Василій Михайловичъ Скворцовъ – Христіанское богослуженіе, какъ выраженіе истиннаго и благодатнаго общенія между Богомъ и человѣкомъ.

Первозданный человѣкъ, въ невинномъ райскомъ состояніи, пребывалъ въ постоянномъ ближайшемъ общеніи съ Богомъ-Творцомъ своимъ. Это блаженное общеніе состояло въ томъ, что, съ одной стороны, Богъ снисходилъ къ непорочному человѣку въ дарахъ благодати, съ другой – человѣкъ возносился къ Богу въ духѣ чистой и благоговѣйной молитвы. Непрестанное и благоговѣйное обращеніе къ Богу всѣми мыслями, желаніями и чувствованіями, непрестанное молитвенное съ Нимъ собесѣдованіе – вотъ въ чемъ состояла вся духовная дѣятельность человѣка, пока онъ находился въ состояніи невинности. Побуждаемый къ постоянному молитвенному сопребыванію съ Богомъ внутреннимъ закономъ своей, еще неиспорченной грѣхомъ, природы, невинный человѣкъ побуждаемъ былъ къ нему и внѣшнимъ положительнымъ закономъ Божіимъ. По свидѣтельству 2 гл. кн. Бытія, Богъ, по окончаніи мірозданія, благослови день седмый, и освяти его: яко въ той почи отъ всѣхъ дѣлъ Своихъ... (ст. 3), – благословилъ и освятилъ седьмой день покоя, безъ сомнѣнія, для того, чтобы человѣкъ этотъ день, преимущественно предъ всѣми прочими днями, посвящалъ молитвенной бесѣдѣ съ Богомъ, благодарному воспоминанію Его неизреченныхъ благодѣяній, благоговѣйному прославленію Его безконечныхъ совершенствъ. Значитъ, согласно съ божественнымъ намѣреніемъ, человѣкъ преимущественно посредствомъ молитвы, представлявшей собою нѣкоторый родъ богослуженія, долженъ былъ выражать свое отношеніе къ Творцу, пребывать съ Нимъ въ тѣснѣйшемъ общеніи. Если дѣятельность невиннаго человѣка вполнѣ соотвѣтствовала намѣреніямъ Божіимъ, то ясно, что существеннымъ и постояннымъ занятіемъ нашего прародителя въ раю было служеніе Богу, а главнымъ, такъ сказать, узломъ, соединявшимъ Его съ Творцомъ, была молитва. Рай эдемскій былъ, слѣдовательно, первымъ на землѣ храмомъ, въ которомъ непорочный первенецъ рода человѣческаго, какъ первосвященникъ всей видимой твари, выну предстоялъ предъ Господомъ и совершалъ разумное Ему служеніе, непрестанно повергался въ духѣ благоговѣнія предъ Его неисповѣдимымъ величіемъ, благодарилъ за неизреченныя милости, прославляя Его высочайшія совершенства.

Но первый человѣкъ не устоялъ въ своемъ первобытномъ совершенствѣ. Нарушивъ заповѣдь Творца, онъ отпалъ отъ Бога; вслѣдстіе грѣхопаденія, умъ его утратилъ истинное богопознаніе и правую вѣру въ Бога, воля перестала покоряться всеблагой волѣ Божіей, сердце лишилось вожделѣннаго богоощущенія, богонаслажденія, богоблаженства. Для возобновленія и утвержденія блаженнаго единенія между Богомъ и человѣкомъ, необходимо было, такимъ образомъ, умъ человѣка просвѣтить свѣтомъ истиннаго боговѣдѣнія, волю его направить къ исполненію воли Божіей, сердцу его даровать возможность опять наслаждаться блаженнымъ богоощущеніемъ. А кто могъ это совершить? – Никто, кромѣ всемогущаго Бога. Одинъ Онъ могъ искупить – и дѣйствительно искупилъ – человѣчество отъ вѣчнаго рабства грѣху и діаволу и неминуемой погибели, чрезъ Божественнаго Сына Своего. Единородный Сынъ Божій сошелъ съ неба на землю, пострадалъ и пролилъ кровь Свою на крестѣ, умеръ и воскресъ, вознесся на небо и сѣлъ одесную Бога Отца, послалъ намъ Духа Святаго, учредилъ на землѣ св. Церковь, преподалъ Свое божественное ученіе и спасительныя таинства, – и все это для того, чтобы явить намъ великое богатство милости Своей, возсоединить насъ съ Богомъ и сдѣлать насъ, грѣшныхъ и недостойныхъ, счастливыми и блаженными на всю вѣчность. Такъ, чрезъ искупительныя заслуги Ходатая завѣта новаго Іисуса (Евр. 12, 24), возстановлено общеніе человѣка съ Богомъ. Теперь нужно только, чтобы Богъ сообщалъ искупленному человѣку божественную благодать и освященіе, а человѣкъ, принявши и усвоивши совершенное Сыномъ Божіимъ искупленіе, предалъ себя Богу вѣрою во Христа и послушаніемъ Ему. Выраженіемъ такого общенія между Богомъ и искупленнымъ человѣкомъ и служитъ христіанское богослуженіе.

Въ богослуженіи св. Церкви Христовой мы усматриваемъ, съ одной стороны, такія богодарованныя средства, которыя приближаютъ къ намъ Бога, съ другой – такія, которыя насъ приближаютъ къ Богу, руководствуютъ и научаютъ служить Ему, какъ служатъ Ему на небѣ ангелы, какъ служилъ въ раю нашъ невинный праотецъ. И, во-первыхъ, въ составъ богослуженія входятъ такія богоучрежденныя священныя дѣйствія, въ которыхъ подъ видимымъ чувственнымъ знакомъ сообщается вѣрующимъ невидимая благодать Божія. Это – такъ называемыя таинства церковныя. Какъ нѣкогда въ Эдемѣ всеблагій Господь изливалъ на человѣка все обиліе благодатныхъ дарованій, такъ нынѣ, въ Своей Церкви, посредствомъ таинствъ, Онъ изливаетъ отъ Духа Своею на всяку плотъ, подаетъ вѣрующимъ вся божественныя силы, яже къ животу и благочестію (2 Петр. 1, 3), даруетъ имъ отъ Своего исполненія благодать возблагодать (Іоанн. 1, 16). Въ то же время въ таинственныхъ священнодѣйствіяхъ св. Церкви совершается священнотайнѣ начатокъ будущаго славнаго нисшествія къ намъ Господа славы. Въ таинствѣ св. крещенія, совершаемомъ чрезъ троекратное погруженіе крещаемаго въ воду съ раздѣльнымъ призываніемъ именъ всѣхъ Трехъ Лицъ Св. Троицы, человѣкъ получаетъ благодать Св. Духа, очищающую его отъ грѣховъ и возрождающую для жизни духовной, благодатной. И какъ здѣсь, въ этомъ таинствѣ, Духъ Святый нисходитъ въ бездну растлѣннаго грѣхомъ естества человѣческаго, для духовнаго его перерожденія, для очищенія отъ всякія скверны плоти и духа, – такъ въ таинствѣ будущаго воскресенія тотъ же Духъ Божій опять снидетъ въ глубину существа нашего, дабы окончательно пересоздать его, очистить отъ послѣднихъ нечистотъ плоти и крови, представить насъ неимущими скверны, или порока или нѣчто отъ таковыхъ. Въ таинствѣ миропомазанія вѣрующіе, при помазаніи св. миромъ извѣстныхъ частей тѣла, во имя Св. Духа, получаютъ дары Св. Духа, возращающіе и укрѣпляющіе въ жизни духовной. Таинство это въ Свящ. Писаніи называется обрученіемъ Духа съ нашими сердцами (2 Кор. 1, 21-22); слѣдовательно, это только залогъ будущаго совершеннѣйшаго сочетанія съ нами Духа Божія, залогъ вѣчнаго вселенія Его въ наши сердца, начатокъ имѣющаго нѣкогда послѣдовать полнаго и всецѣлаго помазанія отъ Святаго. Въ святѣйшемъ таинствѣ Евхаристіи вѣрующіе, подъ видомъ хлѣба и вина, пріобщаются истиннаго Тѣла и истинной Крови Господа Іисуса Христа и, слѣдовательно, тѣснѣйшимъ образомъ соединяются съ самимъ Источникомъ истинной жизни. Въ этомъ таинствѣ, имѣющемъ продолжаться до скончанія вѣка (1 Кор. 11, 26), Милосердый Господь сподобляетъ только начинательно пріобщать насъ Своего Божественнаго естества, а въ будущей жизни Онъ сподобитъ насъ истѣе причащатися его. Христіанину, впавшему въ грѣхи послѣ крещенія, подается св. Церковію врачество въ таинствѣ покаянія. Въ этомъ таинствѣ исповѣдающій грѣхи свои, при видимомъ изъявленіи прощенія отъ священника, невидимо разрѣшается отъ грѣховъ Самимъ Іисусомъ Христомъ. Въ то же время разрѣшительная благодать таинства покаянія предзнаменуетъ то всесвятое дѣйствіе Господа, которымъ Онъ, въ воскресеніи мертвыхъ, окончательно разрѣшитъ насъ отъ всякаго союза неправды, отыметъ всякое лукавство и беззаконіе отъ душъ нашихъ, убѣлитъ существо наше паче снѣга, такъ что оно будетъ все – свѣтъ, все – чистота, совершенство и святость. Въ таинствѣ священства на правильно избранное лицо, чрезъ святительское рукоположеніе, нисходитъ Св. Духъ и поставляетъ избранника совершать богослуженіе и пасти стадо Христово. Вмѣстѣ съ тѣмъ таинство священства прообразуетъ наше вѣчное священство на небѣ: тогда какъ здѣсь Господь только нѣкоторыхъ изъ среды вѣрующихъ удостаиваетъ благодати и права совершать богослуженіе, тамъ всѣмъ избраннымъ даруетъ величественное право предстоять предъ Своимъ славнымъ престоломъ, всѣхъ сотворитъ іереями Богови и Отцу Своему. Великая, по Апостолу, тайна брака, служащая образомъ настоящаго благодатнаго единенія Христа съ Церковію (Ефес. 5, 32), въ будущемъ прообразуетъ славный бракъ Агнчій, т. е. торжественное сочетаніе небеснаго Жениха, возлюбленнаго Искупителя нашего, съ душами, искупленными Его святѣйшею кровію. Наконецъ, въ таинствѣ елеосвященія подается страждущему благодать, исцѣляющая душевныя и тѣлесныя немощи; но это же самое таинство не есть ли прообразъ и начатокъ того всеутѣшительнаго прикосновенія Господа, того всеисцѣляющаго Его на насъ дѣйствія, которымъ Онъ нѣкогда избавитъ насъ отъ всѣхъ скорбей и печалей настоящей многострадальной жизни, отыметъ всякую слезу отъ очей нашихъ, всякое сокрушеніе отъ сердецъ нашихъ, такъ что тогда не будетъ ни плача, ни вопли, ни печали, ни болѣзни, ни воздыханій?

Кромѣ таинствъ, въ составъ богослуженія св. Церкви входятъ молитвы и свящ. пѣснопѣнія. Отрѣшая духъ нашъ отъ всего земного и суетнаго и устремляя къ небесному и вѣчному, молитвы и свящ. пѣснопѣнія поставляютъ насъ въ такомъ же отношеніи, въ такой же близости къ Богу, въ какой находился первый на землѣ молитвенникъ. Поставляя насъ по временамъ въ благоговѣйное положеніе предъ престоломъ благодати Божіей, св. Церковь чрезъ это самое приготовляетъ насъ и къ вѣчному предстоянію предъ престоломъ Божественной славы, къ тому непрестанному служенію Богу, которое составляетъ святое занятіе блаженныхъ небожителей. Поэтому-то, въ свящ. пѣснопѣніяхъ церковныхъ постоянно и внушается намъ та важная мысль, что мы, въ храмѣ стояще, на небеса стояти мнимъ; что мы таинственно изображаемъ херувимовъ; что силы небесныя съ нами невидимо служатъ; что съ ангелами, сими блаженными силами, и мы вопіемъ и глаголемъ и проч...

Такимъ образомъ, церковное богослуженіе заключаетъ въ себѣ все необходимое для выраженія возстановленнаго крестною смертію Сына Божія живого общенія между Богомъ и человѣкомъ. Средоточіемъ и основнымъ началомъ этого богослуженія является таинственное совершеніе святѣйшей безкровной жертвы Тѣла и Крови Христовой, которая, разрушая средостѣніе вражды между Богомъ и человѣкомъ, примиряетъ насъ съ Его вѣчною правдою. Это чрезвычайное священнодѣйствіе Церкви, равно какъ и прочія церковныя священнодѣйствія, соединяется съ молитвою, которая возноситъ духъ нашъ отъ земли на небо, вводитъ насъ въ блаженное собесѣдованіе съ Богомъ, во внутреннее съ Нимъ единеніе. И если душа наша жаждетъ Бога, если въ живомъ общеніи съ Нимъ наше, блаженство временное и вѣчное, то участіе въ богослуженіи, которое заключаетъ въ себѣ всѣ средства къ блаженному богообщенію, богонаслажденію, богоблаженству, должно составлять для насъ первое и единственное на землѣ благо.

Напрасно нѣкоторые питаютъ въ себѣ думы и надежды, будто общенія съ Богомъ можно достигнуть и безъ участія въ богослуженіи, другими путями – путемъ одной вѣры и доброй жизни. Такія думы и надежды суетны и несбыточны.

Въ самомъ дѣлѣ, тщетны были бы наши мечты посредствомъ одной вѣры примириться съ Господомъ, если бы мы отказались отъ участія въ служеніи примиренія грѣшнаго рода человѣческаго съ безконечною правдою Божіею, т. е. отъ участія въ божественной литургіи, на которой совершается приношеніе святѣйшей евхаристической жертвы въ воспоминаніе и усвоеніе намъ крестныхъ заслугъ Сына Божія. Кто своевольно удаляется отъ этой божественной службы, кто упорно не хочетъ присутствовать при ней, тотъ, очевидно, съ пренебреженіемъ относится къ крестнымъ заслугамъ Искупителя, попираетъ Его завѣтную кровь и укоряетъ Духа благодати. «Если, – говоритъ св. ап. Павелъ, – отвервшійся закона Моисеева, при двухъ или трехъ свидѣтеляхъ, безъ милосердія наказывался смертію, то сколь тягчайшему наказанію повиненъ тотъ, кто попираетъ Сына Божія и не почитаетъ за святыню кровь завѣта, которою освященъ, и Духа благодати оскорбляетъ»? (Евр. 10, 28-29). По правиламъ древней христіанской Церкви, подвергались отлученію всѣ тѣ, кто въ теченіе трехъ недѣль ни въ одинъ воскресный день не присутствовалъ при литургіи (6 всел. соб. пр. 80; Сардик. 11; ср. Діон. 2). Но, подвергая отлученію вѣрныхъ, уклоняющихся отъ присутствовала при священнодѣйствіи жертвы Христовой, отъ своего таинственнаго тѣла, Церковь чрезъ это самое отлучала ихъ и отъ общенія съ своею Божественною Главою – Христомъ Спасителемъ; слѣдовательно, этимъ пресѣкалось всякое ихъ общеніе съ Господомъ, и примиреніе съ Его правдою дѣлалось невозможнымъ.

Съ другой стороны, не запечатлѣвая своей вѣры участіемъ въ приношеніи святѣйшей безкровной жертвы, а равно и въ прочихъ таинственныхъ священнодѣйствіяхъ церковныхъ, мы не можемъ низвести въ свою душу благодатныхъ даровъ Духа Святаго, соединенныхъ съ таинствами. По словамъ Спасителя, только тотъ спасенъ будетъ, кто иметь вѣру и крестится (Марк. 16, 16); напротивъ, кто не родится водою и Духомъ (Іоан. 3, 5), т. е. не приметъ таинства крещенія, тотъ, хотя бы и имѣлъ вѣру въ Іисуса Христа, не можетъ сподобиться благодати пакибытія и обновленія отъ Духа Святаго, и потому не можетъ сдѣлаться членомъ Церкви Христовой, наслѣдникомъ вѣчнаго спасенія. По свидѣтельству книги Дѣяній Апостольскихъ, самаряне, которыхъ обратилъ къ вѣрѣ во Христа и крестилъ Ап. Филиппъ, только тогда пріяли Духа Святаго, когда посланные къ нимъ изъ Іерусалима Ап. Петръ и Іоаннъ совершили надъ ними таинство миропомазанія: тогда возложиша руцѣ на ня, и пріяша Духи Святаго (Дѣян. 8, 17). Только ядый Плоть Господа, и піяй Кровь Его, имать животъ вѣчный, а кто «не будетъ ѣсть плоти Сына Человѣческаго и пить крови Его», тотъ «не будетъ имѣть въ себѣ жизни» (Іоанн. 6, 53-54). Далѣе, только тѣ изъ вѣрующихъ, которые, какъ должно, пользуются таинствомъ покаянія, удостаиваются благодати помилованія и разрѣшенія отъ всѣхъ узъ грѣховныхъ; напротивъ, кто чуждается этого таинства, тотъ все болѣе и болѣе будетъ погружаться въ бездну грѣховную и неизбѣжно подвергнется смерти вѣчной. Всѣ истинные члены Церкви Христовой имѣютъ истинную вѣру Божію, но не всѣмъ имъ даруется благодатное право совершать таинства, а только тѣмъ, которые, за особенную чистоту вѣры и жизни, удостаиваются священства. Вступающіе въ брачную жизнь тогда только пріемлютъ благословеніе Божіе, освящающее супружескій союзъ, когда пріемлютъ таинство брака, когда вѣнчаются предъ алтаремъ Господнимъ по чиноположенію церковному; союзъ, не освященный этимъ таинствомъ, есть союзъ безблагодатный. Наконецъ, тяжко болящимъ, для полученія отъ Господа благодати, исцѣляющей душевныя и тѣлесныя немощи, предлагается запечатлѣвать молитву вѣры принятіемъ таинства елеосвященія (Іак. 5, 14).

Итакъ, одной только вѣры, безъ участія въ богослуженіи св. Церкви, не достаточно для приведенія насъ въ живое общеніе съ Богомъ. Точно также и одна добрая жизнь, если она не будетъ запечатлѣваема участіемъ въ церковномъ богослуженіи, никогда не можетъ возвести насъ во внутреннее тѣснѣйшеее единеніе съ Господомъ.

То, конечно, несомнѣнно, что благочестивая жизнь составляетъ безусловно необходимое условіе вождѣленнаго общенія человѣка съ Богомъ, такъ какъ Богъ есть свѣтъ чистѣйшій и святость совершеннѣйшая; но тѣмъ не менѣе мы впали бы въ крайне опасное заблужденіе, если бы возмнили достигнуть богообщенія только путемъ доброй нравственности, совсѣмъ отказавшись отъ участія въ богослуженіи св. Церкви. И это вотъ почему. Во-первыхъ, никакіе подвиги благочестія, – предположивъ ихъ возможными для человѣка въ состояніи паденія, – никакія дѣла самоотверженія – самыя тяжкія и трудныя, никакія слезы покаянія – самыя обильныя и горячія не могли бы служить со стороны человѣка достаточнымъ удовлетвореніемъ св. правдѣ Божіей; потому что всѣ эти жертвы, хотя бы онѣ простерлись до пожертвованія самою жизнію, были бы ничтожны въ сравненіи съ нашимъ оскорбленіемъ безприкладнаго величія Божія. Единственное и совершеннѣйшее удовлетвореніе за насъ Богу принесено Господомъ и Спасителемъ нашимъ Іисусомъ Христомъ, страданія и крестная смерть Котораго такъ велики, что равняются безконечно великой винѣ нашей предъ Богомъ, и потому вполнѣ оправдываютъ насъ предъ Нимъ, совершенно примиряютъ съ Его разгнѣваннымъ правосудіемъ. Иного средства къ примиренію съ Богомъ, кромѣ крестной жертвы Іисуса Христа, нѣтъ и быть не можетъ; равно какъ нѣтъ и быть не можетъ другого, болѣе необходимаго и совершеннѣйшаго, средства къ усвоенію намъ всепримиряющей силы этой жертвы, какъ участіе въ святѣйшей жертвѣ евхаристической, совершаемой на божественной литургіи въ воспоминаніе страданія и смерти нашего Ходатая и Спасителя. Во-вторыхъ, истинно благочестивая и святая жизнь, состоящая въ томъ, чтобы отложити намъ ветхаго человѣка, тлѣющаго въ похотехъ прелестныхъ, и облещися въ новаго человѣка, созданаю по Богу въ правдѣ и въ преподобіи истины (Ефес. 4, 22-24), не возможна для насъ безъ содѣйствія благодатныхъ даровъ Св. Духа, – а эти благодатные дары подаются въ таинствахъ св. Церкви. Кромѣ того, для истинно христіанской жизни, для истинно святой и богоугодной дѣятельности необходима еще молитва. Молитва служитъ душею и внутреннею силою всякаго благочестиваго занятія, всякаго духовнаго дѣланія, какое бы мы ни предпринимали для благоугожденія Богу. Всякое, само по себѣ святое и дѣйствительное, средство къ преуспѣянію въ благочестіи, будучи употреблено безъ молитвеннаго настроенія души, обратится намъ въ осужденіе. Какое другое средство можетъ быть святѣе и, по силѣ дѣйствія на духовную жизнь нашу, благотворпѣе причащенія божественнаго Тѣла и Крови Христовыхъ? Но кто приступаетъ въ этому святѣйшему таинству безъ сокрушеннаго моленія о грѣхахъ своихъ, пріемлетъ его безъ чувства благоговѣнія и, принявши, отходитъ отъ него безъ молитвеннаго благодаренія и славословія, тотъ недостойно причащается Тѣла и Крови Господнихъ и судъ себѣ ястъ и піетъ (1 Кор. 11, 20).

Въ виду такого невыразимо высокаго значенія для насъ богослуженія св. Церкви Христовой, не можемъ не привести въ заключеніе словъ ан. Павла: да держимъ, братіе, исповѣданіе упованія неуклонное: вѣренъ бо есть Обѣщавый, и да разумѣваемъ другъ друга въ поощреніи любве и добрыхъ дѣлъ, не оставляюще собранія своего, якоже есть нѣкимъ обычай, но другъ друга подвизающе: и толико паче, елико видите приближающійся день судный (Евр. 10, 23-25).

 

В. С.

 

«Руководство для сельскихъ пастырей». 1901. Т. 3. № 37. С. 25-34.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: