О необходимости и спасительныхъ плодахъ поминовенія усопшихъ.

Пріидите вcи любящій мя и цѣлуйте мя послѣднимъ цѣлованіемъ, не ктому бо съ вами похожду или собесѣдую прочее, къ Судіи бо отхожду, идѣже нѣстъ лицепріятія; рабъ бо и владыка вкупѣ предстоятъ: паръ и воинъ, богатый и убогій въ равнымъ достоинствѣ: кійждо бо отъ своихъ дѣлъ или прославится или постыдится; но прошу всѣхъ и молю, непрестанно о мнѣ молитеся Христу Богу, да не изведенъ буду по грѣхомъ моимъ на мѣсто мученія, но да вчинитъ мя, идѣже свѣтъ животный.

Стихира при погребеніи.

«Если на землѣ», говоритъ св. Ефремъ Сиринъ, «переселяясь изъ одной страны въ другую, мы имѣемъ нужду въ путеуказателяхъ, то какъ это необходимо тогда, когда будемъ переходить въ жизнь вѣчную»[1]. – «Умершіе надѣются», говорил блаженный Августинъ, «получить помощь чрезъ насъ: ибо время дѣланія отлетѣло отъ нихъ; взываютъ ежеминутно души, вверженныя въ темницу, и нѣтъ имъ утѣшителя. Вотъ лежитъ и стонетъ больной, и врачи утѣшаютъ его: взываетъ въ мученіяхъ душа, отшедшая съ вѣрою, и нѣтъ человѣка, кто бы отвѣтилъ на зовъ ея»[2]! Итакъ, молитесь, вѣщаетъ намъ голосъ христіанской любви и состраданія, молитесь, чтобы душа умирающаго получила мѣсто упокоепія. Лежитъ человѣку единою умрети, потомъ же судъ (Евр. 9, 27), говоритъ св. Апостолъ Павелъ. Молитесь, чтобы умершій обрѣлъ Судію милостивымъ.

Необходимость поминовенія усопшихъ яснѣе откроется предъ нами, когда узнаемъ о состояніи душъ по смерти тѣла.

Св. Кириллъ, Архіепископъ Александрійскій, въ словѣ о исходѣ души, говоритъ: «какой страхъ и трепетъ ожидаетъ тебя, душа, въ день смерти! Ты увидишь страшныхъ, дикихъ, жестокихъ, немилостивыхъ демоновъ, подобныхъ мрачныхъ муринамъ, тебѣ предстоящихъ. Одно видѣніе ихъ лютѣе всякой муки. Душа, увидѣвъ ихъ, приходитъ въ смущеніе, волнуется, мятется, ищетъ укрыться, прибѣгаетъ къ Божіимъ Ангеламъ. Св. Ангелы держатъ душу; проходя съ ними воздухъ и возвышаясь, она встрѣчаетъ мытарства, хрянящія путь отъ земли къ небу, удерживающія душу п препятствующія ей проходить далѣе. Каждое мытарство испытываетъ принадлежащіе ему грѣхи; каждый грѣхъ, каждая страсть имѣетъ своихъ мытарей и истязателей въ лицѣ извѣстнаго вида злыхъ духовъ. Какой страхъ, трепетъ и безпокойство должна ощущать душа, видя все это, доколѣ не произнесется окончательный приговоръ, ее освобождающій! Болѣзненъ, бѣдственъ, исполненъ стенаній, безутѣшенъ часъ нерѣшительности! Божественныя силы стоятъ противъ лица нечистыхъ духовъ и представляютъ добрыя помышленія, слова и дѣла, принадлежащія душѣ, а она, въ страхѣ и трепетѣ, посреди препирающихся о ней Ангеловъ и демоновъ, ожидаетъ или оправданія своего, или осужденія и погибели. Если она проводила жизнь благочестиво и Богоугодно, и содѣлалась достойною спасенія, то пріемлютъ ее Ангелы, и она уже спокойно шествуетъ къ Богу, имѣя спутниками святыя силы. Тогда исполнится сказанное: отбѣжали печалъ, болѣзнь и воздыханіе. Тогда освободившись отъ лукавыхъ, смрадныхъ и страшныхъ духовъ, она идетъ въ неизглаголанную радость. Если же окажется, что душа прожила въ небреженіи и блудѣ, то услышитъ лютѣйшій гласъ: да возмется нечестивый, да не узритъ славы Господней. Оставляютъ ее св. Божіи Ангелы, и похищаютъ демоны. Они начинаютъ бить ее безъ милосердія и низводятъ на землю; растворивши землю, ввергаютъ душу, связанную нерѣшнмыми узами, въ темную страну, въ преисподнія узилища и темницы адовы, гдѣ заключены души грѣшниковъ отъ вѣка усопшихъ, или, какъ говоритъ праведный Іовъ, въ землю темную и мрачную, въ землю тьмы вѣчной, гдѣ нѣтъ ни свѣта, ни жизни для человѣковъ, но болѣзнь вѣчная и печаль безконечная, и плачъ непрестанный, и скрежетъ зубовъ немолчный, и воздыханія неусынающія. Нѣтъ возможности повѣдать тамошняго бѣдствія; нѣтъ возможности выразитъ тамошней болѣзни, которой подвергаются низверженныя туда и заключенныя тамъ души; нѣтъ устъ человѣческихъ, могущихъ выразить томленіе и плачъ ихъ: непрестанно и вѣчно стонутъ, но никто ихъ не милуетъ; испускаютъ глубокія воздыханія, но никто не слышитъ ихъ; рыдаютъ, но никто не избавляетъ; взываютъ и бьются, но никто не милосердствуетъ»[3].

Блаженны тѣ, земная жизнь которыхъ была приготовленіемъ для вступленія въ обители Отца Небеснаго. Ихъ жребій – царство небесное! но жалка, невыразимо жалка участь тѣхъ изъ усопшихъ, которые проводили жизнь свою въ похотяхъ прелестныхъ, въ служеніи собственной плоти и грѣху. Ихъ участь – осужденіе и вѣчныя муки. Одинъ Господь, испытующій сердца и утробы человѣческія, знаетъ, кто изъ усопшихъ праведенъ и кто грѣшенъ, и кто поэтому въ день праведнаго суда станетъ одесную и кто ошуюю, А намъ извѣстно только то, что нѣтъ человѣка, иже живъ будетъ и не согрѣшитъ, что никто не чистъ отъ скверны, аще и единъ день житіе его на земли (Іов. 14, 4, 5). «Никто», говоритъ блаженный Августинъ, «не можетъ хвалиться чистымъ сердцемъ, помышляя, что и звѣзды не чисты предъ Богомъ. Пали Ангелы съ неба, нечисты звѣзды предъ Богомъ; и даже младенецъ, жившій на землѣ одинъ только день, не безъ грѣха»[4]. Всѣ мы грѣшны, во грѣхахъ всѣ зачинаемся и рождаемся, и проводимъ жизнь грѣховную, и въ грѣховныхъ немощахъ умираемъ. Но въ небесный Іерусалимъ не имать внити всяко скверно (Апок. 21, 27): въ свѣтлые чертоги рая нельзя войти въ одеждѣ, запятнанной нечистотами грѣховными. Между тѣмъ несомнѣнно извѣстно, что нѣтъ покаянія послѣ смерти, и слѣдовательно усопшіе сами не могутъ заслужить милосердія Божія своими собственными силами.

Св. Апостолъ Павелъ, заповѣдуя молиться о всѣхъ, проситъ, чтобы простые вѣрующіе мопилась о немъ самомъ (Ефес. 6, 18. 19). и притомъ, въ то время, когда онъ уже приближался къ вѣнцу за подвиги Апостольскіе. Если не излишняя была молитва для первоверховнаго Апостола Павла, то что сказать о нашихъ родныхъ и знакомыхъ, отходящихъ въ жизнь загробную, по большей части, безъ особеннаго приготовленія, хотя и съ покаяніемъ и напутствіемъ чрезъ пріобщеніе св. Животворящихъ Таинъ. – Какъ болѣзнь одного члена въ тѣлѣ исцѣляется посредствомъ другаго, такъ равно и душевные недуги христіанъ умершихъ требуютъ врачебной помощи отъ насъ, пребывающихъ еще на землѣ и, по милосердію Божію, пользующихся благопріятнымъ временемъ спасенія. Заботиться о спасеніи душъ усопшихъ, молиться за нихъ Господу Богу, да проститъ имъ вся согрѣшенія вольная и невольная, есть священная обязанность каждаго сына православной Церкви.

Къ молитвѣ зв усопшихъ побуждаетъ насъ христіанская любовь, которою мы всѣ взаимно соединяемся во Іисусѣ Христѣ и составляемъ духовное братство. Эта святая любовь, соединяя насъ здѣсь, на землѣ, тѣснымъ союзомъ и обязывая взаимно содѣйствовать другъ другу въ достиженіи спасенія, не прекращаетъ спасительныхъ отношеній къ ближнимъ и тогда, когда они переходятъ изъ этой временной жизни въ страну вѣчнаго жилища и покоя. Ибо любовь, по слову Апостола, николиже отпадаетъ (1 Кор. 13, 8). Усопшіе – ближніе наши, которыхъ Богъ приказываетъ намъ любить, какъ самихъ себя (Мар. 12, 31). Ибо Богъ не сказалъ: любите ближнихъ, пока они живутъ на землѣ. Стало быть, Господь не ограничиваетъ любви къ ближнимъ землею. Онъ хочетъ, чтобы любовь эта перешла и за гробъ.

Но чѣмъ, какъ ие поминовеніемъ, какъ не молитвою за усопшихъ можемъ мы доказать любовь свою къ нимъ?

Мы должны любить усопшихъ ближнихъ нашихъ, и любовь сію свидѣтельствовать памятію о нихъ и попеченіемъ о ихъ спасеніи и потому, что они насъ не забываютъ тамъ. Они воспоминаютъ о насъ, сожалѣютъ о преткновеніяхъ, какимъ мы подвергаемся на пути добродѣтели, заботятся о нашемъ спасеніи. Доказательство на это представляетъ изображаемый въ Евангеліи богачъ: по переходѣ въ вѣчность, онъ вспомнилъ о братьяхъ своихъ, сожалѣлъ объ ожидающей ихъ за гробомъ участи, заботился, какъ бы привести ихъ на путь покаянія. Что сдѣлалъ богачъ, то, безъ сомнѣнія, дѣлаютъ и другіе усопшіе. Св. Апостолъ Петръ, отходя отъ сей жизни, обѣщалъ современникамъ помнить ихъ и по смерти. Потщуся же и всегда имѣти васъ по моемъ исходѣ память о сихъ творити (2 Петр. 1, 15), писалъ сей Апостолъ въ одномъ изъ посланій своихъ. Любовь къ ближнимъ, съ какою переходятъ въ вѣчность добрые люди, по ту сторону гроба еще болѣе разгарается. Тамъ эти люди яснѣе видятъ, какъ гибельны послѣдствія, происходящія отъ страстей, отъ обычаевъ мірскихъ, отъ искушеній сатаны, видятъ и принимаютъ въ насъ душевное участіе, желаютъ намъ спасенія, и, если имѣютъ дерзновеніе, молятся Господу Богу о ниспосланіи намъ помощи. Каждому изъ насъ желательно, чтобы, по отшествіи нашемъ изъ сей жизни, ближніе наши насъ не забывали и молились о насъ. Чтобы это исполнилось, надобно и намъ любить усопшихъ ближнихъ нашихъ. Тою до мѣрою, еюже мѣрите, возмѣрится вамъ (Лук. 6, 38), говоритъ Слово Божіе. Поэтому поминающаго усопшихъ помянетъ и Ботъ и люди по его отходѣ отъ сего міра. Велико утѣшеніе, велика награда тому, кто ближняго освобождаетъ и отъ временнаго несчастія. Какую же награду пріиметъ тотъ, кто усердными молитвами поможетъ ближнему получить прощеніе грѣховъ, умилостивить Бога, исторгнуться изъ бездны вѣчнаго бѣдствія и наслѣдовать вѣчное блаженство! Не говоря о будущемъ воздаяніи, молитвенная память объ усопшихъ не ходатайствуетъ ли о насъ предъ Богомъ и въ настоящее время, не возвращается ли къ намъ съ обильнымъ благословеніемъ Божіимъ? Не отъ этого ли при поминовеніяхъ нерѣдко происходятъ необыкновенно сладкія, умилительныя, облегчающія сердце чувствованія у тѣхъ, которые, любя усопшихъ, творятъ о нихъ поминовеніе? Въ совѣсти отражается величіе добра, дѣлаемаго поминовеніемъ, и радуетъ душу веселіемъ неизобразимымъ.

Благочестивое обыкновеніе поминать усопшихъ, молиться за нихъ Господу Богу – самое древнее, и было дѣломъ не только частнымъ, отъ лица каждаго совершаемымъ за своихъ родныхъ, но и общественнымъ. Этотъ прекрасный обычай былъ въ употребленіи еще въ Церкви ветхозавѣтной. Исторія Церкви ветхозавѣтной представляетъ намъ ясный примѣръ поминовенія усопшихъ. Когда воины Іуды Маккавея, говоритъ писатель 2-й книги Маккавейской, пришли взять тѣла убитыхъ на сраженіи съ Горгіемъ и положить оныя съ сродниками во гробахъ отеческихъ, какъ того требовалъ обычай, то найдя подъ одеждами каждаго изъ нихъ вещи, принадлежащія идоламъ Іамніискимъ, которыми законъ запрещалъ Іудеямъ пользоваться, – къ моленію обратишася моливше, да сотворенный грѣхъ весьма изгладится: доблественный же Іуда увѣщевалъ людей, видѣвшихъ случившееся, беречься грѣха и собравъ двѣ тысячи драхмъ серебра, послалъ въ Іерусалимъ для принесенія жертвы за грѣхи убитыхъ (2 Мак. 12, 39 и сл.). Аще бо, замѣчаетъ писателъ книги Маккавеевой, падшимъ востати не чаялъ бы, излишно было бы, и всуе о мертвыхъ молитися (12, 44). Иждивай хлѣбы при гробѣ праведныхъ, говоритъ праведный Товитъ сыну своему (Тов. 4. 17). Важность этого завѣщанія видна изъ того, что оно стоитъ подлѣ заповѣди о благотворительности вообще. Подобное наставленіе оставилъ Іисусъ сынъ Сираховъ. Благодать даянія, поучаетъ онъ, предъ всякимъ живымъ да будетъ и надъ мертвецемъ не возбрани благодати (Сирах. 7, 36). Здѣсь опять видно внушеніе дѣлать добрыя дѣла, щедрыя благотворенія въ память усопшихъ, и при томъ эта заповѣдь Іисуса сына Сирахова находится между такими правилами, за нарушеніе которыхъ угрожаютъ нерадивому и упреки совѣсти, и страхъ суда Божія, Правила опытнаго и святаго мужа Товита и Іисуса сына Сирахова, указывающія на поминовеніе усопшихъ, сохраняясь въ Церкви ветхозавѣтной, не могли не быть извѣстны въ то время, когда снисшелъ на землю Іисусъ Христосъ для спасенія рода человѣческаго и для устроенія Своей Церкви; потому, конечно, въ дѣлахъ и словахъ Спасителя не находимъ словъ въ прямое подтвержденіе обязанности поминать усопшихъ. Св. Апостолы, ближайшіе ученики Іисуса Христа, сами молились за усопшихъ, и собственнымъ примѣромъ научили другихъ соблюдать сей непремѣнный долгъ по отношенію къ умершимъ. Такъ, св. Апостолъ и братъ Божій Іаковъ, первый Епископъ Іерусалимскій, въ литургія, имъ составленной, молятся о усопшихъ: «Господи и Боже духовъ и всякія плоти, помяни православныхъ, которыхъ мы помянули и которыхъ не помянули, отъ Авеля праведнаго до дне сего: Самъ упокой ихъ въ селеніи живыхъ, въ царствіи Твоемъ, въ пріятностяхъ рая, въ нѣдрахъ Авраама, Исаака и Іакова св. отецъ нашихъ, откуда убѣгли болѣзнь, печаль и воздыханія, гдѣ посѣщаетъ свѣтъ лица Твоего и освѣщаетъ всегда»[5]. Подобную молитву оставили въ своихъ литургіяхъ св. Василій Великій и св. Іоаннъ Златоустъ.

Въ постановленіяхъ Апостольскихъ указывается на поминовеніе усопшихъ и не только какъ на законное обыкновеніе молиться о томъ, чтобы Господь отпустилъ душамъ ихъ всякій грѣхъ вольный и невольный, но и предписываются правила, какъ соблюдать это обыкновеніе, и назначаются извѣстные дни, въ которые болѣе прилично творить память о усопшихъ. По усопшимъ должно совершать псалмонѣнія, чтенія и молитвы въ 3, 9 и 40 дни, о чемъ подробно излагается дальше и, наконецъ, въ годовой день послѣ ихъ смерти, подражая примѣру древнихъ христіанъ. Такъ напр, въ постановленіяхъ Апостольскихъ заповѣдуется, чтобы оставшіеся въ живыхъ родственники благотворили бѣдныхъ отъ имени усопшаго въ память его[6]. Св. мужи и учители Церкви, жившіе во времена Апостольскія, также сами молились за умершихъ, говорили и писали о молитвѣ за умершихъ, какъ священной обязанности христіанина. Такъ св. Діонисій Ареопагитъ, бывшій ученикомъ Апостольскимъ, въ книгѣ о церковной іерархіи, пишетъ: «мы со смиреніемъ молимъ безконечную благость Божію, да отпустятся усошему грѣхи, происшедшіе отъ человѣческой немощи»[7]. Эти слова св. Діонисія ясно свидѣтельствуютъ, что и по кончинѣ Апостоловъ молитвенное поминовеніе усопшихъ было въ церковномъ и частномъ употребленіи. Это благочестивое обыкновеніе, будучи признано и распространено самыми первыми распространителями христіанства, – св. Апостолами, стало общимъ долгомъ и для всѣхъ истинныхъ чадъ Церкви Христовой[8]. Св. православная христіанская Церковь, наученная св. Апостолами и невидимо управляемая Самимъ Іисусомъ Христомъ, Который обѣщался пребывать съ нею до скончанія вѣка (Матѳ. 28, 20), принявъ отъ Апостоловъ прекрасный обычай молиться за умершихъ, показала тѣмъ съ одной стороны чистоту, а съ другой стороны нужду онаго для чадъ своихъ. «Святая, Апостольская, православно-каѳолическая восточная Церковь», по ученію св. Іоанна Дамаскина, «ничтоже бездѣльно, ниже непотребно, ниже вотще, ниже безмѣстно и ниже яко прилучися, что творитъ: но все полезное, Богоугодное и весьма способствующее во спасенію содѣлываетъ. Ибо она, по свидѣтельству св. Апостола Павла, есть столпъ и утвержденіе истины (1 Тим. 3, 15): тѣмже и жертвы, молитвы же и памяти о усопшихъ, яже творитъ, благопріятны и въ вѣрѣ усопшимъ душеполезны быти сія вѣруемъ»[9].

Душамъ грѣшниковъ, которые до разлученія съ настоящею жизнію покаялись, только не успѣли принести плодовъ достойныхъ покаянія, до послѣдняго суда есть еще возможность освобождаться отъ узъ ада. Путь къ сему освобожденію открылъ и проложилъ Своимъ крестомъ Разрушитель ада, изведшій оттуда вмѣстѣ съ Собою души, увѣровавшія Его проповѣди. И нынѣ Онъ имѣетъ ключи ада и смерти (Апок. 1, 18). Слѣдовательно, можетъ отверзать затворы адовы и освобождать оттуда узниковъ. Конечно, души, заключенныя во адъ и не ожесточенныя во злѣ, могутъ глубоко чувствовать отвращеніе ко грѣхамъ, мыслію и сердцемъ стремиться къ добру, къ которому были иногда равнодушны на землѣ, но въ адѣ онѣ не имѣютъ никакой возможности принести плоды достойные покаянія и оправдать свое стремленіе къ добру дѣлами любви и милосердія. Этотъ недостатокъ плодовъ покаянія и добрыхъ дѣлъ, по благому устроенію Божію, замѣняютъ для нихъ молитвы Церкви объ умершихъ, благотворенія совершаемыя на землѣ по ихъ завѣщанію или во имя ихъ, особенно же принесеніе за нихъ безкровной жертвы, предстательство за нихъ Святыхъ въ Церкви небесной (Апок. 8, 3. 4) и, наконецъ, всесильное ходатайство предъ Отцемъ Самого Искупителя (Евр. 7, 25). «Несомнѣнно, говоритъ св. Іоаннъ Дамаскинъ, «что каждый человѣкъ, имѣвшій въ себѣ закваску добродѣтели, но неуспѣвшій превратить ее въ хлѣбъ, потому что, хотя и хотѣлъ, но не могъ сего сдѣлать или по лѣности, или по безпечности, или по человѣческой немощи, или потому, что отлагалъ сіе со дня на день, и сверхъ чаянія пожатъ и постигнутъ смертію, не будетъ забытъ праведнымъ Судіею и Владыкою; но по смерти его, Господь возбудитъ его родныхъ, ближнихъ и друзей, направитъ мысли ихъ. привлечетъ сердца и преклонитъ души ихъ къ оказанію пособія и помощи ему»[10]. Эта помощь, оказываемая умершему живыми, есть молитвы за него, поминовеніе: особенно принесеніе безкровной жертвы. Св. Апостолъ Іоаннъ говоритъ о дерзновеніи молитвъ предъ Богомъ: вѣмы, яко послушаетъ насъ, еже аще просимъ, по волѣ Его (1 Іоан. 5, 14. 15). Молитвы по усопшимъ, съ вѣрою и любовію совершаемая нами въ храмахъ Божіихъ и домахъ, должны быть пріятны Богу потому, что мы просимъ въ оныхъ весьма добраго дѣла, просимъ спасенія созданной по образу Божію душѣ, дорогой для Самого Бога, какъ искупленной пречистою кровію Христа, Спасителя міра. Притомъ мы просимъ въ этихъ молитвахъ блага пріятнаго для Бога. Самъ Богъ не хочетъ погибели души человѣческой, но желаетъ ей спасенія. Не хощу смерти грѣшника, говоритъ Онъ, но еже обратитися, и живу быти ему (Іезек. 33, 11).

Второе дѣйствіе, принадлежащее къ поминовенію усопшихъ, есть милостыня или подаяніе какихъ-нибудь земныхъ благъ нищимъ, нашимъ собратіямь. Это дѣйствіе такъ вѣрно споспѣшествуетъ къ отрадѣ усопшихъ, частію потому, что, благотворя нищимъ, мы тѣмъ умножаемъ число людей, молящихся Богу о спасеніи души усопшаго, а частію потому, что подавая милостыню во имя Христово, мы тѣмъ дѣлаемъ пріятнѣйшее для Христа дѣло: мы этимъ одолжаемъ, снабжаемъ, утѣшаемъ Его братьевъ, которыхъ Онъ любитъ. Какой же братъ, любящій своего брата, не готовъ полюбить насъ, сдѣлать намъ угодное, если мы одолжаемъ любимаго ему брата? Если это дѣлаютъ люди изъ благодарности, изъ желанія за любовь заплатить любовію, за услугу воздать услугою; то тѣмъ болѣе можно сего ожидать отъ Того, Кто вдохнулъ въ сердца людей чувство любви и благодарности, отъ которыхъ происходитъ взаимность въ услугахъ. Да притомъ, кто подаетъ нищему, тотъ подаетъ не только брату Христову, но Самому Христу Господу Богу. Для пашихъ плотскихъ очей это не видно, но видимо для Божіихъ. О семъ свидѣтельствуетъ Самъ Богъ устами Премудраго такъ: милуяй нища, взаимъ даетъ Богови (Притч. 19, 17). Но чѣмъ добрѣе одолжаемый, тѣмъ скорѣе одолжитъ и насъ тѣмъ, чѣмъ можетъ, – тѣмъ, чего отъ него попросимъ. Кто же можетъ быть добрѣе, благостнѣе Бога? Слѣдовательно, по силѣ взаимности, есть незыблемое основаніе надѣяться, что Богъ не оставитъ безъ исполненія нашего прошенія о прощеніи грѣховъ усопшаго собрата нашего, когда отъ лица или имени этого усопшаго и для спасенія его подаемъ милостыню неимущимъ, ближнимъ нашимъ, братіямъ Христовымъ, Божіимъ, и тѣмъ одолжаемъ Самого Бога.

Третіе дѣйствіе, входящее въ составъ поминовенія усопшихъ, есть литургія за умершихъ или принесеніе безкровной жертвы за спасеніе ихъ. Это дѣйствіе Церкви есть самое сильное, самое дѣйствительное къ доставленію усопшимъ милости Божіей. Тутъ Самъ Господь таинственно закаляется на жертвенникѣ и тѣмъ подвигаетъ Свое Божественное милосердіе простить грѣхи усопшему, за котораго и ходатайствуетъ Величайшій Ходатай, и за котораго приносится святѣйшая и могущественнѣйшая жертва. Можно ли тамъ не ожидать прощенія и отрады преступнику, гдѣ самъ Сынъ Царевъ ходатайствуетъ о прощеніи преступника? О, съ несомнѣнною надеждою и упованіемъ надобно ожидать, что всѣмъ усопшимъ отцамъ, братіямъ и сестрамъ нашимъ о Господѣ, за которыхъ приносится безкровная жертва, этимъ самымъ приношеніемъ заглаждаются грѣхи, и они получаютъ возможность переходить въ лучшее состояніе. И эта несомнѣнная надежда св. православной Церкви основывается съ одной стороны на томъ, что состояніе умершихъ чадъ ея до послѣдняго суда еще не есть рѣшительное; съ другой стороны на томъ, что неизреченное милосердіе Божіе и сила заслугъ Христа Спасителя простираются и будутъ простираться на всѣ времена и на всѣхъ людей даже до страшнаго суда Господня. Св. Апостолъ Павелъ увѣряетъ насъ въ истинѣ сказаннаго, говоря: Іисусъ Христосъ единѣмъ приношеніемъ совершилъ есть во вѣки освящаемыхъ. Сей же, зане пребываетъ во вѣки, непреступное имать священство: тѣмже и спасти до конца можетъ приходящихъ чрезъ Него къ Богу, всегда живъ сый, во еже ходатайствовати о нихъ (Евр. 10, 14; 7, 24. 25).

При такихъ средствахъ, души, заключенныя во адѣ, но не лишившіяся способности къ райской жизни, имѣющія закваску добра и стремленіе, не смотря на недостатокъ добрыхъ дѣлъ, могутъ переходить изъ духовной темницы въ обители небесныя. И Церковь христіанская всегда несомнѣнно вѣровала и вѣруетъ въ силу к дѣйственность молитвъ своихъ за умершихъ. «Если Господь», учитъ св. Іоаннъ Златоустъ, «ради Павла (Апостола) спасалъ многихъ, если для однихъ миловалъ другихъ, то какъ не покажетъ подобной милости и для насъ»? (Бес. 21 на Дѣян. Апост.). Господь Іисусъ Христосъ готовъ исполнить все то, о чемъ мы будемъ просить или Его Самого или во имя Его – Отца небеснаго. Въ Словѣ Божіемъ сказано такъ: просите и дастся вамъ. Аще что просите отъ Отца во имя Мое, говоритъ Спаситель, Азъ сотворю (Матѳ. 7, 7; Іоан. 14, 13. 14). А такъ какъ всѣ наши молитвы, входящія въ составъ поминовенія, занечатлѣны именемъ Христовымъ и испрашиваетъ помилованія усопшему именемъ Христовымъ; то нѣтъ сомнѣнія, что молитвы эти, на основаніи непреложнаго обѣщанія Христова, имѣютъ успѣхъ въ умилостивленіи Бога и въ исходатайствованіи усопшему отпущенія грѣховъ. За умершихъ моленіе сотвори, яко да отъ грѣха очистятся, говоритъ писатель 2-й кн. Маккавейской (12, 46). Господь, видя нашу любовь къ ближнимъ умершимъ, безъ сомнѣнія, услышитъ молитвы наши о нихъ, и отниметъ всяку слезу отъ очію ихъ (Апок. 7, 17), и даруетъ имъ животъ вѣчный въ царствіи Своемъ.

Мы не можемъ объяснить себѣ, какимъ образомъ дѣйствіе молитвы можетъ простираться такъ далеко, даже изъ одного міра въ другой, – изъ видимаго въ невидимый. Но можемъ ли мы объяснитъ себѣ дѣйствіе молитвы одного живущаго за другаго живущаго, вліяніе одной души, живущей въ тѣлѣ, на такую же другую душу, которыя какъ тамъ, такъ и здѣсь составляютъ какъ бы два отдѣльные одинъ отъ другаго міра? Никто не объяснилъ этого; однакожъ сомнѣваться въ силѣ и дѣйственности молитвъ за умершихъ было бы явнымъ неразуміемъ. Св. Ефремъ Сиринъ, въ своемъ предсмертномъ завѣщаніи, прося за себя молитвъ и поминовеній, почитаетъ несомнѣннымъ, что священники Сына Божія святыми жертвами и молитвами устъ своихъ могутъ очищать грѣхи умершихъ[11].

Случай, изъ которыхъ можно видѣть спасительную силу молитвъ за усопшихъ, нерѣдки въ жизни святыхъ подвжниковъ.

Такъ св. Іоаннъ Милостивый, патріархъ александрійскій, поучая, что молитвенныя поминовенія весьма полезны душамъ, отшедшимъ отъ насъ, разсказывалъ между прочимъ слѣдующую повѣсть: «одинъ христіанскій плѣнникъ засаженъ былъ персами въ темницу. Нѣкоторые изъ сотоварищей его, убѣжавъ изъ Персіи и прищедши въ Кипръ, увѣряли родителей плѣннаго, что сынъ ихъ уже умеръ, и они сами (сотоварищи) погребли его. Вслѣдствіе сего начали совершать поминовеніе по усопшемъ, и три раза въ году совершали. Но чрезъ четыре года является самъ мнимоумершій, и узнавши, что столько времени молились объ немъ, какъ объ усопшемъ, спрашиваетъ, въ какіе дни года совершалось о немъ поминовеніе? Родители отвѣчали: на праздникъ Богоявленія, на Пасху и на день Пятидесятницы. Тогда возврагнвшійея плѣнникъ сказалъ родителямъ: точно, въ эти дни приходилъ ко мнѣ какой-то свѣтоносный мужъ, разрѣшалъ меня отъ оковъ, выводилъ изъ темницы и я могъ цѣлый день свободно прохаживаться; на другой же день опять обрѣтался и въ темницѣ и въ оковахъ»[12].

«Однажды», разсказываетъ св. мученица Перепетуя, «въ темницѣ, во время общей молитвы, я нечаянно произнесла имя умершаго моего брата Динократа. Вразумленная этою нечаянностію, начала и молиться и вздыхать о немъ предъ Богомъ. Въ слѣдующую ночь было мнѣ видѣніе. Вижу я, будто изъ темнаго мѣста выходитъ Динократъ въ сильномъ жару и мучимый жаждою, нечистый видомъ и блѣдный; на лицѣ его рана, съ которою онъ умеръ. Между имъ и мною была глубокая пропасть, и мы не могли приблизиться другъ къ другу. А подлѣ того мѣста, гдѣ Динократъ стоялъ, былъ полный водоемъ, котораго край былъ гораздо выше, чѣмъ ростъ моего брата, и Динократъ вытягивался, стараясь достать воды. Я жалѣла, что высота, края препятствуетъ моему брату напиться. Тотчасъ послѣ сего я проснулась и познала, что братъ мой въ мукахъ. Но вѣруя, что молитва можетъ помочь ему въ страданіяхъ, я всѣ дни и ночи въ темницѣ молилась съ воплемъ и рыданіями, чтобы онъ былъ мнѣ дарованъ. Въ тотъ день, въ который мы оставались связанными въ оковахъ было мнѣ новое явленіе: мѣсто, которое прежде я видѣла темнымъ, сдѣлалось свѣтлымъ, я Динократъ, чистый лицемъ и въ прекрасной одеждѣ, наслаждается прохладою. Гдѣ у него была рана, тамъ вижу только слѣдъ ея, а край водоема теперь былъ вышиною не болѣе, какъ по поясъ отроку и онъ могъ безъ труда доставать оттуда воды. На краю стояла золотая чаша, полная воды. Динократъ, подошедшие сталъ изъ нея пить, вода въ ней не уменьшалась. Насытившись, онъ отошелъ и началъ веселиться. Симъ видѣніе и кончилось. Тогда я уразумѣла, что онъ освобожденъ отъ наказанія»[13].

Но если одна молитва можетъ много значить для умершихъ, то тѣмъ болѣе она будетъ полезна для нихъ, когда будетъ соединяться съ милостынею и другими дѣлами благотворительности. Цѣну милостыни знали еще въ Ветхозавѣтной Церкви, какъ это можно заключить изъ словъ благочестиваго Товита: милостыня, говоритъ онъ, отъ смерти избавляетъ, и тая очищаетъ всякъ грѣхъ, и не оставляетъ ити во тму (12, 9; 4, 10). Подобно сему и премудрый Сирахъ говоритъ: благодать даянія предъ всякимъ живымъ да будетъ, и надъ мертвецомъ не возбрани благодати (7, 36). Въ Нашей православной христіанской Церкви заповѣдь о благотворительности получила самое обширное значеніе. Спаситель прямо называетъ милостивыхъ блаженными и обѣщаетъ имъ помилованіе на небесахъ. И Божественные ученики Его св. Апостолы, завѣщали вѣрующимъ быть благотворительными къ ближнимъ. Св. Отцы Церкви и словомъ и примѣромъ своимъ учили тому же. Какъ велико значеніе милостыни, это подробно раскрываетъ св. Іоаннъ Златоустъ въ своихъ бесѣдахъ. Передаемъ нѣсколько словъ: «ничто столько не могущественно, не сильно къ изглажденію грѣховъ, какъ милостыня: дѣвство и постъ суть достоянія только постника и дѣвственника, они не спасаютъ никого, кромѣ подвижниковъ: но милостыня простирается на всѣхъ и обнимаетъ всѣхъ членовъ тѣла Христа»[14].

Этотъ св. отецъ неоднократно бесѣдовалъ съ вѣрующими о благодѣтельныхъ слѣдствіяхъ милостыни и другихъ дѣлъ милосердія для умершихъ. Такъ, въ толкованіи на Евангеліе св. Іоанна Богослова, св. Златоустъ говоритъ: «хочешь ли почтить умершаго? Почти его милостынями и благотвореніямя»[15]; ибо милостыни служатъ къ избавленію отъ вѣчныхъ мукъ.

Благочестивое преданіе сохранило замѣчательный примѣръ, который хорошо показываетъ, какъ полезна для усопшихъ милостыня, подаваемая въ память ихъ.

У блаженнаго Киръ-Луки былъ родной братъ, который, и по вступленіи въ монашескій чинъ, мало заботился о душѣ своей. Въ состояніи такой безпечности постигла его смерть. Блаженный Лука, скорбя особенно о томъ, что братъ его не приготовился, какъ должно, къ смерти, молилъ Бога открыть его участь. Однажды видитъ старецъ душу брата во власти злыхъ духовъ и тотчасъ послѣ сего видѣнія послалъ осмотрѣть келлію его. Посланные нашли тамъ деньги и вещи, изъ чего старецъ уразумѣлъ, что душа его брата страдаетъ между прочимъ за нарушеніе обѣта нестяжапія. Все найденное старецъ отдалъ нпщжмъ. Послѣ сего, во время молитвы старцу открылось судилище, на которомъ Ангелы свѣта спорятъ съ духами злобы о душѣ усопшаго брата. Старецъ слышитъ вопль злыхъ духовъ; «душа – наша, она творила дѣла наши!». Но Ангелы говорятъ имъ, что она избавляется отъ ихъ власти милостынею, розданною за нее; на сіе духи злобы возразили: развѣ усопшій роздалъ милостыню? не этотъ ли старецъ? и указывали на Киръ-Луку. Блаженный подвижникъ отвѣчалъ; да, я сотворилъ милостыню, но не за себя, а за сію душу. Поруганные духи, услышавъ отвѣтъ старца, разсѣялись, а старецъ успокоенный видѣніемъ, пересталъ сомнѣваться и скорбѣть объ участи брата»[16].

Подобный разсказанному примѣръ, свидѣтельствующій о благотворныхъ для умершихъ слѣдствіяхъ милостыни, сохранился слѣдующій: святая игуменія Аѳанасія, предъ отшествіемъ своимъ отъ сей жизни, заповѣдала сестрамъ своего монастыря поставлять въ намять ея трапезу нищимъ до сорока дней. Случилось же, что сестры только до десяти дней соблюдали завѣщаніе своей начальницы. Сіе нерадѣніе вызвало святую изъ другаго міра. Явившись, въ сопровожденіи двухъ Ангеловъ, нѣкоторымъ изъ сестеръ обители, она говорила имъ: для чего преступили вы заповѣдь мою? да будетъ всѣмъ извѣстно, что творимыя до сорока дней за душу усопшаго милостыни и питаніе алчущихъ умилостивляютъ Бога. Если грѣшны души усопшихъ, то чрезъ сіе пріемлютъ онѣ отъ Господа отпущеніе грѣховъ? если праведны, благотворительность за нихъ служитъ ко спасенію благотворителямъ[17].

Больше всѣхъ другихъ жертвъ умилостивляетъ Бога безкровная жертва, приносимая въ пречистыхъ Тайнахъ Тѣла и Крови Господа нашего Іисуса Христа. «Не напрасно установили Апостолы», говоритъ св. Златоустъ, «чтобы при совершеніи страшныхъ Таинъ поминать усопшихъ. Ибо когда весь народъ и священный ликъ стоитъ съ воздѣяніемъ рукъ, и когда предлежитъ страшная жертва, то какъ не умолимъ Бога, прося за умершихъ»[18]. Если всеблагій Богъ Сына Своего не пощадѣ, но за насъ всѣхъ предалъ есть Его: како убо не и съ Нимъ вся намъ барствуетъ? (Рим. 8, 32). Подобно сему разсуждаетъ св. Ефремъ Сиринъ: «Если подзаконные священники служебными приношеніями очищали грѣхи убіенныхъ и оскверненныхъ беззаконіями, какъ упоминается въ Свящ. Писаніи (2 Мак. гл. 12), то не удобнѣе ли священники Новаго Завѣта Христова могутъ дѣйствительно очищать долги отшедшихъ отъ земли грѣшниковъ святыми приношеніями и молитвами устъ своихъ»[19]? При совершеніи безкровной, святѣйшей жертвы за спасеніе усопшихъ, въ лицѣ священнодѣйствующихъ приноситъ эту жертву Самъ Христосъ. Онъ Самъ умоляетъ Бога Отца и Бога Духа Святаго простить грѣшника. Неужели же ходатайство такого великаго Ходатая можетъ остаться безъ плода? Св. Кириллъ Іерусалимскій говоритъ: «помолимся о всѣхъ умершихъ между нами, вѣруя, что тѣ души получаютъ величайшую пользу, о которыхъ приносится молитва святой и страшной Жертвы, на алтарѣ предложенной. И въ этомъ я хочу васъ увѣрить подобіемъ. Если бы какой-нибудь царь сослалъ въ заточеніе оскорбившихъ его; но ближніе его, сплетши вѣнецъ, принесли бы царю за тѣхъ, которые находились подъ наказаніемъ, ужели бы тогда не сдѣлано было облегченія ихъ наказанію? Такимъ образомъ и мы, принося молитвы за умершихъ, не вѣнецъ сплетаемъ, но Христа, закланнаго за грѣхи наши, приносимъ, умилостивляя Человѣколюбца»[20].

Частицы, вынимаемыя изъ просфоръ на Божественной проскомидіи за поминаемыя души усопшихъ, погружаются въ животворящую Кровъ Христову, причемъ іерей произноситъ: «отмый Господи, грѣхи поминавшихся здѣ кровію Твоею честною молитвами святыхъ Твоихъ»... А кровь Іисуса Христа очищаетъ отъ всякаго грѣха. – Вотъ и примѣръ, доказывающій, что поминовеніе на Божественной проскомидіи низводитъ милость Божію людямъ поминаемымъ: «Во время жизни преподобнаго Венедикта», разсказываетъ св. Григорій Двоесловъ, «были двѣ постницы, которыя, славясь святостію жизни, имѣли несчастную страсть говорить много, и много ложнаго и вреднаго. Святый старецъ умолялъ ихъ удерживать свой языкъ, и за непослушаніе угрожалъ имъ отлученіемъ. Но онѣ не оставили укоренившейся привычки, и чрезъ нѣсколько дней умерли, отлученные вслѣдствіе угрозы праведника. Какъ постницы, они погребены были въ церкви, но, какъ отлученныя, не могли оставаться въ ней. Когда діаконъ во время литургіи возглашалъ: «оглашенніи изидте», – онѣ, какъ открыто было нѣкоторымъ изъ христіанъ, выходили вонъ изъ церкви. Узнавъ о семъ, святый Бенедиктъ послалъ въ церковь, гдѣ онѣ были погребены, просфору, приказавши вынуть изъ нея часть за упокой душъ ихъ и поминать имена ихъ при совершеніи животворящихъ и страшныхъ таинствъ. Такъ какъ посдѣ сего никто не видѣлъ, чтобы они выходили изъ церкви, то вѣрные уразумѣли, что заупокойною жертвою, принесенною за нихъ по желанію раба Божія, онѣ получили отъ Бога прощеніе»[21]. Святый Григорій Двоесловъ также разсказываетъ въ своихъ бесѣдахъ, какъ извѣстному въ его время благочестивому пресвитеру явился одинъ преставившійся христіанинъ и просилъ совершить за упокой его души безкровную жертву. Къ этой просьбѣ явившійся присовокупилъ, что если священная жертва облегчитъ его участь, то онъ уже въ знаменніе сего не явится болѣе ему. Священникъ Христовъ исполнилъ требованіе, и новаго явленія не послѣдовало[22].

Чтобы лучше уразумѣть силу безкровной жертвы за души отшедшихъ, приведемъ еще одинъ духовный случай изъ жизни св. Григорія Двоеслова, имъ самимъ разсказанный. «Въ монастырѣ моемъ», говоритъ св. Григорій Двоесловъ, «былъ братъ Іустъ, занимавшійся врачебнымъ искусствомъ. Онъ впалъ въ тяжкую болѣзнь, и когда уже не осталось ни малѣйшей надежды на выздоровленіе, то другіе братья, разбирая его вещи, въ одномъ лекарствѣ нашли скрытыя имъ златницы. Это было донесено мнѣ. Я, чтобы временнымъ наказаніемъ очистить брата отъ грѣха корыстолюбія и чтобы привести въ страхъ другихъ, приказалъ отлучить брата, доколѣ онъ еще живъ, отъ общенія съ прочею братіею монастыря, а по смерти похоронить вмѣстѣ съ тремя златницами вдали отъ братскихъ могилъ и лишить его церковныхъ молитвъ въ продолженіе тридцати дней. Какъ я приказалъ, такъ и было сдѣлано. По прошествіи тридцати дней отлученія, во мнѣ возбудилось чувство состраданія и любви къ несчастному брату, и, желая избавить его отъ мученій за гробомъ, я далъ другое приказаніе, чтобы въ теченіе другихъ тридцати дней совершаема была молитва за упокой души его. Въ ночь, послѣ дней заупокойной литургіи, умершій является своему брату и говоритъ ему: доселѣ худо мнѣ было, но теперь я благополученъ, потому что сегодня получилъ пріобщеніе. Такимъ образомъ, чрезъ спасительную безкровную жертву, усопшій братъ избѣгъ наказанія»[23].

Въ нашей православной христіанской Церкви издревле существуетъ благочестивый обычай поминать усопшихъ преимущественно въ третій, девятый и сороковый день послѣ ихъ смерти; также по прошествіи года, въ день смерти. Православная христіанская Церковь указываетъ въ объясненіе этого обыкновенія на нѣкоторыя особенности, которыя душа испытываетъ послѣ смерти тѣла въ третій, девятый и сороковый день. Нѣкогда объ этомъ важномъ, сокровенномъ предметѣ, святый Макарій Александрійскій спрашивалъ Ангеловъ, сопровождавшихъ его по пустынѣ, и полупилъ изъясненіе тайны, его занимавшей. Вотъ что ему было открыто:

«Государи мои», говорилъ авва Макарій къ Ангеламъ, «прошу васъ изъяснить сіе: такъ какъ св. отцами предано совершать въ Церкви приношеніе Богу за усопшаго въ 3, 9 и 40-й день, то какая изъ того происходитъ польза душѣ преставившагося? Ангелъ отвѣчалъ: Богъ не попустилъ ничему быть въ Церкви Своей неблагопотребному и безполезному: но устроилъ въ Церкви Своей небесныя и земныя таинства и повелѣлъ совершать оныя. Ибо когда въ третій день бываетъ въ Церкви приношеніе, то душа умершаго получаетъ (отъ стрегущаго ее Ангела) облегченіе въ скорби, какую чувствуетъ отъ разлученія съ тѣломъ; подучаетъ потому, что славословіе и приношеніе въ Церкви Божіей за нее совершено, отъ чего въ ней раждается благая надежда; ибо впродолженіе двухъ дней позволяется душѣ вмѣстѣ съ находящимися при ней Ангелами ходить на землѣ, гдѣ хочетъ. Посему душа, любящая тѣло, скитается иногда около дома, въ которомъ положено тѣло, и такимъ образомъ проводитъ два дня, какъ птипа, ища себѣ гнѣзда, а добродѣтельная душа ходитъ по тѣмъ мѣстамъ, въ которыхъ имѣла обыкновеніе творить правду. Въ третій же день Тотъ, кто воскресъ въ третій день изъ мертвыхъ, повелѣваетъ вознестись всякой христіанской душѣ на небеса для поклоненія Богу всяческихъ.

«Послѣ поклоненія Богу повелѣвается отъ Него показать душѣ различныя и пріятныя обители святыхъ и красоту рая. Все сіе разсматриваетъ душа шесть дней, удивляясь и прославляя Создателя всего, Богa. Созерцая же все это, она забываетъ свою скорбь, которую имѣла, будучи въ тѣлѣ. Но если она виновна во грѣхахъ, то, при видѣ наслажденій Святыхъ, начинаетъ скорбѣть и укорятъ себя, говоря: увы мнѣ! Увлекшись удовлетвореніемъ похоти, я большую часть жизни провела въ безпечности и не послужила Богу, какъ должно, дабы и мнѣ удостоиться сей благодати и славы; увы мнѣ бѣдной! По разсмотрѣніи же, впродолженіе шести дней, всей радости праведныхъ, она опять возносится Ангелами на поклоненіе Богу. Ботъ почему Церковь совершаетъ въ девятый день службы и приношенія за усопшихъ!

«Послѣ вторичнаго поклоненія, Владыка всѣхъ повелѣваетъ отвести душу въ адъ и показать ей находящіяся тамъ мѣста мученій, разныя отдѣленія ада и разнообразныя мученія грѣшныхъ, которые въ мукахъ непрестанно рыдаютъ и скрежещутъ зубами. По симъ различнымъ мѣстамъ мукъ душа носится тридцать дней, трепеща, чтобы и самой не бытъ осужденною на заключеніе въ оныхъ. Въ сороковый день она опять возносится на поклоненіе Богу; и теперь уже Судія опредѣляетъ приличное ей, по дѣламъ ея, мѣсто пребыванія, Итакъ, правильно и душеспасительно для усопшихъ поступаетъ Церковь, дѣлая въ сороковый день сугубыя поминовенія о нихъ»[24].

Не малую пользу доставляютъ усопшимъ и другаго рода молитвы и приношенія, совершаемыя по нимъ въ храмахъ Божіихъ и въ домахъ, а именно: чтеніе Псалтири, свѣчи, ладонъ и елей. «Кто творитъ приношенія за умершаго», говоритъ св. Аѳанасій Великій, «тотъ имѣетъ ту же самую цѣль, какую имѣетъ и отецъ, у котораго дитя юно и безсильно. Если дитяти случится страдать какою-нибудь болѣзнію, то отецъ его съ вѣрою приноситъ въ Божественный храмъ свѣчи, ладонъ и елей для сожженія, моля объ исцѣленіи дитяти отъ болѣзни. Дитя, хотя не самъ оныя держитъ и приноситъ, равно какъ не самъ произноситъ отрицанія при Божественномъ возрожденіи (т.-е. крещеніи), однакожъ получаетъ благодать возрожденія. Также должно подумать и объ умершемъ въ Богѣ. Нужно приносить и держать за него свѣчи, ладонъ, елей и все то, что служитъ къ искупленію; и благодать Божія не отступитъ отъ него». «Не отрицайся масла и свѣщъ, Христа Бога призывая, на гробѣ усопшаго запалити. Пріятна бо суть сія Богу, и многое сія приносяща воздаяніе. Аще убо грѣшенъ умершій, да разрѣшшпи, при содѣйствіи благодати Божіей, его прегрѣшенія и возведешь изъ ада въ свѣтлыя области рая. Аще ли же праведенъ, да мздамъ приложеніе будетъ»[25]. Утѣшая тѣхъ, которые неумѣренно плачутъ и печалятся о смерти грѣшника, св. Іоаннъ Златоустъ говоритъ: «постараемся сколько возможно помогать усопшимъ, вмѣсто слезъ, вмѣсто рыданій, вмѣсто пышныхъ гробницъ, нашими о нихъ молитвами, милостынями п приношеніями, дабы такимъ образомъ и имъ и намъ получить обѣтованныя блага»[26]. Изъ словъ св. отца видно, что поминовеніе усопшихъ душеспасительно и для самихъ поминающихъ. Скажемъ нѣчто въ изъясненіе сего.

Такъ какъ чистая любовь есть чувство сладкое, успокоивающее, восхищающее душу и притомъ не можетъ надолго таиться въ душѣ, а обнаруживаясь внѣ, разгорается, распространяется, усиливается; то нѣтъ сомнѣнія, что тѣ, которые по любви къ ближнимъ усопшимъ творятъ о нихъ поминовеніе, имѣютъ въ душахъ своихъ особенныя, драгоцѣнныя, небесныя чувствованія. Этихъ священныхъ чувствованій объяснить нельзя. Да если бы люди, поминающіе усопшихъ, и не имѣли такихъ чувствованій, то нѣтъ сомнѣнія, что они за поминовеніе усопшихъ, какъ доказательство любви къ ближнимъ, заслуживаютъ отъ Господа Бога милость за исполненіе Его заповѣди, повелѣвающей любить ближнихъ (Марк. 12, 31).

Если Товитъ, погребавшій тѣла усопшихъ единоплеменниковъ своихъ, удостоился за то благословенія Божія, какъ видно изъ священнаго повѣствованія о жизни сего добродѣтельнаго мужа; то нѣтъ сомнѣнія, что будетъ великое отъ Бога воздаяніе тѣмъ, которые изъ любви къ ближнимъ не только принимаютъ участіе въ погребеніи умершихъ, но и сердечно заботятся объ исходатайствованіи имъ милости Божіей и блаженства ихъ душѣ по ту сторону гроба, посредствомъ поминовеній и милостыни и другихъ дѣлъ милосердія. Такъ полезно поминать усопшихъ для самихъ совершающихъ это поминовеніе! Нельзя не признать полезнымъ слѣдующаго дѣйствія, нерѣдко происходящаго отъ поминовенія усопшихъ.

Намъ тяжело разлучаться съ ближними, съ которыми мы соединены союзомъ родства или дружбы. Потому смерть ближнихъ намъ часто причиняетъ горькую скорбь, стѣсняетъ наше сердце, нпотемняетъ нашъ умъ и подвергаетъ иногда самое здоровье наше разстройству. Тутъ-то человѣку, огорченному смертію ближнихъ, нужны подкрѣпленіи, утѣшенія... Что же можетъ пролить отраду въ душу скорбную, въ душу сѣтующую о томъ, чего нельзя возвратить? Болѣе вѣрное средство есть къ сему молитва къ Богу о упокоеніи души усопшаго. Совершая такую молитву, скорбящіе о смерти ближняго нерѣдко приходятъ въ умиленіе, такъ что слезы льются изъ глубины души ихъ. Эти то слезы весьма благодѣтельны. Онѣ превращаютъ скорбь въ отраду, облегчаютъ тяжесть сердца, даютъ свѣтъ уму. Многіе съ потерею любимыхъ ближнихъ чувствовали такую тупую скорбь, которая будто камень лежала на сердцѣ ихъ; но послѣ поминовенія сердца ихъ раскрывались для слезъ и они чувствовали себя время отъ времени лучше, легче и наконецъ совершенно успокаивались.

Весьма полезно для насъ то, что напоминаетъ намъ о Богѣ, внушаетъ страхъ къ Богу, даетъ чувствовать суету видимыхъ вещей, усмиряетъ наши страсти, побуждаетъ къ покаянію, укрѣпляетъ на пути добродѣтельной жизни. Эту душевную пользу могутъ получить поминающіе усопшихъ. Молитвы, пѣснопѣнія, обряды, входящіе въ составъ поминовенія, наполнены такими сильными, трогательными мыслями, которыя могутъ подѣйствовать и на самое твердое сердце. Кто, находясь при отпѣваніи усопшихъ, не чувствовалъ, хотя на короткое время, спасительной перемѣны въ своей душѣ? Кто изъ насъ не выносилъ изъ дома плача по усопшимъ прекрасныхъ, высокихъ мыслей, сильныхъ ощущеній и не убѣдился на опытѣ въ томъ, почему истинные мудрецы охотнѣе посѣщаютъ домы плача, нежели домы пира, какъ замѣтилъ мудрый Соломонъ и сказалъ: сердце мудрыхъ въ дому плача (Еккл. 7, 5). За молитвы по усопшимъ Самъ Господь наградитъ насъ. Когда земля возьметъ и насъ въ свои объятія, и слѣдовательно, когда мы сами будемъ нуждаться въ молитвахъ другихъ, тогда Господь за нашу любовь къ блжжнжмъ усопшимъ, пошлетъ молитвенниковъ за насъ. Итакъ мы весьма худо дѣлаемъ, когда оставляемъ дѣло поминовенія усопшихъ въ нерадѣніи и совершенномъ забвеніи. Мы сами чрезъ это лишаемся милости Божіей къ намъ, и усопшихъ лишаемъ надежды небесной жизни, благодатнаго покоя, райскаго веселія.

Само собою разумѣется, что для того, чтобы усопшіе удостоились получать спасительные плоды отъ поминовенія, совершающимъ поминовенія нужно соблюдать нѣкоторыя условія.

Во-первыхъ, поминовеніе должно быть производимо въ духѣ истинной православной вѣры и съ полнымъ упованіемъ жа милосердіе Божіе, на силу заслугъ Іисуса Христа, Спасителя міра. Только такое поминовеніе свято, сильно и успѣшно въ доставленіи усопшимъ душевной пользы.

Исторія Евангельская представляетъ самые убѣдительные промѣры того, какъ высоко цѣнится живая вѣра, какъ много можетъ она значить и для нашихъ ближнихъ усопшихъ. Вѣра небо преклоняетъ, вѣра сотрясаетъ адъ, вѣра демоновъ связуетъ, вѣра узы грѣховъ расторгаетъ, вѣра гробы отверзаетъ, вѣра мертвыхъ воскрешаетъ, вѣра гнѣвъ Божій на милость превращаетъ. Нѣстъ добро отъяти хлѣба чадомъ и поврещи псомъ (Матѳ. 15, 28), отвѣчалъ Іисусъ Христосъ хананейской женѣ, просившей Его о помощи; но когда жена, движимая вѣрою, возопила: ей, Господи: ибо и пси ядятъ отъ крупицъ падающихъ отъ трапезы господей своихъ (ст. 27); тогда Спаситель сказалъ женѣ вѣрующей: о жено, велія вѣра твоя: буди тебе якоже хощеши (ст. 28). Что же послѣ этого не успѣетъ сдѣлать сильная вѣра для отрады усопшихъ?

Во-вторыхъ, должно творить поминовеніе по усопшимъ съ условіемъ сердечной о Христѣ любви жъ нимъ. Ибо какъ мы можемъ привлечь любовь Божію къ усопшимъ, когда сами не имѣемъ къ нимъ любви? Наша любовь къ усопшимъ должна быть проводникомъ любви Божіей къ нимъ. Наша любовь въ этомъ случаѣ должна такъ дѣйствовать, какъ дѣйствуетъ любовь отца, когда онъ извлекаетъ изъ безднъ водныхъ утопающаго, изъ силъ выбившагося сына. Тутъ силы отца замѣняютъ безсиліе сына; тутъ любовь отца дѣлаетъ все то, что сдѣлалъ бы для спасенія своего самъ утопающій сынъ, если бы не лишился средствъ и силъ къ тому. Такое нѣжное, дружественное, братское о Господѣ расположеніе душъ нашихъ къ усопшимъ собратіямъ должно быть пріятно Богу. Ибо Онъ Самъ заповѣдалъ намъ любить ближнихъ, какъ самихъ себя, любить искренно, любить отъ всей души, любить и въ жизни и по смерти. Возлюбиши ближняго своего яко самъ себе (Мар. 12, 31), говоритъ Іисусъ Христосъ. Послѣ сего, конечно и молитва, совершаемая отъ любви и съ любовію христіанскою, бываетъ пріятна Богу, а успѣхъ молитвы, пріятной Богу, несомнителенъ. Св. Ефремъ Сиринъ говоритъ: «когда молитва сопутствуется любовію, восходитъ для собесѣдованія съ Богомъ: врата небесныя отверзаются, и никто не возбраняетъ ей входа; ни Ангелы, ни Серафимы не препятствуютъ ей, по желанію своему, приблизиться къ Богу и получать просимое[27].

Наконецъ поминовеніе усопшихъ надобно совершать, сколько возможно, чаще. Богъ иногда не вдругъ исполняетъ наши желанія. Онъ, большею частію испытываетъ нашу вѣру, наблюдаетъ наше терпѣніе, и часто не иначе выполняетъ наши молитвы, какъ по долговременнымъ усильнымъ нашимъ прошеніямъ. «Иногда бываютъ не скоро услышаны наши молитвы», говоритъ св. Макарій Великій, «по неизреченной нѣкоей премудрости для испытанія свободной воли, чтобы видѣть, точно ли вѣрнымъ и истиннымъ почитаютъ Бога, обѣтовавшаго давать просящимъ и отверзать дверь жизни ударяющимъ въ нее; чтобы видѣть, поистинѣ ли увѣровали въ слово Его, пребудутъ ли до конца въ несомнѣнной вѣрѣ, и станутъ ли со всею рачительностію просить и искать, не отвратятся ли отъ Бога въ злостраданіяхъ и боязни, не предадутся ли лѣности, впавъ въ невѣріе и безнадежность и не претерпѣвъ до конца, по причинѣ умедленія времени и испытанія ихъ воли и произволенія»[28]. Поэтому мы, не отчаиваясь въ успѣхѣ молитвъ нашихъ, должны, при поминовеніи усопшихъ, продолжать молитву нашу неопустительно, и нашею вѣрою, нашимъ постоянствомъ въ молитвѣ, непремѣнно умилостивимъ правосудіе Божіе. Господу Богу угодно, чтобы мы и молились съ терпѣніемъ, и не отчаяваялись въ успѣхѣ молитвы дотолѣ, пока получимъ желаемое. На этомъ основаніи и молитвы по усопшимъ, терпѣливо и постоянно продолжаемыя, рано или поздно должны принести усопшимъ пользу. Поэтому, святая православная Церковъ молитвы по усопшимъ ввела въ число молитвъ св. Литургіи, которая должна продолжаться до втораго Христова пришествія на землю.

Если бы отверзлись предъ нами бездны вѣчности, если бы мы увидѣли умершихъ собратій нашихъ, то вѣрно бы первое ихъ слово, первое ихъ прошеніе было къ намъ о поминовеніи ихъ. Вѣрно бы они сказали намъ: братья! вы не можете вполнѣ представитъ себѣ, сколько нужно и отрадно намъ поминовеніе; вы не можете вообразить, какую пользу, какія блага доставляетъ намъ поминовеніе! Скажемъ вамъ одно: вы чрезъ поминовеніе отверзаете таинственную дверь, сквозь которую входитъ къ намъ и свѣтъ, и жизнь, и спокойствіе, и радость. Не останемся же глухими на просьбы собратій нашихъ усопшихъ. Будемъ съ вѣрою и любовію молиться о упокоеніи душъ ихь во всю нашу жизнь. Небесный Отецъ любви, видя нашу любовь къ усопшимъ, не откажетъ имъ въ любви Своей какъ милосердый и Бсеблагій. Аще убо вы лукави суще, сказалъ Онъ, умѣете даянія блага даяти чадомъ вашимъ: кольми паче Отецъ вашъ небесный дастъ блага просящимъ у Него (Матѳ. 7, 11).

 

«Православный Путь» за 1972 г. С. 129-160.

 

[1] Слово св. Ефрема Сирина на почившихъ во Христѣ. Творенія его, т. XI, стр. 239.

[2] Блаж. Августинъ. Рѣчь о благочестіи и поминовеніи усопшихъ.

[3] Приведенное здѣсь слово св. Кирилла Александрійскаго на исходъ души помѣщено въ слѣдовательной Псалтири. Подобно ему мудрствовалъ и патріархъ Ѳеофилъ. См. «Достопамятныя сказанія о подвижничествѣ святыхъ и блаженныхъ отцевъ».

[4] Блаж. Августинъ. Рѣчь о благочестіи и поминовеніи усопшихъ.

[5] См. кн. подъ названіемъ: Λειτουργίαι των αγίων πατέρων Ιακώβου του Αποστόλου και αδελφο του Κυρίου, Βασιλείου του Μεγάλου, Ιωάννου του Χρυσοστόμου, 1860 r.

[6] Постановленія Апостольскія, кн. VIII, гл. 41 и 42.

[7] Церковная Іерархія, гл. VI.

[8] Объ исполненіи этого прекрасваго обычая или лучше долга мы слышалъ также свидѣтельство изъ устъ одного учителя Церкви III в., которое должно принять за выраженіе свидѣтельства современнаго ему христіанства, потому что онъ говоритъ о поминовеніи усопшихъ, какъ о дѣлѣ самомъ обыкновенномъ между христіанами. Мы творимъ память родителей нашихъ, учитъ Оригенъ, и чтимъ благочестиво память друзей, въ вѣрѣ умершихъ. Оригена толкованіе на Іова.

[9] Слово св. Іоанна Дамаскина о почившихъ въ вѣрѣ.

[10] Собр. слов. въ недѣлю мясопустную.

[11] Творенія Св. Отцевъ, т. XX, стр. 213, 214.

[12] «Воскресное Чтеніе», т. V, изъ жизнеописаній его у Леонтія, еп. Кипрскаго.

[13] Дѣянія мученическія, изд. 1802 г. III, страданія св. Перепетуи, гл. 7 и 8.

[14] IV бесѣда на посланіе къ Тимоѳею.

[15] 42 бесѣда на Еваніе отъ Іоанна.

[16] См. Прологъ 12 агуста.

[17] Четіи-Минеи. 12 апрѣля.

[18] Бесѣда 41 на 1-е посланіе къ Коринѳянамъ.

[19] Сочиненія его, т. II, стр. 280.

[20] Слово объ умершихъ.

[21] См. Бесѣда св. Григорія Двоеслова, кн. II, гл. 23.

[22] Бесѣда его, кн. IV, гл. 59.

[23] Бесѣда его, кн. IV, гл. 55.

[24] Преп. Макарій Александрійскій. Слово о исходѣ душъ праведниковъ и грѣшниковъ, то есть, какимъ образомъ онѣ разлучаются съ тѣломъ, и въ какомъ состояніи пребываютъ. // «Христіанское Чтеніе», 1831. Ч. XLIII. С. 123.

[25] Слово въ недѣлю мясопустную, Кирила архіепископа Александрійскаго, о исходѣ души отъ тѣла и о второмъ пришествіи

[26] Бесѣда 21 на Дѣянія Апостольскія.

[27] Бесѣда на слова: «положи Господи храненіе устомъ моимъ» и проч. 1843 г., ч. 3.

[28] Бесѣда 29, 2.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: