Протоіерей Іоаннъ Сабининъ – Слово въ недѣлю по Просвѣщеніи.
Святая Церковь наша, учредивъ особенно-торжественныя празднованія въ воспоминаніе такихъ важнѣйшихъ событій изъ земной жизни Іисуса Христа, какъ Его рожденіе и крещеніе, чтобы не оставить вѣрныхъ чадъ своихъ безъ назидательнаго напоминанія и облагодѣяніяхъ, явленныхъ роду человѣческому празднуемыми событіями, установила въ попразднственные дни напоминать намъ какъ о самыхъ событіяхъ, такъ и объ обстоятельствахъ, непосредственно слѣдовавшихъ за ними. Такъ, въ настоящій воскресный день, воспоминая въ Богослуженіи крещеніе Господне, она въ чтенномъ Евавгеліи повѣствуетъ о томъ, что Господь нашъ Іисусъ Христосъ послѣ крещенія, сорокодневнаго поста и искушенія отъ діавола вступаетъ въ дѣло открытаго служенія Своего роду человѣческому.
Христіане, братіе! Живя въ обществѣ, каждый изъ насъ въ извѣстной мѣрѣ служитъ обществу. Божественное лицо Господа нашего Іисуса Христа представляетъ намъ высочайшій образецъ всякаго общественнаго служенія. И такъ, воспоминая нынѣ вступленіе Іисуса Христа на открытое служеніе роду человѣческому, постараемся кратко прослѣдить исторію приготовленія Господа нашего къ сему общественному служенію и извлечь изъ нея уроки назиданія для себя, при сравнительномъ взглядѣ на собственное наше приготовленіе и служеніе обществу.
Изъ Евангельской исторіи мы знаемъ, что Господь нашъ Іисусъ Христосъ, до вступленія Своего въ открытое служеніе роду человѣческому, растяше и крѣпляшеся духомъ, исполняяся премудрости; – и преспѣваше премудростію и возрастомъ и благодатію у Бога и человѣкъ (Луки II, 40. 52). И у насъ въ настоящее время о приготовленіи къ общественной дѣятельности, въ этомъ отношеніи, заботятся, по-видимому, весьма не мало. Кромѣ общаго, всякому потребнаго образованія и развитія умственныхъ силъ, предлагаются еще и частныя свѣдѣнія по разнымъ предметамъ общественной дѣятельности, безъ которыхъ и доступъ къ ней былъ бы невозможенъ. Нельзя безъ искренней радости и признательности не видѣть въ этомъ живой заботы о благѣ общемъ, но въ равной-ли степени прилагается также стараніе объ укореніи нравственно-религіозныхъ правилъ въ будущихъ общественныхъ дѣятеляхъ? При вступленіи въ избранный родъ занятій, въ равной-ли степени сознаютъ они необходимость какъ книжныхъ руководствъ науки, такъ и живаго руководства вѣры и просвѣщенной вѣрою совѣсти, преспѣянія премудростію и благодатію у Бога? Если нѣтъ, то одно только тѣлесное, то есть, научное обученіе, какъ бы ни было широко и блистательно, будетъ вмалѣ полезно (1. Тим. IV, 8). Ближайшая опасность отъ многоучености та, что она легко порождаетъ въ людяхъ самомнѣніе, убѣжденіе въ всеобъемлющей мудрости, непогрѣшимости, а слѣдствіемъ сего бываетъ то, что люди и весьма способные, много знающіе, одушевленные рвеніемъ къ дѣлу, становятся жертвою самообольщенія. Не разъ уже намъ приходилось быть свидѣтелями такихъ печальныхъ явленій, что люди обольщенные собственною мудростію, хотѣли быть руководителями цѣлаго народа, измѣнить коренные основы народной жизни, поколебать преданность престолу, разрушить семью и Церковь. Но что же? Тотъ-же самый народъ, о мнимомъ просвѣщеніи котораго они заботились, показалъ имъ, какъ безсмысленны и безполезны ихъ начинанія. – Что же могло бы удержать такихъ людей отъ пагубнаго увлеченія? Что вообще вѣрнѣе всего можетъ предохранять насъ отъ обольщенія собственною мудростію? – Это та Богопросвѣщенная мудрость, которая постоянно твердитъ намъ: сыне о твоей мудрости не превозносися, не буди мудръ о себѣ, бойся же Бога (Притч. III, 6. 7); это то воспитываемое изученіемъ закона Божія чувство, которое, какъ на неприкосновенную святыню, взираетъ на установленныя Богомъ правила Церкви и Богомъ освященные законы семьи и государства; это та укрѣпляемая размышленіями о Богѣ и дѣлахъ Его вѣра, что во всѣхъ не только великихъ міровыхъ и государственныхъ событіяхъ, но даже и въ нашихъ малыхъ дѣлахъ исполняется воля Божія, безъ которой и противъ которой безсилны всѣ усилія человѣческія.
Но обратимся опять къ высочайшему образцу всякаго рода общественной дѣятельности. Господь нашъ Іисусъ Христосъ явился въ міръ, какъ учитель народа, не ранѣе тридцати лѣтъ такого возраста, въ который, по еврейскому обычаю, можно было принять на себя должность народнаго учителя. До сего-же времени, не смотря на Свою мудрость, явленную еще въ двѣнадцатилѣтнемъ возрастѣ, Онъ тихо и сокровенно проводилъ дни Свои въ Назаретѣ, повинуяся родителямъ, раздѣляя труды древодѣлія съ Своимъ воспитателемъ. Между тѣмъ сколько слышится у насъ жалобъ на малость своего жребія, сѣтованія на низкое званіе на невозможность заразъ обнаружить свои добрыя стремленія! Иной, особенно изъ обольщенныхъ своею мудростію, говоритъ: я рѣшительно не могу дѣйствовать такъ, какъ бы хотѣлъ и какъ бы могъ дѣйствовать ко благу общему, потому что кругъ моей дѣятельности слишкомъ тѣсенъ и не имѣетъ настоящей цѣнности въ глазахъ людей. Но справедлива ли такая жалоба? Опытъ, наоборотъ, показываетъ, что люди съ дѣйствительными талантами во всякомъ родѣ жизни не только прославляютъ себя, но выдвигаютъ на видъ и тотъ кругъ, въ которомъ находятся, и потомство отдаетъ имъ должную справедливость. Были люди, которые, родившись и въ низкомъ состояніи, могли и умѣли дѣйствовать ко благу цѣлаго народа. Стремись только дѣлать добро на своемъ поприщѣ, и нигдѣ, ни въ какомъ званіи, не будетъ тебѣ ни тѣсно, ни низко. Земледѣлецъ въ общемъ мнѣніи послѣдній человѣкъ; но въ цѣломъ составѣ государства онъ такое звѣно, безъ котораго не можетъ стоять великое государственное зданіе. Такъ должно судить и о всякомъ званіи. Званіе тогда только становится низкимъ, когда составляющіе его люди безславятъ его зазорнымъ поведеніемъ и порочными дѣйствіями; само же въ себѣ ни какое званіе не низко.
Дальнѣйшая Божественная дѣятельность Господа нашего Іисуса Христа представляетъ намъ новый примѣръ для нашей дѣятельности, при вступленіи на поприще общественнаго служенія. Господь нашъ Іисусъ Христосъ, смиренно пріявъ крещеніе отъ Іоанна, прежде нежели совершенно вступилъ въ открытое служеніе роду человѣческому, сорокъ дней и ночей провелъ въ постѣ и молитвѣ и выдержалъ искушеніе отъ діавола. Зналъ Онъ, Всевѣдущій, всю трудность служенія, на которое вступалъ по волѣ Отца Своего, предвидѣлъ всѣ искушенія, какія предстояли Ему, всѣ скорби, какія долженъ былъ претерпѣть, сознавалъ Онъ, какъ человѣкъ и немощь естества человѣческаго, и потому молитвой и постомъ приготовлялъ Себя къ великому Своему служенію. А потому твердо, неизмѣнно и неослабно было Его служеніе отъ начала до конца. Вся жизнь Его была подвигъ и борьба до самой крестной смерти за родъ человѣческій. Какой глубоко-назидательный примѣръ для всякаго общественнаго дѣятеля, которому неизбѣжная предстоитъ борьба съ міромъ, со всѣми его искушеніями и соблазнами, съ горемъ и нуждою при служеніи! Между тѣмъ, какъ часто этотъ недостатокъ твердой, готовой на борьбу воли лишаетъ насъ истинно-полезныхъ дѣятелей. Какъ часто даже и богато надѣленные дарованіями люди скоро охладѣваютъ къ труду только потому, что встрѣчаютъ вмѣсто сочувствія, поощренія и содѣйствія, зависть, стѣсненіе и преслѣдованіе А иной и трудится, по-видимому, много и неусыпно, но по мѣрѣ своихъ трудовъ, ожидаетъ многаго и для удобствъ жизни, для блеска предъ другими. Значитъ, не благоденствіе другихъ, не высшія побужденія къ трудамъ на пользу общую, а личныя выгоды: любостяжаніе и честолюбіе служатъ главнымъ началомъ, пробуждающимъ отъ бездѣйствія такихъ дѣятелей.
Христіане, братіе! Господь нашъ Іисусъ Христосъ сказалъ: аще кто Мнѣ служитъ, Мнѣ да послѣдствуетъ (Іоанна XII, 26). Послѣдуемъ же Его примѣру въ дѣлѣ общественнаго служенія нашего и приготовленія къ нему, и тѣмъ исполнимъ служеніе Ему Самому. И кто изъ насъ, по сему примѣру, во всякомъ служеніи обществу, великомъ и маломъ, будетъ видѣть непремѣнную обязанность, возлагаемую Самимъ Богомъ на всякаго гражданина, тотъ и исполнять ее станетъ всегда и вездѣ съ одинаковымъ усердіемъ, хотя бы оно казалось и ниже его способностей, не приносило большихъ выгодъ, не возбуждало людской молвы. Кто пріучитъ себя съ искреннимъ сердечнымъ смиреніемъ обуздывать порывы самонадѣянности, тотъ не будетъ искать дѣлъ громкихъ и многихъ, и уклоняться отъ тѣхъ, къ которымъ призываетъ его долгъ и человѣколюбіе; но, исходя на дѣланіе, началомъ всего будетъ полагать молитву, – ею же совершитъ и такіе подвиги, которымъ другіе могутъ только удивляться. Кто навыкнетъ воздержанію, посту и другимъ доброволнымъ лишеніямъ, тому не трудно будетъ, по нуждѣ, отказать себѣ не только въ удовольствіяхъ, но даже въ не обходимомъ покоѣ и обыкновенныхъ удобствахъ житейскихъ для полезнаго дѣла. Кто, однимъ словомъ, положитъ въ сердцѣ своемъ во всемъ, что ни дѣлаетъ, работать Господеви, тотъ не будетъ смотрѣть на то, какъ принимаютъ его дѣла люди, не будетъ огорчаться неблагодарностію, возмущаться духомъ, когда самыя благородныя усилія, самые добросовѣстные труды останутся безплодными и не приведутъ къ желаннымъ цѣлямъ. Во всякомъ дѣлѣ онъ приметъ на себя только трудъ, исполненіе долга, а успѣхъ и плоды предастъ волѣ Божіей. И такъ, смотря на всю жизнь свою, какъ на время дѣланія для спасенія души, онъ пребудетъ неизменнымъ дѣлателемъ до конца, и, какъ вѣрный стражъ, не посмѣетъ сойти съ своего поста до тѣхъ поръ, пока Господь не отзоветъ его къ иному служенію или же къ другой загробной жизни. Аминь.
Тверской Борисоглѣбской церкви Іоаннъ Сабининъ.
«Тверскія Епархіальныя Вѣдомости». 1886. № 3. Ч. Неофф. С. 57-63.
