Патріарха Геннадія Схоларія о часѣ, въ который былъ распятъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ.

О страданіяхъ и распятіи Господа нашего евангелистъ Маркъ говоритъ, что «былъ часъ третій, и распяша Его» (15, 25). а въ евангеліи отъ Іоанна написано, что «былъ часъ яко шестый (19, 14) и предаде, т. е. Пилатъ, Его ямъ да распнется» (16), и что тогда взяли Его и распяли на Голгоѳѣ. Итакъ нѣкоторые изъ учителей Церкви, желая лучше согласовать евангелистовъ, говорятъ, что на самомъ дѣлѣ распятъ былъ въ шестым часъ, согласно съ Іоанномъ, а Маркъ потому говоритъ, что распятъ былъ въ третій часъ, что въ этотъ часъ состоялось рѣшеніе о распятіи Его, и рѣшеніемъ Онъ распятъ съ третьяго часа, хотя ко кресту пригвожденъ была въ шестой часъ.

Такъ и блаженный Августинъ въ шестой главѣ четвертой книги о Троицѣ говоритъ: «распятъ былъ прежде всего голосами іудеевъ въ третій часъ, въ шестый день предъ субботою, а потомъ на крестѣ повѣшенъ въ шестой часъ». Но трудившіеся надъ сведеніемъ толкованій священныхъ евангелистовъ, полагая указанное толкованіе въ той части евангелія отъ Марка, гдѣ говорится о распятіи Господа, съ обозначеніемъ и именъ тѣхъ, кому принадлежитъ это объясненіе, присовокупляютъ къ нему еще слѣдующее буквально: «Евсевій Кесарійскій, по прозванію Памфиловъ, въ вопросахъ и рѣшеніяхъ своихъ къ Марину о божественныхъ страстяхъ и воскресеніи, разсмотрѣлъ и то, что божественный евангелистъ Маркъ говоритъ, что былъ третій часъ, въ который распятъ былъ Господь Богъ нашъ, а верховный богословъ Іоаннъ написалъ, что въ шестый часъ Пилатъ сидѣлъ на судилищѣ на мѣстѣ, называемомъ Лиѳостротонъ, и дѣлалъ допросъ Іисусу, – и утверждаетъ, что тутъ погрѣшность писца, незамѣченная тѣми, которые въ первыя времена списывали евангелія. Такъ какъ буква гамма Г обозначаетъ третій часъ, а знакъ ς – шестой и такъ какъ эти буквы по начертанію имѣютъ большое между собою сходство, то буква гамма, показатель третьяго часа, по ошибкѣ чрезъ закругленіе продольной прямой линіи приняла видъ того знака (числового), который показываетъ шестой часъ. Ибо когда три евангелиста – Матѳей, Маркъ и Лука – согласно говорятъ, что отъ шестого часа тьма была по всей землѣ до часа девятаго, то ясно, что Господь и Богъ Іисусъ распятъ былъ до шестого часа, прежде чѣмъ сдѣлалась тьма, то есть въ третій часъ, какъ Маркъ повѣствуетъ. Конечно и Іоаннъ подобнымъ же образомъ показалъ, что былъ третій часъ, но переписывавшіе преложили Г въ знакъ ς».

Такъ разрѣшаетъ недоумѣніе Марина Евсевій Памфиловъ, и это рѣшеніе казалось вполнѣ удовлетворительнымъ многимъ изъ позднѣйшихъ; ибо признаетъ за болѣе вѣроятное, что распятъ былъ нашъ Владыка отъ третьяго часа, а отъ шестаго сдѣлалась тьма, при чемъ не только величіе дѣянія, но и благовременность совпаденія могла обратить іудеевъ; когда они пресытились своими безумствами и издѣвательствами, тогда тьма явилась, дабы если не всѣ, то по крайней мѣрѣ нѣкоторые изъ нихъ хоть такимъ образомъ отъ чуда получили пользу, оставивъ свою злобу. И мы съ Божіею помощію, – ибо съ твердою вѣрою въ Господа Іисуса, свѣдомою Ему, и съ надеждою на Него дерзаемъ мы изслѣдовать и разсуждать объ этомъ, – мы, тщательно обсудивши все сказанное другими, находимъ весьма достовѣрнымъ то, что распятіе совершилось въ третій часъ, потому что это совершенно согласуется съ прочими повѣствованіями евангелистовъ о тогдашнихъ событіяхъ.

Послѣ того какъ Господь нашъ взятъ былъ ночью, все, что случилось при отводѣ Его, и что – у Каіафы, все это было до утра, а по наступленіи утра связавъ отвели и предали Пилату. Такимъ образомъ, все остальное происходило отъ утра до третьяго часа: вопросы со стороны Пилата Господу нашему, затѣмъ вопросы іудеямъ, какъ прочіе, такъ и о томъ, кого отпустить имъ согласно закону ихъ, отвѣты іудеевъ весьма настойчивые и все, что Пилатъ говорилъ народу и какъ онъ слагалъ съ себя виновность въ несправедливости по отношенію къ Іисусу и затѣмъ безбожныя глумленія народа послѣ полученія позволенія на распятіе. Все это происходило въ третьемъ часу, и тогда же Онъ былъ распятъ. До этого времени, естественно, и Пилатъ сидѣлъ на судилищѣ, дабы въ виду всего происшедшаго, даже вопреки собственному мнѣнію предать іудеямъ на распятіе; но въ шестой часъ оставаться ему на судейскомъ мѣстѣ не было никакой причины. Для него достаточно было сказать іудеямъ, что надлежало, и, когда уже никакимъ образомъ не могъ убѣдить ихъ, засвидѣтельствованъ съ своей стороны о невинности Его, предать Его на волю кричавшей толпы; ему самому оставалось встать и удалиться домой. Ибо онъ отъ Рима поставленъ былъ главою Іерусалима, жилъ по римскимъ, а не по іудейскимъ обычаямъ и наступало уже время трапезы, такъ какъ былъ полдень и становилось прохладно. Притомъ опъ и не долженъ былъ, сидя на судилищѣ, принимать участіе въ глупостяхъ толпы, которымъ, какъ самъ показалъ, не сочувствовалъ и какъ человѣкъ умный, и еще болѣе потому, что былъ предупрежденъ внушеніями своей жены; далѣе, – и дѣла никакого другого не было тогда ни у народа іудейскаго къ Пилату, ни у Пилата къ нему, кромѣ приговора надъ Іисусомъ; по произнесеніи такового, въ третьемъ часу Пилатъ тотчасъ удалился, архіереи же, старцы, книжники и фарисеи съ прочею толпою и воинами пошли за Іисусомъ, ведомымъ къ мѣсту казни (на крестѣ), и присутствовали при распятіи (именно) потому, что Палатъ уже удалился, иначе не оставили бы его всѣ, еслибы онъ сидѣлъ на судейскомъ мѣстѣ.

Повели же тотчасъ и спѣшно, какъ только получили приговоръ; будучи близко къ мѣсту распятія, въ тоже время боялись какъ-бы не вышло какой перемѣны со стороны Пилата и какъ бы не остаться имъ такимъ образомъ не достигшими своей цѣли. Засимъ, когда распяли въ концѣ третьяго часа, давали уксусъ, одежды дѣлили, надписаніе прилаживали; распинали разбойниковъ, богохульствовали, насмѣхались, не отступили ни предъ какимъ видомъ нечестія. И это продолжалось до шестого часа. А въ шестой часъ сдѣлалась тьма, и такъ какъ воиновъ, назначенныхъ для этого дѣла, оставалось немного, а толпа іудеевъ вся отхлынула, пораженная мракомъ, то подошли ко кресту близкіе Владыкѣ по плоти, ибо воины не были расположены препятствовать родственникамъ стоять при Немъ, между тѣмъ какъ прежде она стояли вдали, или потому, что сами боялись толпы іудеевъ, или потому, что не позволяли имъ приближаться, хотя бы они и желали того. Итакъ отъ шестаго часа даже до девятаго была тьма, и около девятаго часа Господь нашъ испустилъ духъ. Что тьма сдѣлалась по наступленіи уже шестого часа послѣ пятаго, о томъ не Маркъ одинъ, но и Матѳей и Лука говорятъ, точно также какъ по наступленіи послѣ восьмого девятаго часа, когда Господь испустилъ духъ, совершились прочія знаменія. Ибо Богу и Отцу надлежало свыше показать, что Сыну Его, давно уже несущему на крестѣ скорби и поруганія и имѣющему умереть, состраждетъ и тварь, – не на гибель тогдашнимъ дѣлателямъ невѣрія и злобы, но во славу божественнаго домостроительства, на пользу тѣмъ, которые хорошо поймутъ, ради кого совершалось это домостроительство, и на праведныя воздаянія тѣмъ, которые, и послѣ такихъ знаменій не захотятъ придти въ чувство.

Вѣрнѣе же: самъ Богъ Слово, сый по божеству вмѣстѣ со Отцемъ, въ воспринятомъ образѣ являя такое терпѣніе въ страданіяхъ и смерти за человѣка, единственно только знаменіями подтверждалъ истинность домостроительства. Ибо могли ли уже эти несчастные Христоубійцы говорить, что чудотворенія Онъ совершаетъ волшебствомъ, если и пригвожденный ко кресту и осмѣиваемый имя Онъ помрачилъ солнце, во время полнолунія вопреки законамъ природы заслонивъ его луною, не только для живущихъ въ Іерусалимѣ, но и для живущихъ повсюду – выше чего не можетъ быть чуда – и затѣмъ умерши раздрадъ завѣсу цирковную и землю поколебалъ и другія совершилъ тогда знаменія?

Итакъ если такъ послѣдовательно все это шло за распятіемъ отъ третьяго часа, какъ повѣствуется евангелистами, то какимъ бы образомъ могъ Іоаннъ говорить иначе и разногласить съ тремя относительно времени распятія? Конечно тутъ была погрѣшность въ письмѣ у тѣхъ, что первыми списывали евангеліе, какъ говоритъ Евсевій, погрѣшность, которую послѣдующіе переписчики его преемственно по недомыслію распространили повсюду, ни на разность буквы не обративъ вниманія, ни значенія этой разности не взвѣсивъ. Потомъ внимательные изслѣдователи нашли, что тутъ нѣтъ разногласія Іоанна съ прочими, – ибо это недопустимо, – но что случилось это отъ невнимательности переписчиковъ и ошибки въ буквѣ. Передѣлывать же послѣ по многимъ причинамъ не было надобности, да и весьма не легко было передѣлать книги, распространившіяся повсюду, и оставалось, слѣдовательно, довольствоваться тѣмъ, чтобы остающееся въ томъ же видѣ писаніе, понимать не такъ, какъ даетъ поводъ погрѣшность переписчиковъ, но согласно съ болѣе очевиднымъ мнѣніемъ Іоанна, какъ согласнымъ съ истиною и съ тѣмъ, что самъ онъ сказалъ. Подобный случай ошибки указываетъ божественный Златоустъ въ 17-й бесѣдѣ своихъ толкованій на св. Евангеліе отъ Іоанна. Сказавъ: «это сдѣлалось въ Виѳаніи», прибавляетъ: «лучшіе изъ списковъ имѣютъ: въ Виѳаварѣ, ибо Виѳанія была не по ту сторону Іордана и не въ пустынѣ, а близь Іерусалима». Итакъ, что случилось тутъ по сходству въ именахъ, тоже случилось въ первыя времена и въ изслѣдуемомъ нынѣ мѣстѣ по причинѣ сходства (числового) знака съ буквою Г, какъ совершенно правильно открылъ Евсевій и другіе съ нимъ, и что послѣдующіе мудро подтверждаютъ.

Въ данномъ случаѣ я нахожу весьма большую поддержку и у блаженнаго Августина, хотя здѣсь вмѣсто самого Августина я болѣе склоняюсь къ Евсевію и къ согласнымъ съ нимъ; ибо и онъ открываетъ нѣкоторымъ образомъ намъ дверь къ исканію лучшаго соглашенія, или и присоединяться къ найденному другими. Онъ именно думаетъ, что допустило и не невозможно то, что можетъ быть найденъ и другой способъ соглашенія евангелистовъ, кромѣ того, какой самъ онъ предлагаетъ. Ибо сказавъ: «распятъ былъ сначала голосами іудеевъ въ третій часъ, потомъ на крестѣ повѣшенъ въ часъ шестый», – онъ прибавляетъ немного спустя: «итакъ откуда бы ни началъ, даже если и можетъ быть открыто другое основаніе, по которому не противно было бы евангелію Іоанна думать, что Спаситель повѣшенъ былъ на древѣ въ третій часъ, все же не получишь цѣлаго дня» (Августинъ разсуждаетъ здѣсь о трехъ дняхъ, по исполненіи которыхъ Господь воскресъ). Итакъ если и по его мнѣнію возможно открыть другой способъ соглашенія евангелистовъ, то вотъ и найденъ другой и лучшій способъ, и мы охотно присоединяемся къ этому найденному; да и самъ онъ былъ бы радъ этому; потому что тотъ способъ, который онъ вмѣстѣ съ другимъ учителями предлагаетъ, хотя и соглашаетъ трехъ евангелистовъ съ Іоанномъ, тѣмъ не менѣе представляется насильственнымъ и не вполнѣ согласуется съ обстоятельствами: между тѣмъ какъ признаніе ошибки въ буквѣ первоначальныхъ переписчиковъ евангелія отъ Іоанна, и того, что самъ Іоаннъ единакого съ прочими показывалъ, что часъ распятія былъ третій, – и съ истиною обстоятельствъ согласуется вполнѣ хорошо и разногласіе совершенно уничтожаетъ и устраняетъ нужду въ соглашеніи. Притомъ случайность ошибки въ буквѣ весьма вѣроятна и легко допустима; но чтобы прочіе евангелисты должны были опредѣлять часъ распятія крикомъ толпы и осужденіемъ на распятіе, не заботясь о точности, въ этомъ есть нѣчто насильственное и совсѣмъ не подходящее. Но пострадавшему по человѣчеству за насъ, рабовъ, Господу нашему Іисусу Христу и Богу, Создателю нашему и Спасителю слава во вѣки. Аминь.

 

И. Н.

Греческій текстъ изданъ въ первый разъ въ Константинопольскомъ журналѣ «Церковная Истина» 1900 г., № 14.

«Ярославскія Епархіальныя Вѣдомости». 1900. № 18. Ч. Неофф. С. 278-283.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: