Владиміръ Николаевичъ Терлецкій – Никейскій Сѵмволъ или Нагорная проповѣдь?
«Вѣрую во Единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимымъ же всѣмъ и невидимымъ. И во Единаго Господа Іисуса Христа, Сына Божія, Единороднаго, иже отъ Отца рожденнаго прежде всѣхъ вѣкъ, Свѣта отъ Свѣта, Бога истинна отъ Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. Насъ ради человѣкъ и нашего ради спасенія сшедшаго съ небесъ и воплотившагося отъ Духа Свята и Маріи Дѣвы, и вочеловѣчшася. Распятаго же за ны при Понтійстѣмъ Пилатѣ, и страдавша, и погребенна. И воскресшаго въ третій день по Писаніемъ. И возшедшаго на небеса и сѣдяща одесную Отца. И паки грядущаго»....
Но здѣсь уже слышатся изъ интеллигентно-сектантскаго лагеря голоса: «довольно, довольно, мы это давно знаемъ, давно слышали, и однако же это насъ вовсе не удовлетворяетъ. Неужели можно серьезно предлагать мыслящему, развитому сознанію конца XIX в. сухую формулу вѣросознанія IV в.? Пора уже, говорятъ, отрѣшиться отъ дѣтскихъ, наивныхъ воззрѣній на христіанство, какъ на какое-то мистическое ученіе; вѣдь всякій образованный, знакомый съ историческимъ изученіемъ христіанства, человѣкъ нашего времени хорошо понимаетъ, что между ученіемъ Христа и ученіемъ Никейскихъ отцевъ нѣтъ ничего общаго; что-нибудь одно: Никейскій сѵмволъ или Нагорная проповѣдь?»
Вотъ модное возраженіе, въ которомъ не знаешь, чему удивляться: странному ли легкомыслію тѣхъ, которые забываютъ, что «Христосъ вчера, днесь, Тойже и во вѣки»; или же совершенному непониманію христіанства тѣми, которые, именуясь христіанами, серьезно предлагаютъ выборъ между Нагорной Проповѣдью и Никейскимъ сѵмволомъ.
Конечно, для современныхъ храмлющихъ на обѣ плеснѣ, язычествующихъ христіанъ, которые вслѣдъ за прославленнымъ Гарнакомъ почитаютъ противнымъ своей немощной совѣсти и претящимъ своему просвѣщенному сознанію открыто исповѣдать вѣру въ безсѣменное зачатіе «насъ ради человѣкъ и нашего ради спасенія сшедшаго съ небесъ и воплотившагося отъ Духа Свята и Маріи Дѣвы», Никейскій сѵмволъ на всегда останется сухой вѣроисповѣдной формулой IV в., и предлагаемая ими, дико рѣжущая христіанскій слухъ, альтернатива между Нагорною проповѣдью и Никейскимъ символомъ никогда не предстанетъ ихъ просвѣщенному сознанію въ своемъ истинномъ, ничего не стоющемъ, значеніи. Но для вѣрующаго христіанина, который не стыдится исповѣдать въ полнотѣ сердца «сію вѣру Апостольскую, сію вѣру отеческую, сію вѣру православныхъ, сію вѣру, яже вселенную утверди», credo Никейскихъ отцевъ звучитъ совершенно иначе. Для него оно живо и дѣйственно, полно въ каждомъ словѣ своемъ глубоко жизненнаго смысла, дышетъ неотразимой силой вѣры, оно проникаетъ въ тѣ тайники духа человѣческаго, гдѣ незримо зрѣетъ горчичное зерно вѣры; оно затрогиваетъ тончайшіе фибры вѣрующаго сердца, заставляетъ ихъ усиленно биться и трепетать, и возгрѣваетъ до полной мѣры ту силу живой вѣры въ Распятаго и Воскресшаго, безъ которой невозможно исполненіе Нагорной проповѣди.
Примиренная во Христѣ съ Богомъ совѣсть вѣрующаго христіанина не блазнится, и живая и дѣйственная вѣра его не изнемогаетъ, когда онъ воспѣваетъ «безсѣменнаго зачатія рождество несказанное», величаетъ и ублажаетъ «безъ истлѣнія Бога Слова рождшую» и «въ рождествѣ дѣвство сохранившую», потому что для здраваго, не затемненнаго никакими предзанятыми идеями, христіанскаго сознанія сверхъестественное зачатіе представляется тайной не большей, чѣмъ и тотъ незримый, недовѣдомый физіологамъ, таинственный процессъ, которому подвергается macula germinativa въ моментъ естественнаго зачатія. Мало того, для христіанскаго сознанія «Божіе рожденіе, обновляющее естество», казалось бы противоественнымъ, если бы не было сверхъестественнымъ, потому что «плодъ бываетъ по роду своему» и «собираютъ ли съ терновника смоквы или съ репейника виноградъ»? Отъ зачатаго въ беззаконіи и рожденнаго во грѣхѣ могъ ли родится «Незнавшій грѣха»?
Христіанинъ, одушевляемый живою вѣрою во Христа, совершенно не понимаетъ, какое можетъ быть противорѣчіе между Никейскимъ сѵмволомъ и Нагорною проповѣдью, если первое неотдѣлимо отъ втораго, какъ сила неотдѣлима отъ дѣйствія, одно обусловливается другимъ, какъ вѣра дѣлами, и наоборотъ, ибо «видишь ли, неосновательный человѣкъ, что вѣра содѣйствуетъ дѣламъ, и дѣлами вѣра достигаетъ совершенства»?
Исполненіе Нагорной проповѣди невозможно безъ той вѣры, которой «побѣждали царства, творили правду, получали обѣтованія», а Никейскій сѵимволъ несетъ съ собою полноту вѣры и живымъ духомъ ея питаетъ каждаго въ мѣру его духовнаго возраста, возводя до мѣры полнаго возраста Христова. Для вѣрующаго христіанина совершенно непонятно, какъ безъ вѣры въ «Распятаго за ны при Понтійстѣмъ Пилатѣ, и страдавша, и погребенна и воскресшаго въ третій день по Писаніемъ» возможна жизнь истинно-христіанская: безъ этой вѣры какъ можно со Христомъ жить, съ Нимъ страдать, Ему сраспинаться, Ему спогребаться, и затѣмъ съ Нимъ воскресать, ходить въ обновленной жизни, облечься въ новаго человѣка, стать новымъ твореніемъ во Христѣ? Обнимая въ цѣльномъ сознаніи своего живо и глубоко вѣрующаго духа цѣльную христіанскую истину, которая едина и въ церковной догматикѣ, и въ церковной этикѣ, и въ церковной эстетикѣ (богослужебный культъ), и въ церковной практикѣ (дисциплина), христіанинъ ясно видитъ, что несуществующее противорѣчіе, которое начали находить въ концѣ XIX в. между Никейскимъ сѵмволомъ и Нагорною проповѣдью, обязано своимъ происхожденіемъ совершенному непониманію христіанства тѣми, которые, продолжая удерживать за собою имя христіанъ, давно уже стали чужды его духа и отверглись его силы.
Поэтому, пусть не смущаютъ насъ своими неосновательными возраженіями тѣ, которые, порвавъ связь съ Церковью, утратили пониманіе жизненнаго смысла христіанства, и живую полноту христіанской истины стараются подмѣнить общими мѣстами отвлеченной холодной морали!
В. Терлецкій.
«Миссіонерское Обозрѣніе». 1898. Іюнь. С. 830-833.
⸭ ⸭ ⸭
Согласіе Символа Вѣры съ Новозавѣтнымъ Откровеніемъ.
Символъ вѣры есть краткое, но точное изложеніе того вѣроученія, которое содержится въ книгахъ Св. Писанія Новаго Завѣта: отцы Собора не только ничего не внесли въ него своего, но даже не употребили ни одного своего выраженія. Символъ Вѣры весь изложенъ словами Новозавѣтныхъ писаній. Для доказательства этого мы приводимъ его здѣсь съ точнымъ указаніемъ цитатъ или тѣхъ мѣстъ Св. Писанія, изъ которыхъ отцы собора заимствовали выраженія при составленіи символа вѣры. Желающіе могутъ провѣрить насъ. Вотъ самый текстъ Никейскаго символа вѣры. «Вѣруемъ во единаго Бога Отца (ср. Іоан. 14, 1; 17, 3; Іак. 2, 19; Евр. 11, 6; Рим. 3, 30; 1 Кор. 8, 6; Гал. 3, 20; Ефес. 4, 6; 1 Тим. 2, 5 и др.), Вседержителя (2 Кор. 6, 18; Апок. 1, 8; 4, 8; 11, 17; 15, 3; 16, 7. 14; 19, 6; 21, 22), Творца небу и земли, видимымъ же всѣмъ и невидимымъ (Матѳ. 19, 4; Марк. 10, 6; Рим. 1, 25; Ефес. 3. 4; Колос. 1, 16). И во единаго Господа Іисуса Христа (1 Кор. 8, 6; Іоан. 13, 13. 14; 1 Кор. 12, 3; Филип. 2, 11), Сына Божія (Матѳ. 3, 17; Марк. 1, 11; Лук. 3, 22; Іоан. 5, 37, Матѳ, 17, 5; Марк. 9, 7; 2 Петр. 1, 17; Матѳ. 16, 16. 20; 14, 33; Іоан. 6, 69; 1 Іоан. 1, 7; 2, 22. 23. 24: 3, 8. 23; 4, 9. 10. 14. 15; 5, 5. 10. 11. 12. 13. 20; 2 Іоан. 1, 3. 9; Апок. 1, 13; 2, 18; Рим. 1, 3. 4. 9; 5, 10; 8, 3. 29. 32; 1 Кор. 1, 9; 15. 28; 2 Кор. 1, 19; Гал. 1, 16; 2, 20; 4, 4. 6; Ефес. 4. 13; 1 Сол. 1, 10; Евр. 1. 2. 5; 4, 14; 6, 6; 10, 29 и др.), Единороднаго (Іоан. 3, 16; 1 Іоан. 4, 9; Гал. 4, 4), иже отъ Отца рожденнаго прежде всѣхъ вѣкъ (1 Іоан. 5, 1; Евр. 1, 5; 5, 5), Свѣта отъ Свѣта (Іоан. 8, 12; 9, 5; 1 Іоан. 1, 5), Бога истинна отъ Бога истинна (Іоан. 3. 33; 1 Іоан. 5, 20; Рим. 3, 4; 1 Сол. 1, 9; Евр. 9, 14), рожденна, не сотворенна (Евр. 5, 5; 1, 5; 1 Іоан. 5, 1), единосущна Отцу (Іоан. 14, 11; 17, 10; 10, 30. 36. 38), Имже вся быша (Іоан. 1, 3; Колос. 1, 16: Ефес. 3, 9; Евр. 1, 2). Насъ ради человѣкъ и нашего ради спасенія (Іоан. 3. 16. 17; Матѳ. 26, 28; Лук. 22, 19. 20; Марк. 14, 24; 1 Кор. 11, 24: Матѳ. 20, 28; Марк. 10, 45; Іоан. 11, 51. 52; 10, 16; 1 Кор. 8, 11; 15, 3, Рим. 5, 18; 1 Тим. 2, 5. 4, 10; Тит. 2, 11; 1 Сол. 5, 9; 1 Сол. 2, 13; Евр. 1, 14: 2, 10; 1 Петр. 2, 2); сшедшаго съ небесъ (Іоан. 3, 13; 6, 62; Матѳ. 26, 64; Іоан. 16, 27. 28; Ефес. 4, 10); и воплотившагося отъ Духа Свята и Маріи Дѣвы, и вочеловѣчшася (Матѳ. 1, 18. 20: Лук. 1, 35; Іоан. 1, 14); Распятаго же за ны при Понтійстѣмъ Пилатѣ и страдавша и погребенна (Матѳ. 27, 26. 60; Марк. 15, 15. 45-46; Лук. 23, 24-25. 52-53; Іоан. 19, 16. 42; 1 Кор. 1, 23; 2, 2. 8; Галат. 3, 1; Апок. 11, 8 и др. 1 Петр. 2, 21. 23; 3, 18; 4, 1; 2 Кор. 1, 5; Евр. 9, 26; 1 Тим. 6, 13; 1 Кор. 15, 4); И воскресшаго въ третій день по Писаніемъ (1 Кор, 15, 3-4); И возшедшаго на небеса (Марк. 16, 19; Лук. 24, 51; Дѣян. 1, 9; Іоан. 3, 13; 6, 62; Матѳ. 26, 64; Ефес. 4, 10; 1 Петр. 3, 22); и сидящаго одесную Отца (Марк. 16, 19; Матѳ. 26, 64; 1 Петр. 3, 22; Колос. 3, 1; Евр. 1, 3. 13; 8, 1; 10, 12; 12, 2). И паки грядущаго со славою судити живымъ и мертвымъ (Матѳ. 25, 31-46; 13, 49; 16, 27; Дѣян. 1, 11; 10, 42. 1 Сол. 1, 10; Іак. 5, 7. 8; 2 Петр. 1, 16; 3, 4. 10. 12; 1 Кор. 4, 5; 15, 23; 2 Кор. 7, 7; 1 Сол. 2, 19; 3, 13; 4, 15; 5, 2. 23; 2 Сол. 2, 1. 8; Матѳ. 24, 44; Апок. 3, 11; 4, 8; 22, 12. 20), Его царствію не будетъ конца (Лук. 1, 33); И въ Духа Святаго (Матѳ. 28, 19; 3, 16; Марк. 1, 10; Лук. 3, 21; Іоан. 1, 32; Матѳ. 1, 18. 20; 12, 28. 32; Марк. 3, 28. Лук. 12, 10. Матѳ. 10, 20. Лук. 12, 12; Іоан. 14, 16. 17. 26; 15, 26; 16, 7-15; 20, 22; 1 Петр. 1, 12; 4, 14; 2 Петр. 1, 21; 1 Іоан. 3, 24; 4, 13; 5, 6. 7; Іуд. 1, 20; Апок. 2.7, 12. 17. 29; 3, 6. 13. 22; 14. 13; Дѣян. 1, 2. 5. 8. 16; 2, 4. 17. 33. 38. 4, 8. 25. 31; 5, 32; 6, 3. 5. 10, 7, 51. 55; 8, 15-19. 39; 9, 17. 31; 10, 19. 38. 44. 45. 47; 11, 12. 15. 16. 24. 28; 13, 2. 4. 9. 52; 15, 8. 28; 16, 6. 7; 19, 2. 6; 20, 23. 28; 21, 11; 28, 25; Рим. 5, 5; 8, 9. 11. 14. 26; 9, 1; 14, 17; 15, 13. 16. 19; 1 Кор. 2, 10. 11. 12. 13. 14; 3, 16; 6; 11. 17. 19; 7, 40; 8, 6: 12, 3. 8. 9. 11. 13; 14, 2; 2 Кор. 3, 3; 5, 5; 6, 6; 13, 13; Галат. 3, 5; 4, 6; Ефес. 3, 5; 4, 4. 30; Филип. 1, 19. 27; 1 Сол. 4, 8; 1 Тим. 3, 16; 4, 1; Тит. 3, 5; Евр. 2, 4; 3, 7; 6, 4; 9, 14; 10, 15), Господа животворящаго (2 Кор. 3, 17; Дѣян. 5, 3. 4; Рим. 4, 17; 8, 11; 1 Кор. 15, 45), Иже отъ Отца исходящаго (Іоан. 15), Иже со Отцемъ и Сыномъ спокланяема и славима (Матѳ. 28. 19; 1 Іоан. 5, 7; Матѳ. 3, 16-17), глаголавшаго пророки (2 Петр. 1, 21; 1 Петр. 1, 10. 11). Во едину святую, соборную и апостольскую Церковь (Матѳ. 16, 18; 18, 17; 1 Пет. 2, 4-8; 1 Кор. 3, 10-12; 12, 28; 14, 4. 12; Ефес. 1, 22; 5, 23. 25-27; 4, 11-13; 2 Кор. 6, 16; 8, 1; Филип. 3, 6; Колос. 1, 18. 24; 2 Сол. 2, 4; 1 Тим. 3, 15 и др.). Исповѣдуемъ едино крещеніе во оставленіе грѣховъ (Іоан. 3, 3. 4; Матѳ. 28, 19; Марк. 16, 16; Дѣян. 2, 38; 10, 47. 48; Ефес. 4, 5; 1 Петр. 3, 21; Рим. 6, 3. 4; 1 Кор. 12, 13; Галат. 3, 27; Колос. 2, 12). Чаемъ воскресенія мертвыхъ (Матѳ. 22, 32; Марк. 12, 26; Лук. 20, 37; Іоан. 5, 25. 28, 11, 25-26; 6, 40. 54; Рим. 6, 5; 1 Кор. 15, 12. 13. 21. 42; Филип. 3, 11; Евр. 6, 2; 11, 19. 35) и жизни будущаго вѣка (Іоан. 3, 16. 36; 4, 14; Ефес. 1, 21; 2, 7; Евр. 6, 5; Рим. 2, 7; 5, 21; 6, 2; 7, 10; Гал. 6, 8; 1 Тим. 4, 8: Евр. 7, 16; 1 Іоан. 1, 2; 2, 25; 3, 14; 5, 11; 13, 20 и мн. др.)».
Провѣривъ указанныя нами цитаты, читатель, конечно, самъ увидитъ, что Никейскій символъ вѣры не только вполпѣ согласенъ съ ученіемъ новозавѣтнаго Откровенія, но даже изложенъ словами и изреченіями новозавѣтныхъ писаній.
Проф.-протоіерей Т. И. Буткевичъ. Послѣднее сочиненіе графа Л. Н. Толстаго «Царство Божіе внутрь васъ» (Критическій разборъ). // «Вѣра и Разумъ». 1894. Т. 1. Ч. 1. Отд. Церк. С. 571-573. Отд. изд. Харьковъ 1894. С. 78-80.
Отцы Первого Вселенского Собора с текстом Символа веры. Икона из мон-рь Св. Троицы (Спармос) на юго-западном склоне Олимпа, ном Лариса, Фессалия, Греция. 1633 г.
Отцы Первого Вселенского Собора с текстом Символа веры. Икона из Нового Скита на Афоне. 1768 г.
Отцы Первого Вселенского Собора. Храм Успения Пресвятой Богородицы (Протат) в Карее. (1779 г.).
