Священникъ Александръ Архангельскій – Слово въ первый пятокъ великаго поста, въ воспоминаніе страстей Христовыхъ.

Да молчитъ всякая плотъ человѣча и да стоитъ со страхомъ и трепетомъ и ничто же земное въ себѣ да помышляетъ. Царь бо царствующихъ и Господъ господствующихъ приходитъ заклатися.

Нынѣ, въ день воспоминанія страстей Христовыхъ и, вмѣстѣ съ тѣмъ, въ покаянный день, сама собою приходитъ на мысль эта возвышенная церковная пѣснь. По истинѣ, братіе, при созерцаніи великой голгоѳской жертвы, принесенной за насъ Господомъ и Спасителемъ нашимъ, удобнѣе молчаніе, благоговѣйное самоуглубленіе, и если прилично говорить при семъ, то никакъ не о земномъ, а о томъ что служитъ въ славу и честь нашего Искупителя, положившаго жизнь свою за други своя, чтобы возвести насъ отъ земли иа небо.

Іисусъ Христосъ предалъ себя самого въ жертву за грѣхи наши, чтобы избавитъ насъ отъ настоящаго лукаваго вѣка (Гал. 1, 4); Онъ явился, чтобы разрушитъ дѣла діавола (1 Іоан. 3. 1-10); въ этомъ наша лучшая надежда, посредствомъ которой мы приближаемся къ Богу (Евр. 7, 19).

Но, возлюбленные братіе, жертва Христова можетъ быть усвоена нами и полезна намъ тогда только, когда мы сами, путемъ лишеній и самоограниченій съ нашей стороны, будемъ приближаться къ небесному, отрѣшаясь отъ земнаго.

Отверзая намъ двери поста и покаянія, св. церковь призываетъ насъ не только къ воздержанію тѣлесному, а и нравственному, требуетъ отъ насъ не физическихъ только подвиговъ, а и жертвъ духовныхъ, ведущихъ человѣка на высшія ступени христіанскаго совершенства. Какія это жертвы? Отчетливо и полно отвѣтить на этотъ вопросъ каждому изъ насъ можетъ наша совѣсть. Каждый изъ насъ воспитывался и живетъ подъ вліяніемъ разныхъ условій, каждый изъ насъ неодинаково отзывчивъ на добрыя и худыя явленія окружающей насъ жизни, у каждаго изъ насъ есть немного своихъ достоинствъ и многое множество своихъ недостатковъ и главнѣйшій изъ нихъ – видѣть и осуждать недостатки другихъ и забывать о своихъ. Называемъ его главнѣйшимъ потому, что онъ прежде всего мѣшаетъ намъ сознать свое убожество, развиваетъ въ насъ фарисейское самомнѣніе, препятствуетъ смиренію и сокрушенію войти въ наше сердце, а безъ смиренія и самоосужденія невозможно даже начало нашего исправленія.

Итакъ, всмотрись каждый въ себя, послушай голоса своей совѣсти и принеси пострадавшему за тебя Господу достойную Его святости духовную жертву. Жертвою будетъ, если ты выше своихъ личныхъ интересовъ будешь ставить дѣло Божіе, хотя бы черезъ это тебѣ пришлось измѣнить свои давніе навыки. Жертвою будетъ, если ты, вмѣсто того, чтобы предаться любимому удовольствію, посвятишь часъ времени молитвѣ и въ ней постараешься найти утѣшеніе. Жертвою будетъ, если въ день Господень ты не станешь заниматься дѣлами, хотя бы они обѣщали тебѣ особенную выгоду. Жертвою будетъ, если ты пойдешь за своимъ врагомъ и будешь искать примиренія съ нимъ, хотя бы тебя ожидала насмѣшка съ его стороны. Жертвою будетъ, если ты безмолвно примешь горькое униженіе, ниспосланное тебѣ Богомъ, хотя бы въ сердце твое просилось негодованіе. Жертвою будетъ, если для спасенія чести ближняго ты заградишь уста клеветнику, хотя и знаешь, что онъ возненавидитъ тебя за это. Жертвою будетъ, если ты ласково обойдешься съ человѣкомъ. желающимъ излить предъ тобою душу свою, хотя бы въ данную минуту тебѣ болѣе всего хотѣлось быть одному. Жертвою будетъ, если ты не послушаешь льстивыхъ словъ, памятуя, что не устоитъ льстецъ предъ правдою Божіею. Жертвою будетъ, когда со всею строгостію будешь бороться противъ преобладающихъ страстей своихъ, хотя бы тебѣ казалось, что освободиться отъ нихъ нѣтъ возможности. Жертвою будетъ, если ты предостережешь человѣка на пути погибели, хотя бы онъ и отвращался отъ тебя. Жертвою будетъ, если ты около праха любимаго человѣка словами Іова прославишь Господа, хотя бы тебѣ казалось, что дальнѣйшая твоя жизнь будетъ пуста и безотрадна. Жертвою будетъ, если ты преодолѣешь свою скупость и употребишь на доброе дѣло сумму, предназначенную тобою къ сбереженію, или на свое удовольствіе, хотя бы самое невинное. Жертвою будетъ, если въ обществѣ удержишь готовое сорваться съ языка острое слово насчетъ ближняго, хотя бы ты и зналъ, что оно вызоветъ общее одобреніе и смѣхъ. Жертвою будетъ, если побѣдишь жестокосердечіе ближняго твоего и подвигнешь его на милость къ бѣднымъ. Жертвою будетъ, если на клевету враговъ твоихъ отвѣтишь молчаніемъ и прощеніемъ, если не порадуешься ихъ несчастью, съ участіемъ отнесешься къ ихъ благополучію. Жертвою будетъ, если ты, начальствующій, покроешь своимъ великодушіемъ твоихъ подчиненныхъ. Жертвою будетъ, если ты, подчиненный, будешь чтить начальника, хотя бы и онъ не былъ чуждъ слабостей. Жертвою будетъ, если взирая на крестъ Христовъ и уповая на богатство благодати Божіей, памятуя, что жизнь твоя проходитъ предъ очами Всевышняго, Который осуждаетъ и милуетъ, награждаетъ и наказуетъ, даетъ и отнимаетъ, ты съ дѣтскою довѣрчивостью принесешь Ему радость и слезы, борьбу и покорность и всѣ свои надежды.

Христосъ Искупитель пришелъ къ тебѣ съ высоты святаго жилища своего. Ты ли не придешь къ Нему, грѣшный, обитатель земли, преисполненной беззаконіями? Онъ принесъ тебѣ свою благость. Ты ли не принесешь Ему своихъ скорбей? Онъ зоветъ тебя, труждающагося и обремененнаго. Ты ли не откликнешься на Его зовъ? «Изъявляю Я любовь свою къ тебѣ, говоритъ Христосъ, страданіями Моими. Для тебя Я былъ оплеванъ, заушенъ, уничиженъ, Я оставилъ Отца и иду за тобою вслѣдъ, гоню за тобою, чтобы удержать тебя, соединить, сочетать съ собою; яждь Меня и пій Меня. И горѣ держу тебя, и долу соединяюсь съ тобою, не просто смѣшиваюсь, а соединяюсь, снѣдаюсь, раздробляюсь, чтобы произошло великое раствореніе и смѣшеніе и соединеніе, чтобы мы оба были одно». Такъ говоритъ св. Іоаннъ Златоустъ, образно выражая близость къ намъ Христа, Господа и Спасителя нашего, близость, въ которой и чрезъ которую единственно возможна наша духовная жизнь (св. Іоан. Злат, на 1 посл. Тим. бес. 15).

Какое значеніе могутъ имѣть наши жертвы, лишенія и самоограниченія въ сравненіи съ этой жертвой? Съ первыхь дней рождества Господа начались скорби Его. Владыкѣ твари и Господу славы земля уготовала вертепъ и ясли. Тотъ, Кого ангелы прославляли, какъ вѣстника мира и благоволенія Божія, претерпѣваетъ гоненіе и бѣжитъ изъ св. града Іерусалима въ языческій Египетъ. При первой проповѣди въ своемъ родномъ городѣ, Назаретѣ, Онъ не принятъ. Во всю жизнь свою Онъ не имѣетъ мѣста, гдѣ главу подклонити, хотя всѣ, даже тяжкіе грѣшники, находятъ у Него успокоеніе своей проснувшейся и метущейся совѣсти. Носитель и щедрый раздаятель всеобъемлющей любви и прощенія, Онъ самъ окруженъ немногими друзьями и многочисленными врагами. Когда ученики Его помышляютъ объ отмщеніи Его врагамъ, Онъ говоритъ: не знаете какого вы духа. Сыня человѣческій пришелъ не погублять души человѣческія, а спасать (Лук. 9, 55 и 56). Малый тѣлесный отдыхъ Онъ находитъ Себѣ на лодкѣ во время бури, а душу успокоиваетъ и готовитъ къ повымъ подвигамъ въ уединенной молитвѣ, которая длится цѣлую ночь. Приближаются страшные дни Его послѣдняго смертнаго подвига, а Онъ скорбитъ о смерти Лазаря. Точными и ясными словами говоритъ Онъ о своихъ наступающихъ страстяхъ, а ближайшіе Его друзья и ученики ие понимаютъ Его... Съ тайной вечери, на которой Онъ преподаетъ ученикамъ Своимъ плоть Свою ясти и кровь Свою пити, Іуда уходитъ, чтобы предать Его. Въ саду Геѳсиманскомъ и любимѣйшіе, избраннѣйшіе изъ учениковъ Его не могутъ побдѣти съ Нимъ ни единаго часа, не смотря на призывъ Его. Кроткій, страдальческій призывъ сей остается безъ отвѣта со стороны человѣка въ тотъ моментъ, когда и молитва Его къ Отцу не была услышана въ сей часъ, ибо Онъ самъ пришелъ на часъ сей (Iоан. 12, 27), исполняя сыновнее послушаніе, предназначенное Ему отъ сложенія міра.

Кто можетъ изобразить страсти Господа въ часъ сей?

Молился ли ты когда нибудь въ ночной часъ о грѣхахъ своихъ? Воздѣвалъ ли руки къ небу, прося о помилованіи, о прощеніи беззаконій твоихъ? Упала ли хотя одна слеза изъ очей твоихъ въ очищеніе твоей скверны? Проливалъ ли ты потъ отъ стыда за самого себя?.. Воззри на Страстотерпца и вникни, если можешь, хотя отчасти, въ душу Его. Съ воздѣтыми очами и руками стоитъ Онъ, колѣнопреклоненный, въ безмолвномъ саду. Кровавый потъ и слезы неописуемой муки сопровождаютъ Его предсмертную молитву. Онъ всѣми оставленъ. Предъ Его божественнымъ взоромъ возстаетъ вся жизнь всего грѣховнаго человѣчесва – и какая жизнь! У вратъ земного рая, когда еще не изсохли горькія слезы раскаянія нашихъ изгнанниковъ – прародителей, проливается кровь Авеля отъ руки братоубійцы. Лишь только изсякла вода потопа съ лица омытой земли, какъ изрѣкается проклятіе устами праведнаго Ноя на Ханаана и потомковъ его за безчинный смѣхъ Хама надъ отцомъ, а потомки Хама задумываютъ посмѣяться уже надъ опредѣленіемъ Божіимъ объ ихъ судьбѣ и предпринимаютъ постройку башни до небесъ. Бѣдствія потопа забыты, и какъ во дни Ноя оставался хранителемъ истинной вѣры одинъ онъ, такъ черезъ 1200 лѣтъ послѣ него такимъ хранителемъ былъ только Авраамъ, родоначальникъ богоизбраннаго народа, прославившагося не столько своею вѣрностію Іеговѣ, сколько непостоянствомъ и вѣроломствомъ. Освобожденный отъ тяжкаго рабства въ Египтѣ, онъ поклоняется золотому тельцу у горы божественнаго завѣта. Призываемый къ самостоятельной жизни въ обѣтованной землѣ, онъ жалѣетъ о котлахъ съ мясомъ, которые имѣлъ въ землѣ своихъ поработителей. Манна небесная ему противна, чудеса Господа ему невразумительны. Гордый своимъ особеннымъ избраніемъ и призваніемъ, возвышенный и сильный въ ряду сосѣднихъ народовъ, онъ не устоялъ на своей высотѣ, и нашелъ новыхъ иоработителей въ лицѣ тѣхъ, отъ кого заимствовалъ идолопоклонство и всѣ низкія человѣческія страсти, о которыхъ стыдно читать и стыдно говорить. Ни примѣрная жизнь ветхозавѣтныхъ праведниковъ, ни внушительные уроки исторіи, ни грозныя обличенія пророковъ Божіихъ не были достаточны для исправленія ветхозавѣтнаго жестоковыйнаго человѣка. Богодарованный законъ былъ попранъ имъ. – Безотрадная страница бытія предлежала предъ взоромъ Искупителя въ вертоградѣ Геѳсиманскомъ! Первенцемъ согрѣшившаго человѣка былъ Каинъ. Отъ богоизбраннаго Израиля произошелъ Іуда предатель.

Но не на этой только страницѣ сосредоточивался божественный взоръ Спасителя. Ему предносилась и другая страница жизни человѣческой, еще болѣе мрачная и болѣе безотрадная, начинавшаяся повѣствованіемъ о неизреченныхъ страданіяхъ Самого Сына человѣческаго и Сына Божія. Онъ созерцалъ все, что уготовала Ему человѣческая злоба, человѣческая зависть и ненависть, человѣческая слѣпота и развращенность, неблагодарность и мстительность. Онъ зналъ, что не Его только святая кровь прольется во имя подъятаго Имъ креста и проповѣданнаго Имъ Евангелія, что ближайшіе друзья Его, почивавшіе невдалекѣ отъ Него, испіютъ туже чашу, которую готовился принять Онъ, что многія тысячи Его послѣдователей примутъ мученическое крещеніе, что пройдутъ вѣка и тысячалѣтія, а Его ученіе, принятое съ благоговѣніемъ и радостью одними, будетъ презираемо и попираемо другими, что въ рядахъ самихъ христіанъ найдутся тысячи и милліоны людей недостойныхъ имени христіанина, порочащихъ священное знамя воинствующей Христовой церкви. Онъ зналъ, что дары ниспосланной Имъ на человѣка благодати Св. Духа многими и многими будутъ пренебрегаемы, что въ Его стадо будутъ вторгаться волки хищные, чтобы распудить его, что въ людяхъ, которымъ Онъ принесъ завѣтъ любви, не прекратится вражда, что тамъ, гдѣ Онъ сѣялъ пшеницу, всѣюхся и плевелы, всѣются незамѣтно какъ бы ночью, благодаря человѣческой безпечности. Онъ зналъ, что какъ первозданный Адамъ послушалъ лести діавольской и лишился рая, такъ и искупленный, облагодатствованный человѣкъ не устоитъ въ заповѣдяхъ Его любви и самоотверженія. Онъ зналъ, что вмѣсто нищеты духовной и самоосужденія, мы дадимъ Ему свою слѣпую гордость и самомнѣніе, вмѣсто сокрушенія и плача о грѣхахъ – жалкое и безсильное самооправданіе, вмѣсто кротости и незлобія – ропотъ и непокорливость Промыслу, вмѣсто ревностнаго стремленія къ исправленію своей беззаконной жизни – нравственную распущенность, вмѣсто милости и снисхожденія къ ближнему – жестокосердіе, вмѣсто чистосердечія и непорочности въ помыслахъ – духовное развращеніе, вмѣсто сладкихъ плодовъ жизни мирной – желчь непріязни, вмѣсто геройскихъ подвиговъ за правду – угодливость низкимъ человѣческимъ вожделѣніямъ, вмѣсто готовности принять всяческое поношеніе ради славы Его имени – готовность служить только Своимъ страстямъ.

Какъ бы подавленный тяжестью принятаго на Себя креста. Спаситель паде на лицѣ своемъ и начатъ скорбѣти и тужити (Мѳ. 26, 37); душа Его была прискорбна до смерти (38 ст.)... Да молчитъ всякая плотъ человѣка и да стоитъ со страхомъ и трепетомъ и ничто же земное въ себѣ да помышляетъ предъ симъ образомъ молящагося Страстотерпца Царь Славы, на Него же не смѣютъ чини ангельстіи взирати, поверженъ на земли и нуждается въ укрѣпленіи отъ ангела своего. Господь силъ изнемогаетъ, Начальникъ жизни полагаетъ жизнь свою. За кого, за что? За насъ, за наши грѣхи, которые мы съ невѣроятнымъ легкомысліемъ повторяемъ каждый день и каждый часъ, съ которыми свыклись. сроднились давно плотью и духомъ, съ которыми намъ трудно разстаться, тяжести которыхъ мы не опредѣляемъ и счета которыхъ не знаемъ и не можемъ знать, такь они многочисленны и разнообразны и такъ часто повторяются.

О, Спаситель мой! Что есть человѣкъ, что Ты такъ жаждешь его спасенія, такъ печешься объ искупленіи его, такъ изнуряешь Себя для привлеченія его къ любви Твоей? Какой пользы ожидаешь отъ грѣшника, ожесточеннаго въ безаконіи? Виждь, какъ изъ прекраснаго созданія сталь я безобразенъ! Сердце мое огрубѣло и отвердѣло, подобно камню, мысли мои разсѣялись, разумъ затмился, воля развратилась, любовь охладѣла и душа впала въ растлѣніе. Предоставленный въ жертву моей чувственности, я ужасаюсь самъ себя. Я отступилъ отъ Тебя и не почувствовалъ своей безпомощности. Врагъ разставилъ мнѣ сѣти, и я не примѣтилъ, какъ увязъ въ нихъ; онъ низводитъ меня въ бездну, а я не жалѣю о себѣ.

Но, Милосердый, Ты всегда близокъ къ заблудшему и скоръ на помощь. Я хочу только сдѣлать шагъ къ Тебѣ, и Ты уже простираешь ко мнѣ объятья, идешь навстрѣчу мнѣ, нападаешь на выю мою, принимаешь меня, какъ сына, когда я не достоинъ назваться и рабомъ твоимъ. Въ безднѣ грѣховнѣй валялся, неизслѣдную милосердія Твоего призываю бездну, отъ тли, Боже, мя возведи! Іисусе, любы неизреченная, Іисусе, милости безконечная! Услыши мя въ беззаконіяхъ зачатаго, очисти мя во грѣсѣхъ рожденнаго, научи мя непотребнаго, освяти мя темнаго; очисти мя сквернаго! Іисусе, Владыко долютерпѣливый! очисти грѣхи моя, отыми беззаконія моя, отпусти неправды моя! Іисусе, надежда моя не остави мене, Іисусе, помощниче мой, не отрини мене, Іисусе, пастырю мой, не погуби меня, Іисусе, Сыне Божій, помилуй мя. Аминь.

 

Священникъ Александръ Архангельскій.

 

«Тамбовскія Епархіальныя Вѣдомости». 1897. № 13. Ч. Неофф. С. 307-315.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: