Сергѣй Васильевичъ Кохомскій – Сотвореніе міра и человѣка со стороны нравственно-назидательной (Быт. 1, 1-26).

На первой страницѣ Библіи мы находимъ повѣствованіе о сотвореніи міра. «Въ началѣ сотворилъ Богъ небо и землю». Подъ землею разумѣется та земля, на которой мы живемъ, а подъ небомъ – все, что находится надъ землею. Небо называется раньше земли, потому что оно представляетъ безмѣрно большую часть міра (особенно если въ понятіе о небѣ включать и воинство небесное, безплотныхъ небожителей). Но потомъ, когда началось шестидневное образованіе міра, скоро открылось, что оно имѣетъ цѣль въ человѣкѣ: отдѣляется свѣтъ, необходимый живому существу; отдѣляются воды земныя отъ водъ небесныхъ (тѣ и другіе сливались дотолѣ въ непроницаемыхъ испареніяхъ и проливныхъ дождяхъ), и образуется твердь, воздушное пространство, необходимое существу дышущему; отдѣляется вода отъ земли и является суша, необходимая для обитателя земли; являются на тверди невидимыя дотолѣ свѣтила, чтобы различающее существо могло по нимъ опредѣлять времена, дни и годы. Наконецъ является человѣкъ, и все отдается ему подъ власть («да владычествуютъ они надъ рыбами морскими, и надъ птицами небесными, и надъ скотами, и надъ всею землею»). Все для него предуготовлялось, все ему и отдается. Но за что же человѣку такая честь? Основаніе, по которому все мірообразованіе направляется къ человѣку и все земное имѣетъ въ немъ своего владыку, заключается въ томъ, что онъ созданъ по образу и подобію Божію. Все подчиняя человѣку, Господь чрезъ это все подчиняетъ Самому Себѣ, все возводитъ къ Своему совершенству, отраженіемъ котораго является человѣкъ. Все земное имѣетъ свою цѣль въ человѣкѣ по тому, что человѣкъ имѣетъ свою цѣль въ Богѣ.

Въ чемъ состоятъ образъ и подобіе Божіи, составляющіе отличіе человѣка? Не всякое уподобленіе Творцу законно и спасительно для человѣка. Послѣ грѣхопаденія первыхъ людей Творецъ съ сожалѣніемъ говоритъ: «вотъ, Адамъ сталъ какъ одинъ изъ Насъ, зная добро и зло» (Быт. 3, 22). Желаніе уподобиться Богу въ познаніи внушено человѣку враждебною силой, которая и сама погибла изъ-за желанія сравняться съ Богомъ. Посему подъ образомъ и подобіемъ Божіимъ нужно разумѣть не самочинное уподобленіе Творцу, а такое, которое установлено Самимъ Богомъ и согласно съ Его волей. Воля Божія выполняется въ человѣкѣ двояко: во-первыхъ, чрезъ его устройство, чрезъ совершенство его силъ и свойствъ и премудрое ихъ соединеніе; все это соотвѣтствуетъ волѣ и предначертанію Творца; во-вторыхъ, – чрезъ свободное подчиненіе человѣка волѣ Божіей, чрезъ свободное слѣдованіе заповѣдямъ Господнимъ. Воля Божія совершается въ человѣкѣ и не свободно, безъ воли самого человѣка, и свободно, съ его собственнымъ желаніемъ и выборомъ; и тамъ, и здѣсь имѣется уподобленіе Божеству, въ одномъ случаѣ зависящее отъ Одного Творца, а въ другомъ зависящее и отъ человѣка. Отъ Одного Творца зависѣло вложить человѣку разумъ, подобный вѣчному разуму, свободную волю, подобную Божію всемогуществу; но направить разумъ къ благоговѣйному познаванію дѣлъ и совершенствъ Божіихъ, а волю къ исполненію повелѣній Божіихъ – зависитъ уже отъ человѣка. Эта двойственность въ способѣ уподобленія Творцу совпадаетъ съ двойственностью понятій «образа и подобія», а это совпаденіе приводитъ къ мысли, что подъ «образомъ» должно разумѣть естественныя и неотъемлемыя совершенства человѣка (разумъ, свободу), а подъ подобіемъ свободную (и, къ сожалѣнію, легко теряемую) добродѣтель. Человѣкъ и украшенъ образомъ Божіимъ, и получилъ отъ Творца богоподобныя силы и способности потому, что онъ призывается къ богоподобію въ нравственной жизни, къ богоподобной добродѣтели. Добродѣтель, святость, богоподобное совершенство человѣка есть крайній верхъ, вся природа, весь видимый міръ есть какъ бы подножіе. Понятнымъ становится выраженіе апостола о святыхъ, что ихъ не бѣ достоинъ весь міръ (Евр. 11, 88). Напротивъ, если нѣтъ «подобія», то къ чему и «образъ»? къ чему богоподобный разумъ, если онъ направленъ на отрицаніе, богоподобная свобода, если она направлена на злое? При безнравственности человѣка образъ Божій остается въ немъ, но искажается. Такъ солнце отражается на поверхности воды, и если вода спокойна, то отраженіе вѣрно и прекрасно, но если она замутится и взволнуется, то и отраженіе будетъ невѣрно и уродливо. Посему наша Церковь допускаетъ сохраненіе истиннаго «образа» только въ людяхъ преподобныхъ, которымъ мы говоримъ въ церковномъ пѣснопѣніи: «въ тебѣ, отче, извѣстно спасеся еже по образу».

«Сотворимъ человѣка по образу нашему и по подобію, и да обладаетъ – всею землею». Основаніемъ власти человѣка надъ землею, источникомъ силы его въ мірѣ поставляется здѣсь не иное что, какъ богоподобіе. Природа подчиняется господству человѣка, признаетъ его своимъ повелителемъ до тѣхъ поръ, пока онъ не исказилъ въ себѣ образа Божія; онъ выше ея настолько, насколько лучше, а лучше настолько, насколько ближе къ Божеству. Люди хотятъ господствовать надъ природой хитростію, изобрѣтательностію; но это напрасно; стихіямъ ничего не стоитъ смести съ земли всѣ ихъ изобрѣтенія и хитрыя сооруженія. Люди должны подчинять себѣ міръ другимъ путемъ, а именно нравственнымъ совершенствомъ; тогда только міръ будетъ признавать въ нихъ образъ своего Творца, буря будетъ утихать отъ одного слова ихъ, хищные звѣри будутъ служить имъ и птицы небесныя будутъ приносить имъ пищу. Напротивъ, пока люди будутъ служить грѣху, дотолѣ не прекратятся землетрясенія, наводненія, засухи, неурожаи и т. п.

Сотвореніе человѣка изображается такъ: созда Богъ человѣка, перстъ вземъ отъ земли, и вдуну въ лице его дыханіе жизни. Глубокое значеніе этихъ словъ необъятно. Всѣ прочія одушевленныя творенія производятся силами природы, происшедшими отъ Животворящаго Духа Божія, Который съ самаго начала творенія носился надъ бездной и сообщалъ землѣ и водѣ жизненную силу. По повелѣнію Божію, вода, уже раньше принявшая въ себя начатки жизни, изводитъ гады душъ живыхъ, земля изводитъ четвероногихъ и звѣрей. Но съ человѣкомъ не такъ; человѣкъ есть непосредственное твореніе Божіе; его не изводитъ земля; онъ не сынъ земли, но сынъ Божій. Однако онъ и не чуждъ землѣ, потому что Богъ творитъ его изъ праха земного. Только земля, изъ которой созданъ былъ первый человѣкъ, не была еще проклята Богомъ, не приняла въ себя крови убитаго брата и не осквернена была никакими другими человѣческими грѣхами. Посему она была тогда подобна Матери-Приснодѣвѣ, въ утробѣ Которой вторый Адамъ, Христосъ съ небесе, облекся въ плоть человѣческую и принялъ все человѣческое, кромѣ грѣха. Посему Божія Матерь называется «землею благою, Класъ неоранный міру прозябшею».

Но въ составѣ человѣка земное соединяется съ небеснымъ: вдуну въ лице его дыханіе жизни, и быстъ человѣкъ въ душу живу. Изъ земли Господь создалъ только тѣло человѣка и только тѣлесную жизнь, какая есть и въ гадахъ, изведенныхъ водою, и въ звѣряхъ, изведенныхъ землею. Дуновеніе Божественное необходимо было для того, чтобы возжечь въ человѣкѣ свѣтильникъ истинно-духовной, разумной и нравственной жизни. Такъ и впослѣдствіи Богочеловѣкъ, оживотворяя нравственно-омертвѣвшую человѣческую природу, дунулъ и сказалъ Своимъ ученикамъ: пріимите Духъ Святъ (Іоан. 20, 22). Спрашивается: самое ли дуновеніе было тою душею живою, которая является господственною и существенною частію человѣческаго существа, или дуновеніе было только способомъ воздѣйствія Божества, а возникновеніе въ человѣкѣ души было лишь послѣдствіемъ. Вѣроятнѣе послѣднее. Выраженіе: вдуну въ лице его дыханіе жизни – и быстъ человѣкъ въ душу живу – сходно съ такими выраженіями, какъ: рече, и быстъ, при чемъ первое (рече, вдуну) является причиной, а второе (и быстъ) слѣдствіемъ, происходящимъ отъ причины, но не тождественнымъ съ нею. Дуновеніе не душа, но причина души. Такимъ образомъ человѣческая душа есть непосредственное произведеніе Божества, иначе духовная жизнь возгорѣлась въ человѣкѣ отъ нѣкоего непосредственнаго соприкосновенія божественнаго существа съ существомъ человѣка; однако душа не есть такое истеченіе Божества, какимъ представляется дуновеніе человѣка (сначала находящееся въ человѣкѣ, а потомъ выходящее изъ него).

При всемъ томъ, какими поразительными чертами живописуетъ намъ Откровеніе близость нашей души къ Богу! Когда мы читаемъ: рече Богъ: да будетъ свѣтъ, мы представляемъ Ветхаго денми въ образѣ повелителя, посылающаго Свое слово въ безконечную даль, простирающаго длань Свою къ безбрежнымъ пространствамъ. Но уже въ третій день, когда земля украшалась растеніями, Господь приближается и – насаждаетъ рай въ Едемѣ (Быт. 2, 8), уготовляетъ земное жилище человѣку, не просто повелѣвая, какъ Владыка, но какъ бы работая, подобно садовнику. Когда же приходитъ время сотворенія человѣка, то Господь въ собственныхъ Своихъ рукахъ созидаетъ тѣло человѣка, храмъ души его, училище, въ которомъ душа должна возрасти и развиться въ полную мѣру. Наконецъ, Онъ творитъ и душу, творитъ дыханіемъ собственныхъ устъ, приближаясь къ этому созданію Своими устами или его приближая къ Своимъ устамъ. Какъ же человѣкъ долженъ беречь свою душу, какъ долженъ охранять начертанное на ней подобіе Творца, то подобіе, благодаря которому она является драгоцѣнной драхмой съ образомъ и написаніемъ Небеснаго Царя (Матѳ. 22, 20). И если человѣкъ міръ весь пріобрящетъ, душу же свою отщемитъ, что дастъ измѣну за душу свою?

 

С. Кохомскій.

 

«Руководство для сельскихъ пастырей». 1899. Т 1. № 10. С. 223-228.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: