Новосвмуч. Архіеп. Никонъ (Рождественскій) – На дни страстей Господнихъ (Изъ дневника).

Кто живетъ церковною жизнію, для того тихо, среди покаянныхъ молитвъ и трогательныхъ воспоминаній, проходитъ Святая Четыредесятница. Тамъ, за стѣнами церкви, бурно шумитъ море житейское, а здѣсь благодатный миръ пріосѣняетъ измученныя души кающихся грѣшниковъ. Не любитъ грѣшный міръ этого слова – «грѣшникъ», не хочетъ онъ признать существованіе грѣха: за то и рабствуетъ грѣху безъ надежды на ту свободу духа, какую даетъ смиренное покаяніе у подножія креста Христова. Внѣ Церкви – нѣтъ истиннаго мира, нѣтъ чистой радости, нѣтъ того счастья, о коемъ не имѣютъ понятія сыны міра, но которое опытомъ сердца вѣдаютъ вѣрныя чада Церкви православной. О, если бы люди знали это счастье! Если бы цѣлымъ сердцемъ возжелали его! Весь міръ тогда преобразился бы.

Къ несчастью, безполезно говорить съ сынами вѣка сего объ этомъ счастьѣ, объ этой радости, объ этой сладостной тишинѣ сердца. Это значило бы говорить съ слѣпыми о красотѣ цвѣтовъ, съ глухими – о чудной гармоніи звуковъ. Это значило бы говорить съ язычниками о сущности христіанства. Не по страху только мученій древніе христіане укрывались въ катакомбахъ: въ эти подземелья влекло ихъ непреодолимое желаніе быть наединѣ съ Богомъ, уйти отъ этого міра, всецѣло погруженнаго въ рабство грѣху. Тамъ изливали они свои пламенныя молитвы, тамъ совершали Божественную Евхаристію, тамъ переживали то, что Господь разумѣлъ, когда изрекъ: «царствіе Божіе внутрь васъ есть»... Тщательно оберегали они эти тайны духовныхъ настроеній отъ язычниковъ, ибо язычники не могли понять сихъ тайнъ, а могли лишь осмѣять ихъ...

Ужели и мы дожили до такихъ временъ? Если еще не дожили, то не близятся ли они? Боже! А вѣдь тѣ, кто вокругъ насъ, среди кого мы живемъ, именуютъ себя христіанами! Страшно подумать, что это христіане... И неужели сіи, глаголемые христіане, никогда, даже въ дѣтствѣ, въ ранней юности, не чувствовали на себѣ вѣянія Божьей благодати? Ужели ни разу въ жизни хотя бы дѣтскимъ сердцемъ не переживали они тѣхъ благодатныхъ минутъ священнаго восторга и умиленія, какими преисполняется вѣрующее сердце въ великіе дни Страстей Господнихъ и Святой Пасхи? Хотя бы въ дѣтствѣ! Недавно въ своемъ «Дневникѣ» (см. «Троицкое Слово» № 8) я привелъ письмо одного молодого человѣка, котораго спасло отъ самоубійства одно мимолетное воспоминаніе Пасхальной радости, испытанной когда-то имъ въ дѣтствѣ: запасаются ли нынѣшнія дѣти такими спасительными впечатлѣніями на грядущіе дни великихъ для нихъ испытаній? Сказалъ нѣкогда Господь Своимъ ученикамъ: «не препятствуйте дѣтямъ приходить ко Мнѣ»... о, какъ хотѣлось бы просить, умолять современныхъ глаголемыхъ христіанъ: не препятствуйте хотя дѣтямъ-то своимъ, если ужъ сами очерствѣли, не способны къ тому стали, – имъ-то не препятствуйте воспринимать благодатныя впечатлѣнія службъ церковныхъ въ великіе дни! Не лишайте ихъ той неземной радости, какая посѣщаетъ сердце, вѣрующее въ созерцаніи великихъ дѣлъ Божіихъ, въ спасеніи рода человѣческаго! Вѣдь наше православное богослуженіе не есть простое воспоминаніе событій изъ жизни Спасителя нашего: нѣтъ, оно переноситъ насъ во времена Евангельскія, даетъ намъ возможность таинственнымъ образомъ переживать то, что переживали живые свидѣтели вѣхъ событій – Апостолы и вѣрующія души, о коихъ сказалъ нѣкогда Господь: «ваша же блаженна очеса, яко видятъ, и уши ваши, яко слышатъ. Аминъ бо глаголю вамъ, яко мнози пророцы и праведницы вожделѣша видѣти, яже видите, и не видѣша, и слышати, яже слышите, и не слышаша» (Матѳ. 13, 16-17). Въ самомъ дѣлѣ: мы ни на минуту не должны забывать, что всѣ мы, вѣрующіе во Христа Спасителя нашего, составляемъ живое таинственное тѣло Его – Церковь, что жизнь христіанъ минувшихъ вѣковъ есть жизнь Церкви, а слѣдовательно и наша жизнь; что для насъ всѣ отшедшіе къ Богу изъ міра земного отцы и братія – «живи суть», всѣ обрѣтаются въ благодатномъ общеніи съ нами чрезъ Церковь и главу ея – Христа Спасителя; что Господь нашъ, по безконечной любви Своей ко всякому вѣрующему въ Него, силенъ содѣлать каждаго изъ насъ причастникомъ того созерцанія, того «блаженства очесъ», о коемъ Онъ Самъ говорилъ... И святая Церковь даетъ полную возможность къ тому – чрезъ свои чудные обряды, посредствомъ несравненной, неподражаемой поэзіи пѣснопѣній. Смотрите, напримѣръ, съ какою мудростью, съ какою постепенностью и знаніемъ души человѣческой, готовитъ она насъ къ величайшему торжеству – живого общенія съ небомъ: какъ иначе назвать нашъ всерадостный праздникъ Христова Воскресенія? Для того, чтобы взойти на небо, надо прежде всего очиститься отъ всякой нравственной грязи: «ничто нечистое не войдетъ туда», говоритъ слово Божіе (Апок. 21, 27). И вотъ, положенъ постъ, постъ по числу дней равный посту Христову. Не легокъ подвигъ поста для немощи человѣческой: и вотъ къ посту приготовленіе: недѣля о Закхеѣ – урокъ беззавѣтной любви ко Христу, недѣля о мытарѣ и фарисеѣ – урокъ глубоко смиренной покаянной молитвы; недѣля о блудномъ сынѣ – урокъ смиреннаго покаянія; недѣля о Страшномъ судѣ – урокъ страха Божія. Затѣмъ – седмица полупоста – сырная. Затѣмъ недѣля о паденіи Адамовомъ и, – наконецъ, – уже самый постъ во всей его строгости... Возьмите хотя дома въ руки великую книгу покаянія – Тріодь постную, почитайте ея стихиры и каноны, особенно великій канонъ святаго Андрея Критскаго; сколько слезъ пролито святыми пѣснописцами при составленіи ихъ! Сколько умиленнаго чувства!

Уже съ средины святаго поста вѣрующіе поклоняются кресту Господню, и сей крестъ созерцается ими какъ бы въ нѣкоемъ отдаленіи постепенно приближающейся священной Голгоѳы, – великихъ дней страстен Господнихъ. И чѣмъ ближе сіи дни, тѣмъ больше напоминаній о покаяніи. Въ четвертое воскресенье Церковь творитъ память одного изъ великихъ учителей покаянія – преподобнаго Іоанна Лѣствичника, написавшаго свою «Лѣствицу, возводящую на небо», полную великихъ уроковъ духовнаго опыта, скопленнаго сорокалѣтнимъ подвигомъ въ уединеніи священной горы Синайской. Какъ жаль, что мало читаютъ эту книгу православные христіане! Это не ученый трактатъ, это скорѣе златая цѣпь изреченій, полныхъ духовной мудрости, разительныхъ примѣровъ, отеческихъ наставленій, облеченныхъ въ такую форму, что многія изъ нихъ хотѣлось бы изучить наизусть! Любятъ наши образованные, религіозно-настроенные христіане читать книгу Ѳомы Кемпійскаго – «О подражаніи Христу», которая, кстати сказать, по отзыву нашихъ святителей-аскетовъ, написана «изъ мнѣнія», т. е. въ состояніи мечтательности, неправильнаго духовнаго настроенія, а вотъ этой книги – «Лѣствицы» – вовсе не знаютъ. А святая Церковь такъ высоко цѣнитъ трудъ преподобнаго Іоанна, что уставомъ предписываетъ въ монастыряхъ читать его за богослуженіемъ во дни поста наравнѣ съ твореніями преподобнаго Ефрема Сирина, а память самого автора чтитъ особою службою въ 4-е воскресеніе Великаго поста.

