Архiепископъ Филаретъ (Гумилевскiй) – Слово въ недѣлю Пятидесятницы.
Мы же не духа міра сего пріахомъ, но Духа, иже отъ Бога есть. 1 Кор. 2, 12.
Такъ говорилъ о себѣ и о вѣрныхъ Коринѳа апостолъ Павелъ. И онъ по праву говорилъ это, хотя ни онъ, ни вѣрные Коринѳа не были въ той Сіонской горницѣ, куда сошелъ Духъ Святый въ день Пятидесятницы. Апостолъ Петръ говорилъ въ объясненіе дивнаго событія Сіонскаго: вамъ бо есть обѣтованіе и чадомъ вашимъ и всѣмъ дальнимъ, елика аще призоветъ Господь Богъ нашъ (Дѣян. 2, 39). Всѣмъ, кто только удостоится чести быть призваннымъ къ вѣрѣ Христовой, всѣмъ принадлежитъ право на пріятіе даровъ Сіонской горницы. Духъ Святый посланный Апостоламъ, посланъ для всѣхъ вѣрующихъ, кто бы они ни были.
Такъ и намъ, при всей бѣдности временъ нашихъ, ниспосылается Духъ Святый. Въ таинствѣ крещенія получаемъ мы благодатное рожденіе въ духовную жизнь; въ мѵропомазаніи утверждаемся благодатію въ жизни духовной. Духъ Святый, со временъ апостольскихъ, не преставалъ и не престаетъ изливать обиліе даровъ Своихъ на вѣрующихъ во Христа Іисуса.
Однако Апостолъ, когда говоритъ о себѣ: мы же не духа міра сего пріяхомъ, но Духа, иже отъ Бога есть, – даетъ видѣть, что иные могутъ принимать и усвоять себѣ духъ міра, но не Духа, иже отъ Бога есть. И если Апостолъ радуется тому, что въ немъ нѣтъ духа міра: то значитъ, надобно намъ остерегаться того, не водворился бы въ насъ духъ міра вмѣсто Духа, иже отъ Бога. Размыслимъ же внимательно, что это за духъ міра, противополагаемый Апостоломъ Духу, иже отъ Бога? Сравнимъ дѣйствіе Духа иже отъ Бога, съ дѣлами духа міра.
Духъ, иже отъ Бога, Духъ, который оживлялъ вѣрующихъ Павлова времени и оживляетъ вѣрующихъ всѣхъ временъ, во-первыхъ, есть Духъ истины. Такъ говоритъ о Немь Господь Іисусъ: егда пріидетъ Онъ, Духъ истины, наставитъ вы на всяку истину (Іоан. 16, 13). И нисшедшій на Апостоловъ Духъ точно явился Духомъ истины, потому что научилъ ихъ истинѣ, открылъ такія тайны, о которыхъ гордый умъ человѣческій и не мечталъ. Сей Духъ истины, по слову Спасителя, пребудетъ съ учителями христіанства во вѣкъ (Іоан. 14, 6). И Онъ пребывалъ и пребываетъ съ нами. Вотъ почему, въ теченіи осмнадцати вѣковъ, лжеученія и заблужденія человѣческія, тучи мрака и ада злобнаго, не могли ничего сдѣлать съ Церковію Христовою, не могли на мѣстѣ апостольскаго ученія водворить свое ученіе. Она понынѣ остается съ ученіемъ апостольскимъ, какъ была съ нимъ при Апостолахъ. – Это – дѣло Духа истины.
Духъ, иже отъ Бога, просвѣщаетъ животворнымъ свѣтомъ истины и каждую душу, ищущую спасенія. Онъ открываетъ ей и ея собственное положеніе, и то, гдѣ ей искать спасенія; наставляетъ истинному боговѣдѣнію, показываетъ, кто таковъ для насъ Господь Іисусъ и Его благодать; Онъ даетъ видѣть, какъ тщетны, какъ пусты всѣ временныя блага и какъ нужно намъ только одно – искать небесной отчизны. Не можетъ быть ни одного сомнѣнія въ жизни, котораго бы Духъ истины не разрѣшилъ для вѣрующей души по ея молитвѣ, если только это нужно для вѣчнаго ея спасенія.
Чему же учитъ духъ міра? Когда св. Писаніе хочетъ сказать о немъ, какъ о чемъ-то враждебномъ для нашего спасенія: то даетъ видѣть въ мірѣ общество людей, которые живутъ только для времени, а не для вѣчности. Такимъ образомъ духъ міра означаетъ правила и образъ мыслей людей, которые дорожатъ только земными выгодами и не думаютъ о жизни за гробомъ.
Послѣ сего понятно, какимъ можетъ быть наставникомъ духъ міра. Если онъ не отвергаетъ явно бытія Божія: то онъ такъ равнодушенъ къ мыслямъ о Богѣ, такъ мало озабоченъ какимъ-либо помышленіемъ о Немъ, какъ будто для него нѣтъ Бога. Господь Іисусъ, Его царствіе, Его благодать – предметы ненужныя для міра. Если не всегда явно говорятъ чада міра: да ямы и піемъ, утрѣ бо умремъ: то дѣла ихъ говорятъ тоже самое. Они не понимаютъ, какъ можно жить иначе на землѣ, если не для земли? Если встрѣчаются имъ люди, которые считаютъ все земное за пустоту, за ничтожество, – они спрашиваютъ: въ умѣ ли эти люди? и произносятъ такой приговоръ: это – жалкіе люди, мечтатели, изувѣры. Заговорите съ ними о душѣ, о покаяніи, о судѣ, – они скажутъ: объ томъ – въ другое время, – т. е. они любятъ ложь и не хотятъ разстаться съ ложью. Духъ міра на каждомъ шагу учитъ ихъ лжи, – и они лгутъ на каждомъ шагу. Они лгутъ, когда каятся, потому что нѣтъ въ нихъ искренняго раскаянія. Лгутъ, обѣщая исправиться при другомъ лучшемъ времени,, потому что не хотятъ они исправиться, потому что слишкомъ дорожатъ суетою міра, потому что удовольствія свѣта, честь, слава, деньги овладѣли душею ихъ. Они лгутъ при оцѣнкѣ благъ земныхъ, потому что въ душѣ своей даютъ имъ цѣну, какой они не стоютъ; потому что ставятъ ихъ выше всего, тогда какъ они суть только средства къ духовному совершенству, при томъ условныя. Они говорятъ ложь и тогда, какъ на словахъ соглашаются съ ограниченнымъ значеніемъ земныхъ благъ, потому что въ душѣ своей говорятъ о нихъ другое, покланяются имъ какъ идоламъ. Когда и въ чемъ не лгутъ они? Они лгутъ, чтобы забавлять другихъ ложью; лгутъ, чтобы закрывать отъ другихъ свои грѣхи и слабости; лгутъ, потому что дорожатъ выгодами лжи а не значеніемъ правды. Цѣлая жизнь ихъ – цѣпь лжи и обмановъ; потому что гоняясь во всю жизнь за благами мечтательными, суетными, пустыми, они превращаютъ жизнь въ непрерывный, рядъ обмановъ, ошибокъ, грѣховъ, преступленій. Истина всегда себѣ вѣрна. Духъ міра вѣтренъ, непостояненъ, перемѣнчивъ до жалкаго и смѣшнаго. Что считалъ міръ образцомъ ума и вкуса лѣтъ за 30 предъ симъ, – нынѣ смѣется онъ надъ образцовымъ того времени. – Таковъ духъ міра!
Духъ, иже отъ Бога, есть Духъ Святый, Духъ Освятитель. Онъ очищаетъ душу отъ грѣховъ; путемъ скорбей, раскаянія, подвижничества, ведетъ отъ совершенства къ совершенству и возстановляетъ чистый первозданный образъ Божій въ человѣкѣ. Омыстеся, освятистеся, оправдастеся именемъ Господа нашего Іисуса Христа и Духомъ Бога нашего (1 Кор. 6, 1). Любы Божія изліяся въ сердца наша Духомъ Святымъ, даннымъ намъ (Рим. 5, 5). Плодъ духовный есть любы, радость, миръ, долготерпѣніе, благость, милосердіе, вѣра, кротость, воздержаліе (Гал. 5, 22). Нельзя сказать, что освященные Духомъ Святымъ не чувствуютъ въ себѣ слабостей, не подвергаются ошибкамъ. Но они остерегаются, они боятся грѣха, какъ самой страшной язвы. Если и падаютъ они: то немедленно встаютъ и паденія обращаютъ себѣ въ урокъ, какъ спасаться отъ паденій. Они не свободны отъ искушеній, – пакостникъ плоти – ангелъ сатанинъ дѣетъ пакости и людямъ самой высокой духовной жизни (2 Кор. 12, 7). Но они борются съ искушеніями подъ защитою Духа Освятителя, распинаютъ плоть съ ея страстями и грѣшными движеніями; съ усиліемъ подвизаются войти въ царство Христово, въ царство чистоты и смиренія. Они непрестанно стремятся къ высшей цѣли и забывая о томъ, какія слабости удалось имъ побѣдить въ себѣ, какія добрыя качества пріобрѣсть, помышляютъ лишь о томъ, какъ бы не остаться за дверями чертога Христова.
А чего желаетъ, къ чему стремится духъ міра? Онъ со всѣмъ не такъ взыскателенъ въ отношеніи къ грѣху и святости. Грубыхъ грѣховъ, грязныхъ пороковъ и онъ чуждается, по крайней мѣрѣ въ глазахъ людей. О гражданской честности и онъ заботливъ, по крайней мѣрѣ столько, сколько это нужно для выгодъ жизни. Но тайныя желанія гордости, тайныя движенія похоти, тайныя дѣйствія страсти къ деньгамъ вовсе не замѣчаются имъ или считаются ни по чемъ. Объ умерщвленіи чувствъ, о самоотреченіи, о вѣрности въ вещахъ малыхъ, о стремленіи къ высшему совершенству онъ и знать не хочетъ. Это, говоритъ онъ, дѣла тѣхъ, которые особенно на то призваны, а не наши дѣла. Какъ будто не каждый Христіанинъ далъ клятву при крещеніи быть послѣдователемъ Христа распятаго; какъ будто не каждый самымъ именемъ христіанина обязанъ любить законъ Христовъ. Наше дѣло, говорятъ, приносить пользу въ мірскомъ быту. И какъ же приносятъ пользу? Хорошо еще, если несутъ какую-нибудь общественную должность, хотя бы и съ грѣхами противъ точности въ исполненіи, противъ чистоты въ намѣреніяхъ. Иные же не выставляютъ ли себя за людей полезныхъ обществу и тогда, какъ безумною роскошью, нерасчетливымъ щегольствомъ въ нарядахъ, ежедневными веселостями, легкомысленною тратою времени, силъ и средствъ разстроиваютъ, вмѣстѣ съ своимъ состояніемъ, состояніе многихъ семей, и соблазномъ жизни губятъ тысячи душъ, за которыхъ умеръ на крестѣ Сынъ Божій! Наше дѣло приносить пользу въ мірскомъ быту: къ чему эти слова въ устахъ христіанина? Если ты живешь какъ христіанинъ: ты безъ сомнѣнія вездѣ принесешь пользу обществу. Если же ты, въ оправданіе уклоненія своего отъ христіанскаго служенія Богу, указываешь себѣ на обязанности въ отношеніи къ обществу: то имѣю право сказать тебѣ, что ты такой же плохой слуга общества, какъ и плохой слуга Божій.
Духъ, иже отъ Бога, по слову Спасителя, есть Духъ Утѣшитель. Тяжела была участь Апостоловъ. Сколько гоненій, сколько несправедливостей, сколько бѣдъ надлежало имъ вытерпѣть! И благій Господь ихъ обѣщаетъ послать имъ Утѣшителя вѣрнаго. Азъ умолю Отца, и иного Утѣшителя дастъ вамъ, да будетъ съ вами во вѣкъ: Духъ истины, егоже міръ не можетъ пріяти (Іоан. 14, 16. 17). И Утѣшитель посланъ, и Онъ подкрѣплялъ Апостоловъ въ ихъ скорбяхъ и страданіяхъ. Кто изъ странниковъ земли не имѣетъ нужды въ утѣшеніи? Со стороны Духа Утѣшителя готово утѣшеніе для каждой вѣрующей души, на каждую скорбь ея. Онъ вливаетъ въ сердце утѣшенія и надежды, о которыхъ само сердце не въ со стояніи и подумать. И Духъ способствуетъ намъ въ немощехъ нашихъ. О чесомъ бо помолимся, якоже подобаетъ, не вѣмы: но самъ Духъ ходатайствуетъ о насъ воздыханіи неизглаголанными (Рим. 8, 26).
Какъ сладки, какъ живительны тѣ утѣшенія, которыя Духъ Святый посылаетъ душѣ вѣрующей, – это видимъ въ примѣрѣ мучениковъ. Не были лн они покойны, не сіяли ли лица ихъ небесною радостію въ то самое время, когда тѣла ихъ истерзаны были желѣзомъ или обуглены огнемъ?
И духъ міра любитъ ласкать дѣтей своихъ утѣшеніями. Даже это-то и составляетъ главную приманку, которою онъ привлекаетъ людей изъ ограды Христовой въ свои дворы. Утѣхъ, веселостей, всего болѣе и ожидаютъ отъ міра. Но каковы эти утѣшенія! Какъ онѣ пусты, какъ не вѣрны! Безсмертной души нельзя напоить водою земныхъ удовольствій; эта вода только усиливаетъ жажду въ бѣдной душѣ. Не состоятъ ли въ зависимости отъ случаевъ и обстоятельствъ измѣнчивыхъ утѣшенія свѣта? Что значитъ человѣкъ, отъ котораго такъ многаго ожидаютъ многіе? Онъ яко трава, – дніе его яко цвѣтъ сельный; нынѣ богатъ и великолѣпенъ, а завтра въ гробу. Ни богачь, ни ученый, ни властелинъ, ни сынъ веселостей не подадутъ и одной капли утѣшенія на смертномъ одрѣ, когда душа должна давать отчетъ въ жизни Судіи всѣхъ – Богу, когда отверзается ей вѣчность, столько грозная для грѣшниковъ.
О, какъ много надобно намъ молиться, чтобы не возобладалъ нами духъ міра! Царю небесный, Утѣшителю, Душе истины! спаси души наша. Аминь.
«Воскресное Чтеніе». Г. XIX (1855-1856). № 8. С. 73-76. Переп. въ: «Слова, бесѣды и рѣчи Филарета (Гумилевскаго), Архіепископа Черниговскаго и Нѣжинскаго». Изд. 3-е. СПб. 1883. С. 115-119.
