Жена-Самарянка.
Возрастаніе духовной благодатной жизни, въ св. Писаніи, сравнивается съ раскрытіемъ жизни растительной (напр. Матѳ. 13, 24. 32), а все Царство благодати уподобляется виноградному саду, насажденному рукою Божіею (Иса. 5, 1. Іоан. 15, 1). Соображаясь съ сею главною мыслію св. Писанія, мы не погрѣшимъ, если сравнимъ самое различіе членовъ Царства Христова съ различіемъ плодовитыхъ растлѣніи. Въ царствѣ растительномъ есть древа, есть кустарники, и есть растѣнія колосящіяся. Одни достигаютъ зрѣлости своей въ десятилѣтія, другія въ немногіе годы, иныя даже въ одно лѣто. Такъ и въ Царствѣ благодати есть свои великія древа, плодами которыхъ питаются многіе народы и вѣка: таковы св. Апостолы и другіе величіе мужи Церкви. Но есть здѣсь и классы, питающіе семейства. Не удивительно посему, если Апостолы требовали воспитанія въ училищѣ Христовомъ столь продолжительнаго, – сравнительно съ образованіемъ нѣкоторыхъ другихъ вѣрующихъ: назначеніе учителей вселенскихъ было самое высокое; имъ надлежало быть великими и вѣковыми древами въ вертоградѣ Божіи. Не странно также и то, что нѣкоторыя души, въ училищѣ же Христовомъ, созрѣвали очень скоро: это были меньшія растлѣнія въ вертоградѣ Божіи, не имѣвшія столь высокаго назначенія, какъ Апостолы. Къ числу сихъ благодатныхъ растлѣній можно отнесть и упоминаемую въ нынѣшнемъ Евангеліи, жену Самарннку. Въ самомъ дѣлѣ, какъ скоро возрасла она въ Царствѣ Божіи! Въ какое короткое время измѣнилась изъ явной грѣшницы, изъ полуязычницы, зараженной грубыми предразсудками Самарянъ, въ достойную ученицу Христову! какъ скоро Господь наставилъ ее въ такихъ истинахъ, которыя не вдругъ открывалъ Онъ самимъ Апостоламъ!
Всего удивительнѣе кажется то, что Божественный наставникъ, вступивъ въ бесѣду съ Самарянкою при кладезѣ Іаковлевомъ, и исправляя ошибочное мнѣніе ея о Богослуженіи Самаринскомъ въ горѣ Гаризинъ, тотчасъ открываетъ ей высокую богословскую истину. Сказавъ, что истинное Богопочтеніе не привязано ни къ мѣсту, ни къ народу, Господь творитъ женѣ: духъ есть Богъ: и иже кланяется Ему, духомъ и истиною достоитъ кланятися (Іоан. 4, 21-24). Едвали съ самыми Апостолами говорилъ доселѣ Господь о Богопочтеніи столь возвышенно. – Но для спасенія необходимо было знать еще и другую великую истину – то, что человѣку грѣшнику необходимъ ходатай предъ Богомъ – Христосъ, и имѣть объ Мессіи понятіе чистое, истинное. И Спаситель весьма ясно открылъ Себя женѣ, какъ истиннаго Мессію. Жена изъявляетъ нѣкоторую вѣру свою въ грядущаго Мессію: вѣмъ, яко Мессіа прiидетъ, глаголемый Христосъ: егда Той прiидетъ, возвѣститъ намъ вся. Тогда Господь прямо указывлетъ на Себя: Азъ есмь, глаголяй съ тобою (4, 25. 26). Но какое должно имѣть понятіе о Мессіи? чего надлежало вѣрующимъ ожидать отъ Него? и это сказано было Самарянкѣ. Она все это могла послѣ уразумѣть, когда поняла, что это за вода живая, которую подаетъ Спаситель всякому жаждущему, и которая будетъ въ пріемлющемъ ее источникомъ воды, текущей въ животъ вѣчный (– 4, 14). Нужно ли было доказательство на то, что говорящій съ нею есть точно Мессія истинный? и это доказательство имѣла жена. Господь, въ первый разъ видящія ее, въ краткихъ словахъ изображаетъ всю жизнь ея: пять, говоритъ мужей имѣла еси; и нынѣ, егоже имаши, нѣсть ти мужъ (– 4, 18). Слѣдствіемъ сего было то, что жена совершенно увѣровала въ Господа, и даже содѣлалась первою проповѣдницею о Немъ у Самарянъ: и иде во градъ, и глагола человѣкомъ: прiидите и видите Человѣка, Иже рече ми вся, елика сотворихъ: еда Той есть Христосъ? (– 4, 28. 29).
Какая была въ послѣдствіи судьба этой, столь скоро измѣнившейся жены? Извѣстно, что послѣ Самарянамъ проповѣдывалъ св. Филиппъ, одинъ изъ 7-ми діаконовъ, производилъ у нихъ многія чудеса, многихъ мужей и женъ обратись ко Христу и крестилъ, между прочими, и Симона волхва. Узнавъ объ этомъ обращеніи, Апостолы послали къ Самарянамъ Петра и Іоанна, которые и низвели на крещенныхъ дары св. Духа, – посредствомъ возложенія рукъ (Дѣян. 8, 5-17). Должно думать, что обращенная Господомъ Самарянка и тогда же, безъ сомнѣнія, крещенная Апостолами, теперь, вмѣстѣ съ другими, получила Духа Святаго (который, въ видимыхъ, благодатныхъ дарахъ своихъ, явился уже по вознесенія Господа на небо. Іоан. 7, 39). Само собою разумѣетгя и то, что новый даръ Благодати, сообщенный ученицѣ Христовой, одушевилъ ее новою, вящшею ревностію по вѣрѣ, и содѣлялъ ее сильнѣйшею свидѣтельницею истины Христовой. Точно такъ описываешь намъ жену Самаранку и преданіе, изъ котораго заимствуемъ слѣдующее свѣдѣніе о ней (см. Прологъ, Мартъ 20).
Самарянка, бесѣдовавшая съ Господомъ при кладезѣ Іакова, при крещеніи названа Самимъ Спасителемъ Фотиніею (святозарною) и въ послѣдствія совершенно оправдала значеніе своего новаго имени. Она была просвѣтительницею многихъ не только въ своежъ отечествѣ, но и въ другихъ странахъ – въ Африкѣ и въ Италіи. Вмѣстѣ съ младшимъ сыномъ своимъ Іосіею, проповѣдница обращала многихъ въ Карѳагенѣ. Старшій сынъ ея, Викторъ, служилъ въ войскѣ при Неронѣ, и сдѣланъ былъ воеводою въ Италіи съ тѣмъ, чтобы онъ истреблялъ тамъ Христіанство; но, вмѣсто того онъ, какъ воинъ Христовъ, былъ покровителемъ Христіанъ и, подобно матери своей, ревностнымъ проповѣдникомъ Евангеліе. Когда узналъ о томъ тиранъ Римскій, то велѣлъ представить Христіанъ и Христіанокъ предъ себя. Въ то время и Фотинія, съ пятью сестрами своими и сыномъ, явились добровольно предъ Императора, и на вопросъ его: «а чѣмъ пришли вы къ намъ?» Отвѣчала: «для того, чтобъ научить тебя почитать Христа». Но она говорила съ звѣремъ а не съ человѣкомъ. Мучитель велѣлъ разбить на наковальнѣ руки святымъ: это однакожъ не сокрушило ни вѣры, ни самаго тѣла ихъ. Велѣно было отсѣчь имъ руки: но и мечь не подѣйствовалъ. Наконецъ своенравный деспотъ отдалъ святыхъ женъ во власть своей дочери: но проповѣдницы Христовы научили ее знать Христа, а съ нею вмѣстѣ многихъ рабынь ея крестили; за что подверглись новымъ мученіямъ. Когда мученицы заключены были въ темницу, то и въ темницѣ продолжали проповѣдывать Христа, и мѣсто преступниковъ обратили въ храмъ Божій. Наконецъ всѣ онѣ кончили жизнь въ различныхъ мученіяхъ. Со св. Фотиніи содрана была кожами тѣло ея, по повелѣнію тирана, брошено было въ колодезь. Такъ та, которая при кладезѣ оставила путь грѣха и пріяла отъ Жизнодавца жизнь новую, благодатную, въ кладезѣ же оставила и всю временную жизнь и прешла въ другую жизнь, лучшую, блаженную и нескончаемую.
«Воскресеное Чтеніе». Г. II (1838-39). № 5. С. 42-44.
