Епископъ Лаврентій (Некрасовъ) – Поученіе въ субботу сырной недѣли на утрени.
Въ сей день св. Церковь совершаетъ память всѣхъ, въ пощеніи просіявшихъ святыхъ мужей и женъ, дабы мы, взирая на житіе ихъ, подражали имъ, «якоже комуждо сила есть». Въ главѣ этихъ святыхъ подвижниковъ стоитъ преподобный Антоній великій. О немъ и побесѣдуемъ.
Одинъ старецъ просилъ у Бога, чтобы ему увидѣть св. отцевъ во славѣ, и увидалъ ихъ всѣхъ, кромѣ Аввы Антонія. Старецъ спросилъ того, кто показывалъ ему св. отцевъ: гдѣ же Авва Антоній? Тотъ отвѣчалъ: Антоній тамъ, гдѣ Богъ. Такъ высокъ премудрый Антоній, основатель монашеской жизни! Св. Церковь называетъ его за подвиги великимъ. Хотя св. Антоній жилъ задолго до нашего времени, тѣмъ не менѣе ознакомиться съ совѣтами, которые онъ даетъ желающимъ получить спасеніе – весьма поучительно; видѣть, какъ святые мужа возбуждали себя къ добродѣтели, боролись съ своими страстями назидательно. Евангеліе дано для всѣхъ людей и на всѣ времена, и заповѣди однѣ для всѣхъ людей, и у всѣхъ людей должна быть одна цѣль вѣчное спасеніе. Посему опыты добродѣланія одного могутъ быть примѣромъ для другаго. Нашего времени люди отличаются особенно холодностію къ вѣрѣ и добродѣтели. Нѣтъ у нихъ той ревности къ добру, которою отличались св. Божіи. А безъ ревности нельзя достигнуть царствія Божія. «Ты ни теплъ, ни студенъ, извергну тя изъ устъ Моихъ» (А. 4, 16), говоритъ Господь.
Какъ же возбуждать въ себѣ ревность къ добродѣтельной жизни? 1) Памятію о смерти. Неоднократно твердилъ св. Антоній всѣмъ напечатлѣть въ сердцѣ своемъ, что этотъ день, который мы проживаемъ, послѣдній. Помни, говоритъ онъ, что юность твоя прошла, силы истощились, а немощи возрасли и близко уже время исхода твоего, когда ты долженъ дать отвѣтъ во всѣхъ дѣлахъ твоихъ, и знай, что тамъ ни братъ не искупитъ брата, ни отецъ не избавитъ сына (152). Св. Апостолъ говоритъ: по вся дни умираю (1 Кор. 15, 31). А это значитъ вотъ что, чтобы мы, каждый день пробуждаясь, думали, что не проживемъ до вечера и, намѣреваясь ложиться спать, думали, что не пробудимся; потому что неизвѣстенъ предѣлъ нашей жизни. Такъ расположившись, мы не будемъ ни воспламеняться гнѣвомъ, ни собирать сокровищъ на землѣ; но будемъ нестяжательны, и будемъ всѣмъ прощать; похотѣнія же злая, или другаго какого-либо удовольствія ни на одно мгновеніе не будемъ удерживать въ себѣ, тотчасъ будемъ отвращаться отъ него.
2) Напоминаніемъ о томъ, что будетъ по смерти. А что будетъ по смерти? Св. Аѳанасій великій говоритъ: однажды св. Антоній слышалъ голосъ: встань, выйди и посмотри. Антоній вышелъ и, возведши взоръ, видитъ великана безобразнаго и страшнаго, который головою касался облаковъ, и тутъ съ земли поднимались какія-то пернатыя, изъ которыхъ однимъ великанъ преграждалъ путь, а другія перелетали чрезъ него и безбѣдно возносились горѣ. На послѣднихъ онъ скрежеталъ зубами, а о первыхъ радовался. Невидимый голосъ сказалъ ему: Антоній! уразумѣй видѣнное. Тогда отверзся умъ его и онъ уразумѣлъ, что это есть прохожденіе душъ отъ земли на небо; что великанъ это есть исконный врагъ нашъ, который удерживаетъ нерадивыхъ и повинующихся ему, а ревностныхъ и ему не повинующихся удержать не можетъ, и они проходятъ выше его. Послѣ сего Антоній усугубилъ подвиги свои. Св. Антоній видѣлъ другое видѣніе, что у великана были простерты руки по небу, а подъ нимъ лежало великое озеро, въ которое падали птицы, которыхъ онъ ударялъ рукою. Эти птицы – грѣшныя души.
А вотъ и отрадное видѣніе: однажды св. Антоній, сидя на горѣ, увидѣлъ, что кто-то огненною полосою возносится на небо, и свыше сходитъ къ нему на встрѣчу сонмъ радующихся ангельскихъ ликовъ. Небесный голосъ сказалъ ему: это душа праведника, Антоній, восходитъ на небо.
Памятованіе о смерти, размышленіе о томъ, что будетъ по смерти, производитъ въ душѣ страхъ Божій, который есть начало премудрости и всѣхъ добродѣтелей. Какъ свѣтъ разгоняетъ тьму, такъ страхъ Божій, войдя въ душу человѣка, разгоняетъ тьму и возжигаетъ ревность ко всѣмъ добродѣтелямъ.
Но всѣ эти побужденія внѣшнія; нужно стяжать внутреннихъ возбудителей ревности, такъ чтобы они били изъ сердца, какъ ключъ воды изъ земли. До этого доводятъ ощущенія сладости жизни въ Богѣ. Коль сладки гортани моему словеса Твоя, паче меда устомъ моимъ, говоритъ св. Давидъ (117, 103)! Доколѣ человѣкъ не почувствовалъ въ душѣ своей сладости, онъ работаетъ изъ покорности волѣ Божіей; онъ находится подъ игомъ закона. Высшимъ возбудителемъ ревности къ дѣланію заповѣдей Божіихъ является любовь къ Богу. Я уже не боюсь Бога, а люблю, говоритъ св. Антоній; любовь во мнѣ изгоняетъ страхъ (1 Іоан. 4, 18). Пріобрѣтается эта любовь частымъ размышленіемъ о совершенствахъ Божіихъ, объ обѣтованныхъ имъ благахъ, паче же всего о страданіяхъ и смерти Его, которыя Онъ за насъ претерпѣлъ. «Возлюбленніи, говоритъ св. Апостолъ, возлюбимъ Его, яко Той первѣе насъ возлюбилъ» (1 Іоан. 4, 19). Отъ любви къ Богу происходитъ радость добродѣланія, которая въ свою очередь становится возбудителемъ ревности. Посему постараемся исполнять заповѣди Божіи съ радостію; только всячески будемъ опасаться, чтобы радуясь не вознестись гордостію и чрезъ то не погубить мзды своей.
Послѣдуетъ, братіе, симъ наставленіямъ св. Антонія: отходя ко сну, будемъ со вниманіемъ читать молитву: «Владыко, Человѣколюбче! Неужели мнѣ одръ сей гробъ будетъ»? А вставая отъ сна, вспомнимъ слово Спасителя: «ходите дондеже свѣтъ имате. Пріидетъ нощь, егда никто же можетъ дѣлати» и, возблагодаривъ Господа, поспѣшимъ къ дѣланію заповѣдей Божіихъ; тогда Господь дастъ душѣ нашей умиленіе и дѣламъ нашимъ благопоспѣшеніе. Будемъ чаще вспоминать, что послѣ смерти многое множество срящетъ демоновъ, ищущихъ исторгнути и погубити душу: они будутъ истязать насъ о всякомъ худомъ дѣлѣ, о всякомъ худомъ словѣ, даже о всякомъ помыслѣ худомъ. Паче же всего постараемся пріобрѣсти любовь, яже есть союзъ совершенства (Кол. 3, 14). Аминь.
«Прибавленіе къ Курскимъ Епархіальнымъ Вѣдомостямъ». 1902. № 6. Ч. Неофф. С. 83-86.
