Новосвмуч. Митр. Владиміръ (Богоявленскій) – ВСЕМІРНОЕ ПРИЗВАНІЕ ЦЕРКВИ.

Во имя Того, предъ Которымъ всѣ мы преклоняемъ свои колѣна, привѣтствую васъ, боголюбивые отцы, братіе и сестры, собравшіеся на нашъ миссіонерскій праздникъ. По случаю этого праздника да будетъ мнѣ позволено предложить вамъ слово о всемірномъ призваніи Церкви. Избирая такую тему для нынѣшней рѣчи, я увѣренъ, что я не отступаю отъ нашего предмета и не нарушаю миссіонерскаго характера нашего собранія. Ибо Церковь и миссія находятся между собою въ самой тѣсной связи. Между тѣмъ какъ Церковь призвана служить міру, миссія имѣетъ своею задачею приготовить мѣсто Церкви среди этого міра.

Церковь и міръ – они – суть другъ противъ друга и въ то же время другъ за друга. Когда, въ день Пятидесятницы, ап. Петръ окончилъ свою проповѣдь, онъ трогательными словами убѣждалъ собравшихся, чтобы они, для своего спасенія, переходили изъ міра въ церковь. Церковь есть корабль, на который мы садимся изъ міра; она есть ковчегъ Ноя, который во время грѣховнаго потопа переноситъ насъ на берегъ спасенія. Церковь и міръ другъ противъ друга, – мы это знаемъ хорошо. И однако они должны быть въ свою очередь и другъ за друга. Не въ уединенномъ углу Духъ Св. сошелъ на учениковъ и Петръ возвѣщалъ о великихъ дѣлахъ Божіихъ, но предъ глазами цѣлаго израильскаго народа. Не въ углу и не въ какихъ-нибудь закоулкахъ и ап. Павелъ проповѣдывалъ евангеліе, но публично, предъ всѣмъ народомъ, на открытыхъ мѣстахъ и площадяхъ. Отсюда ясно видна взаимная близость міра и Церкви. Этому учитъ насъ и прежняя миссія, и миссія нашихъ дней.. Хотя она зародилась въ тиши и росла въ тѣснотѣ, но она съ самаго начала носила въ своемъ сердцѣ весь міръ и обнимала своею любовію всѣ народы. И исторія миссіи громко и убѣдительно проповѣдуетъ намъ, что оба они заодно между собою, – и Церковь и міръ, и что Церковь имѣетъ призваніе для міра. Вотъ почему въ настоящій день миссіонерскаго праздника мы хотим напомнить себѣ объ этомъ, положивъ въ основаніе своей рѣчи слова великаго апостола языковъ:

Вся покори подъ нозѣ его: и того даде главу выше всѣхъ Церкви, яже есть тѣло его, исполненіе исполняющаго всяческая во всѣхъ (Ефес. 1, 22-23), т. е. все покорилъ подъ ноги Его и поставилъ Его выше всего, главою Церкви, которая есть Тѣло Его, полнота Наполняющаго все во всемъ.

Это слово ясно говоритъ намъ о всемірномъ призваніи Церкви. Но нынѣшній день побуждаетъ насъ обратить особенное вниманіе на то, какъ это призваніе осуществляется въ миссіи.

Два положенія высказываетъ апостолъ въ этихъ двухъ стихахъ: 1) что міръ призванъ служить Церкви и 2) что Церковь призвана служить міру. Первое можетъ насъ утѣшать, а второе побуждать и поощрять.

Удивительна настойчивость, съ которою апостолъ Павелъ во всемъ посланіи къ Ефесеямъ, въ особенности же въ этомъ мѣстѣ, проводитъ свою мысль о неразрывной взаимной связи Христа и Его Церкви; «Христосъ, говоритъ онъ, есть глава Церкви, а Церковь есть тѣло Іисуса Христа. Такъ какъ Онъ есть глава ея, то міръ долженъ служить ей; такъ какъ она есть Его тѣло, то она должна служить міру.

Міръ призванъ служить Церкви. Ибо глава ея (Церкви) есть Тотъ, Которому все подчинено. Богъ все (всѣ предметы міра) покорилъ подъ ноги Его и поставилъ Его выше всего, главою Церкви».

Онъ есть глава Церкви. Въ головѣ соединяются вмѣстѣ всѣ нити или нервы тѣлесной жизни и оттуда въ свою очередь исходитъ всякое движеніе духа и воли. Здѣсь – та таинственная лабораторія, гдѣ зарождаются мысли, которыя потомъ принимаютъ образъ слова и дѣла. Здѣсь тотъ сокровенный правитель, который посылаетъ слугъ и вѣстниковъ для исполненія своей воли и своихъ по велѣній. Чѣмъ служитъ голова для тѣла, тѣмъ Христосъ для Церкви. Въ Немъ всѣ мы соединяемся во едино, въ Одно общество, на землѣ хотя и разсѣянное и часто раздѣляемое распрями, но въ Немъ единое: «Вѣрую во едину святую соборную Церковь». Если это единство во временныхъ спорахъ иногда и исчезаетъ въ нашихъ глазахъ, то Онъ – наше единство, и Его высокія святыя мысли суть тотъ міръ, который паритъ выше нашихъ споровъ и несогласій. Онъ – наша глава; Онъ – вверху, а мы внизу, далеко, какъ это намъ кажется – отдѣлены другъ отъ друга. Но чудесныя, невидимыя нити сближаютъ, соединяютъ насъ съ Нимъ и связываютъ Господа на небѣ съ Его Церковію на землѣ. Какъ тогда, во время Своей земной жизни, у Него было единеніе съ кружкомъ своихъ учениковъ (Онъ – розга, а они вѣтви, соединенныя съ Нимъ вѣрою и любовію), также точно и теперь Онъ для круга своихъ послѣдователей сокращаетъ, уничтожаетъ эту даль неба. И, когда намъ приходится чувствовать скорбь и внутреннюю тугу, на распутіяхъ этой жизни, по которымъ мы ходимъ, какъ осиротѣвшія и всѣми оставленныя дѣти, Онъ утѣшаетъ словами: «Въ мірѣ скорбни будете, но утѣшьтесь, Я побѣдилъ міръ». Онъ есть наша глава, съ которою мы связаны узами вѣры, любви и надежды.

Богъ все покорилъ подъ ноги Его и поставилъ Его выше всего, главою Церкви. Онъ есть, слѣдовательно, наша глава и Владыка всей вселенной. Если когда-нибудь приходило на уста человѣческія особенно высокое и величавое слово, такъ это то слово, которое Онъ сказалъ своимъ ученикамъ при разлукѣ съ ними: «Дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли. Шедше научите вся языки». Такъ никогда не говорилъ человѣкъ, такъ не могъ, не имѣлъ права говорить никто изъ людей. Такъ могъ сказать Онъ только одинъ, Всемогущій Богъ. И то, что сказалъ Онъ здѣсь, это исполнилъ Онъ по Своемъ вознесеніи. Теперь Онъ принялъ Свое царство и возсѣлъ на престолъ. Теперь осуществилось то, что нѣкогда сказано было въ Ветхомъ Завѣтѣ: «Рече Господъ Господеви моему: сѣди одесную менех дондеже положу враги твои въ подножіе ногъ твоихъ». Теперь Онъ на самомъ дѣлѣ сдѣлался Господомъ, Владыкою, Царемъ всѣхъ вещей. И эту Свою власть, Свое владычество Онъ даровалъ и Своей Церкви на землѣ. Ибо для того Онъ возсѣдаетъ одесную Бога и пріобрѣлъ власть надъ всѣмъ міромъ, чтобы чрезъ это помогать Своей Церкви. Два существуютъ слова, которыя выражаютъ эту тайну Божію; Онъ есть власть, которая простирается надъ небомъ и землею и Онъ есть вѣчная любовь. Въ Іисусѣ Христѣ вѣчная любовь для нашего спасенія сдѣлалась человѣкомъ. И вотъ Онъ сидитъ теперь на тронѣ неба, облеченный силою, могуществомъ, чтобы употреблять это владычество надъ всѣмъ міромъ на служеніе Своей вѣчной идеѣ и любви, содѣловающей наше спасеніе.

Вотъ почему исторію миссіи мы можемъ изучить уже въ самомъ тѣсномъ кружкѣ, въ нашей собственной жизни.

Ибо что такое наша жизнь? Не есть ли она исторія миссіи? Не есть ли она повѣсть объ обращеніи нашемъ къ Богу? Чѣмъ служитъ исторія миссіи для народовъ, тѣмъ же самымъ служитъ для каждаго исторія его собственной жизни. Представимъ, братіе, поэтому себѣ картину нашей жизни со всѣми ея свѣтлыми и мрачными явленіями, всѣ тѣ ложные пути, по которымъ мы шли, ту благость Божію, которую мы на себѣ испытали, тѣ радости и страданія, которыя посылалъ намъ Богъ, тѣ пути, которыми Онъ велъ насъ – не правда ли, что они были для насъ часто очень мрачными, но мы тогда этого не понимали, мы нерѣдко вздыхали и сѣтовали, не зная того, что хотѣлъ намъ сказать этимъ Богъ. Но теперь мы знаемъ это; теперь мы знаемъ, что это былъ тотъ голосъ, которымъ вѣчная любовь говорила нашему сердцу и дѣйствовала на нашу душу, голосъ вопіющаго; теперь мы знаемъ, что Богъ все направлялъ чудеснымъ образомъ къ одной цѣли, къ одной мысли, чтобы спасти наши души; теперь понимаемъ мы ту благожелательную работу Бога въ нашихъ душахъ, которой должно было служить все, что приносила намъ смѣна лѣтъ и ходъ нашей жизни. Разсматриваемая съ нашей точки зрѣнія, жизнь наша есть какая-то путаница, и смѣсь разныхъ случайностей и картина, полная мрачныхъ тѣней; но разсматриваемая съ точки зрѣнія Божественнаго промысла, она есть образъ мудрости и любви, которая сумѣла пути нашихъ грѣховъ и пороковъ превратить въ пути спасенія и мрачныя тѣни осіять радостнымъ свѣтомъ. Любовь есть великая художница, а могущество и сила ей служатъ. И когда мы нѣкогда придемъ къ концу своей жизни, тогда восхвалимъ мы того Духовнаго Мастера, Который сумѣлъ сдѣлать нашу жизнь стройною, гармоническою пѣснію служащею къ Его прославленію.

Но Тотъ, Кто является мастеромъ въ маломъ, есть мастеръ и въ великомъ. Какъ одна великая путаница, смѣшеніе многихъ струнъ и какъ шумъ нестройныхъ, несогласныхъ голосовъ, является предъ нами исторія міра. Но чрезъ всю эту путаницу проходитъ одна золотая нить, и въ шумѣ этихъ голосовъ слышится одинъ тонъ, одна мелодія, и выражается одна душа въ тѣлѣ этой исторіи. Какая же это душа? Древнее христіанское писаніе говоритъ насколько гордо, настолько же и прекрасно: «что душа въ тѣлѣ, то – суть и христіане въ мірѣ». Теперь, если христіане суть душа въ тѣлѣ человѣчества, то исторія христіанства, исторія миссіи есть душа исторіи міра. Такъ это и есть на самомъ дѣлѣ. Когда имя Нерона гремѣло на весь свѣтъ, наполняло весь міръ, то кто говорилъ тогда о Петрѣ, котораго онъ распялъ, о Павлѣ, котораго онъ обезглавилъ? Но теперь ихъ слово сдѣлалось силою, которая побѣждаетъ міръ, а о силѣ Нерона въ исторіи человѣчества осталось только мрачное воспоминаніе о его злодѣяніяхъ. Миссіонерская дѣятельность Петра и Павла, о которой никто не говорилъ тогда въ римскомъ царствѣ, сдѣлалась душою исторіи того времени и наслѣдницею будущей. То же видимъ мы и теперь. Книги, журналы и газеты наполнены у насъ рѣчами о великихъ дѣлахъ человѣчества, объ успѣхахъ цивилизаціи, торговли и промышленности. Но извѣстія о дѣлахъ миссіи очень и очень рѣдко проникаютъ въ современную печать нашу, да если когда и проникаютъ, то голосъ ея заглушается въ шумѣ другихъ голосовъ, которыми оглашается современное общество. И однако миссія есть душа исторіи и наслѣдница будущаго. И всякая другая исторіи должна служить ей. Ибо Богъ поставилъ Христа главою Церкви, выше всего.

Когда Александръ Македонскій совершалъ свой великій походъ, который простирался до странъ Индіи, и весь міръ говорилъ о немъ, оглашаемый славою его воинскихъ подвиговъ, кто могъ предполагать тогда, что чрезъ это Богъ хотѣлъ сдѣлать Евангеліе всемірно извѣстнымъ и приготовить духовную почву. Когда римляне заставляли всѣ народы подкдонять свою выю подъ ихъ желѣзное иго, кто зналъ тогда, что это собраніе народовъ было приготовленіемъ для собранія ихъ въ Церковь? И когда они пролагали свои столбовыя дороги, по которымъ шли легіоны въ провинціи, и заводили свои торговыя сношенія съ различными народами, тогда никто не думалъ о томъ, что эти дороги назначаемы были промысломъ служить вѣстниками Іисуса Христа, способствовать миссіонерскому дѣлу. И такъ идетъ это чрезъ всю исторію. Цѣлаго дня не было бы достаточно для того, чтобы изложить это со всѣми подробностями и обстоятельностію; какъ разсѣяніе Израиля служило къ тому, чтобы сѣмена его чаянія или утѣхи разносились между народами, такъ переселеніе другихъ народовъ на востокъ и югъ служило для нихъ средствомъ къ тому, чтобы они на почвѣ образованія міра нашли прежде всего сѣмя евангелія и вступленія въ Церковь Христову. И вся исторія нашего русскаго народа, какъ и другихъ христіанскихъ народовъ, свидѣтельствуетъ о томъ, что исторія миссіи есть душа исторіи міра, и что Богъ такъ устрояетъ и направляетъ теченіе дѣлъ жизни, что оно необходимо должно служить дѣлу миссіи. Итакъ, несомнѣнно, что исторія міра призвана служить исторіи Церкви. Она есть сила Божія, которая приготовляетъ камни; но она есть и вѣчная любовь, которая, какъ цементъ, связуетъ ихъ и созидаетъ изъ нихъ домъ для Церкви Христовой.

Такъ это и есть теперь.

Какой характеръ нашего времени? Не таковъ ли, что ему присущи всѣ самыя великія и самыя обширныя предпріятія міра? Всѣ холмы срыты, всѣ глубины наполнены, по морямъ быстро ходятъ пароходы, а по сушѣ, по землѣ – паровики, локомотивы; начинаютъ уже летать и по воздуху, съ быстротою молніи переносятся съ одного конца міра на другой мысли человѣка; концы земли сходятся вмѣстѣ, и люди густыми вереницами снуютъ туда и сюда и въ этомъ постоянномъ передвиженіи сообщаются другъ съ другомъ. Нужно ли задаваться вопросомъ, что все это означаетъ? Богъ хочетъ сократить пространство земли и открыть ворота людямъ для своего евангелія. Наше время есть время миссіи, въ этомъ убѣждаютъ насъ знаменія времени. Мы видимъ въ ходѣ вещей стопы Того, Который поставленъ главою Своей Церкви выше всего и Которому должно служить все.

Это говоримъ мы въ утѣшеніе себѣ, возлюбленные! Какъ бы мрачно ни было на горизонтѣ нашей Церкви, какія бы скорбныя думы ни возбуядало въ душѣ нашей ея будущее, не будемъ забывать того, что сказано въ писаніи: въ десницѣ Ветхаго Денми лежитъ запечатанная книга будущаго, но Агнецъ сломаетъ печать. Его есть будущее и всѣ предметы міра должны служить Ему и Его Церкви.

Это первое.

Дабы Церковь служила міру, – это второе, которая (Церковь) есть тѣло Его, полнота Того, Который наполняетъ все во всемъ.

Тѣло есть мѣсто обитанія или жительства души, но оно есть также и орудіе души. Церковь есть тѣло Іисуса Христа, въ которомъ Онъ живетъ, но она есть и орудіе, посредствомъ котораго Онъ дѣйствуетъ, она есть Его служительница. Для того Онъ установилъ Свою Церковь, чтобы чрезъ нее дѣлать Свое дѣло на землѣ. Она должна быть Его ногою, которая ходитъ по землѣ; она должна быть Его рукою, которая созидаетъ Ему обитель; она должна быть Его устами, которыя возвѣщаютъ Его слова, она есть служительница въ Его міровомъ призваніи, ибо Онъ долженъ бытъ Спасителемъ всего міра. Въ этомъ она должна быть Его споспѣшницею.

«Которая есть Его тѣло, именно полнота Того, Который все наполняетъ во всемъ». Какъ душа наполняетъ тѣло, такъ наполняетъ Онъ ее, наполняетъ ее Своею полнотою. Полноту Своихъ даровъ и благъ Онъ вложилъ въ нее; полноту того, что Его дѣлаетъ нашимъ Спасителемъ, сообщилъ Онъ ей. Онъ столько сообщилъ ей этой полноты, что отсюда Онъ наполняетъ ею весь міръ. Какъ Іегова прежде жилъ во святилищѣ и имѣлъ Свое благодатное присутствіе во святая святыхъ, дабы отсюда имѣть Свое присутствіе въ цѣломъ израильскомъ народѣ, такъ и Христосъ наполняетъ Свое общество, Свою Церковь, чтобы отсюда наполнять міръ. Отсюда должны течь источники жизни, которые несутъ и разливаютъ по землѣ цѣлительную воду спасенія, чтобы ею исцѣлились язычники. Отсюда Христосъ все наполняетъ во всемъ. Все во всемъ. Это – есть цѣль. Наполняетъ не только отдѣльныхъ лицъ, не только малый кружокъ, – но и все во всемъ! Чудное слово! Вдвойнѣ чудное въ устахъ ученика Іисуса въ тѣ дни, когда еще съ такою фанатическою ревностію весь римскій міръ стоялъ противъ христіанства. И вотъ, не взирая на это, идетъ онъ возвѣщать это евангеліе, онъ – слабый человѣкъ, поддерживаемый очень немногими, и ненавистный для многихъ, но съ увѣренностію, что онъ призванъ насадить послушаніе вѣры между всѣми народами, дабы Христосъ наполнилъ все во всемъ. Чудное слово и еще болѣе чудный путь къ этой цѣли! Онъ проповѣдуетъ въ іудейскихъ школахъ, онъ говоритъ о Распятомъ и Воскресшемъ Христѣ на улицахъ и рынкахъ, онъ собираетъ обращенныхъ ко Христу въ небольшія группы – и отсюда хочетъ онъ побѣдить міръ и наполнить все во всемъ ученіемъ о Христѣ! Поистинѣ чудный путь!

Но таково свойство и призваніе евангелія: оно есть перлъ и оно есть и закваска. Во-первыхъ перлъ. «Се Агнецъ Божій, взявшій грѣхи міра», – вотъ было то слово, которое привлекло первыхъ учениковъ къ Іисусу, которое, и впредь должно привлекать наши души. Одинъ только есть путь ко спасенію, дабы каждый изъ насъ нашелъ въ Немъ своего Спасителя и привелъ къ Нему свою душу, дабы она въ прощеніи грѣховъ обрѣла у Него свой миръ душевный и надежду спасенія, какъ то единое, что нужно намъ на небѣ и на землѣ, какъ то единое на потребу, которое мы искали на всѣхъ путяхъ нашей жизни и не находили – теперь же мы нашли это и, радуясь такому пріобрѣтенію, ничего болѣе не желаемъ ни на небѣ, ни на землѣ, какъ обладать такимъ перломъ, за который охотно отдадимъ, если это будетъ нужно, все, что только есть для насъ здѣсь дорогого. Вотъ тотъ путь, который одинаковъ какъ для всякаго отдѣльнаго человѣка, такъ и для всѣхъ народовъ, путь, столь же хорошій и пригодный для народовъ образованныхъ, какъ и для грубыхъ, непросвѣщенныхъ, – для индійцевъ, какъ и для европейцевъ, то слово, въ которомъ всѣ мы одинаково нуждаемся, какъ одинъ, такъ и другой, хотя бы въ другихъ отношеніяхъ мы и были далеко неодинаковы. Проповѣдывать это слово, принести народамъ эту жемчужину, вотъ призваніе и задана миссіи. Евангеліе есть перлъ. Но оно есть и та закваска, которая должна всквасить все. Всe во всемъ. Это – есть чудесная тайна евангелія о крестѣ, что эта самая странная изъ всѣхъ проповѣдей, чуждая, повидимому, всякой другой жизни, и однако носитъ въ себѣ источникъ сокрытой, таинственной жизни, способной дѣлать новою всякую другую жизнь. Христосъ хочетъ привести къ счастію и миру не только ищущую Его и стремящуюся къ Нему душу и наполнить Своимъ утѣшеніемъ мучимую и отягченную грѣхами совѣсть, – хотя это прежде всего, – но отсюда, отъ этого сокровеннаго источника новой жизни, Онъ хочетъ потомъ все и во всемъ наполнить Собою, весь образъ мыслей и жизни сдѣлать новымъ, поставивъ Себя (свое ученіе) содержаніемъ всего.

Не такъ ли это было прежде, не такъ ли это и теперь?

Когда грекъ или римлянинъ обратился къ Богу и получилъ благодать Божію во Христѣ, то это собственно была та истина, которая наполнила всю его душу. Но отъ этой истины для него все измѣнилось и сдѣлалось новымъ. Когда онъ увидѣлъ Бога и человѣка, когда узналъ о назначеніи земной жизни и о судьбахъ человѣка – все стало для него другимъ, шагъ за шагомъ все измѣнялось. Евангеліе бросило свои лучи во всѣ стороны, и крестъ сдѣлался средоточнымъ пунктомъ новаго свѣтлаго міра мыслей. Христосъ началъ все наполнять Своимъ духомъ. И не только въ мысляхъ христіанина, но и въ обыденной его жизни, въ нравахъ и обычаяхъ его, въ его семьѣ, въ его обращеніи съ женою и дѣтьми, въ отношеніи его къ ближнимъ, – все стало у него иначе, все обновилось. И мы знаемъ это и видимъ это ежедневно предъ своими глазами, какъ образовался отсюда новый міръ, въ которомъ мы живемъ. Новый міръ мыслей, чувствованій и желаній, отъ высшей духовной жизни, до внѣшнихъ формъ ея нравовъ и обычаевъ. Все это сдѣлалось новымъ, все измѣнилось. Отъ того средоточнаго пункта, слова о крестѣ, Христосъ началъ наполнять Собою все во всемъ. Но это сдѣлалъ Онъ посредствомъ Своей Церкви и ея миссіонерской дѣятельности, которая служила Ему и до сихъ поръ служитъ споспѣшницею въ этомъ дѣлѣ. Правда, незначительны и скудны плоды миссіи нашей Церкви, слабо и неудовлетворительно состояніе христіанской жизни въ нашихъ приходскихъ общинахъ какъ у насъ на Руси, такъ и внѣ ея. Мы знаемъ это хорошо, знаемъ это больше всего. Но все же они суть оазисы среди пустыни, все же это новый міръ мыслей, въ которомъ они живутъ и другой воздухъ, которымъ они дышатъ, а не прежній, отравленный воздухъ языческаго идолопоклонства съ его смрадными, отуманивающими чувства, испареніями.

«Чтобы Онъ наполнялъ все во всемъ». Что это значитъ? Ужели все такъ безсодержательно и пусто? Да, совершенно такъ. Грѣхъ сдѣлалъ жизнь на землѣ пустою, удалилъ отъ Бога, лишилъ жизни по Богу и съ Богомъ и сдѣлалъ ее такимъ образомъ ничтожною и суетною, такъ что она не носитъ въ себѣ никакой истины, никакого смысла. Только жизнь изъ Бога и по Богѣ можетъ наполнить эту пустоту; намъ необходимо, поэтому, исполниться истинной, существенной жизни изъ Бога. Основаніе этой жизни во Христѣ. Какъ Отецъ имѣетъ жизнь въ Себѣ Самомъ, такъ даровалъ Онъ и Сыну имѣть жизнь въ Себѣ Самомъ. Изъ Него, чрезъ Него должна она истекать и, какъ потокъ, разливаться или сообщаться міру. Поэтому Онъ уничтожилъ преграду грѣха, которая стояла на пути, и изгладилъ, истребилъ древній великій грѣхъ, дабы такимъ образомъ свободно могъ течь и разливаться потокъ жизни, которая изъ Бога, напояя души человѣческія и наполняя жизнь людей.

Чтобы Онъ наполнялъ Собою все во всемъ. Все ускользаетъ изъ рукъ и улетучивается, и богатыя блага, и дарованія духа, и величайшая сила и крѣпость – ничто не вѣчно и не постоянно: все подвергается безпощадному закону времени; одно только воспоминаніе прошедшей славы и величія остается у будущихъ поколѣній. Все – суета суетствій, говоритъ мудрый Соломонъ. Только жизнь, которая изъ Бога, только та жизнь, которая питается изъ этого источника, только эта жизнь носитъ въ себѣ вѣчность. Церковь же Христова есть колодезь, резервуаръ для народовъ, существующій для того, чтобы отсюда они почерпали для себя воду жизни. Для того миссія несетъ эту Церковь и къ самымъ отдаленнымъ народамъ, чтобы жизнь христіанская, изъ нея исходящая, усвоялась и ими, чтобы Христосъ наполнялъ все во всемъ. Таково призваніе миссіи во внѣ, въ отдаленныхъ странахъ, таково призваніе Церкви и дома, на родинѣ, чтобы наполнятъ Христомъ (ученіемъ Христа) все во всемъ.

Но вы, братіе, смотря сейчасъ на меня, съ недоумѣніемъ спрашиваете: ужели и у насъ? И съ тугою на сердцѣ поднимаете ваши взоры на печальную картину нашего народа и нашего времени, когда слышите, что Христосъ все во всемъ и у насъ. Опытъ не свидѣтельствуетъ ли скорѣе о томъ, что Онъ все менѣе и менѣе находитъ мѣста въ общественной жизни нашего народа? Не показываетъ ли онъ, напротивъ, что началось новое время, совершенно другое, нисколько непохожее на то, которое было доселѣ? До сихъ поръ евангеліе, какъ его проповѣдуетъ Церковь, наполняло, господствовало въ умахъ, нравахъ и обычаяхъ всѣхъ слоевъ нашего общества, а также и всѣхъ христіанскихъ народовъ. Все, что сдѣлано въ нашемъ народѣ самаго лучшаго, высокаго и полезнаго, есть результатъ союза его духа съ Церковію Христовою. Но съ грустнымъ чувствомъ останавливаешься сейчасъ на этомъ прекрасномъ и богатомъ мірѣ цвѣтовъ и плодовъ. Ибо онъ, повидимому, идетъ къ могилѣ... Поэтому можетъ ли быть наше время благопріятнымъ временемъ для миссіи, когда глава Церкви, повидимому, хочетъ перенести въ другое мѣсто, въ другой поясъ земного шара то, что здѣсь идетъ къ увяданію и погибели? Я этого не знаю. Но то знаю я, то должны знать и всѣ мы, что никакая слава и величіе нашего народа, никакая высота его духа и его мощи, никакая гордость его культуры не помогутъ ему, но умрутъ какъ пустоцвѣты и не принесутъ никакого плода, если онъ не будетъ питаться изъ того источника, который Христосъ Господь открылъ нравственно-разложившемуся и умершему міру. Все другое, это мы знаемъ навѣрное, престанетъ и подпадетъ суду и погибели. Ужели это будетъ и съ нашимъ народомъ? Ужели это будетъ въ тѣ именно дни, которые Богъ судилъ пережить и намъ съ вами, братіе? Ужели насъ самихъ ожидаетъ такой страшный жребій?

Нѣтъ. Еще не изсякли потоки жизни въ нашемъ народѣ; еще не умолкло слово о крестѣ; еще не удалилась и спасительная благодать отъ нашего народа; еще не потеряно будущее нашего отечества, – и призваніе Церкви насаждать Христа въ сердцахъ и въ жизни нашего народа, чтобы Онъ наполнялъ все во всемъ, имѣетъ еще подъ собою почву. Еще не наступилъ вечеръ, еще продолжается день. Такъ не будемъ же терять присутствія духа, опускать рукъ и погружаться въ уныніе. Еще возсѣдаетъ на престолѣ Бога Отца Тотъ, Который есть глава Церкви и наполняетъ ее Собою, дабы она наполнила собою міръ.

Смѣняются времена, измѣняются формы. Но міровое призваніе Церкви остается одно и то же. Міръ долженъ служить Церкви, чтобы Церковь служила міру. Мы знаемъ, братіе, эту конечную цѣль. Послѣдняя цѣль состоитъ въ томъ, чтобы Богъ былъ все во всемъ. Но чтобы нѣкогда Богъ былъ во всемъ, чтобы пришло Его полное царство, о которомѣ мы ежедневно молимся, для этого Христосъ долженъ теперь наполнять все во всемъ. То есть цѣль, а это – путь. На этомъ пути стоимъ мы. Но средство – это дѣятельность Церкви, работа миссіи, вдали и здѣсь.

Итакъ, какъ бы ни было по временамъ тяжело и скорбно для души нашей смотрѣть на развивающійся духъ безцерковья, будемъ, братіе, съ надеждою поднимать взоръ свой къ Тому, Который возсѣдаетъ на высокомъ престолѣ міра и мощною рукою управляетъ обоими, и міромъ и Церковью, направляя ихъ къ тому, чтобы тотъ и другая служили другъ другу. Въ такой надеждѣ и увѣренности съ радостію и бодро будемъ продолжать свою миссію какъ тамъ, вдали, внѣ родины, у языческихъ народовъ, такъ и дома, въ нашемъ народѣ, каждый на своемъ мѣстѣ такъ, чтобы намъ не на словахъ только, но и на дѣлѣ показывать, что мы имѣемъ Господомъ Того, Которому все покорилъ Богъ подъ ноги и Котораго поставилъ главою Церкви, выше всего, Которая (Церковь) есть Его тѣло, именно полнота Того, Кто наполняетъ все во всемъ.

 

Рѣчь въ собраніи миссіонерскаго общества, сказанная митрополитомъ Владиміромъ 16-го октября въ Московскомъ епархіальномъ домѣ.

 

«Прибавленія къ Церковнымъ Вѣдомостямъ». 1911. № 44. С. 1861-1868.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: