торжественнаго собранія), которое, кромѣ него и праздника другого великаго архангела – Гавріила (13 іюля), усвоено лишь попразднествамъ величайшихъ дванадестятыхъ праздниковъ, когда эти попразднества посвящены лицамъ, имѣющимъ отношеніе къ наканунѣ совершавшемуся празднику, – таковы Соборъ Пресв. Богородицы 26 дек. и Іоанна Предтечи 7 января. Въ древнихъ уставахъ наименованіе «собора» (ςύναξις) усвоялось и нѣкоторымъ изъ теперешнихъ дванадесятыхъ праздниковъ, – такъ напр. Введенію въ типиконѣ великой Константинопольской Церкви IX в.[3].

Надо замѣтить, что и на такое сдержанное чествованіе ангеловъ, во главѣ съ ихъ «началовождемъ», Церковь рѣшилась не сразу и не сама собою, а какъ бы вынужденная къ этому явными знаменіями отъ арх. Михаила. Первоначально же Церковь опасалась устанавливать не только празднества въ честь ангеловъ, но и возносить имъ молитвы (Лаодик. соб. запрещаетъ молиться ангеламъ). Только когда въ христіанскомъ мірѣ получило повсемѣстное распространеніе чествованіе мучениковъ, а вслѣдъ за ними и всѣхъ другихъ святыхъ, стали появляться и храмы въ честь ангеловъ (первые храмы въ честь арх. Михаила построены на мѣстѣ его явленія), а вмѣстѣ съ этимъ явилась надобность и въ установленіи праздника и службы въ честь ангеловъ. Нынѣшняя служба арх. Михаилу 8 ноября и была составлена въ нѣкоторыхъ частяхъ своихъ для храма его, какъ показываютъ такія выраженія: «великій архистратигъ въ днешній день, въ честнѣмъ его храмѣ преславно являлся, освящаетъ». Особеннымъ обиліемъ храмовъ въ честь ангеловъ отличался Константинополь: здѣсь было около 10 храмовъ имъ. Еще Константинъ Великій построилъ 2 храма въ честь арх. Михаила, а Юстиніанъ Великій – шесть (Воcт. агіол. I, 324)[4].

Такимъ образомъ, праздники въ честь ангеловъ должны были появиться въ Церкви не позднѣе времени Константина Великаго. Дѣйствительно, въ самыхъ древнихъ изъ открытыхъ доселѣ мѣсяцеслововъ и уставовъ VII-IX вв. мы находимъ праздникъ арх. Михаилу, и именно 8 ноября. Между тѣмъ въ нѣкоторыхъ изъ этихъ мѣсяцеслововъ нѣтъ праздника Введенія.

Что касается степени торжественности, съ которою праздновался въ древности этотъ праздникъ, то онъ ставился наряду съ самыми большими праздниками. Для него есть евангельскія чтенія въ древнѣйшихъ и именно праздничныхъ евангеліяхъ, писанныхъ золотыми буквами по киновари, которыя содержали въ себѣ чтенія, кромѣ дванадесятыхъ праздниковъ, только на нѣсколько самыхъ важныхъ дней въ году (такъ, на этотъ праздникъ есть чтеніе въ подобномъ евангеліи библіотеки Успенскаго собора X-XI в., которое заключаетъ въ себѣ чтенія лишь на 21 праздникъ въ году). Въ древнѣйшихъ уставахъ 8-е ноября праздновалось, кажется, торжественнѣе и нѣкоторыхъ дванадесятыхъ праздниковъ. Такъ, въ уставѣ великой Константинопольской Церкви (IX в.) и въ Синайскомъ канонарѣ X-XI в. на 8-е ноября указаны тропарь, прокимны и чтенія, а на Введеніе не указано ничего (стоитъ только названіе праздника съ присоединеніемъ наименованія «соборъ»). Въ типиконѣ Константинопольскаго Евергетидскаго монастыря ХII в. на 8-е ноября положена праздничная служба съ октоихомъ, но надо замѣтить, что октоихъ по этому типикону не оставлялся вполнѣ и въ дванадесятые праздники (на такъ называемыхъ «агрипніяхъ» подъ всѣ праздники пѣлся канонъ и сѣдальны октоиха). Въ тактиконѣ Никона Черногорца XI в. 8 ноября отнесено къ среднимъ праздникамъ и означено однимъ крестомъ безъ круга, какъ праздники 12 Апостоловъ и какъ даже напр. 26 сен. и 26 октября.

Первоначально, кажется, этотъ праздникъ посвященъ былъ одному архистратигу Михаилу. По крайней мѣрѣ въ большинствѣ древнихъ мѣсяцеслововъ онъ носитъ одно его имя. Впослѣдствіи къ имени Михаила прибавлено имя Гавріила (мѣсяцесловъ Мстиславова Евангелія, писаннаго до 1117 г.) и вообще архангеловъ (мѣсяцесловъ при Апостолѣ Импер. публ. библ. IX-X в. и грен. Евангелія Синод. библ., писаннаго въ 1056 г.). И только позднѣе съ памятью великихъ начальниковъ ангельскихъ соединена память всѣхъ безплотныхъ силъ. Это видно изъ того, что тропарь и кондакъ, по древней редакціи, относились къ одному лишь Михаилу: читалось не «небесныхъ воинствъ архистратизи», а «архистратиже», или въ кондакѣ: «Архистратиже Божій, служителю Божественныя славы» (теперешній кондакъ въ такой редакціи былъ раньше тропаремъ). И во всѣхъ древнѣйшихъ частяхъ теперешней службы – стихирахъ на Господи воззвахъ и на стиховнѣ – восхваляется одинъ Михаилъ, тогда какъ въ стихирахъ на литіи, которыя позднѣйшаго происхожденія (ихъ не указано въ типиконахъ XII в.), прослаляются вообще безплотныя силы[5].

Полная необыкновенно глубокаго чувства и вдохновенія нынѣшняя служба 8-го ноября выдѣляется на болѣе или менѣе однообразномъ фонѣ рядовыхъ службъ святымъ. Видно, сіяющій выспреннею, небесною красотою мысленный образъ архистратига сильно вдохновлялъ собою пѣснописцевъ. Сквозящее во всѣхъ пѣсняхъ этого дня высокое духовное веселіе не могло ничѣмъ омрачаться: не могло ослабляться, какъ въ пѣсняхъ мученикамъ и преподобнымъ, мыслью о невыносимыхъ ихъ мукахъ и тяжкихъ подвигахъ. Во всей службѣ, поэтому, не пробѣгаетъ ни тѣни скорби и грусти. И это нужно сказать не только о содержаніи пѣснопѣній, но и о напѣвахъ ихъ. Напѣвы подобраны или самые радостные (таковы гласы 1-й и 4-й, на которые поется большинство стихиръ праздниковъ), или самые задушевные и сердечные; такъ, сѣдальны исполняются 1-мъ гласомъ (под. «Гробъ Твой, Спасе... ») или 2-мъ (подоб. «Егда снизшелъ.. »), канонъ – 8-мъ гласомъ (на который поется умилительный канонъ Пресв. Богородицѣ). Весь характеръ службы хорошо выражается въ краегранесіи (акростихѣ) канона: «да торжествуемъ, богомудріи, похвалу собору безплотныхъ». Служба арх. Гавріилу (13 іюля) въ этомъ отношеніи значительно уступаетъ настоящей; она притомъ же не праздничнаго строя, а соединяется съ октоихомъ.

Кромѣ настоящаго дня и 6 сентября (когда воспоминается чудо въ Хонѣхъ), св. Церковь соединяетъ память арх. Михаила еще съ недѣлей о Разслабленномъ. Въ эту недѣлю на канонѣ ему положены по два тропаря въ каждой пѣсни. Это, вѣроятно, на томъ основаніи, что подъ ангеломъ, цѣлительно возмущавшимъ воду въ купели Виѳезда, Церковь разумѣетъ арх. Михаила.

 

Скабаллановичъ М. Н. Св. Архистратигъ Михаилъ. Все, что можно знать о немъ на основаніи Св. Писанія, преданія и соображеній разума, – и о церковномъ чествованіи св. Архангела. К. 1915.

 

[1] А. Глаголевъ: «Ветхозавѣтное библейское ученіе объ ангелахъ». Кіевъ, 1900; 369.

[2] Раввины думали, что всѣ ветхозавѣтныя явленія Бога людямъ сопровождались явленіемъ архангела Михаила. Подъ «славой Господней» или «Шехиной», о которой часто говоритъ Библія, когда описываетъ явленія Божіи на землѣ, раввины разумѣли арх. Михаила. Такое мнѣніе близко къ обоготворенію Михаила.

[3] Дмитріевскій, «Описаніе литургич. рукописей», I, 25.

[4] Достойно примѣчанія, что и у насъ въ нѣкоторыхъ епархіяхъ наиболѣе храмовъ, посвященныхъ св. архистр. Михаилу, иногда 1/7–1/8 всего количества храмовъ въ епархіи.

[5] Дмитріевскій, «Описаніе литургич. рукописей», I, 21. 202-308.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: