Протоіерей Левъ Лебедевъ – Экологія или какъ покататься на драконѣ.

Посвященная изменению климата встреча представителей мировых религий, ученых и экспертов «Вера и наука: навстречу COP 26» состоялась в Ватикане 4 октября т. г. с участием председателя Отдела внешних церковных связей Московской Патриархии митр. Илариона (Алфеева). В преддверии 26-й Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (COP-26) участники встречи подписали Совместное обращение, в котором призывают международное сообщество к неотложным мерам защиты и исцеления общего дома, сообщает Vatican News. Конвенцию подписали, кроме понтифика, патриарх Константинопольский Варфоломей и верховный имам из Каира. Предлагаем нашим читателям познакомиться с текстом выдающегося русского богослова протоиерея Льва Лебедва, из которого читатели смогут узнать православное воззрение по вопросу экологии. Данный труд впервые был издан в 1994 г. в Курске. – ред.

 

Терминъ «экологія» состоитъ изъ двухъ греческихъ словъ: «икосъ» и «логосъ». Послѣднее означаетъ – слово (ученіе, наука). Первое же имѣетъ больше значеній. «Икосъ» – это домъ (жилище), комната, помѣщеніе дома, домашнее хозяйство, имущество, состояніе, семья, родъ, наконецъ, – храмъ (напримѣръ въ выраженіи «Ѳеонъ икосъ» – домъ Божій). Такимъ образомъ, терминъ «Экологія» можно перевести на русскій языкъ какъ «домословіе», «хозяйствословіе», «храмословіе», или ученіе о домѣ, хозяйствѣ, семействѣ, храмѣ. Отсюда хорошо видно отличіе этого понятія отъ «экономіи» – домоуправленія, или ученія объ управленіи домомъ, хозяйствомъ, храмомъ. Ясно, что понятіе «экологія» шире и глубже.

Въ самомъ дѣлѣ, прежде чѣмъ толковать объ искусствѣ управленія домомъ, хозяйствомъ, семействомъ, храмомъ, нужно хорошо понять, что такое эти самые домъ, хозяйство, семейная жизнь, храмъ? Каковы законы взаимодѣйствія «дома» съ «домовладѣльцемъ», «управляющаго» съ тѣмъ, что подлежитъ его управленію? Здѣсь сразу же на первое мѣсто ставится вопросъ: а что собою представляетъ самъ «управляющій» («домоправитель») то-есть человѣкъ? Каково его собственное «внутреннее устройство», или устройство дома его души и сознанія? Чѣмъ, какими законами, или принципами, или стихіями этотъ «домъ души» управляется, движется, побуждается? Только отвѣтивъ на это въ достаточной мѣрѣ, можно будетъ понять законы, принципы, цѣли и послѣдствія взаимодѣйствія «управляющаго» съ «управляемымъ», то-есть человѣка съ окружающей средой его «дома», «хозяйства», «храма».

Такъ выглядитъ дѣло съ точки зрѣнія естественной логической связи и послѣдовательности понятій и терминовъ. Но совсѣмъ не такъ получилось въ жизни, въ практикѣ современнаго человѣчества и развитія его научныхъ знаній!

Кажущееся стихійнымъ (а на самомъ дѣлѣ не совсѣмъ стихійное!) развитіе индустріи стимулировало прежде всего развитіе «экономической» науки, а когда индустрія (экономика), вдохновляемая и управляемая «экономіей», понатворила бѣдъ и поставила подъ угрозу существованіе природы и самаго человѣка, тогда вспомнили объ «экологіи», то-есть стали лихорадочно заниматься тѣмъ, съ чего нужно было начинать, дабы избѣжать этихъ бѣдъ и угрозъ... Что же, «лучше поздно, чѣмъ никогда». И если еще не слишкомъ поздно, то нужно, воспользовавшись тѣмъ, что подсказываетъ этимологія словъ, возстановить іерархію или послѣдовательность пріоритетовъ. Сначала – экологія, затѣмъ – теоретическая (или общая) экономія, затѣмъ – практическая (или конкретная) экономика.

Придется преодолѣть опредѣленную узость того понятія, которое связывается въ наукѣ съ терминомъ «экологія». Поначалу этимъ терминомъ обозначали направленіе, изучающее взаумодѣйствіе біологическаго организма съ окружающей средой и ограничивающагося изслѣдованіемъ жизни насѣкомыхъ, животныхъ, рыбъ и птицъ, растеній. Теперь, какъ видимъ, «экологіей» стали называть все, что связано съ человѣческой дѣятельностью, съ работой гигантскихъ промышленныхъ системъ въ окружающемъ мірѣ, и не только на землѣ, но уже и въ воздухѣ и даже въ космосѣ.

Такимъ образомъ, передъ экологической наукой оказываются два важнѣйшихъ объекта изученія: человѣкъ съ его духовнымъ устройствомъ и окружающій его міръ. Вопросы взаимодѣйствія міра человѣческаго и міра матеріи («природы») будутъ естественно рѣшаться въ зависимости отъ успѣховъ фундаментальнаго изслѣдованія человѣка и космоса. Очевидно, что такое изслѣдованіе находится на грани съ богословіемъ и философіей, объясняющими нѣкіе общіе принципы устройства того и другого. Здѣсь читатель, пожалуй, всплеснетъ руками! Сотни, тысячи (!) лѣтъ множество мудрецовъ пытались объяснить человѣка и космосъ. Сколько религій, ученій, философскихъ системъ создано на этомъ пути! Какая получилась разноголосица! Но поскольку современная индустрія и связанная съ ней проблема глобальной экологіи есть порожденіе «христіанской» европейской цивилизаціи, то и слѣдуетъ прежде всего обратиться къ христіанству: оно-то что думаетъ? А въ современномъ христіанствѣ тоже чего только нѣтъ! Здѣсь и «гностицизмъ» и «агностицизмъ», и «деизмъ», и «пантеизмъ»; здѣсь и католическія ученія о томъ, что Богъ нарочито «недодѣлалъ» міръ съ тѣмъ, чтобы его «додѣлалъ» человѣкъ, и протестантскія и даже «православныя» ученія о томъ, что человѣкъ – нынѣшній, такой, каковъ онъ есть, – якобы «призванъ» свыше къ творчеству, преображающему міръ въ нѣкое «царство Божіе на землѣ»... Допреображались. Уже дальше нельзя, задыхаемся отъ своихъ «преображеній». Теперь появляется нѣкая новая «экорелигія», по существу возвращающая насъ къ очень старому языческому воспріятію міра. Такъ что же, неужели вездѣ однѣ ошибки и не было сказано ничего истиннаго? Или, можетъ быть, истинное было сказано, но на него не обратили вниманія? Такъ бываетъ. Ища необходимаго гдѣ-то очень далеко или высоко, не замѣчаемъ, что оно находится прямо рядомъ, передъ глазами.

Мы угверждаемъ, что истинное, неискаженное знаніе о человѣкѣ и космосѣ содержится въ Восточно-Христіанской Православной Церкви и выражено, прежде всего, въ твореніяхъ ея древнихъ святыхъ Отцовъ и подвижниковъ благочестія, а также въ работахъ тѣхъ современныхъ православныхъ богослововъ, которые мыслятъ одинаково съ древними и не склонны въ угоду міру сему выдумывать никакихъ «новыхъ» теорій или увлекаться новомодными ученіями.

Настоящая статья является попыткой православнаго осмысленія нѣкоторыхъ важнѣйшихъ экономическихъ и экологическихъ проблемъ. Насколько предлагаемый въ ней подходъ къ проблемамъ вѣренъ и перспективенъ – судить читателю. Но прежде необходимо познакомить его съ основными исходными точками нашихъ разсужденій, или, если угодно, – съ аксіомами, которыми мы пользуемся.

Сотворенный по образу и по подобію Божію человѣкъ, послѣ грѣхопаденія прародителей Адама и Евы, находится понынѣ и до Второго пришествія Христова въ состояніи глубочайшей грѣховной повреждеиности. Образъ Божій въ немъ не исчезъ, но сильно помраченъ (искаженъ). Въ томъ числѣ въ глубокомъ помраченіи находится сознаніе (разумъ) человѣка. Въ человѣкѣ теперь три волевыхъ начала. Воля чисто человѣческая – злая, подверженная вліянію демоновъ, и всегда влекущая человѣка и его сознаніе только ко грѣху и злу. Воля Божія – добрая, побуждающая человѣка только къ добру и истинѣ. Сами по себѣ движенія злой или доброй воли не вмѣняются человѣку ни въ грѣхъ, ни въ добродѣтель. При борьбѣ между ними рѣшающее значеніе имѣетъ третье, наиболѣе таинственное начало, – свободное произволеніе человѣка, могущее склоняться или къ доброй, или къ злой волѣ.

Въ своемъ нынѣшнемъ состояніи человѣкъ, поэтому, отнюдь не призванъ ни къ усовершенствованію міра, ни, тѣмъ паче, къ его преображенію. Онъ можетъ лишь съ осторожностью пользоваться тѣмъ, что Господь далъ (или открываетъ) ему для поддержанія жизни на землѣ.

Грѣховная поврежденность человѣка, какъ вѣнца творенія, повлекла за собой поврежденность во всемъ матеріальномъ мірѣ (космосѣ). Между Творцомъ и твореніемъ пресѣклось благодатное единеніе. Богъ таинственно присутствуетъ въ твореніи и каждомъ его объектѣ, не сливаясь и не смѣшиваясь ни съ чѣмъ, будучи безконечно отличнымъ по природѣ отъ всего Имъ сотвореннаго. Такъ что связь Бога съ твореніемъ, въ томъ числѣ и матеріальнымъ, незыблемо сохраняется, но она утратила характеръ благодатнаго единенія въ союзѣ любви и совершеннаго согласія.

Въ области матеріальнаго міра относительное, Богомъ попущенное господство, имѣютъ пока діаволъ (падшій архангелъ, называемый также древнимъ дракономъ, зміемъ, сатаною и люциферомъ) и подвластные ему ангелы (бѣсы или демоны). Они отпали отъ Бога по своей волѣ прежде грѣхопаденія человѣка и, въ отличіе отъ него, къ обращенію и покаянію не способны. Такъ что силы (энергіи) матеріи находятся непремѣнно подъ контролемъ ангеловъ зла или прямо оказываются ихъ силами (энергіями).

До Второго пришествія и полнаго раскрытія Царства Небеснаго для тѣхъ, кто любилъ Христа и входилъ въ Его истинную Церковь, въ нынѣшнемъ поврежденномъ состояніи сознаніе человѣка принципіально неспособно познавать во всей глубинѣ окружающую дѣйствительность безъ особаго Божія откровенія. Этимъ и объясняется, въ частности, множественность религій и ученій, ихъ противорѣчивость: при попыткахъ самостоятельнаго постиженія себя и міра помраченное сознаніе человѣка обязательно и непремѣнно заблуждается. Отсюда въ Православіи закономѣрно вытекаетъ требованіе особой аскезы ума, сознательнаго отказа отъ тѣхъ мыслей, или направленій поисковъ, которые противорѣчатъ Соборному разуму Церкви, или не заповѣданы Богомъ.

Міръ нынѣшній, какъ онъ есть – весь міръ – космосъ, обреченъ на уничтоженіе огнемъ. «Земля и всѣ дѣла на ней сгорятъ», – учитъ Священное Писаніе. Впрочемъ, это будетъ не столько уничтоженіе, сколько переплавка, преображеніе стараго, испорченнаго грѣхомъ человѣка и дѣйствіями демоническихъ силъ космоса въ новый, еще болѣе прекрасный и абсолютно чистый. Въ немъ смогутъ существовать только тѣ люди, которые изъ чистой любви ко Христу старались быть едино съ Нимъ черезъ глубочайшее смиреніе, сознаніе своей безконечной виновности предъ Богомъ и рѣшительный отказъ отъ стремленія устроить себѣ здѣсь, въ данной реальности, нѣчто вродѣ комфортнаго райскаго жительства безъ Бога и даже вопреки Ему.

Все это не означаетъ, что человѣкъ вообще не можетъ и не долженъ ничего познавать въ себѣ и внѣ себя. Можетъ и долженъ. Но только то, что дѣйствительно необходимо ему для спасенія въ Богѣ, или выживанія въ окружающей средѣ. И при этомъ познавать со смиреніемъ, въ соотвѣтствіи съ Божіимъ Откровеніемъ, помня, что пока его познаніе будетъ неизбѣжно очень ограниченнымъ, неполнымъ, крайне поверхностнымъ, хотя при Божіемъ содѣйствіи достаточнымъ для двухъ указанныхъ цѣлей.

Можетъ-ли современная наука претендовать хотя бы на такое смиренное и скромное познаніе? Думается, что могла бы, если бы ея носители – ученые – измѣнили правила игры и отказались отъ слѣпой (и ни на чемъ не основанной) вѣры въ человѣческій разумъ и его мнимое «право» вторгаться безъ разрѣшенія въ любыя области бытія.

Ибо современныя науки всѣ безъ исключенія, особенно естествознаніе, основаны на такихъ парадигмахъ, которыя являются ничѣмъ инымъ, какъ совершенно условными, искусственными и даже злонамѣренно придуманными «правилами игры».

Возьмемъ, къ примѣру, важнѣйшую изъ этихъ парадигмъ: она гласитъ, что въ причинно-слѣдственныхъ связяхъ и событійныхъ цѣпяхъ въ любомъ процессѣ (физическомъ, біологическомъ, историческомъ и т.п.) нѣтъ и не можетъ быть никакого Божія присутствія или дѣйствія чисто духовныхъ, нематеріальныхъ силъ (сверхъестественныхъ, какъ ихъ иногда называютъ). Спрашивается, – а почему? Наука глухо молчитъ, не отвѣчаетъ, наводя на мысль о потрясающей ненаучности самой науки. Это порождаетъ курьезы, вродѣ того, который имѣлъ мѣсто въ практикѣ знаменитаго русскаго ученаго-анатома, хирурга, лауреата Сталинской преміи и одновременно – архіепископа Симферопольскаго и Крымскаго Луки Войно-Ясенецкаго. Совѣтскіе студенты (марксисты!) спросили его: «Какъ это вы, такой ученый, можете учить своихъ вѣрующихъ, что у человѣка есть какая-то безсмертная душа?!». Онъ отвѣтилъ: «Въ самомъ дѣлѣ, мнѣ пришлось разсѣкать не одинъ десятокъ человѣческихъ труповъ, но такихъ вещей, какъ совѣсть, любовь, честность я въ нихъ не обнаружилъ. Въ человѣческомъ тѣлѣ ихъ нѣтъ!...». Это разсказывается уже какъ анекдотъ, но, кажется, такой случай имѣлъ мѣсто.

Впрочемъ, здѣсь важно другое: что можетъ сказать современная наука о способахъ, или принципахъ соединенія духовнаго съ тѣлеснымъ? Просто ничего! И это – относительно человѣка (!), въ которомъ духовное, нематеріальное, нераціональное начало (скажемъ, – любви, или совѣсти) является отчетливо ощутимой реальностью! Что же говорить о «научномъ» знаніи матеріи! Она для ученыхъ вообще – «неживая природа». Природа «живая» и, въ томъ числѣ, человѣкъ, – это, видите-ли, только случай или форма существованія мертвой матеріи. Помилуйте, какъ въ принципѣ мертвое, неживое, неразумное можетъ порождать живое и разумное? На это тоже нѣтъ отвѣта.

Зато есть всеобщее поклоненіе «его величеству эксперименту»! Только онъ можетъ что-то подтвердить, или опровергнуть; только онъ – высшій судія научнаго познанія. Допустимъ. Какъ ставится экпериментъ? Старательно соблюдая одинаковыя условія, производятъ серіи опытовъ на заданную тему; иногда ихъ число измѣряется тысячами и болѣе. И вотъ, оказывается, что статистически подавляющее большинство опытовъ даютъ результатъ «плюсъ», но какіе 1-2% показываютъ «минусъ» при тѣхъ же, совершенно одинаковыхъ условіяхъ. Рѣдкій изслѣдователь задумается надъ этими ничтожными процентами, а приметъ статистическое большинство опытовъ за экспериментальное подтвержденіе той или иной теоріи. Но если ученый и задумается надъ странными исключеніями изъ правила и не сможетъ быстро найти имъ какое-либо раціональное объясненіе, – онъ просто отброситъ ихъ, списавъ на нѣкую «случайность» (объясненіе каковой въ наукѣ тоже не существуетъ). А, можетъ быть, нѣкоторыя изъ такихъ «случайностей», исключеній изъ правила въ ничтожно малыхъ доляхъ, являются экспериментальной фиксаціей дѣйствія великихъ сверхъестественныхъ началъ и силъ въ естественныхъ причинно-слѣдственныхъ связяхъ?... И откуда это взято, что объектъ изученія, съ которымъ экспериментируетъ ученый, въ свою очередь не экспериментируетъ съ нимъ?

О безсиліи, ошибкахъ и курьезахъ современной науки можно говорить безконечно. Но это – не наша задача. Для насъ хватитъ указать на одинъ важнѣйшій парадоксъ просто смѣхотворнаго характера. Возомнившій о своей мудрости, своемъ всемогуществѣ и своихъ правахъ гордый умъ человѣческій въ итогѣ современнаго развитія научно-техническаго прогресса доработался до чудовищнаго безумія или абсурда атомной бомбы и угрозы всемірной экологической катастрофы! Такъ что дальше «ѣхать» нѣкуда; здѣсь, какъ говорится, доработались до ручки.

Была бы у современнаго ума человѣческаго еще и совѣсть, чтобы попытаться какъ-нибудь исправить «наработанное»! Но, возможно, она и просыпается именно въ экологическомъ движеніи современности, куда устремились въ немаломъ количествѣ и ученые умы?

Тогда имъ все-таки придется хорошенько поработать надъ экологіей науки, освободивъ себя отъ слѣпой «вѣры въ разумъ», выработавъ новыя «правила игры», а лучше сказать – хорошіе, подлинно-научные принципы науки, позаботившись и о нравственныхъ ея правилахъ, или правилахъ научно-изслѣдовательской аскетики. Разумное воздержаніе еще никому не вредило, зато излишества погубили многихъ. Вотъ, кажется, аксіома, противъ которой никто не станетъ возражать.

Религіозные аспекты экологіи.

Во всѣхъ безчисленныхъ экологическихъ бѣдствіяхъ, которыя уже произошли и происходятъ въ мірѣ, въ той общей экологической катастрофѣ, которая, по прогнозамъ ученыхъ, еще только надвигается на міръ въ ближайшемъ будущемъ, главной виной является безбожіе, атеистическое отношеніе людей къ окружающей ихъ средѣ, матеріи какъ таковой. При этомъ мы вынуждены говорить не только о той формѣ идеологическаго атеизма, каковая господствовала до недавняго времени въ СССР, но и о томъ практическомъ безбожіи, каковое господствуетъ въ наукѣ и промышленности всѣхъ развитыхъ странъ міра, включая и «христіанскія» страны (и, можетъ быть, въ нихъ – прежде всего).

Разница между «коммунистическими» режимами и западными демократіями въ этомъ отношеніи состоитъ лишь въ томъ, что во первыхъ (особенно въ бывшемъ СССР) все дѣло усугубляется потрясающей безхозяйственностью и безотвѣтственностью, порождаемыми самой системой, а въ странахъ Запада больше порядка, больше раціональной дальновидности. Но и здѣсь, и тамъ въ основѣ всего подхода къ окружающей средѣ лежитъ именно совершенно безрелигіозный принципъ раціонализма. Его можно вкратцѣ выразить формулой: «При минимальныхъ затратахъ – максимальная прибыль». Можно какъ угодно, на любыхъ уровняхъ и въ любыхъ направленіяхъ, мѣнять технологіи производства, дабы снизить затраты на полученіе конечнаго продукта; можно изобрѣтать какія угодно новыя технологіи для совершенно новыхъ продуктовъ (скажемъ, пластмассъ изъ нефти, газа и т.п., химическихъ удобреній, лѣкарствъ и т.д.), лишь бы имѣть отъ нихъ достаточную прибыль. «Цѣль оправдываетъ средства!».

Если въ области нравственной жизни давно всѣми понято, что это не такъ, то въ области науки и промышленности это совсѣмъ до сихъ поръ не понято, или понято лишь частично и, въ конечномъ счетѣ, опять-таки раціонально, въ угоду цѣли – прибыли! Англичане неплохо вычистили Темзу, ранѣе очень загрязненную, американцы дѣлаютъ много, чтобы очистить озера Ири и Онтаріо. Они же догадались въ опредѣленныхъ мѣрахъ сократить, законсервировать добычу угля, желѣзной руды на своихъ разработкахъ, предпочитая ввозить все это изъ-за границы, чтобы не портить своей экологіи и приберечь свои запасы «на черный день». Во многихъ странахъ Запада и въ Японіи подъ угрозой штрафовъ находятся фирмы, производство которыхъ связано съ опасными для природы отходами, они вынуждены строить чрезвычайно дорогія очистительныя сооруженія, устанавливать на дымоходахъ дорогостоящіе фильтры. Гдѣ-то стараются наладить безотходныя производства, употреблять особо очищенный бензинъ, другіе горюче-смазочные матеріалы, чтобы они не такъ сильно загрязняли воздухъ, запрещаютъ особо вредные аэрозоли и такъ далѣе. Осознана отчасти опасность атомныхъ электростанцій, во многихъ странахъ (напримѣръ, Германіи) немалое значеніе придается энергосбереженію. Все активнѣе дѣйствуютъ различные «зеленые», вродѣ организаціи Гринписъ. Тревожнымъ колоколомъ уже прозвучала на весь міръ книга Римскаго клуба «Предѣлы роста». Подобную же книгу собираются написать ученые – члены Международнаго Энергетическаго клуба.

Все это и другое подобное – уже хорошо. Но всѣмъ ясно, что это лишь чуть-чуть замедляетъ, но не отвращаетъ глобальной экологической катастрофы, которая неумолимо надвигается на человѣчество.

Нетрудно видѣть, что во всѣхъ защитныхъ и профилактическихъ мѣрахъ, какія существуютъ нынѣ въ развитыхъ странахъ, преобладающимъ смысловымъ началомъ является все тотъ же раціонализмъ: лучше сейчасъ много потратить, чтобы потомъ тратить меньше на очищеніе загрязненной среды, и чтобы уменьшить опасность для уважаемой жизни самихъ же уважаемыхъ господъ бизнесменовъ. По существу же подходъ къ окружающей средѣ и матеріи остается вполнѣ безбожнымъ: съ ними можно дѣлать все, что угодно, если это принесетъ прибыль и не такъ ужъ замѣтно будетъ портить мое здоровье...

Итакъ, прибыль, «золотой телецъ» – это тотъ «богъ», коему служитъ вся современная научно-промышленная цивилизація. Въ жертву ему приносится почти все, въ томъ числѣ и зеленый міръ, космосъ (мы уже не говоримъ о душахъ человѣческихъ, т.к. это особая тема).

А какъ же обстоитъ дѣло съ точки зрѣнія вѣры въ Бога истиннаго, Творца неба и земли, Которому, какъ они говорятъ и думаютъ, поклоняются и католики, и протестанты всѣхъ теченій, и іудеи, и мусульмане? Откроемъ Библію, книгу Бытія.

«И сказалъ Богъ: да произведетъ вода пресмыкающихся, душу живую; птицы да полетятъ надъ землею, по тверди небесной. И сотворилъ Богъ рыбъ большихъ и всякую душу животныхъ пресмыкающихся, которыхъ произвела вода, по роду ихъ, и всякую птицу пернатую по роду ея» (Быт. 1, 20-21). «И сказалъ Богъ: да произведетъ земля душу живую по роду ея, скотовъ и гадовъ, и звѣрей земныхъ по роду ихъ. И стало такъ. И создалъ Богъ звѣрей земныхъ по роду ихъ, и скотъ по роду его, и всѣхъ гадовъ земныхъ по роду ихъ» (Быт. 1, 24-26).

Итакъ, хотя и по Божію повелѣнію (и въ этомъ смыслѣ – Самимъ Богомъ), но все же относительно самостоятельно вода и земля производятъ живыя существа, даже – души ихъ! Этого невозможно понять иначе, какъ то, что вода и земля, въ свою очередь, являются чѣмъ-то живымъ и способнымъ къ относительно самостоятельному производству живыхъ существъ!

Это вполнѣ соотвѣтствуетъ общему представленію о Вѣчноживомъ Божествѣ, Которое не можетъ творить ничего мертваго – неживого. Отсюда такія человѣческія представленія, какъ «неживая» матерія, или «неодушевленная» природа – глубоко ошибочны!

Что означаютъ электромагнитное поле земли, сѣверныя сіянія, иныя энергетическія явленія вселенной, какъ не проявленія жизнедѣятельности «земли» – матеріи? Ибо на языкѣ Священнаго Писанія «земля» – это не только суша, почва, планета, но еще и матерія всего космоса. Въ этомъ смыслѣ она тождественна понятію «вода».

«Въ началѣ сотворилъ Богъ небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма надъ бездною и Духъ Божій носился надъ водой» (Быт. 1, 1-2). Въ этомъ знаменитомъ началѣ книги Бытія ясно выражено представленіе, что «земля», какъ вещество будущаго оформленнаго космоса, находилась въ состояніи безформенной («безвидной») массы – «воды». По этому поводу святой отецъ Восточной Церкви Григорій Палама пишетъ: «Итакъ, такимъ образомъ, сотворилъ Богъ небо и землю, сотворилъ ихъ какъ нѣкую матерію – всеобъемлющую и все потенціально несущую...» (Св. Григорій Палама «Гомиліи», Монреаль, 1968, стр. 69). Отецъ и учитель Церкви Западной, блаженный Августинъ, послѣ тщательнаго изслѣдованія приведеннаго текста Писанія, опредѣленно заключаетъ, что «землею» обозначается вообще «матерія», которая по первоначальному состоянію «должна быть названа скорѣе водою, чѣмъ землею». «...Почему надъ водою и носился Духъ Божій, чтобы подъ Духомъ мы разумѣли Творящаго, а подъ “водою” – то, изъ чего надлежало творить, то-есть способную къ образованію матерію» или «міровую матерію», какъ называетъ ее этотъ святой въ дальнѣйшемъ (Блаж. Августинъ, Творенія. «О книгѣ Бытія», Кіевъ, 1912, кн. IV, ч. 7, стр. 104-105).

Теперь вполнѣ понятно, почему вѣнецъ творенія – человѣкъ, созидается непосредственно Самимъ Богомъ именно «отъ земли». Понятно и то, что въ первичномъ состояніи – «отъ персти земли» (Быт. 2, 7) человѣкъ отнюдь не былъ чѣмъ-то вродѣ бездушной глиняной статуэткой. Нашъ русскій святой преподобный Серафимъ Саровскій (не знакомый ни съ какими научными эволюціонными теоріями) опредѣленно учитъ, что духъ, душа и тѣло первозданнаго Адама равно «созданы были отъ персти земной, и Адамъ не мертвымъ былъ созданъ, но... животнымъ существомъ, подобно другимъ живущимъ на землѣ одушевленнымъ Божіимъ созданіямъ. ...Когда же вдунулъ Господь въ лице Адамово дыханіе жизни, тогда-то, по выраженію Моисееву, и «Адамъ бысть въ душу живу», т.е. «совершенно во всемъ Богу подобную» (Бесѣда съ Мотовиловымъ). Иными словами, человѣкъ превратился въ Homo sapiens только воспринявъ нѣчто отъ Божественнаго начала, отъ Духа Святаго, по слову преп. Серафима.

Оказывается, вотъ съ какой (живой и одушевленной) матеріей мы имѣемъ дѣло, когда безстрашно, бездумно и часто просто безумно вторгаемся въ ея глубины, пытаясь заполучить нужныя намъ энергіи или вещества, безжалостно терзаемъ и рвемъ ее на части и частицы, чтобы скомбинировать изъ нихъ поистинѣ мертвую, бездушную синтетику! И чего же мы въ такомъ случаѣ добиваемся? «Тернія и волчцы» (Быт. 3, 18) взращиваетъ намъ земля вмѣсто ожидаемыхъ нами полезныхъ результатовъ. И не потому, что земля – мстительна, а потому, что увѣровавшій въ свое всемогущество и вседозволенность разумъ человѣческій на самомъ дѣлѣ настолько жалокъ въ своей ограниченности, что никогда не способенъ ни проникнуть какъ должно въ суть вещей, ни предвидѣть послѣдствія своихъ «научныхъ» изысканій, постоянно нарушаетъ невѣдомые ему законы живой матеріи и тѣмъ создаетъ какъ разъ то, о чемъ мы и говоримъ – глобальную проблему экологіи. Достаточно вспомнить, что сей самозванный разумъ, пользуясь сознательно безбожными парадигмами современной науки, доработался до чудовищнаго абсурда атомной бомбы и озоновыхъ дыръ (могли-ли предвидѣть это естествоиспытатели 18-19 вѣковъ, пролагавшіе пути «прогрессу» науки и техники?!).

Здѣсь нельзя не сказать, что такому «прогрессу» современной цивилизаціи въ немалой степени поспособствовали ошибки въ вѣроучительной области Римско-Католической церкви и протестантизма, господствовавшихъ въ странахъ Запада, откуда и пошелъ научно-промышленный «прогрессъ». Въ авторитетныхъ катехизическихъ сочиненіяхъ католицизма нерѣдко можно встрѣтить положеніе о томъ, что Богъ, якобы, нарочито создалъ этотъ міръ какъ бы недодѣланнымъ, съ тѣмъ, чтобы человѣкъ своимъ творческимъ трудомъ довелъ его до совершенства... Протестантизмъ же, въ полномъ противорѣчіи съ евангельскимъ запретомъ служить «маммонѣ» (богатству) и заботиться о пищѣ, питіи, одеждѣ и вообще о завтрашнемъ днѣ (Марк. 6, 19-34), возвелъ въ рангъ религіозной добродѣтели всякое предпринимательство съ цѣлью обогащенія (кромѣ преступнаго, уголовнаго, конечно). Подобныя «бого-сло-вія» можно объяснить только или тайнымъ злымъ умысломъ, или желаніемъ подыгрывать духу міра сего, дабы «не отстать отъ этого міра».

Да, человѣкъ сотворенъ «по образу и по подобію» Бога – вѣчнымъ, безсмертнымъ, съ заданіемъ «господствовать» землею и всѣми ея созданіями (а теперь мы знаемъ, что это относится не только къ планетѣ, но и ко всѣму матеріальному космосу). «По образу и по подобію», въ частности, означаетъ – со свободной волей и способностью къ относительно самостоятельному творчеству, со-твор-честву съ Богомъ-Творцомъ въ духѣ любви, ибо «Богъ есть любовь».

Однако, послѣ грѣхопаденія прародителей Адама и Евы все человѣчество, отъ нихъ происшедшее, находится въ состояніи глубочайшей духовной поврежденности, удалено изъ области Рая, содѣлалось смертнымъ, утратило возможность и способность господствовать «землею», ея стихіями, стало въ извѣстной степени рабомъ этихъ стихій. Болѣе того, паденіе «вѣнца творенія» дало возможность діаволу и ангеламъ его (демонамъ) вторгнуться въ область земного бытія и получить въ свою относительную власть «землю» и нѣкія «преисподнія» земли, т.е. глубины матеріи. Вотъ почему въ Писаніи діаволъ названъ «княземъ міра сего», а о самомъ этомъ мірѣ сказано, что весь онъ «во злѣ лежитъ» (Іоан. 5, 19).

Только черезъ Христа и во Христѣ человѣкъ можетъ быть воскрешенъ въ жизнь вѣчную Царства Небеснаго, на «новой землѣ», подъ «новымъ небомъ», въ «Іерусалимѣ Новомъ» (Откр. 21, 1), гдѣ ему вернется все то, что было утрачено въ грѣхопаденіи, въ томъ числѣ и способность уже непогрѣшительнаго сотворчества Богу въ области «земли».

А что же будетъ со старой землей, старымъ небомъ, нынѣшнимъ міромъ людей, который «весь во злѣ лежитъ»? Въ моментъ Второго славнаго пришествія Христова и всеобщаго Воскресенія (соединенія тѣлъ съ душами) всѣхъ людей, когда-либо жившихъ, «земля и всѣ дѣла на ней сгорятъ», «воспламененныя небеса разрушатся и разгорѣвшіяся стихіи растаютъ» (2 Петр. 3, 10. 12). Однако, это огненное горнило будетъ не совершеннымъ уничтоженіемъ, а преображеніемъ міра, космоса, и прежде всего самой «земли» какъ «міровой матеріи» (блаж. Августинъ), «всеобъемлющей и все потенціальной несущей» (Св. Григорій Палама). Тѣла человѣческія тоже во мгновеніе ока «измѣнятся» (1 Кор. 15, 51-52). Святые Отцы согласно учатъ, что твореніе «не совершенно уничтожится, ...но измѣнится; и будетъ небо ново и земля нова» (преп. Іоаннъ Дамаскинъ, Точное изложеніе Православной вѣры, кн. 2, гл. 6, М., 1855, стр. 63-64 – объ измѣненіи небесъ, стр. 84 – объ измѣненіи земли; со ссылками на Св. Василія Великаго и Іустина Философа: а т.ж. – Св. Григорій Палама, «Омиліи», стр. 46).

Это преображеніе совершенно очиститъ твореніе, «землю» отъ всѣхъ дѣйствій (и ихъ послѣдствій) демоническихъ силъ и человѣческихъ грѣховъ – отъ всякой скверны. Такого очищенія въ полной мѣрѣ своими силами земное человѣчество достичь принципіально не можетъ. Дѣло въ томъ, что даже искренне вѣрующіе крещеные христіане, даже святые люди, находятся на этой землѣ въ состояніи грѣховной поврежденности, а значитъ, неизбѣжно въ помраченіи ума (сознанія) въ той или иной мѣрѣ. Такъ что крещеный вѣрующій христіанинъ живетъ здѣсь отчасти по Новому Адаму – Христу, но отчасти все же по Адаму Ветхому, грѣховному. Къ этому фактору прибавляется еще и то, что невозможно ожидать обращенія ко Христу поголовно всего человѣчества (законъ свободы нашей воли!).

Изъ всего этого невольно возникаетъ вопросъ: что же дѣлать? Неужели все безполезно, неужели нужно просто сложить руки и ждать Второго пришествія и Страшнаго суда? Такое настроеніе можетъ возникнуть и практически нерѣдко возникаетъ у людей. Но оно является крайностью. Такой же, какъ и противоположное ему упорное стремленіе къ созданію «рая на землѣ», вопреки Богу, съ помощью новой Вавилонской башни научно-промышленной цивилизаціи, постройкой которой и заняты нынѣ «прогрессивныя» силы развитыхъ странъ и которая уже поставила всѣхъ (и ихъ самихъ) на грань экологической катастрофы.

Въ статьѣ «Нѣкоторыя проблемы современной энергетики съ православной точки зрѣнія» (Литературный Иркутскъ, декабрь, 1989) намъ уже приходилось писать о томъ, что такое научно-техническій прогрессъ. Тамъ, въ частности, было отмѣчено, что онъ возникъ и сталъ быстро развиваться въ теченіе какихъ-то послѣднихъ 150-200 лѣтъ исключительно въ связи съ уничтоженіемъ религіознаго мировоспріятія людей, и особенно – воспріятія своего творчества, производства. Любые виды человѣческой дѣятельности (земледѣліе, строительство зданій, торговля, кузнечное, ткацкое, ювелирное мастерство, управленіе государствомъ и т.д.) воспринимались человѣчествомъ какъ священнодѣланіе, соработаніе опредѣленнымъ высшимъ силамъ («богамъ» или Богу), т.е. теургически, или сакрально. Почти во всѣхъ извѣстныхъ намъ эпосахъ разныхъ народовъ можно встрѣтить свидѣтельства о томъ, что отъ Бога («боговъ»), «съ неба» люди получили знанія о томъ, какъ нужно воздѣлывать землю, какъ ткать, изготовлять издѣлія изъ металловъ, какъ добывать необходимое сырье и т.п. Иначе говоря, технологіи любыхъ производствъ, любыхъ видовъ дѣятельности и творчества имѣли высшее божественное происхожденіе и, кромѣ того, соотвѣтствовали образу дѣйствія тѣхъ высшихъ силъ, отъ которыхъ были людьми получены. Отсюда – технологическіе процессы считались священными, а всякое ихъ нарушеніе съ цѣлью увеличить прибыль – грѣхомъ (достойнымъ у иныхъ народовъ смертной казни). Отдѣльныя усовершенствованія при этомъ изрѣдка случались, но они были результатомъ особыхъ откровеній «свыше» и не могутъ идти ни въ какое сравненіе съ тѣмъ, что творится въ условіяхъ нынѣшняго «прогресса» въ этомъ отношеніи. Такое воспріятіе вещей было всеобщимъ, охватывало все человѣчество, независимо отъ націй, религій, общественныхъ устройствъ. Мы можемъ обнаружить его даже въ средневѣковыхъ европейскихъ цеховыхъ гильдіяхъ. Это воспріятіе труда и технологіи производства какъ своего рода священнодѣланія и сдерживало появленіе того, что мы теперь называемъ научно-техническимъ прогрессомъ, ибо онъ могъ начаться сотни, тысячи лѣтъ назадъ еще въ древнемъ Египтѣ или въ древней Греціи Архимеда и Пифагора. Описанное воспріятіе производства на протяженіи тысячъ лѣтъ вполнѣ согласовывалось съ общечеловѣческимъ, даже языческимъ, отношеніемъ къ окружающей средѣ, къ природѣ, къ матеріи («земли»). Напримѣръ, въ русскомъ язычествѣ землю почитали какъ живое существо, обращались къ ней съ молитвой, старались задобрить, называли «мать сырá земля». Человѣкъ, совершившій убійство, каялся передъ землей, т.к. только земля, какъ матерь всѣхъ, могла простить это преступленіе. Въ такомъ отношеніи къ землѣ, какъ мы теперь видимъ, была немалая доля истины. Богъ осуждаетъ язычество и, въ частности, поклоненіе землѣ потому, что здѣсь проявляется незнаніе Бога истиннаго, или невѣріе Ему, поклоненіе творенію вмѣсто Творца, но отнюдь не за то, что люди очень вѣрно чувствовали живое, животворящее состояніе земли и всей матеріи въ цѣломъ.

Православная христіанская вѣра на Руси все разставила на вѣрныя мѣста. Люди стали поклоняться Богу, но не забывали и землю. Ясно зная теперь, что она повреждена и можетъ еще повреждаться дѣйствіями демоническихъ силъ и человѣческихъ грѣховъ, ее стали періодически освящать. Молитвой, Духомъ Святымъ и святою водой непремѣнно освящались (и теперь освящаются добрыми людьми) поля, сады, огороды, дома, корабли, мастерскія и т.д. На каждое доброе дѣло, въ страхѣ Божіемъ начинаемое, непремѣнно, по особому чину испрашивается Божіе благословеніе. При такомъ отношеніи къ «землѣ» и своему въ ней труду, человѣчество естественно сохраняло вокругъ себя «зеленый міръ» настолько неиспорченнымъ, что, несмотря ни на что, по Божію благоволенію, онъ продолжалъ служить людямъ источникомъ жизни и здоровья! Такъ что не только относительной малочисленностью рода человѣческаго по сравненію съ пространствами дикой природы, но и отношеніемъ людей къ этой природѣ объясняется отсутствіе экологическихъ проблемъ, связанныхъ съ производствомъ, на протяженіи всей земной исторіи вплоть до начала техническаго «прогресса».

Взорвать или сломать такое религіозное отношеніе людей къ технологіи производства и къ «землѣ» могла тоже только религія, которая вмѣнила бы въ религіозную добродѣтель полученіе прибыли любыми средствами. И такая религія появилась. Это тайное діаволопоклонство, которое можетъ скрываться подъ разными масками, но которое полагаетъ основной цѣлью приведеніе человѣчества къ поклоненію люциферу посредствомъ «всемірнаго царя» – антихриста. Чтобы подготовить его воцареніе и обезпечить ему власть надъ міромъ, нужно собрать въ однихъ центрахъ какъ можно больше золота и поставить человѣчество во всеобщую зависимость отъ него.

Какъ только эти діаволопоклонническія силы, не безъ крови, революцій и иныхъ насилій, получили «свободу, равенство и братство» со всѣми другими добрыми людьми, такъ и начался научно-техническій (промышленный) прогрессъ, гдѣ единственно священнымъ стала ПРИБЫЛЬ! Такимъ образомъ, «прогрессъ» отнюдь не является неизбѣжнымъ результатомъ «естественной», какъ бы механической эволюціи хозяйственно-общественной исторіи человѣчества.

Слѣдовательно, основной практической задачей экологическаго всемірнаго движенія (хочетъ оно того или нѣтъ), будетъ являться борьба за экологію духа противъ любыхъ проявленій діаволопоклонства и за утвержденіе въ человѣчествѣ религіознаго воспріятія міра, жизни и собственнаго труда.

Что же касается вопроса: не поздно-ли? не напрасно-ли? то нужно сказать слѣдующее. Въ современномъ, очень многоликомъ и многосоставномъ экологическомъ движеніи, становится опредѣленно замѣтнымъ не только то эгоистическое безбожно-раціоналистическое начало, о которомъ мы говоримъ выше, но и начало простой, здоровой и естественной человѣческой жалости къ природѣ, къ человѣку, къ творенію въ цѣломъ! А это уже очень серьезно.

Апостолъ Павелъ пишетъ: «Ибо мы знаемъ, что вся тварь (твореніе) совокупно стенаетъ и мучится донынѣ, и не только она, но и мы сами, имѣя начатокъ Духа, и мы въ себѣ стенаемъ, ожидая усыновленія, искупленія тѣла нашего» (Рим. 8, 19. 21-23). Эти стоны и мученія творенія Божія («земли») и человѣка чрезвычайно усиливаются нынѣ изъ-за безбожнаго хозяйствованія человѣка на землѣ. Эти стоны и муки начинаютъ слышать и видѣть всѣ духовно чуткіе люди, и сердце ихъ преисполняется искренней жалостью. А такая жалость – форма любви! Любовь же – отъ Бога, она ирраціональна. Она дѣйствуетъ даже тогда, когда съ раціональной точки зрѣнія всякія дѣйствія кажутся безполезными. На самомъ дѣлѣ они отнюдь не безполезны, ибо имѣютъ цѣнность и силу не только во времени, но и въ вѣчности! Любыя, продиктованныя любовью мѣры политическаго, административнаго, правового, техническаго характера, направленныя на улучшеніе экологіи (облегченіе мукъ «земли») не останутся безъ стократнаго воздаянія отъ Бога и... отъ «земли», которая даже теперь (!) на любовь обязательно отвѣчаетъ любовью.

Нѣкоторыя проблемы современной энергетики съ православной точки зрѣнія.

1. Немного кошмарной фантазіи.

Представимъ себѣ, что въ одинъ злополучный день, просыпаясь, человѣчество обнаруживаетъ, что исчезло электричество, нѣтъ газа, не работаютъ лифты, автомашины, заводы, фабрики, водопроводъ, не летаютъ самолеты, не ходятъ поѣзда, отсутствуетъ связь... остановилась вся «техносфера», и больше никогда дѣйствовать не будетъ... Для «цивилизованныхъ» странъ (особенно – ихъ городовъ) это, безъ сомнѣнія, будетъ катастрофой, о масштабахъ и послѣдствіяхъ которой можно по-разному догадываться. Множество людей погибнетъ. Начнутся эксцессы насилія, мародерства.

И все же... Если спросить себя: погибнетъ-ли все человѣчество, и даже его крупныя націи, государства? Отвѣтъ будетъ, пожалуй, у всѣхъ экспертовъ одинаковъ: нѣтъ, не погибнутъ. Изъ городовъ и другихъ крупныхъ техническихъ центровъ люди устремятся на землю, въ село и начнутъ заниматься сельскимъ хозяйствомъ, живя и питаясь такъ, какъ жили тысячи лѣтъ назадъ, и какъ теперь живутъ милліоны, если не милліарды крестьянъ на всѣхъ континентахъ міра. Приспособятся. И вполнѣ, въ конечномъ счетѣ, обойдутся безъ «техносферы»... По крайней мѣрѣ – теперь, то-есть если эта катастрофа случится въ ближайшій понедѣльникъ. Ибо, если это произойдетъ лѣтъ черезъ 10-15, то нельзя ни за что ручаться, такъ какъ загрязненіе окружающей среды можетъ тогда быть уже такимъ, что люди не смогутъ жить въ сельской мѣстности...

Что все это означаетъ? Только то, что «техносфера» не является жизненно необходимымъ условіемъ существованія человѣчества. Болѣе того, она стала угрозой для его физическаго существованія. Правда, иные ученые склонны думать, что нынѣшнее 5-ти милліардное населеніе земли невозможно прокормить «естественнымъ» путемъ, безъ помощи науки и техники. А трехмилліардное – можно? Или рѣчь идетъ объ оправданіи современной «техносферы»? Но не будемъ болѣе гадать, предаваясь кошмарамъ воображенія (хотя это не такіе ужъ нереальные кошмары...) Скажемъ проще: Вавилонская башня промышленно-технической цивилизаціи въ значительной мѣрѣ – искусственное, неестественное сооруженіе, хотя къ этой искусственности привыкли и отъ нея теперь жизненно зависятъ милліоны и милліоны людей.

2. Omna vivax.

Все живое отличается отъ всего искусственнаго уже однимъ тѣмъ, что оно не сконструировано человѣкомъ, разумъ котораго неизбѣжно ограниченъ и очень многаго не знаетъ. Живое, становясь объектомъ человѣческаго познанія, постоянно раскрываетъ передъ нимъ все новыя глубины. Живое устроено по какимъ-то особымъ, во многомъ неизвѣстнымъ человѣку законамъ. Это относится и къ самому человѣку и даже къ законамъ жизни человѣческаго общества, хотя послѣдніе, как кажется, опредѣляются именно людьми, ихъ сознаніемъ. Но это сознаніе – до сихъ поръ великая загадка для человѣка, стремящагося понять его природу и законы!

Но вотъ, съ нѣкоторыхъ поръ, ярче всего съ XVII вѣка послѣ того, какъ Фрэнсисомъ Бэкономъ были сформулированы постулаты современной науки и провозглашенъ знаменитый девизъ: «Знаніе – сила», возникла слѣпая вѣра въ человѣческій разумъ, въ его неограниченныя возможности, въ его право самовольно вторгаться въ любыя области бытія. Въ частности – открывать и использовать по своему усмотрѣнію различныя энергіи окружающаго міра. Къ чему все это привело, мы сегодня хорошо знаемъ – къ чудовищному абсурду атомной бомбы и экологической катастрофы. Послѣдняя въ очень значительной мѣрѣ обусловлена именно безудержнымъ развитіемъ современной энергетики.

Прежде чѣмъ попробовать разсмотрѣть энергетику съ православной точки зрѣнія, постараемся понять сущность современной промышленно-технической цивилизаціи, или того, что называется «научно-техническимъ прогрессомъ».

Въ исторіи человѣчества это явленіе новое, невиданное, въ полномъ смыслѣ слова революціонное. Тысячи лѣтъ до ХVІІ-ХІХ вв. человѣчество жило безъ научно-техническаго прогресса. У разныхъ народовъ на разныхъ этапахъ исторіи появлялись земледѣліе, различныя ремесла; могли потомъ нѣсколько мѣняться ихъ формы, но это никакъ нельзя назвать «прогрессомъ» въ томъ смыслѣ, какъ мы теперь его воспринимаемъ, то-есть какъ постоянное стремленіе человѣчества къ неуклонному усовершенствованію технологій производства. Различныя хозяйственныя дѣятельности и ремесла, появляясь въ глубокой древности, существовали потомъ вѣками, тысячелѣтіями безъ какихъ-либо значительныхъ измѣненій.

Были войны, была торговля, была человѣческая алчность, а научно-техническаго прогресса не было. Строились прекрасные дома и дворцы, создавались шедевры ювелирнаго искусства, великія произведенія литературы и философіи, трудились Архимедъ и Пиѳагоръ, а научно-техническаго прогресса не возникало. И отнюдь не потому, что люди были настолько неумны, что не могли изобрѣсти керосинку, или что-нибудь въ томъ родѣ... Достаточно вспомнить египетскія пирамиды съ заложенными въ нихъ математическими, астрономическими и иными знаніями, многія древнія сооруженія Индіи, Китая, Америки, чтобы понять, что научно-техническій прогрессъ могъ возникнуть уже 3-4 тысячи лѣтъ тому назадъ. Не недостатокъ ума и знаній (знанія, какъ показываетъ жизнь, очень быстро пріобрѣтаются, углубляются и совершенствуются), а нѣчто другое сдерживало человѣчество отъ того, чтобы пойти по тому пути, по которому пошли въ Европѣ, начиная съ XVII вѣка.

Современныя этнографія, исторія, культурологія провели очень большое количество изслѣдованій жизни, быта, труда, психологіи нынѣшнихъ такъ называемыхъ «отсталыхъ народовъ», напримѣръ, нѣкоторыхъ африканскихъ племенъ. Обнаружилась одна интереснѣйшая вещь. Любая трудовая, хозяйственная, художественная дѣятельность разсматривается сознаніемъ этихъ «отсталыхъ» людей какъ служеніе высшимъ духовнымъ силамъ (богамъ или Богу). А это означаетъ, что технологіи производства воспринимаются какъ священныя, то-есть, не раціонально, а сакрально! Разумѣется, раціональная сторона не вообще отсутствуетъ; для человѣка немаловажно, сколько и какъ онъ можетъ произвести. Но эта сторона подчинена сакральной. Въ различныхъ эпосахъ, миѳахъ, сказаніяхъ самыхъ разныхъ народовъ міра, классическимъ сюжетомъ являются повѣствованія о томъ, какъ Богъ (или боги, или иныя высшія существа) даруютъ людямъ изначально плуги, чаши, кузнечныя, ткацкія, иныя ремесленныя орудія и научаютъ людей, какъ нужно воздѣлывать землю, какъ дѣлать посуду, какъ строить дома, ткать ткани и т.д. и т.п. Оказывается, что весь кругъ основныхъ человѣческихъ занятій, связанныхъ съ матеріальнымъ самообезпеченіемъ, – это своеобразное Божественное откровеніе и наученіе, съ одной стороны, а съ другой – это все соотвѣтствуетъ опредѣленнымъ дѣланіямъ самихъ «боговъ» или иныхъ высшихъ началъ.

Слѣдовательно, технологія всѣхъ человѣческихъ занятій оказывается не только чисто производственнымъ процессомъ, но процессомъ священнодѣланія (иногда говорятъ – Богодѣланія), – теургіей. Отсюда понятно, что нарушеніе технологическаго процесса съ тѣмъ, чтобы при меньшихъ затратахъ получить большій результатъ – это грѣхъ, преступленіе. Все нужно дѣлать такъ, какъ искони дѣлали предки, – вотъ всеобщее убѣжденіе людей всѣхъ временъ и народовъ до начала техническаго прогресса.

Такое воспріятіе дѣятельности, въ томъ числѣ и производственной, во всѣхъ сферахъ мы и называемъ сакральнымъ или священнымъ. Оно связано съ общимъ религіознымъ воспріятіемъ міра и жизни, независимо отъ различія религій. Понятно, что именно это воспріятіе и являлось основной причиной того, что научно-техническій прогрессъ не начинался въ человѣчествѣ тысячи лѣтъ. «Взломать» или «взорвать» такое общее воспріятіе могло только противоположное чувство, которое обычно опредѣляютъ терминомъ – раціонализмъ. Условимся, что мы будемъ понимать подъ этимъ словомъ такое отношеніе къ хозяйственной дѣятельности, при которомъ главной цѣлью этой дѣятельности является полученіе максимальной выгоды при минимальныхъ затратахъ.

Нетрудно видѣть, что при этомъ, въ сущности безрелигіозномъ воспріятіи вещей, «богомъ» становится только одно – прибыль! Именно этотъ раціонализмъ и взломалъ въ Европѣ XVII вѣка цѣховую систему ремесла, какая здѣсь существовала давно и опиралась на вышеописанный образъ мышленія. Это случилось тогда, когда, послѣ эпохи Ренессанса, европейская вѣтвь человѣчества стала отходить отъ религіи вообще, и отъ христіанской религіи въ частности. Раціонализмъ уже не признаетъ ничего священнаго, сакральнаго въ технологическихъ пріемахъ и процессахъ. Хорошо все, что можетъ принести какъ можно большую прибыль. Внутреннимъ стержнемъ, какъ бы двигателемъ раціонализма сталъ ростовщическій процентъ. Ссуды, проценты, ростовщичество существовали искони вѣковъ. Существовали, но во всѣхъ почти религіяхъ, въ частности – въ Библіи, постоянно подвергались очень строгому осужденію.

Поэтому вся суть дѣла въ томъ, что примѣрно въ XVII вѣкѣ въ Европѣ это осужденіе ростовщичества и его процента было снято и замѣнено оправданіемъ накопленія богатства, какъ религіозной (даже – христіанской въ протестантизмѣ) добродѣтели.

3. Ab ovo.

Все искусственное и ложное, какъ и все живое, – тоже отъ «яйца». Изъ яйца раціонализма и ростовщическаго процента вылупилось нѣчто такое, что охотно совокупилось съ алхиміей, магіей (въ разныхъ ея варіантахъ), наконецъ, съ тѣмъ, что нынѣ привыкли называть наукой и техникой. Взятые раціонализмомъ и процентомъ наука и техника стали ихъ могучими помощниками и, съ другой стороны, – стимуляторами.

Вотъ такъ начался научно-техническій прогрессъ. Такъ онъ понынѣ продолжается. Нѣтъ болѣе мощнаго ему основанія, чѣмъ всемогущій Банкъ съ его всемогущимъ процентомъ. Отсюда пошли и иные проценты – прибыли капитала, налоговъ и т.д. Надѣемся, что насъ, безъ лишнихъ словъ всѣ, кто знакомъ съ современной экономикой, поймутъ.

Поэтому сразу перейдемъ къ другому, а именно – къ историческому и современному конфликту между исконнымъ, религіознымъ воспріятіемъ вещей и современнымъ, безрелигіознымъ. Послѣднее утверждаетъ «право» человѣческаго разума использовать для питанія современнаго промышленнаго производства любыя энергіи, какія только возможно «взять». Создалась глобальная энергетическая система, порождающая рядъ проблемъ. Одинъ изъ самыхъ серьезныхъ вопросовъ состоитъ въ томъ, что такое вообще энергіи окружающаго насъ міра, которыя мы научились использовать, при этомъ нисколько не научившись понимать.

4. Что такое энергія?

Въ переводѣ съ греческаго, энергія – это просто «сила». Любая. Будь то мускульная человѣческая энергія, или – сила души, или сила духа, или сила пара, или сила электричества, или сила цѣпной реакціи въ атомной энергетикѣ...

Въ Библіи мало отвлеченныхъ понятій объ энергіяхъ. Въ ней чаще конкретно говорится или о «силахъ» Божіихъ, или о «силахъ» діавола. При этомъ очень часто «силами» (т.е. энергіями) называются личности Ангеловъ Бога или ангеловъ сатаны. Напримѣръ, въ текстахъ 2 Ѳес. 1, 7; Матѳ. 24, 29; 1 Петр. 3, 22, Архангелъ Михаилъ названъ архистратигомъ силы Господней, то-есть ангельскихъ воинствъ. Разумѣется, силами – энергіями называются въ Библіи очень часто и не личности, а именно энергіи. Послѣднее относится какъ къ силѣ Божіей, такъ и къ силамъ ангеловъ, и къ силамъ людей, и къ силамъ природы (см. «Симфонія», слова – сила, силъ и силы). Интересно опредѣленіе Христомъ вѣры какъ силы, способной въ иныхъ случаяхъ измѣнять окружающую реальность (двигать горами, пересаживать дерево съ мѣста на мѣсто – Матѳ. 17, 20; Лук. 17, 6). По слову Христа, «Вѣрующій въ Меня, дѣла, которыя Я творю, и онъ сотворитъ, и больше сихъ сотворитъ» (Іоан. 14, 12). И дѣйствительно, мы знаемъ изъ исторіи, что безчисленные случаи хожденія святыхъ по водамъ, исцѣленія по ихъ молитвамъ неизлѣчимыхъ больныхъ, воскрешенія умершихъ... Есть случаи и передвиженія горъ, прямо по слову Евангелія. Не внѣшними эффектами въ данномъ случаѣ мы интересуемся, а только тѣмъ, что вѣра дѣйствительно можетъ быть огромной силой (энергіей).

Въ Православіи есть также замѣчательное ученіе Св. Григорія Паламы о «нетварныхъ энергіяхъ Божества». Нетварныхъ – значитъ не сотворенныхъ, не присущихъ матеріи, но только – Богу. Эти нетварныя энергіи не суть Самъ Богъ, не относятся къ Его непостижимой Сущности, но онѣ – Его силы, съ помощью которыхъ Онъ Самъ дѣйствуетъ въ созданномъ Имъ матеріальномъ и нематеріальномъ (ангельскомъ) мірѣ. Одной изъ такихъ энергій Божества является свѣтъ, напримѣръ, тотъ, которымъ просвѣтилось все человѣческое существо Іисуса Христа въ моментъ Его Преображенія на Ѳаворѣ (Матѳ. 17, 2; Марк. 9, 2). О Богѣ, какъ о свѣтѣ, могущемъ восприниматься иногда чисто духовно, а иногда и тѣлесными очами, въ Священномъ Писаніи сказано очень часто и очень много. Такой свѣтъ видятъ монахи-подвижники, занимающіеся особо строгимъ духовнымъ подвигомъ. Образомъ нетварнаго Божественнаго свѣта въ матеріальномъ сотворенномъ мірѣ является физическое солнце.

Хотя современная наука еще не научилась использовать энергію Солнца въ утилитарныхъ цѣляхъ съ достаточной эффективностью, она хорошо представляетъ себѣ, какая это огромная сила! Что же тогда сказать о силѣ (энергіи) Божества! Она просто неописуема по своей мощности.

Но въ томъ-то и дѣло, что современная наука основана на принципіальной обезбоженности въ подходахъ и изслѣдованію причинно-слѣдственныхъ связей и событійныхъ цѣпей въ любомъ явленіи и процессѣ, то-есть завѣдомо исключаетъ всякое допущеніе присутствія въ этихъ связяхъ и цѣпяхъ чего-либо «сверхъестественнаго», Божественнаго. Это одна изъ фундаментальныхъ парадигмъ современной науки, «критерій» научности. А между тѣмъ, если хотя бы гипотетически допустить, что Богъ есть и міръ созданъ и движется Имъ, тогда окажется, что въ сущности все «естественное» – сверхъестественно, и все «сверхъестественное» – вполнѣ естественно.

Тогда можно представить себѣ, что теряетъ современная наука въ подсчетахъ энергетическаго баланса окружающей насъ среды. Онъ никакъ «не сходится» и никогда не сойдется, если не учесть въ немъ присутствія нетварныхъ энергій Божества. Не будетъ никогда понятнымъ и то, за счетъ какихъ силъ живетъ православный подвижникъ, могущій обходиться въ пищѣ, питіи и прочихъ «жизненныхъ благахъ» столь малымъ, что нынѣшнему человѣку это кажется просто фантастическимъ или выдуманнымъ...

Но если взять уровень и пониже, не монаха, а простого вѣрующаго человѣка, живущаго съ семьей въ міру и работающаго гдѣ-то, какъ всѣ, то окажется, что и онъ способенъ обходиться невѣроятно малымъ по сравненію съ остальными именно за счетъ «питанія» энергіями Божества, которыя часто въ церковной жизни называются и являются благодатью.

Теперь мы можемъ выстроить нѣкій іерархическій рядъ энергій, какъ онѣ воспринимаются въ Православіи:

1. Нетварныя энергіи Бога.

2. Энергіи Ангеловъ Божіихъ.

3. Энергіи «земли» или матеріи.

4. Энергіи человѣческаго существа.

5. Энергіи падшаго архангела діавола и ангеловъ его (демоновъ).

«Земля» въ Священномъ Писаніи – это не только планета, суша, почва, – это еще и всеобъемлющее понятіе матеріи всего космоса, «міровой матеріи» (блаж. Августинъ), изъ которой изначально создано все. Такъ именно толкуется текстъ книги Бытія (1, 1-2) блаж. Августиномъ, Св. Григоріемъ Паламой и другими отцами Церкви. Современная наука представляетъ такую матерію чѣмъ-то вполнѣ бездушнымъ («неживая природа»). Но въ Библіи иное представленіе: «И сказалъ Богъ: да произведетъ земля душу живую по роду ея, скотовъ и гадовъ, и звѣрей земныхъ по роду ихъ...» «И сказалъ Богъ: да произведетъ вода пресмыкающихся, душу живую, и птицы да полетятъ надъ землею...» (Быт. 1, 20-25). Въ отвѣтъ на Божіе повелѣніе земля и вода производятъ души всѣхъ живыхъ существъ, растеній, травъ и т.д. Такимъ образомъ, «міровая матерія» не бездушна и обладаетъ даже относительно самостоятельной способностью творчества. Изъ «персти» такой живой земли отчасти сотворенъ и человѣкъ!

Въ какомъ же отношеніи къ Богу, человѣку и діаволу оказалась эта земля? До грѣхопаденія Адама и Евы человѣкъ былъ призванъ «господствовать» (владѣть) землею. Послѣ грѣхопаденія прародителей человѣкъ самъ подпалъ подъ власть стихій и cилъ земли, нарушивъ тѣмъ самымъ гармонію міра и заставивъ страдать отъ такого нарушенія и самую землю. Ибо грѣхопаденіе человѣка привело къ тому, что діаволъ и ангелы его оказались низвержены въ землю и получили надъ ней относительную и временную власть (до Второго пришествія Христова). Даже болѣе того, они низвержены въ нѣкія «преисподнія земли», то-есть въ какія-то ея глубочайшія глубины. Поэтому, когда человѣкъ углубляется въ нѣдра атома, или пространства космоса, онъ равно уходитъ вглубь «земли» – міровой матеріи, приближаясь къ тѣмъ самымъ «преисподнимъ земли», гдѣ и царствуютъ самыя враждебныя человѣку силы.

Въ конечномъ счетѣ и теперь все подчиняется Богу, но это лишь въ конечномъ счетѣ! Непосредственно по Божію попущенію (не по благоволенію, а по попущенію!) «земля» и человѣкъ оказываются во власти діавола и демоновъ. Единственная возможность для человѣка вырваться изъ этой власти – искренняя вѣра во Христа.

Но намъ теперь важно подчеркнуть, что использованію человѣкомъ энергіи (силъ) «земли» (матеріи) отнюдь не безопасно для него, поскольку эти силы, особенно силы преисподнія, т.е. глубинныя, находятся до времени въ относительной власти самыхъ пагубныхъ для человѣка духовныхъ личностей. Не убѣждаетъ-ли насъ въ этомъ практическій опытъ использованія «глубинныхъ» энергій, особенно – атомной, какъ въ военныхъ, такъ и въ мирныхъ цѣляхъ? Или нуженъ еще десятокъ, сотни Чернобылей, чтобы убѣдиться, съ чѣмъ мы имѣемъ дѣло?

Можно поставить вопросъ иначе: въ какой мѣрѣ можетъ быть для человѣка безопаснымъ использованіе различныхъ энергій «земли» при современныхъ условіяхъ жизни? Мы пока на такой вопросъ отвѣтить не можемъ. По-видимому, его нужно рѣшать на стыкѣ богословія, духовнаго опыта святыхъ и современной науки, что окажется возможнымъ, наконецъ, ко всеобщему благу, когда наука и религія прекратятъ безысходные споры и начнутъ сообща рѣшать наболѣвшій вопросъ современности: что дѣлать? Ибо всѣ мы – и вѣрующіе и невѣрующіе, уже падаемъ въ пропасть экологической катастрофы.

5. Для чего нужна современная энергетика?

Для того, чтобы питать промышленность, которая, въ свою очередь, призвана обезпечивать человѣчество необходимыми средствами существованія, – такъ примѣрно отвѣтитъ современный ученый и экономистъ. Но въ первыхъ главахъ мы отмѣтили, что тысячи лѣтъ человѣчество обходилось безъ промышленности современнаго типа и характера. Означаетъ-ли это, что таковая теперь абсолютно не нужна. Увы, нѣтъ! Мы отмѣтили также, что къ промышленно-технической цивилизаціи нынѣ привыкли милліоны и милліоны людей и стали жизненно отъ нея зависѣть. Рѣчь теперь можетъ идти лишь о предѣлахъ роста этой цивилизаціи и, въ частности, ея энергетики.

Мы еще не разсмотрѣли одного важнѣйшаго вопроса. Онъ состоитъ въ томъ, что современная цивилизація возникла и развилась не столько для того, чтобы накормить голодныхъ, одѣть раздѣтыхъ, дать кровъ тѣмъ, кто его не имѣетъ, сколько для того, чтобы насыщать жизнь и бытъ вполнѣ имущихъ людей все большимъ количествомъ элементовъ комфорта. Болѣе того, несмотря на «благородныя» и «красивыя» слова апологетовъ цивилизаціи, она почти ничего не давала и не даетъ тѣмъ, кто не имѣетъ ни пищи, ни одежды, ни крова, потому что таковые люди не способны у цивилизаціи ничего этого купить; у нихъ нѣтъ денегъ. А мы выяснили, что сердцевиной научно-технической цивилизаціи явился и является ростовщическій процентъ. Онъ же не можетъ работать на тѣхъ, кто не способенъ платить (за исключеніемъ нѣкоторыхъ формъ благотворительности). Въ этомъ убѣждаютъ насъ безчисленные примѣры современной жизни цѣлыхъ народовъ, которымъ цивилизація ничего не даетъ по причинѣ ихъ ничтожной платежеспособности, отсутствія достаточной «емкости рынка».

Значитъ, подлинной важнѣйшей цѣлью промышленной цивилизаціи является созданіе все большаго комфорта для тѣхъ, кто способенъ его купить.

Что такое комфортъ? Это наличіе въ жизни и бытѣ человѣка такихъ удобствъ и вещей, которыя отнюдь не необходимы, даже часто бываютъ просто вредны. Можно зайти въ любой музей, гдѣ выставлена мебель средневѣковыхъ богатыхъ (даже очень богатыхъ) людей, напримѣръ, русскихъ царей, патріарховъ, бояръ. Жесткіе стулья, жесткія скамьи, развѣ лишь царскіе троны помягче, но и имъ далеко до креселъ въ современной средней цивилизованной семьѣ, въ которыхъ человѣкъ буквально утопаетъ какъ въ подушкахъ! Комфортъ въ автомашинахъ (сотни КБ въ мірѣ трудились надъ тѣмъ, какъ въ машинѣ удобней устроить сидѣніе для человѣка), комфортъ въ быту: десятки бездѣлушекъ, посуда, почти не использующаяся, различныя приспособленія для удобства, отдыха, декоративные камины и многое другое, комфортъ въ трудовой дѣятельности, смыслъ котораго въ одномъ: какъ при наименьшихъ мускульныхъ усиліяхъ получить большій производственный результатъ. Въ итогѣ – все большее развитіе гиподинаміи, увеличеніе числа сердечнососудистыхъ заболѣваній у людей, занятыхъ малоподвижной работой (скажемъ – умственнымъ трудомъ, а таковыхъ теперь – армія!) Не многіе изъ нихъ способны заставить себя бѣгать трусцой, или регулярно трудиться на пріусадебномъ участкѣ. Большая часть – физически деградируетъ, что сказывается и на потомствѣ. Объ этомъ теперь такъ много говорятъ и пишутъ, что нѣтъ надобности долго доказывать, что комфортъ оказывается вреднымъ и пагубнымъ даже для физическаго здоровья человѣка. А для духовнаго – и подавно! Увлекаясь погоней за вещами, которыя есть у сосѣда но нѣтъ у него, человѣкъ неизбѣжно заболѣваетъ «вещизмомъ», начинаетъ терять духовныя или даже интеллектуальныя цѣнности, если онѣ у него были. Кто можетъ подсчитать хотя бы матеріальные убытки отъ такой морально-нравственной деградаціи въ народахъ, въ человѣчествѣ! Объ этомъ тоже нынче много говорятъ и пишутъ. И не безъ основаній видятъ одно изъ средствъ противъ деградаціи – въ воспитаніи нравовъ и чувствъ. Важно также опредѣлить какую-то среднюю величину, чего и сколько необходимо человѣку въ этой жизни, иначе – необходимую мѣру комфорта. Отъ нея во многомъ будутъ зависѣть и предѣлы роста энергетики міра, и связанное съ этимъ энергосбереженіе.

6. Мѣру комфорта ограничить можно.

Здѣсь намъ снова придется обратиться къ исторіи. Въ религіозномъ воспріятіи древняго человѣчества всегда присутствовало нѣчто общее. Человѣкъ сотворенъ Богомъ (или богами). Онъ себѣ поэтому въ полной мѣрѣ не принадлежитъ. Міръ, въ которомъ онъ живетъ – тоже Божій, не его. Общество, въ которомъ человѣкъ реально существуетъ – тоже устроено «высшими силами» и по законамъ, даннымъ «свыше». Каждый конкретный человѣкъ въ этомъ обществѣ входитъ въ опредѣленное сословіе, занимаетъ опредѣленное положеніе, въ соотвѣтствіи съ которымъ располагаетъ (или можетъ располагать) опредѣленнымъ комплексомъ матеріальныхъ благъ, носить опредѣленнаго покроя (цвѣта, качества) одежду, опредѣленнаго типа драгоцѣнности, часто являвшіяся не столько украшеніями (хотя и украшеніями тоже!) сколько – знаками, символами принадлежности къ своему сословію. Поэтому стремиться имѣть блага или цѣнности, которыя твоему положенію не свойственны – это и нелѣпость, и грѣхъ. Нелѣпость потому, что крестьянина просто выпорютъ, если онъ будетъ одѣваться какъ вельможа, а грѣхъ потому, что такое стремленіе – вызовъ тѣмъ «высшимъ силамъ», которыми ты призванъ къ жизни и устроенъ въ опредѣленномъ сословіи. Переходъ изъ низшаго въ высшее сословіе всегда былъ возможенъ, хотя и труденъ. Онъ долженъ былъ совершаться честно, по закону, не воровски. Все это вело ко всеобщему чувству и сознанію необходимости самоограниченій въ матеріальныхъ благахъ. Они диктовались и соціальнымъ сознаніемъ, и сознаніемъ религіознымъ. Въ дальнѣйшемъ мы особо покажемъ, какъ смотрѣло и смотритъ на вещи Православное христіанство. А сейчасъ отмѣтимъ лишь то, что сознательное самоограниченіе въ отношеніи къ матеріальнымъ благамъ было естественнымъ состояніемъ всего человѣчества на протяженіи долгихъ вѣковъ, вплоть до начала революцій и научно-техническаго прогресса. Страдали-ли отъ этого люди? Нѣкоторые могли и страдать. Психологическій феноменъ человѣческой зависти существовалъ всегда, а при такомъ качествѣ человѣку непремѣнно доставляетъ страданіе тотъ фактъ, что кто-то живетъ лучше, имѣетъ больше... Но въ большинствѣ люди отъ самоограниченій никогда не страдали! Мы не говоримъ сейчасъ о чрезвычайныхъ ситуаціяхъ, когда голодные годы, несправедливые чрезмѣрные поборы властей и сильныхъ міра могли вызывать (и вызывали) массовое возмущеніе людей, перераставшее въ бунтъ, возстаніе. Несмотря на достаточную частоту въ исторіи, эти чрезвычайныя ситуаціи все же были всегда какъ бы разрывами естественной ткани жизни, а самую эту нормальную ткань образовывали иные, спокойные періоды. Поэтому мы ведемъ рѣчь не о чрезвычайныхъ, чрезмѣрныхъ самоограниченіяхъ, а о сознательныхъ и добровольныхъ, совершавшихся по долгу совѣсти передъ обществомъ и передъ Богомъ (или богами) и всегда оцѣнивавшихся, какъ добродѣтель и честь человѣка.

Многое въ жизни «можно», но – «не нужно»! Можно обмѣрить, обвѣсить, обмануть? Можно, но не нужно. Можно дать сосѣду въ долгъ мѣшокъ муки съ тѣмъ, чтобы онъ отдалъ два? Можно, но не нужно! Можно, если есть деньги, купить себѣ такіе же перстни, какъ у князя? Можно, но не нужно! Такое отношеніе къ «можно» и «нужно» было свойственно, за опредѣленными исключеніями, всѣмъ людямъ во всѣхъ народахъ. И теперь еще, къ счастью, многимъ свойственно!

Подобнаго рода самоограниченія (а ихъ рядъ можно было бы сдѣлать поистинѣ безконечнымъ) приводили и къ одному очень значительному результату – къ сбереженію физическихъ и нравственныхъ ресурсовъ, къ сбереженію средствъ для образованія наслѣдства, такъ необходимаго дѣтямъ, т.е. будущимъ поколѣніямъ! Здѣсь передъ нами встаетъ важный вопросъ: а сколько вообще человѣку нужно въ этой жизни матеріальныхъ благъ? Какова мѣра необходимаго для жизни комфорта?

Соціологи и экономисты уже давно пытаются подсчитать эти величины, и они у всѣхъ получаются разными. Это естественно. Мѣра необходимаго комфорта колеблется въ зависимости отъ соціальнаго положенія человѣка, общественнаго устройства, въ коемъ онъ живетъ, историческихъ и религіозныхъ традицій его народа и т. д.

Мѣра необходимаго комфорта, на нашъ взглядъ – не математическая величина (хотя приблизительные подсчеты экономистовъ здѣсь отнюдь не безполезны). Скорѣй всего, эта мѣра – величина философская, или, точнѣй – міровоззрѣнческая. Исторически эта мѣра была заключена между необходимостью имѣть жилище, пищу, одежду и все нужное для труда, общенія съ себѣ подобными въ соотвѣтствіи съ сословнымъ положеніемъ человѣка, и сознательнымъ нежеланіемъ имѣть ничего такого, что не соотвѣтствуетъ положенію человѣка въ обществѣ и его реальнымъ возможностямъ, обусловленнымъ честнымъ трудомъ. Если бы въ современномъ мірѣ этимъ принципомъ стали руководствоваться цивилизованные люди, то это сняло бы очень много острыхъ экономическихъ проблемъ.

Ввиду критическаго положенія съ экологіей, развитыя общества могли бы прибѣгать въ этомъ дѣлѣ не только къ воспитательнымъ средствамъ (хотя, конечно, въ первую очередь именно къ нимъ!), но и къ системѣ опредѣленнаго гражданскаго насилія. Спасительнаго насилія! На нашъ взглядъ, такую систему можно было бы разработать, взявъ за основу сословныя системы и сословную психологію древнихъ.

7. Опытъ Православія.

Въ наши дни, какъ и тысячи лѣтъ назадъ, Православная Церковь учитъ вѣрующихъ тому, что смысломъ земной жизни человѣка является сближеніе съ Богомъ и пребываніе въ единеніи съ Нимъ изъ чистой любви ко Христу. Содержаніе жизни – непрестанное, каждодневное стремленіе насадить или укрѣпить въ душѣ то, что такому сближенію содѣйствуетъ, и отсѣкать то, что мѣшаетъ. Конечная цѣль жизни – наслѣдіе во Христѣ вѣчнаго блаженства Царства Небеснаго. Опытъ науки православной аскетики давно доказалъ для всѣхъ вѣрующихъ, что ничего такъ не отдаляетъ отъ Бога, какъ гордость и самоугодіе, въ частности – плотоугодіе. Поэтому не максимальное удовлетвореніе влеченій плоти, а максимальное ихъ сдерживаніе – вотъ одинъ изъ законовъ жизни. Въ практической дѣйствительности это означаетъ сознательное стремленіе къ минимуму необходимаго и отказъ отъ максимума возможнаго. Здѣсь тоже заключена «мѣра комфорта», однако, только для очень вѣрующихъ людей! Все это опирается на слова Христа: «Не собирайте себѣ сокровищъ на землѣ, но собирайте себѣ сокровища на небѣ... ибо гдѣ сокровище ваше, тамъ будетъ и сердце ваше... Никто не можетъ служить двумъ господамъ. Не можете служить Богу и мамонѣ (богатству). Посему говорю вамъ: не заботьтесь для души вашей, что вамъ ѣсть, или что пить, ни для тѣла вашего, во что одѣться... потому что всего этого ищутъ язычники, и потому, что Отецъ вашъ Небесный знаетъ, что вы имѣете нужду во всемъ этомъ. Ищите же прежде Царствія Божія и правды его, и это все приложится вамъ» (Матѳ. 6, 19-33).

Для того, чтобы особымъ образомъ упражняться въ подобныхъ принципахъ жизни, въ Православной Церкви издревле существуютъ многодневные и однодневные посты. Количество постныхъ дней въ году колеблется въ зависимости отъ времени праздника Пасхи, примѣрно отъ 170 до 190 дней. Въ эти дни люди воздерживаются отъ мясной и другой «скоромной» пищи (животные жиры, сливочное масло, молоко, яйца, частично – рыба), а также отъ всего грѣховнаго, суетнаго, излишняго, даже отъ такой работы, которую можно сдѣлать потомъ, послѣ поста; отъ праздныхъ встрѣчъ, пустыхъ бесѣдъ, увеселеній и развлеченій. Какъ видимъ, поскольку постныхъ дней въ году оказывается больше, чѣмъ «скоромныхъ», то экономія всевозможныхъ средствъ получается огромная по сравненію со средой, въ которой посты не соблюдаются.

Всякая внѣшняя дѣятельность людей, – государственная, общественная, хозяйственная, домашняя, главнѣйшей своей стороной имѣетъ сторону сакральную, т.е. прежде всего разсматривается какъ работаніе (служеніе) Богу и людямъ и, кромѣ того, – какъ непремѣнный элементъ духовнаго подвига сближенія съ Богомъ. Послѣднее относится особенно къ труду именно физическому, когда нужно «пріутрудить» тѣло. Отсюда не всегда слѣдуетъ стремиться «облегчить» трудъ, или сдѣлать его болѣе удобнымъ.

Все это не означаетъ, что въ Православіи пренебрежительно или отрицательно относятся къ наукѣ, техническимъ достиженіямъ. Напримѣръ, въ Православной Руси искони очень любили хитроумную техническую выдумку, оригинальное конструктивное рѣшеніе, вообще ученость и книжность! Во всемъ этомъ видѣли проявленіе богоданныхъ способностей, какъ бы отблески совершенства человѣка въ Горнемъ мірѣ на этой пока еще «грѣшной» землѣ. Многіе русскіе монастыри устраивались какъ образцовыя хозяйства съ примѣненіемъ очень сложныхъ техническихъ и иныхъ устройствъ. Таковъ былъ, напримѣръ, Соловецкій монастырь съ очень интересной уникальной ирригаціонной системой, примѣненіемъ самыхъ совершенныхъ для того времени агротехническихъ пріемовъ, механизмовъ кузнечнаго дѣла, кирпичнаго и иныхъ производствъ. Но все это для того, чтобы по возможности безъ помощи извнѣ вести хозяйство на островѣ Бѣлаго моря въ суровыхъ климатическихъ условіяхъ (обходиться своимъ трудомъ). Въ Новоіерусалимскомъ монастырѣ при Патріархѣ Никонѣ въ 1656-1666 гг. буквально кипѣлъ трудъ литейщиковъ, каменщиковъ, ирригаторовъ, мастеровъ изразцоваго дѣла, поэтовъ... Оцерковленіе культуры, превращеніе отдѣльныхъ ея видовъ въ богодѣланіе, стремленіе устраивать земное во образъ Небеснаго – вотъ что за этимъ стоитъ!

Были всегда противъ только одного – чтобы внѣшняя творческая (научная, хозяйственная и иная) дѣятельность развивалась за счетъ духовной. Стремились, чтобы «прежде» всего по слову Спасителя, искать «Царства Божія и правды Его».

Опытъ Русскаго Православія показываетъ, что при опредѣленномъ міровоззрѣніи и міровоспріятіи человѣкъ и, въ цѣломъ, большое человѣческое сообщество (государство), могутъ обходиться гораздо меньшимъ количествомъ промышленности и энергетики, чѣмъ это кажется необходимымъ сегодня.

Въ свѣтѣ того, что мы говорили выше о происхожденіи различныхъ энергій, особый интересъ вызываетъ то, что православные храмы, монастыри, чудотворныя иконы и святые люди представляютъ собою особой мощности аккумуляторы и источники Божественныхъ энергій, энергій благодати, изливающихся на міръ. Рѣчь идетъ не только объ ихъ нравственномъ воздѣйствіи. Рѣчь идетъ именно объ изліяніи чрезвычайно полезныхъ для людей и природы энергій (силъ). Этого безрелигіозный человѣкъ можетъ и не понять. Но если человѣкъ не понимаетъ принциповъ дѣйствія электрическаго тока, это не означаетъ, что лампочка не будетъ свѣтить въ его домѣ, если онъ нажметъ выключатель...

Православная вѣра настаиваетъ на трезвенномъ отношеніи къ современному міру. Для нея ясно, что нужно считаться со свободной волей множества людей отошедшихъ отъ всякой религіи и жаждущихъ внѣшняго комфорта, а также съ фактической зависимостью множества людей отъ научно-техническаго промышленнаго производства. Никому ничего нельзя навязывать насильно (развѣ что въ нѣкихъ исключительныхъ ситуаціяхъ). Но нужно также учесть и то, что вытекаетъ изъ древняго и современнаго опыта Православія: чѣмъ больше человѣкъ пользуется энергіями (силами) божественнаго небесно-ангельскаго происхожденія, тѣмъ менѣе онъ нуждается въ энергіяхъ, производимыхъ промышленностью. Современные православные люди хорошо видятъ также и то, что, по Божію Промыслу, въ вавилонскомъ столпотвореніи научно-техническаго прогресса участвуютъ многіе ученые, инженеры, организаторы науки и производства, являющіеся достойными людьми и субъективно руководствующіеся самыми добрыми, благородными побужденіями. Прежде всего къ нимъ и апеллируетъ нынѣшнее православное богословіе, надѣясь въ то же время и на пониманіе всѣхъ, обладающихъ здравымъ смысломъ.

8. Idiotensicher.

Но съ другой стороны, очевидно, что въ научно-техническомъ прогрессѣ немало и такихъ спеціалистовъ, которые не обладаютъ ни благородными побужденіями, ни здравымъ смысломъ. Противъ нихъ и нужны бываютъ тѣ мѣропріятія, какія не только съ точки зрѣнія Православія, но и, прежде всего, съ точки зрѣнія науки и въ самой же наукѣ названы «защитой отъ дураковъ».

Имѣя въ виду все, что связано съ этимъ понятіемъ, мы хотимъ сказать слѣдующее. Мы установили непреложный фактъ: религіозное воспріятіе міра рѣзко снижаетъ потребности въ техническомъ прогрессѣ и использованіи различныхъ промышленныхъ энергій. Въ современномъ мірѣ уже нѣтъ рѣчи о томъ, чтобы уничтожить промышленно-техническую цивилизацію. Рѣчь можетъ идти лишь о томъ, чтобы измѣнить характеръ энергетики, давъ преимущество ея интенсивному развитію передъ экспансивнымъ, или, иначе – давъ преимущество энергосбереженію. Если мы, въ самомъ дѣлѣ, хотимъ спастись отъ экологической катастрофы, и потому заинтересованы въ энергосберегающихъ факторахъ, то разсмотренное нами убѣдительно показываетъ, что нужно не жалѣть капиталовъ и средствъ для религіознаго воспитанія людей развитыхъ странъ, изъ подрастающаго поколѣнія, строительства храмовъ, монастырей, духовныхъ школъ. Но мы представляемъ, сколько непониманія можетъ вызвать это предложеніе!

При этомъ въ нашей дѣйствительности необходимо не любое религіозное воспитаніе, ибо въ протестантизмѣ (и его различныхъ сектахъ) имѣется религіозное оправданіе накопленію богатства (комфорта), разнаго рода предпринимательству. Поэтому преимущество должно быть отдано Православной Церкви и вѣрѣ, гдѣ ничему этому религіознаго оправданія нѣтъ. Но мы представляемъ, сколько непониманія могутъ вызвать и эти мысли! А вѣдь обѣ мысли диктуются не апологетическими, а самыми что ни на есть раціоналистическими соображеніями!

Ясно также, что для дальнѣйшаго существованія и болѣе безопаснаго развитія науки и основанной на ней техники жизненно важно пересмотрѣть нѣкоторыя фундаментальныя положенія науки. Объ одномъ изъ нихъ мы уже говорили. Оно заключается въ завѣдомомъ исключеніи изъ научнаго познанія всякаго представленія о Божіемъ присутствіи въ мірѣ и его процессахъ.

Ученый можетъ быть вѣрующимъ той или иной религіи, и – совсѣмъ невѣрующимъ (атеистомъ). Это его личное дѣло. Но въ послѣднемъ случаѣ любой честный ученый-атеистъ не имѣетъ права отбрасывать гипотезу существованія Бога и Его присутствія, хотя бы именно какъ гипотезу, поскольку подавляющее большинство человѣчества – вѣрующіе, и это помогаетъ имъ удовлетворительно объяснить цѣлый рядъ жизненныхъ явленій. Никакая, самая невѣроятная гипотеза, не можетъ быть отброшена до тѣхъ поръ, пока люди не убѣдятся въ ея полной несостоятельности. Въ противномъ случаѣ «ученое невѣріе» – это не наука, а тоже вѣра, вѣра въ то, что Бога нѣтъ. Ни на какихъ экспериментальныхъ данныхъ такая вѣра основана быть не можетъ, т.к. рѣчь идетъ о реальности внѣматеріальнаго порядка, которая не поддается провѣркѣ экспериментовъ, примѣняемыхъ въ сферѣ матеріальной дѣйствительности. Однако, если допустить (гипотетически!) что такая внѣматеріальная реальность какъ Богъ, Ангелы, ихъ энергіи – существуютъ, то она непремѣнно должна какъ-то соединяться съ реальностью матеріальной, взаимодѣйствовать съ ней. Какъ? А вотъ это уже вопросъ серьезныхъ поисковъ и экспериментовъ непредвзятыхъ умовъ, и такіе опыты могутъ имѣть мѣсто только тогда, когда будетъ рѣшительно оставлено завѣдомое утвержденіе объ отсутствіи Божественнаго и «сверхъестественнаго» въ «естественномъ» и матеріальномъ.

Вторая парадигма современной науки состоитъ въ томъ, что, когда изслѣдователь изучаетъ объектъ, экспериментируетъ съ нимъ, то объектъ не экспериментируетъ съ экспериментаторомъ. А почему?! На чемъ основано такое убѣжденіе? А ни на чемъ! На вѣрѣ въ то, что «такого не можетъ быть потому, что такого не можетъ быть никогда». Если допустить, что тѣ же энергіи земли (и «преисподнихъ земли») руководятся духовными личностями или Ангеловъ Бога, или ангеловъ бездны, то гдѣ гарантія того, что они въ свою очередь по своему не ставятъ опытовъ съ тѣми, кто ставитъ опыты съ ними? Тогда очень многое можетъ измѣниться въ нашихъ представленіяхъ о мірѣ. И въ направленіяхъ развитія науки – тоже.

Должна быть также рѣшительно оставлена слѣпая вѣра въ человѣческій разумъ и его «право» безнаказанно вторгаться въ любыя области бытія. Ибо разумъ человѣческій въ этой земной реальности кромѣ своей естественной ограниченности, еще сильно помраченъ, поврежденъ грѣхомъ (результатъ грѣхопаденія человѣчества). Это уже довело его до ряда явныхъ безумствъ, вродѣ оружія массоваго уничтоженія. А какіе неожиданные абсурды еще монетъ принести человѣчеству «генная инженерія»?

Нужна опредѣленная аскеза ума, аскеза научнаго творчества. Сама наука выработать правила такой аскезы не можетъ: слишкомъ далеко зашелъ пафосъ всемогущества человѣческаго разума. Здѣсь, какъ и во многихъ другихъ областяхъ, нуженъ союзъ науки съ религіей. Поэтому пора покончить и съ противопоставленіемъ науки и религіи. Имъ нужно начать дружную совмѣстную серьезную работу на основѣ глубокаго довѣрія и уваженія для общаго блага, для простого выживанія человѣчества на землѣ сколько возможно болѣе длительное время. Не пора-ли понять, что утвержденіе типа «если человѣкъ можетъ изобрѣтать какіе-то аппараты или открывать законы природы, то, значитъ, Бога нѣтъ» – это совершенный алогизмъ, то-есть, попросту, говоря – глупость, отъ которой тоже нужна защита въ интересахъ не столько религіи, сколько самой же науки!

Мы писали данную статью въ разсчетѣ на современныхъ ученыхъ. И, хотя немало сказали о богословіи, но совсѣмъ не съ цѣлью проповѣди, а съ единственной цѣлью пояснить малосвѣдущимъ читателямъ православную точку зрѣнія на технико-экономическія проблемы энергетики. Пусть не безспорная во всѣхъ своихъ положеніяхъ и пусть самая слабая, статья эта все же является опредѣленымъ опытомъ, попыткой совмѣстной работы богословія и современной науки. Въ этомъ мы видѣли свою главнѣйшую задачу.

Такая задача кому-то можетъ показаться просто безумной. Но тогда не умѣстно-ли будетъ вспомнить слова Нильса Бора, сказанныя по поводу одной физической теоріи: «Передъ нами безумная идея. Вопросъ въ томъ, достаточно-ли она безумна, чтобы быть правильной?»...

 

«Православный Путь» на 1995 г. С.130-164.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: