Св. мученикъ Памфилъ изъ Кесаріи, распространитель свящ. Писанія въ III вѣкѣ (Память 16 февраля ст. ст.).

Въ ряду другихъ прекрасныхъ явленій, коими характеризуется духовная жизнь нашего вѣка, выдающееся положеніе занимаетъ дѣятельность многихъ обществъ по распространенію свящ. Писанія. Интересно при этомъ и поучительно вспоминать о распространителяхъ свящ. Писанія, дѣятельности ихъ и плодахъ ея въ древнее время. Такимъ ревнителемъ сего дѣла въ концѣ 3-го вѣка по Рождествѣ Христовымъ былъ Памфилъ изъ Кесаріи.

О происхожденіи Памфила ничего неизвѣстно, а объ его юности только то, что онъ получилъ дѣльное философское образованіе въ школѣ ученаго Піерія въ Александріи въ Египтѣ и сохранялъ постоянно любовь къ этого рода наукамъ. Потомъ онъ былъ пресвитеромъ Кесарійской общины, въ какомъ званіи постоянно удерживалъ за собой славу мужа благочестиваго и истиннаго христіанина, а это собой означало многое въ то время и въ такомъ мѣстѣ. Кесарія, гдѣ во времева Апостоловъ жилѣ Корнелій сотникъ и гдѣ св. Павелъ Апостолъ два года въ темницѣ содержался, хотя и была городомъ, расположеннымъ на священной почвѣ Палестины, на самомъ же дѣлѣ это былъ шумный языческій городъ. Построилъ его Иродъ Великій въ честь императора Августа и состоялъ онъ резиденціей Римскихъ намѣстниковъ. Здѣсь стояли гарнизономъ Римскія войска; храмы въ честь языческихъ боговъ украшали собой всѣ главные пункты города, а въ театрахъ справляемы были языческія празднества. Оставаться среди столь развитой мірской жизни серьезнымъ и разсудительнымъ, незапятнаннымъ, для этого необходимо было отличаться въ значительной мѣрѣ христіанской твердостью, а въ представителяхъ такой между христіанами того времени не было недостатка. Въ теченіе нѣкотораго довольно продолжительнаго промежутка времена не было со стороны Римскаго правительства объявляемо на христіанъ никакихъ гоненій; христіанская вѣра распространялась безпрепятственно и находила себѣ столь много послѣдователей, что повсюду строились новыя и великолѣпныя христіанскія церкви; къ предстоятелямъ христіанскихъ общинъ языческіе правители относились съ благорасположенностью и почтительно; даже при императорскомъ дворѣ изъ числа лицъ составлявшихъ свиту императора, даже изъ придворныхъ чиновниковъ нѣкоторые были христіанами и имъ не было возбраняемо жить по правиламъ своей вѣры. Но этотъ внѣшній покой дѣлалъ христіанъ сонными и вялыми; многіе держались церкви лицемѣрно и только ради внѣшнихъ выгодъ; даже изъ епископовъ нѣкоторые проводили жизнь въ удовольствіяхъ и вылшмали для этого деньги съ вѣрныхъ; при этомъ изъ высокомѣрія и честолюбія вели они безконечные споры другъ съ другомъ и взаимно чернили себя; и въ нѣдрахъ общинъ усилился духъ партій и сварливости. При такомъ неспокойномъ состояніи церкви Памфилъ былъ однимъ изъ немногихъ, которые знамя Евангелія держали высоко, ведя жизнь отличную отъ мірской и самымъ своимъ поведеніемъ доказывая, что формы жизни по заповѣдямъ Божественнаго Основателя христіанской религіи безконечно выше формъ жизни по началамъ инымъ. Памфилъ жилъ просто и умѣренно, а что при такомъ образѣ жизни оставалось у него, то раздѣлялъ бѣднымъ; и былъ онъ готовъ для каждаго на какую-либо услугу, этимъ не хвалясь и не превозносясь. Въ качествѣ предстоятеля общины онъ не о томъ хлопоталъ, чтобы властвовать надъ народомъ, а чтобы образомъ быть для стада.

Съ особеннымъ усердіемъ Памфилъ отдавался распространенію свящ. Писанія. Онъ зналъ, что ничто не можетъ такъ способствовать поднятію христіанской жизни, какъ слово Божіе, на каждой страницѣ столь сильно свидѣтельствующее противъ заблужденій человѣческаго сердца, хотя бы заблужденія эти проявлялись въ формѣ и церковныхъ злоупотребленій. Былъ онъ также убѣжденъ, что проповѣди одной, да еще только по днямъ воскреснымъ, недостаточно для проникновенія сердецъ закваскою Евангелія, что для этого необходимо вносить слово Божіе въ домы христіанъ, что здѣсь оно должно читателей себѣ находить. Оттого всѣ усилія свои Памфилъ направлялъ къ тому, чтобы свящ. Писаніе распространялось въ возможно большемъ количествѣ экземпляровъ. Книгопечатанія въ то время еще не было; книги могли быть умножаемы только путемъ переписки, которая требовала долгаго времени, крупныхъ затратъ на бумагу и писцовъ. Мы въ настоящее время не можемъ и вообразитъ себѣ всѣхъ трудностей, какія въ первенствующее время Церкви должны были побѣждаемы быть при изготовленіи даже и одного экземпляра свящ. Писанія. Памфилъ боролся съ этими затрудненіями и велъ дѣло это, дѣлая что въ его время возможно было.

Много помогало успѣху его дѣла то обстоятельство, что въ общинѣ Кесарійской расположенность къ изученію свящ. Писанія уже пробуждена была съ нѣкотораго времени. Въ Цервой половинѣ третьяго столѣтія нашелъ въ Кесаріи убѣжище отъ нападеній завистливаго епископа Александрійскаго славный учитель церкви Оригенъ, величайшій ученый и ревностнѣйшій христіанинъ своего времени. Въ Кесаріи живя Оригенъ издалъ многія изъ важйѣйшихъ своихъ твореніи и руководилъ проповѣдническою школою, въ которую молодые люди стекались отовюду; здѣсь Оригенъ напослѣдокъ и узы терпѣлъ за свою вѣру, а по нѣкоторымъ свидѣтельствамъ и умеръ. Главной работой этого многосторонне ученаго мужа въ Кесаріи было: еврейскій текстъ книгъ ветхаго завѣта сличить слово за словомъ съ семью греческими переводами съ него и отмѣтить при этомъ выраженія отступающія отъ буквы. Въ другомъ, меньшемъ сочиненіи онъ просто сопоставлялъ между собою четыре важнѣйшихъ, перевода. Помощникомъ Оригена въ этой исполинской работѣ былъ богатый христіанинъ по имени Амвросій, щедро поддерживавшій его денежными вспоможеніями.

По стопамъ Оригена шелъ и Памфилъ со своими стремленіями по распространенію свящ. Писанія. Онъ полагалъ, что прежде всего нужно тщательно установить текстъ священныхъ книгъ, ибо случалось нерѣдко, что вкрадывались въ оный разныя ошибки то вслѣдствіе оплошливости переписчиковъ, то измѣняли оный по своему благоусмотрѣнію разные суемудрые читатели, находя вносимыя ими измѣненія болѣе назидательными. Памфилъ желалъ своимъ сохристіанамъ дать въ руки свящ. Писаніе въ текстѣ по возможности достовѣрнѣйшемъ, безъ ошибокъ, и безъ сомнѣнія его стремленіе было препохвальнѣйшимъ, потому что дѣло христіанскаго назиданія какъ и воспитанія дѣтей существенно не отъ того зависитъ, чтобы распространить въ народѣ возможно большее количество брошюръ и книгъ, а отъ того, чтобы распространить здѣсь возможно лучшія книги. Посему Памфилъ не о томъ хлопоталъ, чтобы: первая, сравнительно съ другими сохранившаяся въ видѣ исправнѣйшемъ, библейская рукопись была снимаема въ возможно большемъ количествѣ экземпляровъ, нѣтъ; онъ исправнѣйшій текстъ священныхъ книгъ бралъ изъ капитальнаго труда Оригена, и за тѣмъ съ юнымъ другомъ своимъ Евсевіемъ еще разъ провѣрялъ цѣлое по меньшему, четырехчастному труду Оригена. При изданіи новозавѣтныхъ книгъ онъ пользовался истолковательными твореніями того же ученаго мужа. Провѣренный такими предварительными работами: текстъ Памфилъ перевисывалъ собственноручно, отмѣчалъ на полѣ важнѣйшія разночтенія, а Евсевій присоединялъ къ этому короткія объясненія, касавшіяся содержанія. Такъ оба эти мужа вели дѣло изданія свящ. Писанія съ тщательностію и вѣрностію, въ которыхъ и всѣ сегоднешніе издатели свящ. Писанія могли бы взять ихъ за образецъ. Поэтому списки свящ. книгъ, сдѣланные ими, еще и чрезъ сотню лѣтъ были высоко цѣнимы и разыскиваемы и всѣ кто хотѣлъ имѣть точный текстъ Библіи, доставали себѣ такъ называвшуюся тогда Панфиловскую или Палестинскую Библію. Покончивши съ очищеніемъ текста Памфилъ переходилъ къ изданію въ свѣтъ возможно большаго количества списковъ съ него; нанимаемы были лучшіе каллиграфы и нѣкоторому числу ихъ съобща слово за словомъ диктуемъ былъ текстъ; такъ произошли списки писаній пророческихъ, евангелій, апостольскихъ посланій; сполна всей Библіи списковъ было дѣлаемо немного, потому что на это не хватало у Памфила ни средствъ ни времени. По изготовленіи нѣкотораго числа рукописей Памфилъ разносилъ ихъ по членамъ общины, къ мужамъ и женамъ, находившимъ радость въ чтеніи слова Божія; многимъ изъ нихъ онъ доставлялъ хорошо переписанные экземляры сравнительно за дешевую цѣну въ собственность; а у кого денегъ на покупку не было, тотъ получалъ рукопись на время, такъ что, говоря языкомъ сегоднешняго времени, Памфиломъ не только были издаваемы книги, но учреждена была имъ значитъ и христіанская читальня.

Кромѣ книгъ священнаго Писанія Памфиломъ собственноручно были переписаны и многія изъ твореній Оригена, а также издаваемо было собраніе твореній и другихъ отцовъ Церкви. Позднѣе эти изданія погибли безслѣдно; все-же выше упомянутый Евсевій, тогдашній епископъ Кесарійскій, еще пользовался имъ при написаніи своей церковной исторіи и приводитъ въ своемъ твореніи драгоцѣнныя извлеченія изъ 38 христіанскихъ писателей. Творенія двадцати двухъ изъ нихъ до нашего времени не сохранились, такъ что почти всѣми нашими свѣдѣніями о нихъ мы обязаны лишь Памфилу и Евсевію.

Такъ дѣйствовалъ Памфилъ въ тишинѣ. Не былъ онъ ни высокопоставленнымъ какимъ-либо лицомъ въ Церкви, ни знаменитымъ какимъ-либо учителемъ ея, а только предусмотрительнымъ собирателемъ и распространителемъ книгъ свящ. Писанія.

Какіе же теперь были плоды дѣятельности Памфила? Плодотворнѣйшія ея послѣдствія, само собою понятно, ускользаютъ отъ нашего наблюденія. Но то очевидно, что много нераскаянныхъ сердецъ проснулось отъ чтенія Памфиловой Библіи. Какъ много людей, искавшихъ истины, нашли въ ней отвѣтъ на высшіе вопросы жизни! Какъ много душъ, обуревавшихся заботами и удовольствіями, нашли въ ней миръ! Все это явлено будетъ въ тотъ великій день, когда многихъ наставляющіе въ правдѣ сіять будутъ какъ звѣзды всегда и вѣчно (Дан. XII, 3). Однакоже нѣкоторыя благія послѣдствія своихъ трудовъ Памфилъ видѣлъ еще и при жизни своей, когда его дѣло въ буквальномъ смыслѣ этого слова подвергнуто было Богомъ огненному испытанію. Подлѣ долгаго мирнаго затишья вспыхнуло послѣднее страшное гоненіе на христіанъ; это было гоненіе императора Діоклетіана, въ первомъ же своемъ едиктѣ приказывавшаго христіанскіе храмы разрушать, а священныя ихъ книги жечь. Замѣчательно, что язычники именно истребленіе книгъ считали весьма необходимымъ. Они выдавали этимъ непроизвольно свой тайный страхъ предъ размножавшимися книгами свящ. Писанія. Они чувствовали, что если эти книги будетъ имѣть возможность читать каждый, то язычеству придетъ конецъ. Ближайшимъ образомъ опасность грозила конечно всѣмъ трудамъ Памфила и его сотоварищей. По-видимому однимъ ударомъ лишались труды эти всѣхъ своихъ плодовъ. Съ неслыханною силою вспыхнула повсюду истребительная война противъ свящ. книгъ. Первѣе всего властями обыскиваемы были храмы, потомъ домы епископовъ; но большая часть этихъ заблаговременно книги свящ. Писаніи укрыли въ мѣста безопасныя; потомъ обыски были производимы у пресвитеровъ, діаконовъ, чтецовъ; и какія изъ священныхъ книгъ были находимы, всѣ солдатами были относимы на площадь и здѣсь публично были предаваемы сожженію. Такъ было въ Кесаріи на глазахъ Евсевія, такъ было и повсюду въ Римской имперіи.

Но не всѣ книги свящ. Писанія потерпѣли эту судьбу; именно теперь, среди самаго разгара гоненія, оказалось, какъ христіанами любимы были свящ. книги. Конечно были трусы даже между епископами, выдавая все у нихъ имѣвшееся; но они подпадали общему презрѣнію и Церковь прекращала съ ними общеніе. Но многіе изъ христіанъ втайнѣ сохраняли Библію и множество другихъ христіанскихъ сочиненій по цѣлымъ годамъ, доколѣ потаенныя эти мѣста не были открываемы язычниками или случайно или чрезъ предательство какого-либо домочадца. Но были и такіе христіане, которые на вопросъ Римскихъ властей: «Нѣтъ ли у тебя какихъ безполезныхъ книгъ» отвѣчали: «Есть, но я ихъ не отдамъ вамъ». А если власти грозили наказаніемъ за это, то собственники книгъ отвѣчали: «Насъ вы можете сожечь, священныхъ же книгъ сжечь вамъ не удастся». Многіе платились за эту твердость жизнію. Такъ обезглавленъ былъ за это діаконъ Евплій въ Катаніи (память 11 августа). У него нашли Евангеліе, но напрасно требовали выдачи другихъ книгъ. Были и еще христіане, дававшіе такой прекрасный отвѣтъ: «Да, у насъ есть Библія, но въ сердцѣ». А одинъ христіанинъ сказалъ судьѣ: «Если ты и всѣ священныя книги отберешь у насъ, такъ что и слѣда отъ нихъ на землѣ не останется, то наши потомки въ воспоминаніе о своихъ предкахъ и ради своего душевнаго спасенія напишутъ еще большее количество и еще пространнѣйшихъ книгъ и еще ревностнѣе станутъ проповѣдать о Христѣ». И это вовсе не было пустымъ хвастовствомъ. О діаконѣ Валенсѣ (память 16 февр.) изъ Іерусалима разсказываютъ, что онъ изъ свящ. Писанія многіе столбцы зналъ наизусть. Объ одномъ слѣпомъ египтянинѣ, именемъ Іоаннѣ, также извѣстно, что онъ наизусть зналъ даже всѣ свящ. Писанія ветхаго и новаго завѣтовъ и отправлялъ во время Богослужебныхъ собраній должность чтеца. Гдѣ слово Божіе пустило столь глубокіе корни въ умахъ и сердцахъ, тамъ конечно безполезно было Библію и другія свящ. книги сожигать.

Для Памфила такой ходъ дѣлъ могъ служить поводомъ только къ благодарности Богу за то, что Онъ удостоилъ его надъ свящ. книгами работать; и въ фактахъ свидѣтельствовавшихъ о привитіи къ душамъ слова Божія, онъ могъ находить лишь ободреніе для себя. Вслѣдствіе особыхъ обстоятельствъ, о которыхъ точныхъ свѣдѣній мы не имѣемъ, онъ долгое время оставался во время гоненія на свободѣ и языческими властями не былъ безпокоимъ, между чѣмъ какъ въ Кесаріи христіане тο и дѣло были или обезглавливаемы или сожигаемы или топимы въ морѣ. Только по истеченіи 4 лѣтъ гоненія, а именно въ 307 г., по повелѣнію намѣстника Урбана, былъ арестованъ и Памфилъ, допрашиваемъ насчетъ вѣры и принуждаемъ принесть жертву идоламъ. Отъ послѣдняго онъ отказался, хотя его стращали и муками; напослѣдокъ онъ снова отведенъ былъ въ темницу. Здѣсь оставался онъ въ теченіе двухъ дальнѣйшихъ лѣтъ. Можетъ быть намѣстнику хотѣлось столь почтеннаго человѣка лучше къ отреченію принудить, чѣмъ смертной казни предать; но это намѣреніе его оказалось суетнымъ. Даже и въ темницѣ Памфилъ былъ дѣятеленъ. Такъ какъ здѣсь библейскими рукописями онъ не могъ заниматься, то писалъ вмѣстѣ съ Евсевіемъ сочиненіе въ защиту Оригена противъ разнаго рода взводившихся на него обвиненій. Оригенъ къ этому времени уже давнымъ давно умеръ, но Памфилъ глубоко чтилъ его и посвятилъ свою книгу о немъ христіанамъ, осужденнымъ на принудительныя работы въ горныхъ рудникахъ.

Такъ вниманіе Памфила постоянно обращено было на слово Божіе и священное, составлявшее достояніе всего христіанскаго народа и подвергшееся тогда столь страшному огненному и кровавому крещенію. Между многими другими мучениками была въ то время приведена въ Кесарію и цѣлая многочисленная толпа христіанъ, которую недалеко отъ Газы, древняго Филистимскаго города, накрыли за чтеніемъ свящ. Писанія. При допросѣ никто не отрекся отъ вѣры и всѣ были сожжены. При полученіи извѣстія о семъ, Памфилъ имѣлъ полное право воскликнуть: «Благодареніе Богу: тамъ были и моихъ трудовъ Библейскія книги». Преслѣдованіе уже кончилось, потому что даже язычникамъ надоѣли постоянныя казни и сцены ужаса; тутъ одною изъ послѣднихъ молній власть метнула на достопочтенную главу Памфила. Февраля 16-го 309-го года новый намѣстникъ Фирмиліанъ снова вызвалъ его къ допросу вмѣстѣ съ семью другими христіанами. Памфилъ исповѣдалъ свою вѣру во Христа Іисуса и былъ присужденъ къ смерти. Любовь и почтеніе сохристіанъ какъ бы прекрасною вечернею зарею освѣтили послѣдніе часы Памфила и свидѣтельствовали лучше всякихъ словъ о томъ, чѣмъ мученикъ былъ для христіанъ. Едва приговоръ былъ прочтенъ, какъ молодой слуга Памфила, Порфирій, обратился къ властямъ съ просьбою дозволить ему эту честь, погребсти господина. Въ возмездіе за эту смѣлость онъ самъ былъ казненъ, и умеръ еще прежде своего учителя съ именемъ Христа въ устахъ. Селевкъ, христіанинъ, а прежній офицеръ, напомянулъ Памфилу объ одномъ случаѣ ихъ жизни и поцѣловалъ одного изъ осужденныхъ; за это и онъ долженъ былъ умереть. Преданъ былъ смертной казни при этомъ еще и Ѳеодулъ, домоправитель самого намѣстника за то, что не могъ скрыть своего уваженія къ Памфилу и его сотоварищамъ. Послѣ этого всѣ осужденные, и Памфилъ съ ними, были обезглавлены. Но когда трупы ихъ лежали еще на землѣ, протѣснился сквозь толпу христіанинъ, по имени Юліанъ, возвратившійся изъ путешествія; онъ сталъ обнимать и цѣловать мертвыя тѣла и самъ за это тотчасъ сожженъ былъ на кострѣ; это былъ 12-й мученикъ того дня. Евсевій говоритъ, что двери неба въ день тотъ, широко отверзтыя для Памфила, и другимъ дали возможность войти въ небесное царство.

Такъ окончилъ жизнь свою Памфилъ, древній распространитель книгъ свящ. Писанія. Но дѣло его не кончилось съ нимъ; оно пережило его и сопровождалось неисчислимо благотворными послѣдствіями. Мѣсяцъ спустя послѣ смерти Памфила въ Кесаріи казнены были два послѣднихъ христіанскихъ мученика; какъ будто именно кровью Памфила потушено было пламя гоненія; вскорѣ послѣдовалъ указъ императора Галерія о прекращеніи гоненія. За тѣмъ христіанская религія Константиномъ Великимъ признана была религіей государственною и дозволено было повсемѣстное исповѣданіе ея; христіанство изъ борьбы на жизнь и смерть вышло нетолько цѣлымъ, но и побѣдоноснымъ, тріумфирующимъ. Прекраснѣе теперь, чѣмъ можно было ожидать, созрѣло сѣмя надеждъ Памфиловыхъ, и его сотоварищу и другу, Евсевію, суждено было христіанскому востоку то посредствовать, что Памфиломъ подготовляемо было еще въ опасныя времена язычества. Библіотека Памфилова какъ бы чудомъ какимъ спаслась отъ уничтоженія. Ей пользовался Евсевій при написаніи своей церковной исторіи. Но и дѣлу изданія Библіи она послужила въ мѣрѣ значительной. По построеніи въ новомъ своемъ столичномъ городѣ Константинополѣ немалаго количества новыхъ христіанскихъ церквей, императоръ Константинъ поручилъ Евсевію нанять опытныхъ каллиграфовъ въ возможной скорости изготовить 50 четкихъ рукописей Библіи на пергаментѣ и потомъ концѣ съ діакономъ своей церкви оныя прислать въ столицу. Только благодаря подготовительнымъ работамъ Памфила Евсевій былъ въ состояніи исполнить это распоряженіе императора быстро, и къ полному его удовольствію; прекрасно, изготовленныя Библейскія книги привезены были въ Константинополь; съ нихъ здѣсь безъ сомнѣнія было снимаемо множество другихъ списковъ, разсылавшихся по всему востоку. Такъ съ полнымъ правомъ можно утверждать, что дѣлу изданія Библіи Памфилъ оказалъ наиважнѣйшую услугу. Благодаря ему свящ. Писаніе во множествѣ списковъ и въ текстѣ исправномъ дошло и до нашего времени. Жизнь Памфила свидѣтельствуетъ ясно, что всему исходящему отъ Бога предопредѣлена побѣда и что ни одно зернышко тутъ не погибаетъ.

 

«Ярославскія Епархіальныя Вѣдомости». 1885. Ч. Неофф. № 5. Стб. 69-76; № 6. Стб. 84-86.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: