Епископъ Виссаріонъ (Нечаевъ) – Значеніе крестопоклоненія въ срединѣ Великаго поста (Поученіе въ недѣлю Крестопоклонную).
Кресту Твоему поклоняемся, Владыко.
Наступившая седмица называется Крестопоклонною потому, что съ Воскресенія до пятницы выставляется внѣ алтаря крестъ Христовъ для общаго поклоненія. Съ какою цѣлью это дѣлается? Время Великаго поста продолжительнѣе всѣхъ церковныхъ постовъ и должно быть проводимо въ болѣе строгихъ подвигахъ не только воздержанія въ пищѣ, но вообще воздержанія отъ грѣховъ, въ усиленномъ бдѣніи или наблюденіи за состояніемъ своей души, во всѣхъ благочестивыхъ упражненіяхъ для достойнаго приготовленія къ принятію благодати святыхъ таинствъ. Все это для многихъ очень скучно, и потому они или совсѣмъ не постятся и не говѣютъ, или ждутъ-не дождутся времени окончанія поста, чтобы предаться обычнымъ мірскимъ развлеченіямъ. Другіе, напротивъ, свято соблюдаютъ уставъ о постѣ, но и они подвергаются опасности утомленія отъ подвиговъ поста, даже унываютъ. По достиженіи половины поста, ихъ угнетаетъ мысль, что постъ еще далеко не конченъ, впереди остается не менѣе трудная половина постнаго поприща. Таковые постники нуждаются въ ободреніи и подкрѣпивши силъ для продолженія постническихъ трудовъ. Святая Церковь снисходитъ къ этой нуждѣ и для ихъ утѣшенія и ободренія представляетъ ихъ взору святый крестъ съ тѣмъ, чтобы взирающіе на него научились терпѣнію, слѣдуя апостольскому наставленію: терпѣніемъ да течемъ на предлежащій намъ подвигъ, взирающе на начальника вѣры и совершителя Іисуса, иже вмѣсто предлежащія Ему радости претерпѣ крестъ, о срамотѣ нерадивъ, одесную же престола Божія сѣде (Евр. 12, 1. 2). Христосъ, еслибы восхотѣлъ, могъ бы избѣжать креста и страданій, могъ бы совсѣмъ не чувствовать тяжести ихъ, могъ бы даже сойти со креста и этимъ чудеснымъ торжествомъ надъ своими врагами могъ бы посрамить и уничтожить ихъ. Ничего такого Онъ однако не сдѣлалъ: до самой минуты смерти Онъ терпѣливо переносилъ крестныя муки и чрезъ сіе подалъ намъ примѣръ терпѣнія. Никто изъ насъ не находится въ подобномъ положеніи во время подвиговъ поста, – при совершеніи ихъ мы ничего подобнаго крестнымъ мукамъ Христа Спасителя, физическимъ и нравственнымъ, не испытываемъ, слѣдственно, какъ бы ни велика была тяжесть постнаго подвига, она несравненно легче крестныхъ страданій Христовыхъ, потому и терпѣніе, требуемое отъ насъ для перенесенія постническихъ трудовъ, несравненно легче терпѣнія Христова, и чѣмъ оно легче, тѣмъ непростительнѣе ослабѣвать въ немъ, имѣя предъ очами терпѣливо страждущаго на крестѣ Христа. Притомъ Христосъ терпѣлъ не за Свои грѣхи, которыхъ не имѣлъ, а за наши вины; намъ ли не потерпѣть хоть немного во свидѣтельство того, что мы кругомъ виноваты предъ Нимъ и заслуживаемъ тѣмъ большее стѣсненіе, чѣмъ больше оскорбляемъ Его тѣми грѣхами, за которые Онъ пролилъ на крестѣ Свою пречистую кровь? Нѣтъ сомнѣнія, что размышленіе о всемъ этомъ способно ободрить постниковъ, утомляемыхъ бременемъ пощенія, и удержать ихъ отъ жалобъ на продолжительность и тяжесть поста, и что въ этомъ отношеніи постоянное во время церковнаго богослуженія зрѣлище предлежащаго предъ ихъ взоромъ креста способно умиротворить и успокоить ихъ.
Но что сказать о тѣхъ, которые не утомляются подвигами поста, потому что совсѣмъ не постятся, совсѣмъ не подчиняются церковному уставу о томъ, какъ надобно проводить время поста? Можно ли сказать, чтобы и они не могли получить какой-нибудь пользы для души, взирая на крестъ, выставляемый для общаго поклоненія? Несправедливо было бы думать, чтобы и для таковыхъ зрѣлище креста не было спасительно. Если у нихъ еще не совсѣмъ заглохла христіанская совѣсть, оно можетъ быть душеполезно для нихъ, какъ обличительное напоминаніе о тѣхъ грѣхахъ, за которые страдалъ и распятъ былъ на крестѣ Христосъ. Пусть они посмотрятъ на главу распятаго Христа, изъязвленную колючимъ терніемъ. О чемъ это должно напоминать зрителямъ креста Христова? О грѣхахъ ума, имѣющаго сѣдалище въ головѣ. Умъ или познавательная способность есть такое достоинство человѣка, которое служитъ условіемъ его превосходства надъ всѣми земными тварями и дѣлаетъ его царемъ надъ ними. Силою ума человѣкъ даже безъ помощи Божественнаго откровенія возвышается до познанія Бога, усматривая повсюду въ мірѣ свидѣтельства о бытіи и совершенствахъ Его въ дѣлахъ Его премудрости, благости и всемогущества. Силою ума онъ способенъ познавать силы и законы природы и приспособлять знаніе ихъ къ благоустроенію своей жизни. Силою ума онъ способенъ возвышаться до познанія не только того, что существуетъ и дѣлается на землѣ, въ глубинахъ морей, и подъ землею, но и что происходитъ въ звѣздномъ мірѣ, за милліарды верстъ отъ земли способенъ опредѣлять разстояніе однихъ міровъ отъ другихъ и размѣры каждаго изъ нихъ. Но съ другой стороны, къ сожалѣнію, сколько зла происходитъ отъ ума! Умъ его, созданный для истины, служитъ источникомъ грубыхъ заблужденій, невѣрія, безчисленныхъ лжеученій, враждебныхъ Церкви, жизни семейной и общественной, всякой лжи, клеветы, хульныхъ и нечистыхъ помысловъ и тому подобное. Все это тяжкіе и возмутительные грѣхи, помрачающіе наши умы и крайне уничижающіе достоинство разумнаго существа. И не за эти ли грѣхи пострадалъ распятый Христосъ, уязвленный во главу колючимъ терніемъ? Эта священная глава, пронзенная терніемъ и покрытая кровію, не служить ли обличительнымъ напоминаніемъ о грѣхахъ гнѣздящихся въ нашихъ головахъ? – Копіемъ воина пронзено сердце распятаго Христа. Сердце человѣческое есть органъ любви и ненависти, радости и скорби. Есть любовь къ добру и есть ненависть къ нему; есть радость чистая и сватая и есть нечистая; есть скорбь о грѣхахъ и о несчастій ближняго, святая и богоугодная; есть скорбь неудовлетвореннаго самолюбія и злобы. Такимъ образомъ наше сердце служитъ органомъ добра и зла. Пусть каждый изъ насъ, взирая на кровь, текущую изъ ребра распятаго Христа, спроситъ себя, не виновенъ ли онъ въ этой крови, не обитаетъ ли въ его сердцѣ вражда и злоба противъ ближняго, не полно ли оно пристрастія къ однимъ земнымъ и чувственнымъ благамъ и удовольствіямъ, не питаетъ ли оно отвращенія къ радостямъ духовнымъ, не склонно ли оно къ недовольству на Бога, къ ропоту на Него и къ отчаянію въ милосердіи Его? Если кто все это, или нѣкоторые изъ этихъ грѣховъ, усмотритъ въ себѣ при взглядѣ на Христа распятаго, то пусть восчувствуетъ тяжесть своей вины и пусть скажетъ себѣ: Видно велика вина моя, если за грѣхи мои, живущіе въ моемъ сердцѣ и исходящіе изъ него, истекла изъ сердца Іисусова пречистая кровь Его. – Ко кресту прибиты были гвоздями руки и ноги Іисусовы. Эту мучительную казнь претерпѣлъ Онъ не за тѣ ли грѣхи, которые мы творимъ посредствомъ рукъ и ногъ? Не простираются ли мои руки, созданныя для честнаго труда и дѣятельности, на собственность ближняго, не служатъ ли онѣ орудіями раздражительности и мстительности, не употребляются ли для нанесенія побоевъ и увѣчья ближнему, не обагряются ли даже кровію его? — Не злоупотребляемъ ли мы свободою движенія, совершаемаго ногами? Не любимъ ли мы ходить на совѣтъ нечестивыхъ, посѣщать собранія развратныхъ, не пристрастны ли мы къ движеніямъ нецѣломудреннымъ и соблазнительнымъ, уподобляющимъ насъ иродіадиной дщери? Устыдимся и восплачемъ, если при взглядѣ на Христа, простершаго на крестѣ пригвожденныя руки и ноги, вспомнимъ наши грѣхи, содѣянные при помощи рукъ и ногъ. Это значитъ, что за эти грѣхи Онъ пригвожденъ ко кресту, что мы пригвоздили Его къ нему. – Да послужитъ для насъ обличеніемъ и укоризною, что Христосъ не только на крестѣ былъ предметомъ глумленія и поруганія, но и за нѣсколько минутъ до распятія подвергался имъ, терпѣлъ оплеванія и заушенія и бичеванія. За что Онъ подвергался этому безчестію и позору, этой безчеловѣчной жестокости? Не за то ли, что и мы дозволяемъ себѣ позорить и безчестить ближняго, осыпаемъ его ругательствами, сквернословіемъ, распространяемъ о немъ гнусныя клеветы, оскорбляемъ его ве только словами, но и жестокими дѣйствіями? Если совѣсть наша, при взглядѣ на Распятаго, обличить насъ въ подобныхъ грѣхахъ, то смиренно примемъ къ сердцу это обличеніе, исповѣдуя, что мы виноваты во всѣхъ злохуленіяхъ и поношеніяхъ, какія претерпѣлъ Христосъ, что мы, допуская подобные грѣхи въ отношеніи къ ближнимъ, поступаемъ такъже преступно, какъ преступно поступали хулившіе и поносившіе Христа.
Итакъ, возблагодаримъ матерь нашу святую Церковь, установившую среди поста выставлять для зрѣнія и поклоненія крестъ Христовъ. Это установленіе благотворно, какъ мы видѣли, не только для истинныхъ постниковъ, нуждающихся въ подкрѣпленіи душевныхъ и тѣлесныхъ силъ и въ ободреніи для продолженія подвиговъ поста, но и для тѣхъ, которые по своей безпечности и нерадѣнію о спасеніи своей души не чувствуютъ этой нужды. Зрѣлище креста и для нихъ можетъ быть душеполезно, какъ обличительное напоминаніе о грѣхахъ, за которые претерпѣлъ страданія и крестъ Христосъ.
Созерцаніе Христа распятаго должно соединяться съ поклоненіемъ Ему въ знакъ нашего желанія умилостивить Его этимъ дѣйствіемъ. Подобное значеніе имѣютъ и наши поклоны предъ людьми, предъ которыми мы провинились, – чѣмъ сильнѣе и глубже мы чувствуемъ свою вину предъ ними, тѣмъ ниже кланяемся. Всѣ мы безмѣрно виноваты предъ распятымъ за насъ Христомъ, посему должны творить, предъ крестомъ поклоны земные и колѣнопреклоненія, по чувству нужды въ помилованіи.
Поклоны обыкновенно соединяются съ крестнымъ знаменіемъ. Къ сожалѣнію, при этомъ допускается нѣкоторая неправильность въ совершеніи этого обряда. Крестное знаменіе большею частію молящихся и поклоняющихся творится одновременно и совмѣстно съ поклономъ. Это не правильно: то и другое дѣйствія не должны быть смѣшиваемы. Въ молитвѣ предъ крестомъ мы произносимъ: Кресту Твоему покланяемся, Владыко. Стало быть крестъ долженъ быть предметомъ нашего поклоненія. Если же мы не отдѣляемъ крестнаго знаменія отъ поклоновъ, то выходитъ несообразность, ибо въ семъ случаѣ преклоняющіе главу совмѣстно съ крестнымъ знаменіемъ уничижаютъ крестъ, не кресту поклоняются, а крестъ преклоняется. Постараемся, братіе, исправитъ сей недостатокъ. Вся благообразно и чину да бываютъ.
Епископъ Виссаріонъ.
«Душеполезное Чтеніе». 1903. Ч. 1. Кн. 3 (Мартъ). С. 423-428. Переп. въ: «Костромскія Епархіальныя Вѣдомости». 1904. № 5. Отд. II. Ч. Неофф. С. 143-148.
