Николай Дмитріевичъ Бессарабовъ – Любовь – залогъ побѣды.

Слово въ пятокъ четвертой седмицы Великаго поста, при воспоминаніи страстей Христовыхъ,

произнесено въ Великой церкви Кіево-Братскаго монастыря 18 марта 1916 г.

 

«О семъ разумѣютъ вси, яко Мои ученицы есте,

аще любовь имате между собою» (Іоан. 13, 35).

 

Еще разъ выслушали мы по приглашенію Церкви самое трогательное и потрясающее, глубокое по своему содержанію и до слезъ волнующее повѣствованіе Святого Евангелиста о величайшемъ изъ всѣхъ дѣлѣ любви. Невинный и безгрѣшный Агнецъ, Господь нашъ Іисусъ Христосъ, насъ ради и нашего ради спасенія, принимаетъ заушенія, оплеванія, біенія, насмѣшки, издѣвательства и, наконецъ, самую смерть. Смерть не за собственную вину, но за собственные грѣхи, которыхъ у Него не было, но за грѣхи тѣхъ, которые Его распинали, которые глумились надъ Нимъ, о которыхъ Онъ, уже вися на крестѣ, взывалъ ко Отцу Своему: «Отче, отпусти имъ, не вѣдятъ бо, что творятъ» (Лук. XXIII, 34). Что можетъ быть сильнѣе этой любви до смерти, что, съ другой стороны, можетъ быть и ужаснѣе, отвратительнѣе и неблагодарнѣе поступка тѣхъ, которые эту любовь убили, пригвоздили ко кресту? Велика любовь Спасителя къ намъ грѣшнымъ, велики Его страданія, тяжесть которыхъ не можетъ представитъ себѣ нашъ ограниченный человѣческій умъ, но безмѣрно великъ и грѣхъ Его распинателей. Воспроизведемъ же, братіе, еще разъ картину страданій нашего Господа, чтобы черезъ это повтореніе тѣмъ сильнѣе и ярче предстали предъ нашимъ сознаніемъ и величіе Его любви къ намъ и глубина злобы и неблагодарности къ Нему Его современниковъ. Исторія страданій нашего Господа такъ, назидательна, спасительна и благотворна для всякаго человѣка, а тѣмъ, болѣе христіанина, что воспроизведеніе ея, повтореніе и постоянное памятованіе о ней въ высшей степени необходимы. Не напрасно, поэтому, и св. Церковь, вотъ уже четвертый разъ, приглашаетъ насъ выслушать исторію крестныхъ мукъ Спасителя.

Страданія... Кто не страдалъ и не знаетъ ихъ? Кто не знаетъ и того, что наши страданія, болѣзни и бѣдствія суть слѣдствія какъ грѣха Адама, такъ, и это главнымъ образомъ, нашей собственной грѣховности. Кто не знаетъ, что сила и мука всякихъ страданіи тѣмъ ужаснѣе, чѣмъ менѣе страдающее лицо встрѣчаетъ сочувствія и участія среди близкихъ ему, особенно среди тѣхъ, на благодарность и облегченіе участи со стороны которыхъ онъ можетъ расчитывать? И только сознаніе, что всѣ свои страданія мы несемъ за собственную вину, за своя грѣхи, по заслугамъ, уменьшаетъ ихъ силу. Но и вь этомъ случаѣ, горечь отъ сознаваемой неблагодарности остается, ибо особенно тяжело страдаетъ тотъ, кто вмѣсто ожидаемой любви встрѣчаетъ холодность, кто за свою любовь и доброту встрѣчаетъ злобу и насмѣшки. Какъ же ужасны и велике должны были быть страданія нашего Господа? Вѣдь Онъ – безгрѣшный, и страдалъ не за Свою вину, не за Свой грѣхъ, а за вину и грѣховность всѣхъ людей, не только тѣхъ, которые жили до Его рожденія, но и тѣхъ, которые существовали послѣ, существуютъ и будутъ существовать до скончанія вѣка. Онъ всѣхъ людей вину поносъ съ Собою, за всѣ грѣхи ихъ пострадалъ и, конечно, соразмѣрно ихъ общей тяжести. Умъ человѣческій не въ состояніи представить себѣ страданій Спасителя, потому что каждый судитъ о страданіяхъ по личному опыту и только за свои грѣхи, и совершенно не можетъ понять глубины и силы страданій за грѣхи всѣхъ людей. Страданія Спасителя были такія, какихъ никто и никогда не испытывалъ и не испытаетъ, это были страданія, которыя по своей силѣ равнялись какъ бы страданіямъ всѣхъ людей безъ исключенія. Какая туга сердечная, какая скорбь слышится въ словахъ Спасителя: «Душа моя скорбитъ смертельно» (Mѳ. XXVI, 38). Именно смертельно, ибо страданія и скорбь Спасителя были такъ мучительны, какъ мучительна самая смерть. Не о физическихъ страданіяхъ говоритъ здѣсь Спаситель, но о страданіяхъ душевныхъ, тѣхъ страданіяхъ, которыя, ужасая Его своею тяжестью, побуждали взывать къ Богу Отцу: «Отче Мой, аще возможно есть, да мимоидетъ отъ Мене чаша сія» (Mѳ. XXVI, 69). Какой неописуемой тревогой дышатъ Его слова: «душа Моя возмутися и что реку: Отче спаси отъ часа сего» (Іоан. ХП, 27).

Но, братіе, можетъ быть, тяжесть скорби и страданій Спасителя нашего умѣрялись тѣмъ, что Онъ находилъ сочувствіе въ Своихъ страданіяхъ, что Его окружали заботливость, любовь и благодарность со стороны тѣхъ, за кого Онъ страдалъ? Нѣть, ничего этого не было, но, наоборотъ, вмѣсто заботливости, Онъ встрѣчалъ вокругъ Себя насмѣшки и оплеванія, вмѣсто любви – злобу и крики «пропни Его», вмѣсто благодарности – непониманіе и прозрѣніе. Его величайшая и неизреченная любовь къ людямъ встрѣчала со стороны послѣднихъ грубую злобу и безсердечіе. Онъ несъ человѣчеству жизнь и спасеніе, а оно отвѣтило Ему проклятіемъ и смертью. Вотъ какъ повѣствуетъ евангеліе объ отношеніи къ Спасителю тѣхъ, кто еще такъ недавно встрѣчалъ Его привѣтственными криками «Осанна, Сыну Давидову». Съ дрекольями и оружіемъ въ рукахъ Они окружаютъ Его, какъ разбойника, налагаютъ на Его пречистыя руки узы и ведутъ къ неправеднымъ судьямъ Аннѣ и Каіафѣ. Не будучи въ состояніи обвинить Его – безгрѣшнаго, приглашаютъ лжесвидѣтелей, во время допроса бьютъ грубо по ланитѣ, а послѣ плюютъ въ лицо, глумятся, дѣлаютъ разныя пакости (Mѳ. XXVI, 67), мучатъ и снова бьютъ по ланитамъ (Мр. XIV, 65). И это Того, Кто всю жизнь Свою отдалъ людямъ, Кто принялъ зракъ раба для того, чтобы взять на Себя грѣхи всего міра. Какъ будто демонъ овладѣлъ сердцами всѣхъ этихъ людей, какъ будто они лишились послѣдней человѣчности. Несчастные, остановитесь. Подумали ли вы о томъ, что дѣлаете и на Кого поднимаете свою дерзкую руку? Вы подписываете свой приговоръ, вы поднимаете руку на Своего Господа и Спасителя, на Того, Кто въ теченіи трехъ лѣтъ велъ васъ въ царствіе Божіе! Кто исцѣлялъ среди васъ слѣпыхъ, хромыхъ и бѣсноватыхъ, Кто пришелъ спасти васъ отъ діавола, осудить его и избавить отъ его козней все человѣчество. Что можетъ быть неблагодарнѣе этого отношенія къ Господу со стороны облагодѣтельствованныхъ Имъ, что, съ другой стороны, можетъ быть и тяжеле, мучительнѣе страданій при видѣ этой безсердечной злобы. Но и этого мало. Эти люди такъ озлоблены, такъ очерствѣли сердцемъ, что не довольствуются только глумленіемъ надъ Спасителемъ. Не имѣя права казнить Его сами, они требуютъ Его смерти отъ Пилата, а когда даже послѣдній, не находя вины въ Праведникѣ, не соглашался и умылъ руки предъ народомъ, они еще болѣе, излиха вопіяху: «пропни Его» (Мр. XV, 14). Черствое сердце чуждаго Римлянина протестуетъ этой казни, которой требуютъ родные соотечественники. Наконецъ цѣль достигнута и жертва въ рукахъ распинателей. Снова овладѣваетъ ими дикая злоба, снова начинаются издѣвательства и издѣвательства самыя низкія. По словамъ Евангелиста, воины возлагаютъ на главу Его терновый вѣнецъ, и острые шипы тернія вонзаются въ божественное чело, обагряя его кровію, той кровію, одна капля которой драгоцѣннѣе всего міра. Потомъ на Страдальца одѣваютъ багряницу, въ руки даютъ трость, знаменующую собой царскій скипетръ, падаютъ предъ Нимъ на колѣна, притворно цѣлуютъ Его и привѣтствуютъ: «Радуйся, царь Іудейскій»! И вдругъ... послѣ этого лицемѣрнаго почтенія, бьютъ тростью по главѣ, плюютъ на Него и снова привѣтствуютъ. Что еще можетъ придумать человѣческая злоба и низость коварнѣе, лицемѣрнѣе, жесточе и въ то же время отвратительнѣе этихъ мученій, гдѣ все направлено къ тому, чтобы сдѣлать ихъ болѣе чувствительными? Но и это еще не конецъ мученіямъ. Далѣе слѣдуетъ распятіе, предшествуемое несеніемъ креста, позорнѣйшая казнь, которой подвергались только самые преступные злодѣи. Но вотъ Спаситель на крестѣ. Кажется цѣль достигнута, злоба нашла свой исходъ, надъ Страдальцемъ витаетъ смерть, готовая принять Его въ свои объятія. Но нѣтъ, людская злоба не оставляетъ Его и теперь: и надъ страдающимъ въ мукахъ распятія, пока Онъ могъ внимать, продолжаются тѣже издѣвательства и глумленія. «Мимоходищіи хулятъ Его покивающе главами своими», смѣются надъ Его безпомощностью, предлагаютъ сойти со креста: «Спасися Самъ и сниди со креста» (Мр. ХV, 30), – говорятъ они. Господи! есть ли предѣлъ человѣческой жестокости! И здѣсь же – какова сила любви Самого Распятаго, въ это время молящагося: «Отче, прости имъ, не вѣдитъ бо, что творятъ» (Лук. XXIII, 34). Наконецъ предсмертныя страданія достигаютъ высшаго напряженія, предсмертный жаръ опаляетъ уста и слово «жажда» вмѣстѣ съ обращенномъ къ Богу Отцу: «Боже Мой, вскую Мя еси оставилъ» (Мр. ХV, 34; Мѳ. ХХVІІ, 46) слетаютъ съ устъ висящаго на крестѣ. Кто остался бы безсердечнымъ въ этомъ случаѣ, кто не облегчилъ бы страданія умирающему? Но нѣтъ границъ людскому безсердечію! Послышались насмѣшки, а для утоленія жажды предлагается уксусъ. Послѣдній вздохъ и, наконецъ, «совершилось». Природа, неразумная природа устрашилась этого безсердечія и жестокости, и, не вынося страданій своего Творца, солнце померкло, тьма покрыла землю, земля разсѣлась, завѣса церковная раздралась на двое, и, какъ свидѣтели людского безумія, воскресли мертвые. Только теперь поняли многіе изъ бывшихъ при крестѣ, что совершилось, и горькое раскаяніе охватило однихъ, какъ напримѣръ, сотника, другіе – въ нѣмомъ ужасѣ возвращались, бія въ перси своя. Но третьи..., третьи и къ этому свидѣтельству природы остались глухими. Это были первосвященники и книжники, которые не только не увѣровали, подобно сотнику, но, наоборотъ, направились еще къ Пилату просить стражи для охраны гроба Іисусова.

Слишкомъ блѣдны слова мои, чтобы выразить всю силу страданій Господа, страданій не только за грѣхи всѣхъ, но и страданій безъ сочувствія, безъ облегченія. Невѣріе, презрѣніе, насмѣшки, предательство Іуды – одного изъ ближайшихъ учениковъ, побои, издѣвательства, – вотъ то, что увеличивало тяготу и безъ того величайшихъ страданія. И что же мы видимъ? Ропщетъ ли безгрѣшный Агнецъ? Негодуетъ ли? Нѣтъ, Онъ молится за распинателей, любить ихъ даже вися на древѣ, уже чувствуя на Себѣ дыханіе смерти. Посмотримъ, братіе, чѣмъ заняты мысли Спасителя въ послѣднюю ночь предъ Его страданіями, о чемъ Онъ молится ко Отцу Своему во время Своей порвосвщеннической молитвы? «Да вси едино будутъ, яко же Ты, Отче, во Мнѣ и Азъ въ Тебѣ, да и тіи въ Насъ едино будутъ» (Іоан. XVII, 21), – вотъ чего Онъ желаетъ, вотъ о чемъ Онъ молится. Онъ знаетъ, что близокъ часъ, когда всѣ, даже ученики, оставятъ Его одного (Іоан. XVI, 32), но всепрощающая любовь не помнить этого и Онъ взываетъ къ Богу Отцу: «Хощу да идѣже есмь Азъ и тіи будутъ со Мною» (Іоан. XVII, 24). Его ожидаетъ позорнѣйшая смерть, Его окружаютъ ненависть, злоба, предательство, насмѣшки, а Онъ, заботясь о Своихъ послѣдователяхъ и вѣрующихъ, даетъ Своимъ ученикамъ, а въ ихъ лицѣ и всѣмъ намъ, слѣдующую заповѣдь: «Да, любите другъ друга, якоже возлюбихъ вы. Больши сея любве никтоже иматъ, да кто душу свою положитъ за други своя» (Іоан. XV, 12-13), О, великая и божественная сила любви!

Но, братіе, Спаситель сказалъ ученикамъ Своимъ и слѣдующія въ высшей степени важныя для насъ, Его послѣдователей, слова: «О семъ разумѣютъ вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою» (Іоан. XIV, 35). Любовь къ своимъ ближнимъ, подобная любви Спасителя, таковъ главный и отличительный признакъ истинныхъ послѣдователей Христа. Мы называемся христіанами, но обратимся къ своему сознанію, къ своей жизни и дѣятельности и посмотримъ, осуществляемъ ли мы эту заповѣдь Спасителя, живемъ ли такъ, чтобы наша жизнь была отраженіемъ Христовой жизни, а наша любовь къ ближнимъ хоть нѣсколько приближалась къ любви къ намъ нашего Господа? Или, наоборотъ, не уподобляемся ли мы тѣмъ, которые распяли Христа, которые на Его любовь отвѣтили Ему злобою, издѣвательствами и даже самого смертью?

Если мы внимательно отнесемся къ себѣ и безпристрастно разсмотримъ свою жизнь, взвѣсимъ наши отношенія къ ближнимъ и сравнимъ ихъ съ заповѣдью Спасителя и Его жизнью, то мы должны будемъ сказать, что мы слишкомъ далеки отъ Христа, далеки отъ Его заповѣди и, поэтому, никоимъ образомъ не можемъ называться Его учениками. Можно сказать даже, что мы не только уподобляемся распинателямъ Христа, но даже распинаемъ Его сами. Въ настоящее время Христосъ такъ же страдаетъ, какъ страдалъ Онъ въ послѣднюю ночь Своей земной жизни, Его и теперь предаютъ измѣнники, окружаетъ безсердечная и жестокая толпа, Онъ снова возносится на крестъ. Это, братіе, не преувеличеніе, но печальная истина. Вѣдь въ самомъ дѣлѣ. Вспомнимъ, какъ училъ Спаситель о страшномъ судѣ Своего второго пришествія, вспомнимъ, что Онъ скажетъ въ обвиненіе тѣхъ, которые будутъ осуждены. «Аминь, глаголю вамъ, понеже не сотвористе единому сихъ меньшихъ, ни Мнѣ сотвористе» (Mѳ. XXV, 45). Такъ, по ученію Спасителя, наше отношеніе къ ближнимъ преломляется въ отношеніе къ Самому Христу, наша любовь къ нимъ есть по существу любовь къ Спасителю, какъ и наоборотъ, наша злоба и ненависть другъ къ другу есть злоба и ненависть къ Самому Господу. И что же? Развѣ, мы не распинаемъ снова Господа, развѣ мы относимся къ нашимъ ближнимъ съ любовью, особенно теперь, когда такъ много страданіи, когда льется кровь нашихъ братьевъ, когда они ищутъ помощи, сочувствія и облегченія? Развѣ, мы не злобствуемъ другъ на друга, развѣ стремимся мы хоть чѣмъ-нибудь облегчить страданія нашихъ ближнихъ, развѣ осуществляемъ мы заповѣдь Спасителя о любви до самопожертвованія? Наше равнодушное, безучастное отношеніе въ годину тяжкихъ страданіи родины развѣ не есть равнодушіе окружающей крестъ Спасители толпы?

Увы, братіе, прошли вѣка и прежній огонь любви къ Богу и ближнимъ погасъ у насъ, сердце наше очерствѣло, огрубѣло, очи замкнулись, отзывчивость къ страданіямъ не только притупилась, но замѣнилась такими же безсердечіемъ, жестокостью, а порой – и ненавистью къ ближнимъ, какія мы видѣли у гроба Господня. Мало, и даже совсѣмъ нѣтъ среди насъ любящихъ Магдалинъ, женъ мироносицъ, которыя бы, не взирая на страхъ смерти, спѣшили къ страдающимъ, чтобы масломъ помазать ихъ раны. Мало, или даже совсѣмъ нѣтъ у насъ благообразныхъ Іосифовъ, преданныхъ Никодимовъ, которые бы, подобно евангельскому Іосифу, отдали въ пользу страждущихъ что-нибудь изъ своихъ имѣній. Наконецъ, еще меньше среди насъ Симоновъ Киринейскихъ, которые бы, или личнымъ трудомъ, или опытомъ, знаніемъ, или средствами пришли на помощь нашимъ изнемогающимъ въ борьбѣ съ врагомъ братьямъ поднести ихъ тяжелый крестъ. Но за то какъ много среди насъ Іудъ-предателей, то льстивыхъ, то обуреваемыхъ недугомъ сребролюбія, которые не только жалѣютъ масла для страдальцевъ, но, наоборотъ, стремятся обратить его въ деньги, чтобы получить какъ можно болѣе сребренниковъ. Этимъ они еще болѣе увеличиваютъ страданія, но тридцать сребренниковъ звенятъ у нихъ въ карманѣ. Лесть – ихъ орудіе, цѣль ихъ – нажива. Много среди насъ воиновъ, бросающихъ жребій о драгоцѣнномъ хитонѣ Спасителя, то-есть лицъ, которыя, не взирая на совершающуюся картину страданіи, заботятся только о драгоцѣнныхъ одеждахъ, о роскоши, тратя на это и свои силы, и свои сродства, вмѣсто того, чтобы употребить ихъ на помощь бѣдствующей родинѣ и своимъ страдающимъ братьямъ. Естъ среди насъ и уподобляющіеся безумной толпѣ, люди, ищущіе только зрѣлищъ, веселья и смѣха въ то время, когда здѣсь же рядомъ, напрягаются послѣднія силы, жизнь борется со смертью. Когда для каждаго видно, какія трагическія минуты переживаютъ на войнѣ наши ближніе, когда тамъ льется кровь, а здѣсь, среди насъ горе и слезы, время ли смѣяться, время ли искать шумнаго веселья и развлеченья, время ли даже оставаться къ этому равнодушнымъ и спокойнымъ? Когда отечеству и родинѣ необходимы громадныя средства для борьбы со врагомъ, для помощи раненымъ, сиротамъ, вдовамъ, лишеннымъ крова, и бѣженцамъ, время ли тратить безумныя средства на роскошь, время ли украшать себя драгоцѣнностями, время ли пиршествовать и наслаждаться? Когда нужно ограничивать личныя потребности, когда нужно помогать отечеству кто чѣмъ можетъ – своимъ имуществомъ, опытомъ, знаніемъ и т. п., время ли стремиться къ наживѣ, обогащаться на счетъ бѣдныхъ и неимущихъ, скрывать товары, поднимать цѣны, наживая все новые и новые сребренники? Когда необходимы рабочія силы для борьбы съ надвигающимся голодомъ и дороговизной, такъ особенно чувствительными для меньшихъ, бѣдныхъ и необезпеченныхъ нашихъ братьевъ, время ли отказываться отъ работы, время ли дорого цѣнить свой трудъ, время ли прекращать работы, зная, что каждый опущенный часъ приноситъ все большія и большія тяготы? Когда требуется общее и единодушное сочувствіе, дружный подъемъ, время ли взаимному недовѣрію, борьбѣ страстей, эгоизму, враждѣ и честолюбію? Гдѣ же та любовь, которую завѣщалъ намъ Спаситель и которая является признакомъ истиннаго христіанина, гдѣ милосердіе самарянина, гдѣ простое состраданіе къ бѣдствіямъ и скорбямъ другого, гдѣ братолюбіе? Не свои ли страданія мы увеличиваемъ сами, не себѣ ли вредъ приносимъ, не себя ли губимъ, какъ погубили себя насмѣхавшіеся надъ страданіями Христа книжники, первосвященники, воины и жестокая толпа зрителей? Или для насъ мало страданій, мало слезъ, мало крови, мало убитыхъ отцовъ, братьевъ и сыновей, мало сиротъ и вдовъ, бѣдствій и нищеты, чтобы склонить насъ на любовь и отзывчивость? Или и мы, подобно стоящимъ у креста Спасителя, только тогда сознаемъ свою виновность, тогда съ раскаяніемъ будемъ бить въ перси своя, когда заговоритъ неодушевленная природа? Нужно теперь раскаяться, теперь же сознать свою вину предъ родиной и своими ближними, пока не поздно. Раскаемся не раскаяніемъ Іуды, которое произошло слишкомъ поздно и результатомъ котораго было не спасеніе, но безнадежное отчаяніе, тяжелыя угрызенія совѣсти, позорная смерть и вѣчныя мученія, нѣть – но мы раскаемся раскаяніемъ благоразумнаго разбойника, во единомъ часѣ раеви сподобившагося. И такое раскаяніе для насъ еще не поздно, ибо милующая десница Божія широко отверста для принятія всякаго кающагося. Не безсердечію, злобѣ и издѣвательствамъ распинателей, но любви Спасителя нашего послѣдуемъ, мысленно взглянемъ на висящее на крестѣ Его тѣло, изъ любви къ намъ закланное, и съ сердечной молитвой обратимся къ Нему, да пошлетъ Онъ намъ ту любовь, которая, по словамъ Апостола Павла «долготерпитъ, милосердствуетъ, не завидитъ, не превозносится, не гордится, не безчинствуетъ, не ищетъ своихъ си, не раздражается, не мыслитъ зла, не радуется о неправдѣ, но радуется о истинѣ, вся любитъ, всему вѣру емлетъ, вся уповаетъ, вся терпитъ» (1 Кор. XIII, 4-7). Этой любви требуетъ отъ насъ, какъ Своихъ послѣдователей, Господь, этой любви требуютъ отъ насъ наши страждущіе ближніе, наша изнемогающая на борьбѣ родина, наконецъ – этой же любви требуетъ и наша, еще не окончательно уснувшая совѣсть. Останемся ли равнодушными къ этимъ требованіямъ Господа, ближнихъ и долга? Если мы останемся безучастными, а страдающіе на войнѣ наши ближніе получатъ въ концѣ концовъ побѣду, потому что и страдавшій Спаситель побѣдилъ смерть и діавола, то что мы скажемъ, когда, возвратясь въ славѣ домой, какъ побѣдители, они опросятъ у насъ, что мы сдѣлали для побѣды, чѣмъ облегчали ихъ страданія. Въ стыдѣ мы потупимъ тогда свои взоры, потому что на самомъ дѣлѣ мы ничего не сдѣлали. Мы пиршествовали, наслаждались, были праздными, тратили безумно свои средства только на себя и свои прихоти, вкусно ѣли, пышно одѣвались; – слава побѣды не намъ принадлежитъ. Боязно, что горькое отчаяніе, отчаяніе Іуды овладѣетъ нами.

Да, братіе, любовь Спасителя побѣдила смерть, побѣдила вѣчнаго врага спасенія – діавола, открыла входъ въ царствіе небесное. Спаситель воскресъ и, по воскресеніи, во славѣ возшелъ на небо ко Отцу Своему. Такъ всегда любовь торжествуетъ побѣду, всегда прославляется. Вѣримъ, что и наша любовь къ ближнимъ восторжествуетъ надъ неправдой, вѣримъ, что она побѣдитъ врага, причиняющаго нашей родинѣ и ближнимъ страданія, вѣримъ, что наша любовь дастъ и нашей родинѣ славу и насъ прославитъ съ уже прославленнымъ и любовью побѣдившимъ смерть Спасителемъ. Обратимся же къ Господу и отъ чистаго сердца съ молитвой воззовемъ къ Нему: «Господи, духъ любви даруй рабамъ Твоимъ».

 

Н. Бессарабовъ

 

«Труды Императорской Кіевской Духовной Академіи». 1916. Т. 1. № 4. С. L-LXI.

 

***

Когда враги грозятъ бѣдою,

Ихъ зла небойся, не страшись:

Но съ умиленною душою,

Воззри на небо и молись.

     Да будетъ врагъ прощенъ тобою,

     Предъ нимъ, врагомъ, ты преклонись

     И, чистый сердцемъ и душою,

     Забудь обиду и молись.

Когда-жъ накажетcя судьбою

Твой врагъ, предъ нимъ не возгордись

Но, съ кроткимъ сердцемъ и душою,

Ты за врага Творцу молись.

А. Корольковъ

«Русскій Паломникъ». 1895. № 27. С. 418.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: