Священникъ Михаилъ Надеждинъ – Скорби человѣческія и средство противъ нихъ.

Скорби сердца моего умножишася: отъ нуждъ моихъ изведи мя, Господи! (Псал. 24, 17).

Такъ, среди душевныхъ горестей и скорбей, вопіялъ нѣкогда къ Богу праведный Давидъ; также точно, во дни бѣдствій и несчастій, въ годину тяжкихъ обстояній житейскихъ, долженъ взывать къ Спасителю и каждый христіанинъ: «скорби сердца моего умножишася: отъ нуждъ моихъ изведи мя, Господи».

Вникая въ положеніе дѣлъ на землѣ, наблюдая въ мірѣ семъ жизнь человѣчества во всѣхъ фазахъ ея, можно положительно сказать, что если когда, то особенно въ настоящее время, бѣдствія и страданія, скорби и печали вездѣ и повсюду, какъ острыя стрѣлы, поражаютъ душу человѣка; никто въ мірѣ не свободенъ и не безопасенъ отъ нихъ; никакая мудрость никакая предусмотрительность и осторожность не спасаютъ насъ въ жизни сей отъ горя и разнообразныхъ несчастій. О, надобно, крайне надобно всегда памятовать и почаще размышлять о семъ: этимъ только мы можемъ въ годину скорбей ободрить духъ свой и уврачевать раны сердца своего!

«Скорби сердца моего умножишася». Много и тяжко страдалъ отъ скорбей Давидъ, человѣкъ праведный и святой, «мужъ по сердцу Божію». Многіе думаютъ, будто праведники, люди святой и благочестивой жизни, безопасны на землѣ отъ скорбей и страданій, не испытываютъ въ жизни горя и вкушаютъ однѣ только радости. И св. Апостолъ Павелъ, говорятъ маловѣры, разумѣетъ и утверждаетъ именно это, когда говоритъ филиппійцамъ: «радуйтеся всегда о Господѣ; и паки реку: радуйтеся» (Филип. 4, 4). Но вотъ мы видимъ, что скорбь поражаетъ на землѣ и праведниковъ, что бѣдствія и страданія въ мірѣ семъ гнетутъ и людей высокой святости. Давидъ, какъ извѣстно, былъ мужъ снятой жизни, однакожъ и онъ страдалъ на землѣ и терпѣлъ всякаго рода скорби и несчастія. Да, дѣйствительно, Господь Богъ поражаетъ вѣрныхъ рабовъ своихъ скорбями и несчастіями, искушаетъ ихъ на землѣ бѣдствіями и страданіями, но Онъ же радуетъ и утѣшаетъ ихъ, Своею благодатію поддерживаетъ и, «яко зѣницу ока», хранитъ ихъ отъ всякаго истиннаго зла. По допущенію Божію, страдая и скорбя при жизни «по внѣшнему, ветхому и тлѣнному человѣку», праведники въ то же время всецѣло утѣшаются и блаженствуютъ «по внутреннему и духовному»; «во всемъ скорбяще, они не стужаютъ си; яко умирающе и живи суть; яко скорбяще, присно же радуются» (2 Кор. 4, 1, 6, 9, 10). Кто на землѣ былъ святѣе Спасителя нашего Іисуса Христа? Однако же, и Онъ не избѣжалъ въ мірѣ семъ скорбей и страданій; во всю земную жизнь свою Онъ вкушалъ только горести и несчастія, а въ саду Геѳсиманскомъ до того уязвленъ и пораженъ былъ горемъ, до того тужилъ и скорбѣлъ, что все лицо и все тѣло Его вмѣсто пота покрылось кровію и Онъ, преисполненный болѣзненнаго чувства, въ мучительномъ и томительномъ положеніи сердца воззвалъ: «прискорбна есть душа моя даже до смерти» (Марк. 14, 34). А потому, видя брата, поверженнаго во глубину бѣдъ и несчастій, смотря на ближняго, терзаемаго горемъ и разнообразными страданіями, не будемъ думать, и подобно друзьямъ Іова, говорить: «это человѣкъ, должно быть величайшій грѣшникъ, что терпитъ такія скорби». Нѣтъ, скорбѣлъ и страдалъ Спаситель Іисусъ Христосъ, долженъ скорбѣть и страдать въ мірѣ семъ и всякій благочестивый христіанинъ, всякій истинный ученикъ и послѣдователь Его. Мужъ по сердцу Божію, праведный Давидъ при жизни страдалъ и мучился до того, что «глаза изсохли отъ печали, лице его состарилось отъ скорбей» (Псал. 6, 8); такой же тяжелый крестный путь предлежитъ въ мірѣ семъ и всѣмъ вѣрнымъ рабамъ Божіимъ, другой дороги въ сладчайшее пренебесное царство Божіе никому и нигдѣ не указано.

Что же собственно отягощаетъ земную жизнь вѣрныхъ рабовъ Божіихъ? Откуда ихъ скорби и тягота сердца? Ихъ мучитъ и преогорчаетъ, во-первыхъ, ихъ собственная плоть и кровь, постоянно прельщающая и влекущая ихъ то къ тому, то къ другому грѣху. Святѣйшіе изъ людей и тѣ чувствуютъ нерѣдко грѣховныя пожеланія въ плоти своей. Душею и сердцемъ скорбя и сокрушаясь о семъ, они горько вопіютъ съ апостоломъ Павломъ: «окаяненъ азъ человѣкъ: кто мя избавитъ отъ тѣла смерти сея» (Римл. 7, 24)? Съ другой стороны, праведниковъ тяготитъ и сокрушаетъ грѣхъ, какъ учиненное и совершенное преступленіе противъ милосердаго и всеблагаго Отца Небеснаго. Изъ всѣхъ земнородныхъ нѣтъ и не будетъ ни одного въ мірѣ столь чистаго и непорочнаго, который бы, увлекаемый плотію и кровію, такъ или иначе, въ то или другое время, не палъ въ искушеніе и не согрѣшилъ самымъ дѣломъ. Апостолъ Іаковъ прямо и торжественно говоритъ: «всѣ мы много согрѣшаемъ» (Іак. 3, 2). Когда же, по совершеніи грѣха, рабъ Божій приходитъ въ себя, чувствуетъ и сознаетъ свою виновность предъ Богомъ, тогда сердце его невольно сжимается отъ грусти, стонетъ и воздыхаетъ. Живое доказательство и наглядный примѣръ сего – праведный Давидъ. Сколько скорби, сколько глубокихъ, сердечныхъ воздыханій и сокрушеній въ его покаянныхъ псалмахъ! Какъ сильно горюетъ и сѣтуетъ, какъ жалобно и горько плачетъ онъ, напр., хоть въ 6 псалмѣ: «усталъ я – говоритъ онъ, – отъ воздыханій сердца моего, утомился отъ стенаній; каждую ночь омываю постель мою; слезами моими омочаю ложе мое, изсохло отъ печали око мое; я весь состарѣлся отъ горя» (Псал. 6, 7. 8). Да и можетъ ли, въ самомъ дѣлѣ, рабъ Божій не скорбѣть и не сокрушаться о томъ, что грѣхами своими онъ прогнѣвляетъ милосердаго Отца небесиаго, «дающаго намъ вся обильно въ наслажденіе», благодатію Своею питающаго и поддерживающаго наше тѣло и нашу душу? Можетъ ли рабъ Божій не сѣтовать и не болѣзновать горько о томъ, что по грѣхамъ своимъ онъ лишается благодати Божіей и царства небеснаго? А что дороже для насъ благодати Божіей? Что вожделѣннѣе для вѣрующаго царства небеснаго? Рабъ Божій скорбитъ и сѣтуетъ также о томъ, что грѣхами своими онъ самъ себѣ готовитъ страшный огнь гееискій, ибо знаетъ и твердо увѣренъ, что какой грѣхъ здѣсь на землѣ, при жизни, силою покаянія и чувствомъ сокрушенія не изгладится и не отпустится человѣку, тотъ тамъ, во адѣ, какъ нѣкій червь, будетъ грызть и уязвлять его, подобно пламени будетъ вѣчно жечь и мучить его. Далѣе, праведникъ немало терпитъ и страдаетъ на землѣ отъ діавола, сего вѣчнаго и непримиримаго врага Божія и нашего, отъ его огненныхъ стрѣлъ и злокозненныхъ нападеній. Въ самомъ дѣлѣ, можетъ ли рабъ Божій быть спокоенъ и равнодушенъ, можеть ли не мучиться душею и не терзаться сердцемъ, когда злобный врагъ нашего спасенія видимо внушаетъ ему адскія мысли и грѣховныя пожеланія, когда онъ усиленно исторгаетъ изъ сердца его то благодатное утѣшеніе, которое мы имѣемъ во Христѣ Іисусѣ и чрезъ то нерѣдко повергаетъ его въ малодушіе и мрачное, уныніе? И самый міръ своимъ зломъ, конечно, не радуетъ, но мучитъ и сокрушаетъ рабовъ Божіихъ на землѣ. Содомъ своими злодѣяніями терзалъ праведную душу Лота; Илія скорбѣлъ и горько плакалъ, видя вездѣ и повсюду преспѣющее нечестіе міра. И нынѣ, куда не посмотримъ, на что не обратимъ взоры, вездѣ и повсюду видимъ только зло и беззаконіе, равнодушіе ко всему духовному и небесному, стремленіе къ цѣлямъ земнымъ, къ наслажденіямъ чувственнымъ. Если же лукавый и грѣховный міръ въ своей жизни бозбоженъ, нечестивъ и преступенъ, то, очевидно, онъ самъ себѣ готовитъ погибель, самъ себя низвергаетъ въ преисподнюю, а это можетъ ли не огорчать рабовъ Божіихъ, можетъ ли не тревожить ихъ любвеобильнаго сердца? Говоря о томъ, какъ много въ мірѣ такихъ, которые мыслятъ о земномъ, какъ много на землѣ «враговъ креста Христова, которыхъ конецъ – погибель, которыхъ чрево ихъ Богъ и которыхъ слово въ студѣ и срамѣ», говоря о семъ апостолъ Павелъ горько скорбитъ и слезно плачетъ (Фил. 3, 19). Ахъ! хотя бы сошлись всѣ люди вмѣстѣ и стали оплакивать одну только осужденную душу, то и общими силами, совокупными слезами они не могли бы довольно оплакать ее, такъ какъ мученія ея вѣчны. Если же теперь представимъ, что ни одна, ни десять, ни сто, но нѣсколько тысячъ душъ добровольно низвергаются въ преисподнюю и не хотятъ, при всей къ тому возможности, быть во времени счастливыми и въ вѣчности блаженными, то какъ тутъ сердцу раба Божія не облиться кровію?

Но міръ огорчаетъ и мучитъ рабовъ Божіихъ еще разнообразными поношеніями и преслѣдованіями. «Въ мірѣ скорбни будете», сказалъ Спаситель своимъ ученикамъ: «Вы восплачете и возрыдаете, а міръ возрадуется» (Іоан. 16, 20). И какъ буквально исполняется это на дѣлѣ; какъ часто вѣрующіе скорбятъ и горюютъ, плачутъ и рыдаютъ отъ вражды къ нимъ міра сего, отъ поношеній и преслѣдованій его! Наконецъ, и Самъ Господь Богъ нерѣдко испытываетъ и смущаетъ душу рабовъ Своихъ, когда, по премудрымъ цѣлямъ Своимъ, во благо человѣчества, скрываетъ отъ нихъ Свое любвеобильное сердце и въ тяжкихъ обстоятельствахъ ихъ жизни представляется имъ, «немилосердымъ и строгимъ», когда въ годину ихъ скорбей и горестей, не является къ нимъ немедленно съ небеснымъ утѣшеніемъ и благодатною помощію. Какъ часто бываетъ, что, страдая и изнемогая подъ бременемъ креста, мы слезно вопіемъ къ Богу, просимъ и умоляемъ Его о помощи и не получаемъ ея? Не случается ли даже и такъ, что въ то время, когда мы взываемъ къ Богу о спасеніи и избавленіи насъ отъ бѣдъ и несчастій, Господь посылаетъ намъ новое горе, къ кресту прилагаетъ новый крестъ и такимъ образомъ видимо усиливаетъ наши скорби, усугубляетъ наши страданія? Въ семъ случаѣ Господь хочетъ пріучить насъ въ священному и благоговѣйному страху предъ Нимъ. Требуя отъ насъ чистой, безкорыстной любви и благоговѣйнаго страха, Онъ къ первой располагаетъ и побуждаетъ насъ милостями, щедротами и благодѣяніями, а ко второму, очевидно, пріучаетъ насъ тѣмъ, что въ событіяхъ жизни нашей нерѣдко является намъ какъ бы невнимательнымъ и немилосердымъ, неумолимымъ и строгимъ.

«Скорби сердца моего умножишася». Какъ у Давида, такъ и у каждаго вѣрующаго главная, существенная и основная скорбь – скорбь сердца. Почему же скорбь поражаетъ именно сердце раба Божія, а не другой какой-либо членъ и составъ существа его? Конечно, потому, что сердце, съ одной стороны, есть источникъ всѣхъ грѣховъ: «отъ сердца бо, говоритъ Спаситель, исходятъ помышленія злая, убійства, прелюбодѣянія, любодѣянія, татьбы, лжесвидѣтельства и хулы» (Матѳ. 15, 19). Если же грѣхъ возникаетъ изъ сердца, то очевидно, всѣ послѣдствія грѣха, вся тягота и сила его, когда по совершеніи грѣхъ познается въ своемъ дѣйствіи, падаютъ уже на источникъ и корень грѣха, – на сердце. Представьте, напр., что въ извѣстномъ городѣ есть измѣнникъ; смотрите жъ, какъ все въ этомъ городѣ возстаетъ и вооружается противъ общаго врага, какъ всѣ и каждый готовы попрать и сокрушить, предать и подвергнуть его всѣмъ горестямъ и скорбямъ. Такъ и мы внутри себя, въ глубинѣ существа своего имѣемъ измѣнника: это – собственное наше сердце; оно предаетъ насъ грѣху, какъ бы насильно влечетъ насъ въ грѣховныя сѣти, подслащая ихъ разными минутными приманками. Когда же грѣхъ, послѣ сего, открывается въ своихъ дѣйствіяхъ и по нимъ уже ясно познается всѣми и каждымъ, тогда всѣ члены, связанные съ сердцемъ и преданные имъ, за его измѣну возстаютъ и вооружаются противъ него, нападаютъ и поражаютъ его до того, что оно преисполняется скорбію, всецѣло проникается болѣзнію и горестію. – Съ другой стороны, въ сердцѣ – источникъ жизни. А что такое сатана по отношенію къ намъ? Это человѣкоубійца. Если бы только было возможно, онъ всѣхъ насъ до смерти погубилъ бы своими огненными стрѣлами. Такъ, ища нашей жизни, желая всячески отнять ее у насъ, онъ постоянно нападаетъ на сердце, какъ на вмѣстилище жизни и тѣмъ, конечно, мучитъ и сокрушаетъ, тиранитъ и уязвляетъ его. Наконецъ, сердце истинно-вѣрующаго есть та священная храмина, въ которой обитаетъ Христосъ Спаситель. Аностолъ Павелъ ясно утверждаетъ это, когда говоритъ, что «Христосъ вѣрою вселяется въ сердца наши» (Ефес. 5, 17). Вотъ, по этой-то причинѣ, діаволъ всячески и заботится нынѣ только о томъ, какъ бы выгнать изъ сердца нашего Христа Спасителя, истинную утѣху нашу. Въ такой злонамѣренной заботливости, онъ неусыпно и со всею силою нападаетъ на бѣдное сердце наше, мучитъ и уязвляетъ, поражаетъ и сокрушаетъ его!

«Скорби сердца моего умножишася». Точно, у праведниковъ всегда бываетъ много скорбей и по числу. Скорбь ихъ объемлетъ и душу и тѣло. Когда болѣетъ и страдаетъ душа, тѣло невольно принимаетъ участіе въ ея болѣзняхъ и страданіяхъ, сочувствуетъ ей и вполнѣ раздѣляетъ ея тяготу: душа и тѣло, по тѣсной внутренней взаимной связи своей, это – два ближайшихъ искреннихъ друга, изъ коихъ одинъ испытываетъ положеніе другого. Праведный Давидъ неложно свидѣтельствуетъ о себѣ, что сердечныя скорби его всегда и какъ бы неизбѣжно переливались на тѣло и вполнѣ отпечатлѣвались на немъ. Въ покаянныхъ псалмахъ онъ жалуется, что, когда душа его сильно потрясена, въ то время отъ внутренней печали «сохло око его, измѣнялся и старѣлъ видъ его» (Псал. 6, 4-8); что отъ грѣховъ не было «исцѣленія въ плоти его и мира въ костехъ» его и отъ біенія сердца тѣлесная сила сама собою оставляла его (Псал. 3, 7. 4, 11 и др.). Подобно Давиду, и каждый праведникъ видимо замѣчаетъ, что скорби и горести, падая прямо на душу, вмѣстѣ съ нею поражаютъ и тѣло и отпечатлѣваются на всемъ существѣ нашемъ. Съ другой стороны, несомнѣнно и то, что хотя Господь Богъ и подаетъ рабамъ своимъ иногда минуты покоя и услажденія, дабы они отдохнули и укрѣпились въ силахъ, но скорбей совершенно не отъемлетъ отъ нихъ; по премудрому и благому устроенію Его, одна скорбь у праведниковъ смѣняется другою, за однимъ горемъ слѣдуетъ другое.

Но неужели нѣтъ никакихъ средствъ, никакого врачевства противъ скорбей и горестей сердечныхъ? Есть противъ нихъ врачевство и самое близкое и доступное всѣмъ и каждому, самое вѣрное и надежное: это молитва. «Отъ нуждъ моихъ изведи мя», Господи, вопіялъ праведный Давидъ; такъ точно и каждый христіанинъ, во время напастей и скорбей, съ молитвою долженъ обращаться къ Богу и просить у Него помощи и утѣшенія. Неблагоразумно поступаютъ тѣ, которые, подвергшись бѣдствію и несчастію, впадаютъ въ уныніе, бросаютъ все, заключаются въ храмину свою и тамъ наединѣ скорбятъ и плачутъ, мучатся и рыдаютъ даже до смерти; этимъ они ничего хорошаго не достигаютъ, а только больше прогнѣвляютъ Бога и скорѣе губятъ и убиваютъ себя. Въ семъ случаѣ гораздо лучше, далеко полезнѣе и спасительнѣе вопіять къ Богу и молить Его о помощи. Праведный Давидъ свидѣтельствуетъ о себѣ, что «въ день скорби и во время печали онъ отъ земли, отъ конецъ ея всегда взывалъ къ Богу» (Псал. 60, 3). Заботливый о спасеніи нашемъ Господь Богъ для того собственно и поражаетъ насъ скорбями, чтобы мы чаще, сильнѣе и пламеннѣе взывали къ Нему не только чувственнымъ, внѣшнимъ гласомъ, но и внутреннимъ трепетомъ, біеніемъ и движеніемъ сердца. Сердечная скорбь сама по себѣ есть уже молитва предъ Богомъ. Молитва разсѣеваетъ и прогоняетъ скорби сердца нашего, смягчаетъ и услаждаетъ ихъ; поэтому-то праведный Давидъ молитву называетъ изліяніемъ сердца предъ Богомъ. И дѣйствительно, какъ многіе молитвенными воздыханіями и слезами излили и оплакали всѣ скорби своего сердца, исторгли ихъ изъ себя, освободили и избавили отъ нихъ свою душу! Молитва есть каналъ, которымъ Господь Богъ изливаетъ на насъ свое небесное утѣшеніе. Сколько отъ насъ идетъ воздыханій къ Богу, столько отъ Него нисходитъ къ намъ благодатнаго утѣшенія. Но какъ могу я молиться и взывать къ Богу, говоритъ страдалецъ, пораженный скорбію, когда я весь угнетенъ и подавленъ горемъ, когда скорби и горести, какъ нѣкое бремя, тяготятъ меня и сжимаютъ всѣ силы мои? Бозлюбленный о Господѣ! если отъ тяжести и силы скорбей ты не можешь молиться, то воздыхай о семъ, по крайней мѣрѣ, и съ сознаніемъ своей немощи желай молитвы, напрягай, уготовляй себя къ ней, а «желаніе нищихъ и убогихъ Господь слышитъ и сердечной готовности ихъ внимаетъ ухо Его» (Псал. 9, 38). Если же и сего не можешь ты сдѣлать, то во время скорби вспомни хоть о Богѣ. И сколько отрады, сколько утѣшенія получишь отсюда! Давидъ и всѣ святые въ тяжкомъ горѣ утѣшали себя болѣе всего мыслію о Богѣ. Безъ свѣта солнечнаго никто не можетъ смотрѣть на солнце; такъ точно и безъ благодати Божіей никто не можетъ вспомнить и помыслить о Богѣ. А потому, если ты не можешь вспомнить и помыслить о Богѣ, то знай и вѣруй, что милосердый Господь Богъ Самъ вспомнитъ о тебѣ. Молиться въ скорби и въ напасти, значитъ, именно скорбѣть и сокрушаться, что мы не можемъ ни помыслить о Богѣ, ни молиться Ему.

«Отъ нуждъ моихъ изведи мя». Какъ лѣкарства ослабляютъ и уничтожаютъ болѣзнь тѣлесную, такъ молитва разгоняетъ и развеваетъ скорбь души нашей. Преклоненный молитвою, Господь Богъ въ день скорби нашей снисходитъ къ намъ съ Своимъ благодатнымъ утѣшеніемъ, являетъ въ насъ силу Свою и мышцею Своею видимо избавляетъ насъ отъ скорби, исторгаетъ и освобождаетъ отъ мрака унынія и сокрушенія; на скорбь сердца нашего, на стенанія и воздыханія души нашей ниспосылая намъ небесное утѣшеніе, Онъ возбуждаетъ и поддерживаетъ имъ духъ нашъ, веселитъ и радуетъ, восхищаетъ и восторгаетъ его. Такъ всегда поступаетъ Господь Богъ со всѣми вѣрными рабами Своими, чтобы они непрестанно помнили и благословляли Его щедрую и любвеобильную руку. Онъ, Отецъ милосердія и Богъ всякаго утѣшенія, радуетъ и утѣшаетъ насъ во всякой скорби нашей, чтобы и мы могли утѣшать находящихся въ скорби тѣмъ же утѣшеніемъ, которымъ Онъ утѣшаетъ насъ самихъ. Ибо «по мѣрѣ того, какъ умножаются въ насъ страданія Христовы, умножается Христомъ и утѣшеніе наше» (2 Кор. 1, 3. 4 и 5). Такъ близко граничатъ между собою земныя страданія и небесныя утѣшенія, человѣческія скорби и божественная радость; для всѣхъ истинно молящихся, для сердецъ вѣрующихъ, для душъ преданныхъ Богу, они какъ бы совокупны и нераздѣльны между собою. Самъ Спаситель нашъ Іисусъ Христосъ сказалъ, что всѣ труждающіеся и обремененные, всѣ скорбные и несчастные въ Немъ легко могутъ найти для себя помощь и отраду, облегченіе и услажденіе (Матѳ. 11, 28). Но вотъ, говорятъ многіе, во время скорбей и бѣдствій мы усердно вопіемъ къ Богу и остаемся неуслышанными, просимъ у Него утѣшенія и не получаемъ его. Но, дорогіе христіане, любвеобильный и милосердый Господь Богъ гораздо ближе къ намъ своею благодатію, нежели какъ кажется намъ, Онъ попремногу поддерживаетъ и утѣшаетъ насъ всегда, даже и въ то время, когда представляется намъ, что мы не чувствуемъ ни малѣйшаго утѣшенія. Скажите, откуда у насъ эта мощь и крѣпость, съ какою мы нерѣдко выдерживаемъ сильные удары бѣдъ и несчастій, переносимъ самое тяжкое бремя ихъ! О, если бы Господь Богъ не поддерживалъ насъ своею благодатію, если бы не было при насъ Его небеснаго, животворящаго утѣшенія: вѣрьте, мы сами ни на одно мгновеніе не могли бы устоять противъ скорбей и напастей міра сего. Онъ только поддерживаетъ и подкрѣпляетъ насъ своею благодатною силою и своимъ небеснымъ утѣшеніемъ, конечно, невидимо для насъ и сокровенно, но тѣмъ не менѣе дѣйствительно и вполнѣ благотворно.

По сердечной молитвѣ нашей Господь Богъ избавляетъ и освобождаетъ насъ отъ скорби и напасти, ослабляя и прекращая и внѣ и внутри насъ все то, что мучитъ, стѣсняетъ и преогорчаетъ душу и сердце наше. Люди при всемъ желаніи, сами по себѣ часто вовсе не находятъ никакихъ средствъ выпутаться изъ бѣды, но Богъ въ Своей власти содержитъ всѣ пути и стези жизни нашей и знаетъ какъ лучше и благонадежнѣе избавить раба своего отъ скорби и напасти. Апостолъ Павелъ указываетъ именно на это, когда говоритъ, что Богъ, но вѣрности своей, «не попуститъ намъ быть искушаемыми сверхъ силъ, но при искушеніи даетъ намъ и облегченіе, такъ чтобы мы могли перенести оное» (1 Кор. 10, 13).

Наконецъ, Господь Богъ избавляетъ и освобождаетъ насъ отъ скорбей и горестей путемъ смерти. Смерть страшна и ужасна для насъ, всѣ мы вооружаемся противъ нея, даже мысль о ней лишаетъ насъ бодрости и отнимаетъ у насъ крѣпость силъ; но при всемъ томъ, по устроенію Божественнаго о насъ Промысла, она всегда была, есть и всегда будетъ единственною благодѣтельницею для падшаго человѣчества: она освобождаетъ насъ отъ всѣхъ бѣдствій и страданій тяжкаго и многомятежнаго земнаго поприща нашего; изъ юдоли мрака, изъ страны скорбей и горестей переводитъ душу вѣрующаго въ область свѣта, радости и блаженства. Сыны Израиля страдали и скорбѣли въ Египтѣ: и Господь послалъ имъ избавителя въ лицѣ Моисея. Міръ этотъ для насъ есть тотъ же Египетъ: онъ безпокоитъ и тяготитъ, мучитъ и сокрушаетъ и душу и тѣло наше, и при всѣхъ скорбяхъ и страданіяхъ нашихъ никогда не даетъ намъ истинной отрады и дѣйствительнаго утѣшенія. Что же въ такомъ случаѣ дѣлать намъ? одно и самое лучшее: скорбѣть и воздыхать, плакать и молиться объ избавленіи и по воздыханіямъ, по слезнымъ молитвамъ нашимъ Господь Богъ ниспошлетъ намъ вожделѣнную смерть, которая освободитъ и избавитъ насъ отъ всѣхъ скорбей и безпокойствъ жизни сей. Здѣсь, въ мірѣ семъ, мы живемъ точно какъ въ Вавилонѣ: смерть переводить насъ въ благодатный небесный Іерусалимъ. Отовсюду окружаемые въ жизни сей скорбями и напастями, стѣсняемые разнообразными безпокойствами, заботами и убійственною суетою, можемъ ли мы не воздыхать и не плакать о семъ, можемъ ли не желать и не просить разрѣшенія отъ узъ плоти и преселенія въ обитель вѣчныхъ радостей? Давно замѣчено, что для сердца вѣрующаго, для души преданной Богу и стремящейся къ блаженному соединенію съ Нимъ, лучше и отраднѣе – «умрети», нежели «жити» въ мірѣ семъ скорбномъ и многомятежномъ, среди рода строптива и развращенна. Премудрый Соломонъ прямо и открыто сказалъ, что день смерти для всякаго человѣка лучше, пріятнѣе и вожделѣннѣе дня рожденія. И дѣйствительно, рожденіе вводитъ насъ въ міръ сей, въ юдоль плача и слезъ, въ страну скорбей и бѣдствій, со днемъ его начинается для насъ непрерывный рядъ напастей и всякаго рода несчастій; смерть же выводитъ насъ изъ скорбнаго міра сего въ міръ радостный и блаженный, полагаетъ конецъ всѣмъ бѣдствіямъ и скорбямъ нашимъ.

Господи, Боже щедротъ и милосердія и Отче всякія утѣхи! Ты Самъ вѣдаешь, сколько въ мірѣ семъ скорбей и горестей поражаетъ рабовъ Твоихъ, отъ глубины души и во умиленіи сердца молимъ Тя, Бсеблагій, ими же вѣси судьбами спаси и помилуй всѣхъ насъ!

 

Свящ. Михаилъ Надеждинъ.

 

«Московскія Церковныя Вѣдомости». 1905. № 9. С. 100-104.

 

Объ авторѣ. Священникъ Михаилъ Александровичъ Надеждинъ – Окончилъ Московскую Духовную семинарію въ 1895 г. Съ 1895 по 1986 г. учитель Пятнице-Параскевіевской, что у рѣчки Березовки, церковно приходской школы. Въ 1986 г. опредѣленъ на священническое мѣсто въ с. Пречистенскомъ, Рузскаго у. («Моск. Церк. Вѣд.» 1896. № 25. Отд. Оффиц. С. 54.). В 1902 г. перемѣщенъ на священническую вакансію при церкви Акатовскаго женскаго монастыря. («Моск. Церк. Вѣд.» 1902. № 31. Отд. Оффиц. С. 65.). Съ 1902 по 1911 г. священникъ Александро-Невскаго Акатовскаго монастыря, Клинскаго у. 11 нобяря 1911 г. назначенъ священникомъ церкви при Московской городской богадѣльнѣ имени Тарасовыхъ, что на Шаболовкѣ («Моск. Церк. Вѣд.» 1911. № 48. Отд. Оффиц. С. 352.). Съ 1 сентября 1912 г. преподаватель въ городскомъ Міусскомъ мужскомъ училищѣ въ память Императора Александра II въ Москвѣ. Награжденъ: фіолетовою скуфьею («Моск. Церк. Вѣд.» 1906. № 17. 45.); наперснымъ крестомъ выдаваемымъ отъ Св. Синода («Церк. Вѣд.» 1916. № 18-19. С. 183.). Дальнѣйшихъ свѣденій не обрѣтается.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: