Протоіерей Арсеній Царевскій – Воскресеніе Іисуса Христа.
Великое событіе славнаго воскресенія Іисуса Христа произошло подъ покровомъ глубокой ночи, при отсуствіи человѣческихъ свидѣтелей, и чрезъ Ангеловъ возвѣщено было апостоламъ, какъ совершившійся уже фактъ, для возвѣщенія о немъ всѣмъ народамъ. «Что превосходитъ разумѣніе людей, говоритъ одинъ изъ древнихъ толковниковъ Св. Писанія, то возвѣщается людямъ чрезъ Ангеловъ. Воскресшій же Христосъ прешелъ не къ обыкновенной человѣческой жизни, но къ безсмертной и Богу сообразной, по Писанію: а еже живетъ, Богови живетъ (Рим. 6, 10), Посему-то и воскресеніе Христа не должно было наблюдаться людьми». И дѣйствительно, если уже въ видимой природѣ каждый новый образовательный процессъ бываетъ сокрытъ отъ человѣческаго взора, то что удивительнаго въ томъ, если великое событіе воскресенія Христа, принадлежащее всецѣло къ области сверхъестественнаго бытія, было окружено мракомъ ночи и не созерцалось людьми? Подобно великой тайнѣ рожденія, совершившейся во тьмѣ священной ночи, и тайна воскресенія Іисуса Христа, этого какъ бы новаго рожденія изъ нѣдръ земли, покрыта была мракомъ священной пасхальной ночи. И только какъ готовый, уже совершившійся фактъ тайна сія, подобно тайнѣ рожденія, впервые была возвѣщена людямъ чрезъ Ангеловъ.
Въ самомъ образѣ возвѣщенія сей великой тайны Апостоламъ нельзя не усматривать особой, божественной премудрости Господа. Воскресеніе Іисуса Христа было исполненіемъ славнѣйшихъ ветхозавѣтныхъ пророчествъ и вмѣстѣ величайшимъ чудомъ. Оно должно было стать незыблемымъ основаніемъ христіанства, послѣднимъ завершительнымъ камнемъ въ домостроительствѣ божественнаго откровенія, неопровержимымъ доказательствомъ божественнаго достоинства Христа и вмѣстѣ нерушимою печатію нашей вѣры и нашей надежды. Въ виду столь важнаго значенія воскресенія Христова, оно должно было быть открыто такимъ образомъ, который не оставлялъ бы болѣе мѣста даже для малѣйшаго разумнаго сомнѣнія въ немъ. Въ умахъ Апостоловъ и учениковъ Спасителя нужно было такъ запечатлѣть истину воскресенія Его, чтобы ничто уже не могло поколебать вѣру въ нее. И дѣйствительно изъ Св. Писанія мы видимъ, что Спаситель открылъ Свое воскресеніе избраннымъ Своимъ свидѣтелямъ двумя способами, которые въ соединеніи другъ съ другомъ были вполнѣ достаточны для того, чтобы вѣру въ него сдѣлать непоколебимою. Прежде всего Онъ открылъ имъ Свое воскресеніе путемъ свидѣтельствъ, затѣмъ путемъ явленій, причемъ свидѣтельства эти вмѣстѣ съ вѣрою въ нихъ служили какъ бы подготовительною ступенью къ самымъ явленіямъ. Первыя вызвали въ душахъ Апостоловъ какъ бы разсвѣтъ, а вторыя произвели въ нихъ уже совершенный день вѣры и убѣжденія въ воскресеніи Его.
Что касается свидѣтельствъ о воскресеніи Спасителя, то мы видимъ, что для этого употреблены были, такъ сказать, небо и земля. Солнце свидѣтельствовало о немъ своимъ жизнерадостнымъ и, по мнѣнію нѣкоторыхъ, ускореннымъ восходомъ, земля – своимъ сотрясеніемъ, ангелы – своимъ благовѣстіемъ женамъ мироносицамъ и апостоламъ, такъ что здѣсь по истинѣ можно воскликнуть съ псалмопѣвцемъ: свидѣнія Твоя, Господи, увѣришася зѣло (Пс. 92). Чрезъ всѣ эти свидѣтельства въ памяти Апостоловъ были вызваны данныя имъ Самимъ Господомъ обѣтованія, оживлена ихъ надежда, усилена вѣра, оправданы ихъ чаянія, а чрезъ явленія Воскресшаго проложенъ путь къ дальнѣйшему высшему откровенію и положено основаніе тому непоколебимому убѣжденію, которое Апостолы должны были имѣть въ событіи воскресенія Господа. Достойнымъ также удивленія, если можно такъ выразиться, кажется намъ самый порядокъ явленій воскресшаго Спасителя. Прежде всего Господь является именно какъ бы прикровенно Маріи Магдалинѣ и двумъ ученикамъ, шедшимъ въ Еммаусъ, и затѣмъ уже является открыто. Сначала Онъ является женамъ мироносицамъ, а затѣмъ избраннымъ свидѣтелямъ. Первыя явленія должны были проложить путь ко вторымъ и усилить впечатлѣніе ихъ. Прежде всего Онъ является privatim предъ нѣкоторыми избранными лицами, затѣмъ предъ Апостолами publice, всегда съ однимъ и тѣмъ же намѣреніемъ. Онъ является раннимъ утромъ и позднимъ вечеромъ, во всѣ часы дня, въ продолженіе 40 дней, въ разныхъ мѣстахъ. Всѣ эти явленія завершены были великимъ явленіемъ предъ 500 учениковъ на горѣ Галилейской, которое предсказано было Спасителемъ еще ранѣе и къ которому всѣ предшествующія явленія служили какъ бы приготовленіемъ. Этимъ послѣднимъ явленіемъ истина воскресенія Христа должна была запечатлѣться навсегда. Такъ всѣ эти явленія воскресшаго Христа образовали какъ бы лѣствицу, которая, опираясь на предшествующихъ свидѣтельствахъ, постепенно возводила Апостоловъ до непреложнаго убѣжденія въ воскресеніи Христа. И въ этомъ убѣжденіи, которое въ денъ Пятидесятницы было запечатлѣно еще Духомъ Святымъ, они получили силу до нашего времени и до конца міра привлекать сердца всѣхъ людей къ любви Христа, къ вѣрѣ въ ученіе Его и къ надеждѣ на данныя Имъ обѣтованія вѣчной жизни и будущаго славнаго воскресенія.
Повѣствованіе о воскресеніи Іисуса Христа записано четырьмя евангелистами, изъ коихъ два, а можетъ быть и всѣ четыре, не разъ видѣли Господа по Его воскресеніи, бесѣдовали съ Нимъ, осязали Его, вкушали и пили съ Нимъ. «Замѣчаемыя при этомъ разногласія, говоритъ одинъ изъ современныхъ экзегетовъ, касаются побочныхъ обстоятельствъ и только доказываютъ, что разсказъ евангелистовъ не измышленъ. Разногласія эти свидѣтельствовали бы о достовѣрности факта даже въ томъ случаѣ, если бы онѣ были неустранимы». Но если теперь окажется возможнымъ примирить ихъ, то чрезъ это получится новое ясное доказательство подлинности евангельскихъ повѣствованій и вмѣстѣ истинности нашей вѣры въ нихъ. Попытаемся сдѣлать это.
Предварительно считаемъ нужнымъ вкратцѣ разрѣшить вопросъ: откуда произошли въ Св. Писаніи тѣ кажущіяся разногласія, нѣсколько примѣровъ которыхъ мы представимъ сейчасъ? Допускать въ Св. Писаніи дѣйствительныя разногласія невозможно, ибо въ произведеніи Духа Святаго ихъ не можетъ быть. Что же касается кажущихся разногласій въ повѣствованіяхъ различныхъ писателей объ одномъ и томъ же событіи, то почему бы имъ не быть въ Библіи? Не могло ли, даже не должно ли различіе положеній, въ которыхъ писали евангелисты, различіе повода, цѣли, мѣста и пр. произвести нѣкое разнообразіе въ ихъ писаніяхъ? Говоря спеціально о нашемъ предметѣ, мы должны замѣтить, что евангелисты, какъ это видно изъ евангелій, не имѣли намѣренія оставить намъ цѣльный образъ воскресенія Іисуса Христа, но изобразили только нѣкоторыя черты этого образа, наиболѣе отпечатлѣвшіяся въ ихъ памяти или казавшіяся имъ особенно важными, и эти черты каждый изъ нихъ представилъ особеннымъ свойственнымъ ему образомъ.
Что касается синоптиковъ, то мы находимъ у нихъ слѣдующія общія черты въ повѣствованіи о воскресеніи Іисуса Христа.
1) Въ первый день недѣли жены мироносицы приходятъ рано ко гробу и находятъ его пустымъ.
2) Имъ являются Ангелы и возвѣщаютъ о воскресеніи Господа.
3) Мироносицы возвращаются отъ гроба и разсказываютъ видѣнное и слышанное Апостоламъ.
Это было какъ бы зерно, которое каждый евангелистъ имѣлъ предъ глазами, и вокругъ этого зерна каждый изъ нихъ свойственнымъ ему образомъ положилъ скорлупу, которая составилась естественнымъ путемъ изъ побочныхъ обстоятельствъ и потому у каждаго получила также различную окраску.
Съ этой точки зрѣнія посмотримъ прежде всего на времяопредѣленіе; которое оставили намъ евангелисты касательно событія воскресенія Іисуса Христа. Матѳей говоритъ: въ вечеръ же субботный, свитающу во едину отъ субботъ (Мѳ. 28, 1). Маркъ напротивъ: и минувшей субботѣ.... и зѣло заутра во едину отъ субботъ пріидоша на гробъ возсіявшу солнцу (16, 1-2). Лука сообщаетъ даже, что уже начинала заниматься утренняя заря: во едину же отъ субботъ зѣло рано (Лук. 24, 1). Спрашивается теперь, откуда произошло такое разногласіе и какъ его примирить? Если мы обратимся къ тому же повѣствованію у евангелиста Іоанна, то съ одной стороны затрудненіе окажется еще большимъ, а съ другой разрѣшеніе его окажется болѣе легкимъ. Этотъ евангелистъ сообщаетъ именно, что была еще полная тьма: Заутра еще сущей тьмѣ – mane cum adhuc tenebrae essent (Іоан. 20, 1) Такимъ образомъ мы имѣемъ триразличныя времяопредѣленія, причемъ времяопредѣленіе Матѳея совпадаетъ съ времяопредѣленіемъ Луки, по которому уже наступалъ разсвѣтъ, между тѣмъ какъ по Іоанну было еще темно, а по Марку солнце уже взошло. Разногласіе это съ одной стороны хорошо объясняется тѣмъ фактомъ, чтобъ въ Палестинѣ ночь быстро смѣняется днемъ и потому разсвѣтъ бываетъ такъ кратокъ, что различіе въ этомъ отношеніи не можетъ имѣть значенія. Затѣмъ также – и это особенно важно въ данномъ случаѣ – нельзя вполнѣ утверждать, будто каждый евангелистъ въ своемъ повѣствованіи хотѣлъ означить одинъ и тотъ же моментъ времени: было еще темно, когда мироносицы отправились ко гробу, а когда они пришли туда, то уже разсвѣло и стало свѣтло. Что же касается спеціально Марка, то его обозначеніе: возсіявшу солнцу сдѣлано, по-видимому, не безъ особеннаго намѣренія. Далѣе у него говорится именно о явленіи воскресшаго Спасителя Маріи Магдалинѣ, и это возсіявшу солнцу могло быть сдѣлано съ тою цѣлью, чтобы напередъ устранить всякія основанія для того мнѣнія, будто Марія Магдалина во тьмѣ ночи или на разсвѣтѣ могла видѣть простой фантомъ. Противъ этого не говоритъ и выраженіе Іоанна: еще сущей тьмѣ, такъ какъ у него между прибытіемъ женъ ко гробу и явленіемъ Спасителя Маріи Магдалинѣ изложено столь много фактовъ, что всякій можетъ видѣть, что по совершеніи ихъ уже не могло быть тьмы.
Второе разногласіе касается только Марка и Луки. По послѣднему жены, пришедшія ко гробу, приготовили ароматы предъ субботою: носяще яже уготоваша ароматы, по Марку же, наоборотъ, жены купили ароматы по прошествіи субботы: и минувшей субботѣ.... купиша ароматы. Если нѣкоторые при этомъ замѣчаютъ, что изъ повѣствованія Луки не видно, ранѣе ли или по прошествіи субботы были приготовлены ароматы, то это не вѣрно, поелику 23, 56 ст. Лука говоритъ: возвратившись же, приготовили благовонія и масти (т. е. жены по возвращеніи съ Голгоѳы). Къ этимъ приготовленнымъ благовоніямъ, очевидно, и относится 24, 1: носяще яже уготоваша ароматы. Что касается этого разногласія, то устранить его легко. Въ пятницу вечеромъ послѣ смерти Спасителя жены мироносицы вернулись съ Голгоѳы и начали готовитъ ароматы; затѣмъ провели субботный день по заповѣди, какъ говоритъ евангелистъ Лука, и вечеромъ въ субботній день купили еще мастей и благовонія, поелику въ это время уже позволительно было сдѣлать эту необходимую для воскресенія покупку.
Слѣдующій вопросъ касается числа женъ, пришедшихъ ко гробу. Евангелистъ Іоаннъ, въ видахъ скорѣйшаго перехода къ дальнѣйшему повѣствованію, называетъ одну Марію Магдалину, поелику онъ занимается большею частію ею и поелику она ему и апостолу Петру принесла радостную вѣсть о воскресеніи Спасителя. Этимъ, естественнно, не исключается, что и многія другія жены пришли ко гробу. И дѣйствительно синоптики сообщаютъ намъ о многихъ. Такъ евангелистъ Матѳей называетъ Марію Магдалину и другую Марію, которою могла быть названная у него же 27, 56 и 61 ст. Марія, Іакова и Іосіи матерь, слѣдовательно жена Клеопы. Взглядъ нѣкоторыхъ толковниковъ, будто другая Марія была Матерью Господа, едва ли можетъ быть принятъ, такъ какъ евангелисты, несомнѣнно, упомянули бы о Ней. Евангелистъ Маркъ сверхъ этихъ двухъ называетъ еще Саломію, мать сыновъ Зеведеевыхъ, а Лука, напротивъ, Іоанну, жену Хузы домоправителя Иродова, присовокупляя къ этому: и другія съ ними. Можно ли усматривать здѣсь дѣйствительное разногласіе? Марія Магдалина и Марія Іакова упоминаются всѣми тремя синоптиками, вѣроятно, ради выдающагося значенія их. А если же евангелистъ Маркъ называетъ Саломію, а Лука Іоанну, то это не доказываетъ ничего. Во всякомъ случаѣ онѣ обѣ пришли ко гробу, но одинъ авторъ упомянулъ только о первой, а другой – только о второй. Впрочемъ изъ прибавки евангелиста Луки: и другія съ ними – мы можемъ заключить, что при этомъ было много женъ, перечислять которыхъ евангелисты сочли неудобнымъ или излишнимъ.
Переходимъ теперь къ явленію ангеловъ женамъ мироносицамъ. Всѣ четыре евангелиста повѣствуютъ только объ отваленіи камня отъ гроба или о совершившемся уже фактѣ, причемъ повѣствованіе Матѳея является наиболѣе обстоятельнымъ. Евангелистъ Маркъ сверхъ того сообщаетъ еще разговоръ, который жены мироносицы вели между собою на пути ко гробу. Также здѣсь одно повѣствованіе восполняется другимъ. Нѣкоторое недоумѣніе можетъ возбуждатъ здѣсь то обстоятельство, что Матѳей и Маркъ говорятъ объ одномъ ангелѣ, между тѣмъ какъ Лука о двухъ. Затѣмъ по Матѳею Ангелъ сидѣлъ на отваленномъ въ сторону камнѣ, а по Марку – съ правой стороны на гробѣ. Послѣднее разногласіе просто объясняется тѣмъ, что евангелистъ Матѳей означаетъ самый моментъ схожденія Ангела, который, отваливъ камень, сѣлъ на немъ и, прежде чѣмъ пришли жены мироносицы, вошелъ во гробъ и тамъ явился пришедшимъ женамъ, о чемъ сообщаетъ евангелистъ Маркъ. Что же касается числа Ангеловъ, то и этотъ вопросъ разрѣшается просто. Можно думать, что мѣсто воскресенія Господа было окружено безчисленнымъ сонмомъ Ангеловъ, какъ это было при рожденіи Его, хотя они были и невидимы. Два изъ нихъ явились женамъ, а одинъ говорилъ съ ними.
Что же дѣлали теперь жены Мироносицы? По Матѳею, съ которымъ согласуется и евангелистъ Лука онѣ поспѣшно отошли отъ гроба со страхомъ и великою радостію, чтобы сообщитъ радостную вѣсть ученикамъ. По Марку же онѣ побѣжали отъ гроба и изъ боязни никому не говорили ничего. Также это разногласіе устраняется легко, если обратиться къ повѣствованію евангелиста Іоанна. Послѣдній говоритъ, что Марія Магдалина, найдя гробъ пустымъ, побѣжала къ Симону Петру и къ Іоанну, и обратилась къ нимъ съ слѣдующими словами, выражавшими страхъ и любовь, наполнявшіе ея душу: «унесли Господа изъ гроба и не знаемъ, гдѣ положили Его». Между тѣмъ къ гробу подошли другія жены и, услышавъ благовѣстіе Ангела, со страхомъ возвратились, не говоря ничего. Разсказъ ихъ былъ даже и не нуженъ, поелику Петръ и Іоаннъ уже знали все и не скрывали этого отъ остальныхъ учениковъ. Впослѣдствіи же испуганныя жены могли и говорить о семъ. Такимъ образомъ по Матѳею они побѣжали отъ гроба, чтобы сообщить радостную вѣсть ученикамъ, но, прійдя къ нимъ, не сказали никому ничего, чтобы не ввергнуть ихъ еще въ большее смущеніе. Можно думать также, что это сообщеніе Марка (16, 8) означаетъ только, что мироносицы ничего не говорили отъ скорби только въ продолженіи своего пути къ ученикамъ, такъ какъ въ греческомъ текстѣ прямо говорится: καὶ οὐδενὶ οὐδὲν. Βο всякомъ случаѣ при томъ и другомъ мнѣніи разсматриваемое разногласіе устраняется вполнѣ. Наконецъ сообщеніе евангелиста Іоанна изложено столь ясно и просто, что усумниться въ немъ не возможно. Маркъ замѣчаетъ, что Господь прежде всего явился Маріи Магдалинѣ, Іоаннъ описываетъ ближайшія обстоятельства этого явленія и въ числѣ, ихъ – наиболѣе важное для нашего разсужденія, именно то, что Марія Магдалина побѣжала къ Петру и Іоанну съ намѣреніемъ возвѣстить имъ, что она нашла гробъ пустымъ, въ слѣдствіе чего ученики сіи въ свою очередь поспѣшили ко гробу.
Если теперь сопоставить повѣствованія всѣхъ четырехъ Евангелистовъ о воскресеніи Іисуса Христа, то окажется, что великое событіе это происходило въ слѣдующемъ порядкѣ.
Въ первый день недѣли т. е. въ воскресеніе 10-го Апрѣля 783 года отъ основанія Рима Марія Магдалина вмѣстѣ съ другими женами рано идутъ ко гробу, чтобы помазать тѣло Господа. Около этого же времени при гробѣ происходитъ великое землетрясеніе, съ неба сходитъ Ангелъ и отваливаетъ камень, которымъ закрывъ былъ гробъ, а находившаяся при гробѣ стража въ страхѣ падаетъ на землю. Марія Магдалина, опередившая другихъ женъ, находитъ камень отваленнымъ и поспѣшно возвращается назадъ, но въ слѣдствіе смущенія – не къ слѣдовавшимъ за нею женамъ, а другою дорогою къ Петру и Іоанну. Между тѣмъ къ гробу приходятъ также эти жены, слышатъ отъ Ангела вѣсть о воскресеніи Спасителя и возвращаются къ Апостоламъ. Когда онѣ еще шли, Петръ и Іоаннъ уже спѣшили ко гробу, при чемъ Іоаннъ шелъ впереди Петра. Іоаннъ только наклонился ко гробу, между тѣмъ какъ Петръ вошелъ въ самый гробъ и нашелъ однѣ пелены. На пути съ ними могли встрѣтиться жены мироносицы, возвращавшіяся отъ гроба и теперь не сказавшія имъ ничего. Вскорѣ послѣ того или даже вмѣстѣ съ ними Марія Магдалина снова спѣшитъ ко гробу и первая удостоивается извѣстнаго явленія Господа. Затѣмъ къ гробу возвращаются, вѣроятно, другія жены и на пути также имъ является Господь, какъ и остальнымъ ученикамъ.
С. Ар. Царевскій.
«Кіевскія Епархіальныя Вѣдомости». 1892. Ч. Неофф. № 8. С. 203-206; № 9. С. 227-233.