Въ четвергъ на 5-й недѣлѣ читается великій канонъ Андрея Критскаго, – этотъ покаянный плачъ грѣшника у затворенныхъ вратъ райскихъ. Предъ нами проходитъ вся исторія Ветхаго и Новаго Завѣта какъ бы въ картинахъ: все, что можно извлечь назидательнаго для души, не только извлечено, но и примѣнено къ дѣлу въ трогательныхъ обращеніяхъ и увѣщаніяхъ: святая Церковь, какъ будто нѣжно любящая мать, со слезами горячей любви увѣщаваетъ, умоляетъ сына-грѣшника очнуться, оглянуться на себя, познать свое бѣдственное состояніе, покаяться, обновиться душою... Въ слѣдующее пятое воскресеніе представляется единственный по высотѣ подвига образецъ покаянія и духовнаго обновленія въ лицѣ преподобной Маріи Египетской. Этотъ примѣръ заставляетъ смолкнуть всѣ наши извиненія человѣческою немощью, обычно приводимыя грѣшниками, когда ихъ зовутъ къ покаянію: если послѣдняя изъ грѣшницъ, всецѣло, изъ страсти къ отвратительному пороку, отдавшая свою бурную молодость грѣху, оказалась, при помощи Божьей благодати, по ходатайству Матери Божіей, способною къ столь высокому нравственному перерожденію до состоянія почти безплотной, ходившей по водамъ Іордана яко по суху, читавшей въ душѣ старца Зосимы его мысли, знавшей Писанія безъ знанія грамоты, провидѣвшей свою кончину, то кто же смѣетъ сказать въ свое оправданіе, что нѣтъ ему – возможности къ покаянію и спасенію? Да смолкнетъ предъ сею святою женою всякое самооправданіе наше, всякое «непщеваніе во грѣсѣхъ»!

Съ понедѣльника Вербной недѣли въ церкви уже слышится имя друга Божія Лазаря, имя благословенной Виѳаніи. Прочтите въ высшей степени поэтическій канонъ св. Андрея Критскаго, положенный въ пятницу на повечеріи, наканунѣ воскрешенія Лазаря: какіе чудные образы, какая картина плачущаго ада развернется предъ вами! Адъ плачетъ, ибо уже слышитъ голосъ грядущаго Воскресителя мертвыхъ; плачетъ и самъ же умоляетъ Лазаря поскорѣе покинуть его мрачную темницу, ибо зоветъ его Божественный Другъ...

Пятницей Вербной недѣли кончается собственно Святая Четыредесятница. Какъ Христу, грядущему на вольную страсть, тихая Виѳанія дала отдыхъ, такъ утомленнымъ трудникамъ святаго поста облегчается сей постъ на два дня: субботу Лазареву и день ваій – Вербное воскресеніе.

Съ ваіями и вѣтвьми, съ пѣніемъ «Осанна, благословенъ грядый» мы встрѣчаемъ Господа, грядущаго на страданія. Особенно трогательно видѣть въ этотъ день малютокъ, съ такимъ восторгомъ, съ такимъ неподдѣльнымъ благоговѣніемъ держащихъ священныя вѣтви, съ горящей свѣчечкой въ своихъ ручкахъ! Такъ живо вспоминаются тѣ дѣти, которыя, не смотря на суровые запреты книжниковъ и фарисеевъ, громко взывали Побѣдителю смерти Господу Іисусу: «осанна! Осанна Сыну Давидову! Благословенъ Грядый во имя Господне!». И какъ-то стыдно становится предъ древними евреями, которые вотъ умѣли же научить своихъ дѣтей роднымъ Давидовымъ псалмамъ, ибо эти слова прямо взяты изъ псалма, – а наши дѣти не знаютъ иногда и самыхъ необходимыхъ молитвъ... И представляется, что Кроткій и Смиренный, возсѣдающій на осляти Господь, съ любовію взираетъ на этихъ дѣтокъ, внимаетъ ихъ – если не хвалебнымъ восклицаніямъ, то радостнымъ вздохамъ сердечнымъ, и благословляетъ ихъ Своимъ небеснымъ благословеніемъ.

Съ вечера недѣли Ваій священнослужители уже мѣняютъ свѣтлыя священныя одежды на черныя. На утро уже трогательно звучатъ пѣснопѣнія: «Се Женихъ грядетъ въ полунощи»... «Чертогъ Твой вижду, Спасе мой, украшенный»... Въ стихирахъ вспоминается трогательная исторія Іосифа прекраснаго, – Ветхозавѣтнаго прообраза Христова, и притча о безплодной смоковницѣ. Съ третьяго часа начинается чтеніе всѣхъ четырехъ Евангелистовъ подрядъ. Предъ нами проходитъ вся жизнь нашего Спасителя на грѣшной землѣ, всѣ Его чудеса, мы слышимъ все Его Божественное ученіе, всѣ Его завѣты... Это чтеніе длится три дня на часахъ сей седмицы. Во вторникъ Церковь напоминаетъ намъ снова Страшный Судъ Божій и притчи Христовы – о талантахъ, о десяти дѣвахъ. Въ среду вѣрующее сердце можетъ выплакать свое горе, омыть слезами свои нечистоты грѣховныя у ногъ своего Спасителя вмѣстѣ съ женою, помазавшею Господа мѵромъ. Какъ трогательна стихира, въ среду на вечерни, составленная смиренною пѣснотворицею древней Церкви, монахинею Кассіею! Она какъ будто сама плачетъ у ногъ Христовыхъ, какъ будто сама переживаетъ эти минуты священнаго умиленія, этой отрадной скорби, этого духовнаго обновленія!

Великій четвертокъ. Тайная вечеря. Вѣрующіе причащаются Божественныхъ и животворящихъ Христовыхъ Таинъ. Христосъ среди учениковъ Своихъ проводитъ послѣднюю вечерю, изливаетъ предъ ними Свою любящую душу. Уже на этой вечери слышится тихая грусть, глубоко сокрытая скорбь Его, но Онъ Самъ утѣшаетъ любимцевъ Своихъ, ибо видитъ, что и они предчувствуютъ грядущую разлуку. Только Іуда злочестивый является темнымъ пятномъ на этой трогательной картинѣ, и лишь вышелъ онъ изъ священной горницы, какъ отверзлись уста Божественнаго Учителя и полились Его сладостныя рѣчи въ Его прощальной бесѣдѣ съ учениками... О, если бы мы чаще повторяли себѣ эту бесѣду! чаще вспоминали бы святые завѣты Его! Но – увы! Мы слышимъ ее развѣ только разъ въ годъ – на утрени Великаго пятка.

Пятокъ, Великій пятокъ! Господь среда страданій... Въ 12-ти чтеніяхъ изъ всѣхъ четырехъ Евангелистовъ во всей полнотѣ и трогательности раскрывается предъ нами великое дѣло любви Божіей, воплотившейся и страждущей за грѣхи міра. Какія стихиры, какіе антифоны! Я не знаю ничего болѣе трогательнаго въ поэзіи, какъ эти антифоны, эти стихиры, эти сѣдальны... А напѣвы! Наши древніе церковные напѣвы! Какая музыка можетъ сравниться съ ними? Кто не смягчался сердцемъ, у кого не выступали слезы, хотя бы при пѣніи свѣтильна: «Разбойника благоразумнаго»?..

Величіе дня всемірной скорби, Великаго пятка, не позволяетъ совершать въ сей день литургію: вѣрующіе довольствуются благоговѣйнымъ созерцаніемъ искупительной Жертвы, принесенной въ сей день за грѣхи всего міра. Вмѣсто литургіи совершаются Царскіе Часы. Въ чтеніяхъ изъ Ветхозавѣтныхъ пророчествъ, чредующихся съ чтеніями изъ писаній апостола Павла и святыхъ Евангелій мы можемъ видѣть, какъ Господь, по неизреченной благости Своей, постепенно уготовлялъ родъ человѣческій къ принятію Спасителя міра пророчествами и прообразами и какъ совершилъ сіе великое дѣло любви Своей.

Наконецъ, – вечерня, единственная въ году вечерня, съ выносомъ святой плащаницы, съ трогательнымъ пѣніемъ «Благообразный Іосифъ»... Мы переносимся духомъ въ Іерусалимъ, на Голгоѳу, въ садъ Аримаѳейскаго Іосифа, мы съ умиленіемъ созерцаемъ погребеніе нашего Господа, мы участвуемъ въ этомъ погребеніи своимъ сердцемъ, мы плачемъ съ преблагословенной Матерью Господа надъ Его бездыханнымъ, но животворящимъ Тѣломъ... Что можетъ быть умилительнѣе этихъ обрядовъ Христова погребенія? Какая вѣрующая душа не выронила слезу при пѣніи «Тебе, одѣющагося свѣтомъ, яко ризою» или «Пріидите, ублажимъ Іосифа приснопамятнаго»?.. А канонъ на плачъ Пресвятыя Богородицы? Да это такая поэзія, съ какою не сравнится ничто изъ твореній всемірно прославленныхъ поэтовъ!

Я не буду говорить объ утрени Великой субботы: эта таинственная, глубоко-поэтическая каѳисма съ ея похвалами Господу, почивающему во гробѣ, похвалами, полными духовныхъ созерцаній того, что творилось въ загробномъ мірѣ и въ самой преисподней въ то время, когда Творецъ міра тѣломъ почивалъ во гробѣ, причемъ неподражаемо художественно изображается настроеніе всей природы, даже бездушной природы въ эти великіе дни искупленія міра его Творцомъ, – этотъ также полный поэзіи и вмѣстѣ глубокаго богословствованія канонъ «Волною морскою», ирмосы котораго на половину написаны тою же инокинею-поэтессою Кассіею, наконецъ, – крестный ходъ вокругъ храма съ плащаницею во полумракѣ глубокаго утра, – все это такъ благодатно дѣйствуетъ на душу вѣрующаго, что не вышелъ бы изъ церкви, все стоялъ бы колѣнопреклоненный у гроба своего возлюбленнаго Господа Іисуса и плакалъ бы о грѣхахъ своихъ сладкими слезами умиленія!..

Литургія, въ своей первой части, то есть, собственно вечерня есть тоже какъ бы «присѣдѣніе прямо гроба» съ Маріею Магдалиною и другою Маріею, и благоговѣйное размышленіе о великихъ судьбахъ промысла Божія въ искупленіи грѣшнаго человѣчества при свѣтѣ ветхозавѣтныхъ пророчествъ и прообразованій. Въ 15-ти пареміяхъ или чтеніяхъ изъ Ветхаго Завѣта раскрывается вся исторія домостроительства нашего спасенія отъ сотворенія міра до самаго пришествія Христова. Какъ глубоко не пожалѣть нашихъ собратій, которые проводятъ этотъ день въ суетѣ предпраздничныхъ приготовленій и не заглядываютъ въ храмъ Божій! Подумать только: чего сами себя лишаютъ они! Какою дорогою цѣною окупаютъ свою суету!

И вѣдь вотъ что особенно прискорбно: ну, пусть бы мірянинъ-простецъ, въ потѣ лица своего достающій себѣ хлѣбъ насущный, такъ погружался въ эту суету, было бы хоть понятно; но – люди обезпеченные, люди, имѣющіе полную возможность быть въ церкви въ эти великіе дни, ихъ-то почему мы не видимъ въ церкви Божіей? Они-то куда ушли отъ гроба Жизнодавца? Мало того, что сами ушли: и дѣтокъ ихъ вовсе не видно тутъ, у подножія Христовой плащаницы! Господи! Коснись ихъ сердца, дай имъ хотя мало восчувствовать сладость благодати Твоей, столь преизобильно вѣющей въ святомъ храмѣ Твоемъ въ эти дни: быть можетъ, если не сознаніе долга – быть при гробѣ Твоемъ, то хотя это благодатное настроеніе, это духовное блаженство вѣрующаго сердца привлечетъ ихъ сюда, чтобы съ нами, служителями Твоими, лобызать раны Твои, поклоняться священному изображенію измученнаго Тѣла Твоего, почивающаго на ложѣ тридневномъ, и встрѣтить потомъ въ свѣтлой радости преславное Твое воскресеніе!...

 

Ніконъ, епископъ Вологодскій и Тотемскій.

 

«Прибавленія къ Церковнымъ Вѣдомостямъ». 1910. № 15. С. 689-693.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: