Статья «Палачи» Гр. Радина въ Н. Р. Словѣ.

Вера Глазунова. «Великомученица Елизавета Федоровна». Дипломная работа. 1997 г.

 

Газета Новое Русское Слово отъ 11 августа текущаго года помѣстила очень интересную для русскихъ православныхъ людей статью Гр. Радина подъ заголовкомъ «Палачи».

Авторъ статьи, имѣвшій близкое отношеніе къ кинематографической продукціи въ СССР въ 30-хъ годахъ, по желанію Сталина, получилъ предложеніе составить фильмъ о нѣсколькихъ дѣятеляхъ Гражданской войны. Въ поискахъ за матерьяломъ, ему пришлось обращаться къ разнымъ лицамъ и, въ числѣ прочихъ, онъ былъ направленъ къ директору музея, старому коммунисту по фамиліи Рябову. Какъ выяснилось изъ разговора Радина съ Рябовымъ, послѣдній оказался однимъ изъ убійцъ Алапаевскихъ мучениковъ и въ своемъ интервью далъ нѣкоторыя подробности о убійствѣ Вел. Кн. Елизаветы Ѳеодоровны и замученныхъ вмѣстѣ съ нею. Слѣдователи Соколовъ и Дитрихсъ, а также близко стоявшій къ Великой Княгинѣ архимандритъ Серафимъ дали много цѣнныхъ свѣдѣній, но описываемыя подробности фактическаго убійства могъ сообщить только самъ палачъ.

Не имѣя возможности перепечатать полностью цѣнную статью Радина, мы, однако, съ разрѣшенія редактора газеты полностью приводимъ ту часть статьи, которая непосредственно касается Царственныхъ Мучениковъ.

ПАЛАЧИ.

«Разговоръ нашъ начался съ того, что онъ вручилъ мнѣ стенограмму своего выступленія на засѣданіи комиссіи по чисткѣ партіи въ Кіевѣ подъ предсѣдательствомъ Мануильскаго. Онъ очень -ѣдко отозвался о Мануильскомъ, назвавъ его «коммунистомъ съ дипломомъ Сорбонны», который въ то время, когда въ Россіи «мы на каторгѣ страдали», шлялся по парижскимъ кафе. («А дипломъ Сорбонны, которымъ онъ кичился, ломанаго гроша для меня не стоитъ!»)

Когда я ознакомился со стенограммой, стало ясно, съ кѣмъ я имѣю дѣло. Передо мной сидѣлъ на стулѣ палачъ, одинъ изъ убійцъ членовъ Императорской фамиліи въ Алапаевскѣ въ ночь съ 17 на 18 іюля 1918 г. Фамилія его Рябовъ, онъ членъ большевистской партіи съ дореволюціоннымъ стажемъ. Говоритъ, что зналъ лично Ленина.

Въ началѣ бесѣды онъ объяснилъ мнѣ, почему онъ такъ охотно со мной встрѣтился. Онъ разсчитывалъ при моей помощи реабилитировать себя «черезъ кинофильмъ», – пусть, какъ онъ сказалъ, не сразу, а въ будущемъ. Дѣло въ томъ, что во время чистки партіи проводившій ее Мануильскій настаивалъ, чтобы Рябова «чистили» какъ всѣхъ. А Рябовъ категорически требовалъ, чтобы его «чистили» при закрытыхъ дверяхъ. Онъ пригрозилъ пожаловаться Сталину. Послѣ обмѣна рѣзкими репликами Мануильскій уступилъ.

По словамъ моего собесѣдника, когда онъ говорилъ о своемъ участіи въ убійствѣ великихъ князей въ Алапаевскѣ, Мануильсікій демонстративно подчеркивалъ свое невниманіе къ его выступленію тѣмъ, что то зевалъ, то, протирая глаза, напряженно всматривался въ газету, лежавшую передъ нимъ, показывая, что статья въ газетѣ его больше интересуетъ, чѣмъ выступленіе Рябова.

«Вмѣсто того, чтобы отмѣтитъ мое участіе въ ликвидаціи Романовыхъ въ Алапаевскѣ, какъ почетный революціонный подвигъ, – негодовалъ Рябовъ, – онъ спросилъ у меня: «Кончили?». Я не хотѣлъ даже отвѣчать ему, отвернулся отъ него и сѣлъ, думая, что, можетъ быть, будутъ ко мнѣ какіе вопросы, а онъ сказалъ только: «Вы свободны!». И, свернувъ газету, взялъ портфель и ушелъ. Этимъ онъ наглядно показалъ, что для него, а такъ какъ онъ предсѣдатель комиссіи по чисткѣ, то, значитъ, и для всей партіи я былъ палачомъ, а не революціонеромъ. Вотъ меня и грызетъ эта мысль... Стенограмму онъ вручилъ мнѣ, чтобы я передалъ ее Довженко: «Можетъ быть, она ему пригодится для будущихъ фильмовъ». Но я ему сказалъ, что въ стенограммѣ очень сжато сообщается объ его участіи въ убійствѣ Романовыхъ въ Алапаевскѣ, а для кино очень важны детали, подробности. Ну вотъ, хотя бы: какимъ былъ этотъ городъ – Алапаевскъ, какъ жили Великіе Князья, какъ относилось къ нимъ населеніе, какъ вы организовали все дѣло...

Рябовъ, куря папиросу за папиросой, началъ разсказывать:

«Алапаевскъ – маленькій городишко, за тридевять земель отъ губернскаго города Екатеринбурга. Весной 1918 года въ Алапаевскъ изъ Петрограда были высланы арестованные – старшая сестра императрицы, великая княгиня Елизавета Федоровна, мужъ которой, великій князь Сергѣй Александровичъ въ 1905 году былъ убитъ революціонерами въ Москвѣ, великій князь Сергѣй Михайловичъ, князья «Константиновичи» – Іоаннъ, Константинъ и Игорь, князь Палей и келейница великой княгини Елизаветы Федоровны Варвара. Это была простая деревенская дѣвушка, добровольно пріѣхавшая съ великой княгиней въ ссылку. Вначалѣ мы даже попытались уговорить ее оставить великую княгиню, но она въ категорической формѣ отвергла эту возможность. Ну, и поплатилась за свою преданность жизнью. Помѣстили всѣхъ ихъ вмѣстѣ въ помѣщеніи начальной школы.

Въ этомъ маленькомъ городѣ всѣ у всѣхъ на виду. Убѣжать имъ отсюда было некуда. Поэтому жили они въ школѣ безъ всякой охраны. Каждое воскресенье и всѣ праздничные дни ихъ можно было всѣхъ видѣть въ мѣстномъ соборѣ, священникъ котораго проявлялъ къ нимъ особое вниманіе, а народъ валомъ валилъ на богослуженія, горя любопытством увидѣть «живыхъ князей».

Наша группа мѣстныхъ коммунистовъ съ перваго дня установила за ними негласный надзоръ. И даже въ храмѣ во время богослуженія рядомъ съ ними «молились» наши люди, спеціально посланные для наблюденія. Даже въ дни, когда великая княгиня и Варвара пѣли въ церковномъ хорѣ, подосланные для наблюденія за ними люди стояли рядомъ и слѣдили за каждымъ ихъ шагомъ.

Священникъ во время службы съ подобострастіемъ присылалъ всѣмъ имъ по просфорѣ съ алтаря, мѣстные жители въ достаткѣ снабжали ихъ питаніемъ. По этой части заботъ у нихъ не было. При школѣ былъ огородъ, они выращивали для себя разные овощи, пололи, поливали, иногда цѣлыми днями копались въ землѣ. Со временемъ мы замѣтили появлеліе охраны изъ мѣстныхъ жителей вокругъ школы. Это насъ озадачило, но мы съ облегченіемъ вздохнули, убѣдившись, что ночью никакой охраны нѣтъ. Было это въ начальный періодъ массоваго краснаго террора, объявленнаго партіей. Время было очень тревожнымъ. Колчакъ продвигался къ Екатеринбургу, гдѣ въ заточеніи въ то время находилась Царская Семья; изъ Екатеринбурга отъ насъ требовали повысить бдительность... Въ отношеніи ссыльныхъ «быть начеку», какъ сказалъ предсѣдатель Уральскаго ревкома Бѣлобородовъ нашему руководителю Сафарову. Мы знали, что судьба и царя съ семьей въ Екатеринбургѣ, и всѣхъ другихъ членовъ императорскаго дома, находящихся въ Алапаевскѣ, уже рѣшена въ Москвѣ, и ждали только приказа привести приговоръ въ исполненіе. Мы заранѣе приступили къ поискамъ мѣста для казни. Такое мѣсто, гдѣ ее сразу могли бы обнаружить ихъ трупы, мы быстро нашли въ 12-ти верстахъ за городомъ. Это была заброшенная полузатопленная шахта, на которой мы и остановились. Получивъ изъ Екатеринбурга сообщеніе о казни царя и всей его семьи, мы, ее теряя ни минуты времени, приступили къ выполненію нашего плана.

Хорошо зная внутреннее устройство школы, мы точно знали, въ какомъ «классѣ» были женщины, въ какомъ – мужчины, откуда лучше всего проникнуть ночью безъ шуму въ помѣщеніе школы. Мы боялись вспугнуть ея обитателей, которые, чего добраго, могли бы поднять тревогу и сорвать выполненіе нашего плана.

Наступила ночь съ 17 на 18 іюля 1918 года. Убѣдившись, что городъ спитъ, мы тихо черезъ окно незанятаго класса проникли внутрь помѣщенія. Никто изъ находившихся въ помѣщепіи не замѣтилъ нашего присутствія, всѣ уже спали. Мы вошли черезъ не запиравшуюся дверь въ помѣщеніе, занятое женщинами, и, разбудивъ ихъ, тихимъ голосомъ предложилъ имъ немедленно одѣться, такъ какъ въ связи съ угрозой вооруженнаго нападенія на нихъ они должны быть переведены въ безопасное мѣсто. Они безропотно подчинились. Мы тутъ же связали имъ руки за спиной, завязали глаза, вывели къ поджидавшей уже возлѣ школы подводѣ, усадили на нее и отравили къ мѣсту назначенія. Послѣ этого мы постучали въ комнату, занимаемую мужчинами. Имъ то же самое сказали, что и женщинамъ. Молодые князья Константиновичи и князь Палей тоже безропотно подчинились. Ихъ вывели въ коридоръ, завязали глаза, завели руки за спину, связали и посадили на другую подводу. Заранѣе было рѣшено не отправлять подводы вмѣстѣ. Незамѣтнѣе будетъ врозь. Единственнымъ, кто оказалъ намъ сопротивленіе, былъ великій князь Сергѣй Михайловичъ. Физически онъ былъ сильнѣе всѣхъ остальныхъ. И намъ пришлось повозиться съ нимъ. Онъ категорическимъ тономъ заявилъ, что никуда отсюда не пойдетъ, такъ какъ знаетъ, что ихъ всѣхъ убьютъ! Зайдя за шкафъ, онъ забаррикадировался, тамъ, и наши усилія схватить его ни къ чему не приводили. Мы тратили только дорогое время.

Я не утерпѣлъ и выстрѣлилъ въ великаго князя. Причемъ стрѣлялъ съ такимъ разсчетомъ, чтобы только легко ранить и, напугавъ, заставить его подчиниться. Ранилъ я его въ руку. И онъ больше не сопротивлялся. Перевязавъ ему рану и завязавъ глаза, мы усадили его на послѣднюю подводу и поѣхали. Очень торопились: заря уже предвѣщала наступленіе утра. Дорогой великій князь Сергѣй Михайловичъ снова повторилъ: онъ знаетъ, что ихъ всѣхъ убьютъ.

«Скажите, за что? – обратился онъ ко мнѣ. – Политикой я никогда не занимался. Я любилъ спортъ... Игралъ въ бильярдъ... Занимался нумизматикой».

Я успокаивалъ его, какъ могъ, хотя и самъ былъ въ высшей степени взволнованъ всѣмъ, что пришлось пережить въ эту ночь.

Несмотря на раненіе руки, на боли великій князь не жаловался.

Наконецъ, мы подъѣхали къ шахтѣ. Шахта была не очень глубокой и, какъ оказалось, имѣла боковой выступъ не затопленный водой. Первой подвели къ шахтѣ великую княгиню Елизавету Федоровну. И, столкнувъ ее въ шахту, услышали, какъ она продолжительное время барахтается въ водѣ. За ней столкнули ея келейницу монашку Варвару. Тоже услышали всплескъ воды и потомъ голоса двухъ женщинъ. Намъ стало ясно, что великая княгиня, выбравшись изъ воды, вытащила и свою келейницу. Но другого выхода у насъ не было, и мы одного за другимъ столкнули и всѣхъ мужчинъ. Никто изъ нихъ, должно быть, не утонулъ, и не захлебнулся въ водѣ, такъ какъ немного времени спустя уже можно было слышать чуть ли не всѣ ихъ голоса. Тогда я бросилъ гранату. Граната взорвалась, и все смолкло. Но не надолго. Мы рѣшили немного обождать и провѣрить, погибли они или нѣтъ. Черезъ нѣкоторое время мы опятъ услышали разговоръ и чуть слышный стонъ. Я снова бросилъ гранату. И что вы думаете, – изъ-подъ земли мы услышали пѣніе! Жуть охватила меня. Они пѣли молитву «Спаси, Господи, люди твоя!». Гранатъ у насъ больше не было, оставлять дѣло ее довершеннымъ было нельзя. Мы рѣшили завалить шахту сухимъ хворостомъ, валежникомъ, и поджечь. Сквозь густой дымъ еще нѣкоторое время пробивалось наверхъ ихъ молитвенное пѣніе. Когда исчезли послѣдніе признаки жизни подъ землей, мы, оставивъ возлѣ шахты часть своихъ людей, вернулись уже на разсвѣтѣ въ Алапаевскъ и сразу же на соборной колокольнѣ ударили въ набатъ. Чуть ли не весь городъ сбѣжался. Мы имъ всѣмъ и объявнли, что неизвѣстныя лица увезли князей!

Все это произошло въ ночь съ 17 на 18 іюля 1918 года, на второй день послѣ казни царской семьи въ Екатеринбургѣ».

 

«Церковная Жизнь». 1984. № 7-8. Ч. Неофф. С. 179-184.

 

14 июля 1919 года красные вновь захватили город Екатеринбург. В этот же день восемь гробов Алапаевских мучеников поместили в товарный вагон для отправки в Читу. Игумен Белогорского монастыря Серафим (Кузнецов) и два послушника Серафимо-Алексеевского монастыря Пермской епархии: Максим Кунников и Серафим Гневашев, 1 июля 1919 г. погрузили 8 гробов в товарный вагон и отправились по Восточно-Сибирской железной дороге в направлении Читы. От Алапаевска до Тюмени 10 дней, в Читу прибыли 16/29 августа 1919 г. Здесь гробы были спрятаны под полом одной из келий Покровского женского монастыря, где в течении 6 месяцев их охранял игумен Серафим. В монастыре гробы открывались, тело Великой княгини не было тронуто тлением, в этом монастыре тела Елизаветы Феодоровны и инокини Варвары были обмыты и облачены в монашеские одежды. В связи с наступлением Красной Армии 26 февраля по ст. ст. 1920 г. гробы алапаевских страдальцев двинулись к новому месту упокоения. 

По железной дороге из Читы к границе с Китаем, через станцию Хайлар в Харбин, далее в апреле 1920 г. гробы доставлены в Пекин, где были встречены начальником Русской Духовной Миссии архиепископом Иннокентием и помещены в новом склепе у храма преподобного Серафима Саровского.

Гробы с телами великого князя Сергея Михайловича, князей Иоанна и Константина Константиновичей в склепе храма во имя Всех Святых Мучеников.

В нояб. того же года по желанию сестры Е. Ф., принцессы Виктории Баттенбергской (маркизы Милфорд-Хейвен), останки Е. Ф. и добровольно принявшей с ней мученическую смерть мон. Варвары были отправлены в Иерусалим через Китай, а оттуда морем, через Суэцкий канал, в Египет (г. Порт-Саид). 28 янв. 1921 г. останки, сопровождаемые игум. Серафимом, были торжественно встречены в Иерусалиме греч. и рус. духовенством, принцессой Викторией, многочисленной рус. колонией, местными жителями и рус. паломниками. 30 янв. 1921 г. Иерусалимский Патриарх Дамиан совершил панихиду и погребение останков Е. Ф. и мон. Варвары в крипте ц. Марии Магдалины.

Траурная церемония отпевания доставленных из России останков великой княгини Елизаветы Федоровны и ее келейницы Варвары в храме Марии Магдалины в Иерусалиме. 30 января 1921 г. Из коллекции фотографий Американской колонии в Иерусалиме. Библиотека Конгресса, Вашингтон.

1 нояб. 1981 г. Е. Ф. была прославлена РПЦЗ в сонме Новомучеников Российских в Синодальном соборе Знамения Божией Матери в Нью Йорке.

Ковчег с десницей святой преподобномучениц великой княгини Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары.

Вынос гробов с останками В.К. Елисаветы Федоровны и инокини Варвары из усыпальницы.

 

1 мая 1982 г., в день празднования Недели св. жен-мироносиц в Иерусалиме, происходило торжество переноса мощей из склепа-усыпальницы в храм св. равноап. Марии Магдалины. В наст. время 2 гробницы из белого мрамора с иконами преподобномученицы находятся у алтаря храма.

Чин прославления совершают: архимандрит Антоний, Начальник РДМ ахиепископ Лавр, Сиракузско-Троицкий (сзади) архиепископ Антоний, Лос-Анжелосский, архиепископ Павел, Австралийско-Новозеландский епископ Григорий, Вашингтонский и Флоридский

Рака с мощами св. Елизаветы в церкви Марии Магдалины в Гефсимании.

Рака с мощами св. Варвары в церкви Марии Магдалины в Гефсимании.

Св. Новопреподобномученицы вел. кн. Елисавета и инокиня Варвара.

Алапаевские Новомученики. Фрагмент иконы Зарубежной Церкви «Собор Святых Новомучеников Российских, от безбожников избиенных» (1981 г.)

Алапаевские Новомученики. Современная русская икона.

 


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: