Новосвмуч. пресвитеръ Іоаннъ Восторговъ – Завершеніе религіознаго чувства и сознанія (Ко дню Св. Пасхи).

То было въ раннюю пору дѣтства. Утромъ, на разсвѣтѣ Великой субботы просыпаешься отъ шума идущаго народа, отъ погребальнаго перезвона колоколовъ и отъ тихаго, отдаленнаго церковнаго пѣнія. Спрашиваешь мать: «Что это такое?» Слышишь въ отвѣтъ: «Христа хоронятъ»...

Краткій отвѣтъ потрясаетъ дѣтскую душу. Христосъ вѣдь есть Богъ, – Боженька, на языкѣ ребенка. Неужели Боженьку хоронятъ? Неужели Бога погребаютъ? Развѣ можно, чтобы Его хоронили? Развѣ Богъ умираетъ?

Страхъ закрадывается въ душу, ужасъ охватываетъ сердце. Ужъ если Богъ умеръ и Богъ погребенъ, то что же съ людьми, съ нами, съ отцомъ и матерью, со всѣми близкими, со всѣмъ міромъ? Кто же тогда Властный стоитъ за смертью и позади ея, и Кто ее посылаетъ? Тупой ужасъ, чувство безсилія, страхъ грядущей гибели и смутное сознаніе безсмыслицы всего окружающаго, – все это вдругъ какъ-то остро чувствуется и переживается, хотя и не можетъ быть, по бѣдности языка ребенка, высказано въ словахъ.

Цѣлый день остаешься въ недоумѣніи, въ растерянности при мысли, что Бога похоронили.

Но потомъ въ Пасхальную ночь мы искали Его и находили Его Воскресшаго въ крестномъ Пасхальномъ ходѣ, мы шли при мерцающихъ свѣчахъ, въ темнотѣ, въ сырую, холодную полночь, шли духовно приподнятые вмѣстѣ съ народомъ, во главѣ съ служителями церкви, блистающія ризы которыхъ впереди мелькали, освѣщаемыя слабымъ мерцаніемъ свѣчей, и напоминали намъ ангеловъ въ ризахъ блещащнхея. Мы пѣлп о томъ, что Воскресеніе Бога ангелы поютъ на небеси; мы просили себѣ радости и счастья – пѣть о томъ-же на землѣ, – мы цѣли: «Христосъ воскресе!»

Едва, понимая смыслъ этихъ словъ и всей этой Пасхальной, безконечно воспѣваемой пѣсни, мы, однако, смутно чувствовали, что она вся – радость, вся – свѣтъ и отрада, въ противоположность вѣсти о погребеніи Христа, мы входили во храмъ въ сіяніи несказанной радости, мы говорили и отвѣчали убѣжденно: «Воистину воскресе» и видѣли, что всѣ кругомъ веселы и счастливы. Едва понимали мы и службу, но внимали съ трепетнымъ веселіемъ словамъ пѣснопѣній и сердцемъ ихъ постигали. «Нынѣ вся исиолнншася свѣта, небо же и земля, и преисподняя, да празднуегь убо міръ весь возстаніе Христово!» «Сей нареченный и святый день, единъ субботъ царь и Господь, праздниковъ праздникъ и торжество есть торжествъ»...

Въ поздніе годы жизни, перегорѣвъ въ сомнѣніяхъ, пытливыхъ запросахъ и недоумѣніяхъ разума, вдумчивымъ умомъ разбираясь въ неразрѣшимыхъ безъ вѣры основахъ жизни и въ смыслѣ всего бытія, читали мы признаніе одного великаго ума, философа-скептика, мыслителя, зачаровавшаго, заворожившаго одно время своимъ словомъ цѣлое поколѣніе современниковъ, при томъ наиболѣе образованныхъ. Пишетъ несчастный Ницше: «Слышали ли вы о томъ безумномъ человѣкѣ, который въ свѣтлый полдень зажегъ фонарь, выбѣжалъ на рынокъ и непрестанно кричалъ: «Я ищу Бога!». Всѣ вокругъ него смѣялись и острили. По безумный человѣкъ вбѣжалъ въ толпу и, пронизывая всѣхъ своимъ взглядомъ, воскликнулъ: «Гдѣ Богъ? Я вамъ скажу. Мы Его убили, – я и вы! мы всѣ убійцы! Развѣ мы не слышимъ шума могильщиковъ, погребающихъ Бога? Развѣ не доносится до васъ запахъ тлѣнія? И боги истлѣваютъ: Богъ умеръ! Богъ не воскреснетъ!... И мы Его убили! Какъ утѣшимся мы, убійцы изъ убійцъ? Самое могущественное и Святое Существо, какое только было въ мірѣ, истекло кровію подъ нашими ножами».

Скажите, развѣ не сходны переживанія дѣтства и эти признанія философа? Развѣ мысль о томъ, что похоронили Бога, не вызываетъ одинаково ужасъ и смятеніе и въ дѣтствѣ, на порогѣ сознанія человѣческаго, и въ зрѣлые годы, въ его завершеніи?

И блаженъ мыслитель, блаженъ человѣкъ, который искалъ и находилъ Бога Воскресшаго и потомъ, послѣ повторенія тревогъ и страховъ дѣтской мысли, переживалъ ея чистую, святую радость, радость воскресенія!

Онъ, слѣдовательно, не остановился на одномъ пунктѣ, не пошелъ окончательно назадъ къ затменію духа, что и видѣли мы на примѣрѣ упомянутаго несчастнаго философа, а устремился впередъ, къ довершенію и увѣнчанію религіознаго чувства и сознанія.

Да, въ историческомъ фактѣ Воскресенія Христова религіозная истина, открытая человѣку, сказала ему здѣсь на землѣ послѣднее слово, закончивъ его увѣреніемъ, безъ котораго нѣтъ силъ ни мыслить, ни дѣйствовать, ни жить; увѣреніе это гласить: «знаемъ, что когда земной нашъ домъ, эта хижина разрушится, мы имѣемъ отъ Бога жилище на небесахъ, домъ нерукотворенный, вѣчный» (2 Кор. V, 1).

Не напрасно одинъ изъ вдумчнныхъ, но еще мало оцѣненныхъ нашихъ писателей, передъ смертью открылъ именно это мѣсто изъ посланія апостола Павла къ Коринѳянамъ и умеръ, сосредоточивъ мысль и чувство на приведенныхъ великихъ словахъ.

Вмѣстѣ съ тѣмъ, съ другой стороны, далѣе уже не можетъ идти религіозное чувство и самого человѣка. Въ воскресеніи Христа, какъ Перваго и Единственнаго Человѣка, показавшаго путь къ небу всякой плоти, въ воскресеніи нашемъ и въ причастіи будущей блаженной жизни поставлена цѣлъ бытія, выше которой нѣтъ и не можетъ быть ничего: безконечная жизнь, безконечное развитіе, торжество святости и добра, независимость отъ условій и ограниченій земли, – вѣчная жизнь въ полномъ единеніи съ источникомъ всякаго совершенства.

Донынѣ алчу и жажду, тогда же насыщуся, внегда явитимися слава Твоя. Здѣсь покой, здѣсь радость и миръ, здѣсь удовлетвореніе всѣмъ религіознымъ стремленіямъ, отвѣтъ всѣмъ требованіямъ и желаніямъ вѣрующаго сердца.

Оттого-то столь свѣтлымъ является нынѣшній праздникъ, – и какое самое очерствѣлое въ безбожіи или порокѣ сердце не отзовется внутренпо на его свѣтъ? Оттого-то побѣднымъ кличемъ и бодрымъ призывомъ звучатъ эти два столь мирныхъ слова: «Христосъ воскресе», и зовутъ они къ борьбѣ со зломъ, въ полной надеждѣ побѣды, и дѣлаютъ вдвойнѣ преступной всякую позорную предъ нимъ сдачу, всякую уступку нечистотѣ, лукавству и пороку. И какъ бы мы ни были преогорчеваемы отъ сознанія господствующаго вокругъ насъ невѣрія, нечестія, отрицанія, какимъ бы холодомъ смерти ни вѣяло отъ жизни, какъ бы ни печалили насъ признаки и призраки ея видимаго разложенія, – не станемъ безсильно опускать руки, не будемъ приходить въ отчаяніе! Время, которое называется всесильнымъ, не въ силахъ, однако, подавить впечатлѣній далекаго дѣтства, подавить и уничтожить радость вѣры въ воскресеніе; бодрая радость праздника изъ года въ годъ переживается вѣрующими въ прежней полнотѣ и одухотворенности, и вѣсть, что вѣщалъ въ свѣтозарную ночь мѵроносицамъ блистающій во гробѣ ангелъ, блещетъ прежнею и никогда неиждиваемою силою, правдою, яркостью и выразительностью!

Нетлѣненъ человѣческій побѣждающій духъ; неистребимо и самое тѣло наше, – оно только преобразуется нѣкогда въ духовное.

Смерти празднуемъ умерщвленіе! Открыты вѣчные и неизсякаемые источники бодрости и подвига, энергіи и силъ.

Завѣты служенія добру пріобрѣли въ глазахъ людей значеніе вѣчной обязательности и даже необходимости, наравнѣ съ законами физической природы, – то значепіе, которое дано имъ было Творцомъ и Законодателемъ изначала.

По слову поэта-христіанпна: «То, что прежде было въ насъ лишь чувствомъ и преданьемъ, теперь, какъ кованой броней, закрѣплено сознаньемъ».

Требованія долга стали ясны, властны, обязательны и закрѣплены въ примѣрѣ Того, Кто изрекъ Свое слово исполненнаго долга, Свое Божественное: «Совершишася». Побѣда не только возможна, но она разъ навсегда уже одержана Тѣмъ, Кто сказалъ: «Дерзайте, Азъ побѣдихъ міръ». Повторяемъ, – отселѣ нѣтъ и не должно быть уступки этому міру, сдѣлокъ съ совѣстью и жизнью, нѣтъ отступленія отъ добра и свѣта.

Другъ друга обымемъ въ день Воскресенія, просвѣтимся торжествомъ, и ненавидящимъ насъ простимъ вся воскресеніемъ, всѣмъ скажемъ: братіе... И въ этой вѣрѣ, и въ этомъ побѣдномъ торжествѣ добра, и въ этомъ забвеніи старыхъ ошибокъ и прощеніи прежнихъ грѣховъ мы находимъ для себя вѣчно новые и живые родники жизни, мира, счастья и спасенія.

А за этою землею видимъ вѣчный градъ и домъ небесный, куда Предтечею вниде о насъ Христосъ. Его уже видѣлъ въ чудномъ откровеніи и о Немъ намъ повѣдалъ Святой Тайнозрителъ: «И вознесъ меня ангелъ, говоритъ онъ, на великую и высокую гору, и показалъ мнѣ великій городъ, святой Іерусалимъ, который нисходилъ съ неба отъ Бога. Онъ имѣетъ славу Божію. Свѣтило его подобно драгоцѣннѣйшему камню. Онъ имѣетъ высокую стѣну и двѣнадцать воротъ и на нихъ двѣнадцать ангеловъ» (Апокал. XXI гл.). Кто проведетъ насъ въ этотъ градъ Божій, за эти стѣны, чтобы мы не были остановлены стрегущими ангелами, – проведетъ безопасно мимо смерти второй, мимо геенны и ада?

Только Онъ, Христосъ Воскресшій, Христосъ – Побѣдитель смерти и ада, разрушившій вереи вѣчныя! «Ей, гряди скоро. Аминь. Ей, гряди, Воскресшій Господи Іисусе!» Аминь.

 

Протоіерей Іоаннъ Восторговъ

 

«Прибавленія къ Церковнымъ Вѣдомостямъ». 1913. № 15-16. С. 695-697.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: