Протоіерей Димитрій Склобовскій – Любовь Христіанская.
Самая величайшая добродѣтель, самая первая и главная заповѣдь Закона Божія есть любовь. Она составляетъ собою, такъ сказать Самое существо Божіе: Богъ люби есть, говоритъ Слово Божіе (1 Іоан. 4, 16). И потому все исходящее отъ Бога запечатлѣно любовію. По любви Богъ сотворилъ міръ; по любви сотворилъ и человѣка, и далъ ему Свой образъ и подобіе. И когда человѣкъ нарушилъ заповѣдь Божію и отступилъ отъ Бога; то Богъ не отвергъ его и не допустилъ до конечной погибели, но по Своей безконечной любви далъ ему Свой законъ для его просвѣщеніи и не пощадилъ для него Единородпаго возлюбленнаго Сына Своего, Котораго и послалъ въ міръ дли спасеніи человѣка. Потому и говоритъ Господь Іисусъ Христосъ, что на любви основанъ весь законъ Божій (Мѳ. 22, 40). Но само собою разумѣется если и сотвореніе человѣка и все промышленіе Божіе о немъ, его искупленіе кровью Сына Божія, его вѣчное спасеніе и безконечное блаженство во царствіи небесномъ – все совершается Богомъ и даруется человѣку по любви; то и отъ человѣка Господь требуетъ болѣе всего любви. На вопросъ о томъ – какая самая главная и наибольшая заповѣдь въ законѣ, Господь отвѣчалъ: возлюбиши Господа Бога твоего всѣмъ сердцемъ твоимъ и всею душою твоею, и всею мыслію твоею (Мѳ. 22, 37). Какъ созданіе Божіе, человѣкъ кругомъ и во всемъ зависитъ отъ Бога – Своего Создатели, помимо Котораго для него возможно только самое крайнее несчастіе и конечная погибель, но въ Которомъ все его счастье и блаженство, всѣ его радости и спасеніе заключаются; и потому человѣкъ всячески долженъ стараться приблизиться къ Богу любовію, такъ какъ ничто такъ не приближаетъ и не уподобляетъ человѣка Богу, какъ любовь, и именно потому, что Богъ Самъ есть любовь, Богъ любы есть. Значитъ человѣкъ долженъ всѣмъ существомъ своимъ проникнуться любовію къ Богу, какъ высочайшему и единственному источнику истиннаго свѣта, истиннаго счастья и блаженства, – долженъ предать Ему сердце свое, долженъ возлюбить Господа Бога своего всѣмъ сердцемъ, всею душою и всею мыслію.
Но затѣмъ, съ любовію къ Богу Самъ Господь ставитъ въ живую неносредственную связь любовь къ ближнимъ. Возлюби ближняго какъ самого себя (Мѳ. 22, 39), говорить Господь. Эта святѣйшая заповѣдь Божія о любви къ ближнимъ также есть первая и главная въ законѣ Господнемъ, потому что она неразрывно связана съ первою, т. е. съ заповѣдью о любви къ Богу, или какъ говорить Господь, подобна ей. И дѣйствительно, такъ тѣсно и неразрывно эти двѣ заповѣди о любви связаны между собою, что одна безъ другой и не существуетъ. Кто истинно и всѣмъ сердцемъ любитъ Бога, тотъ непремѣнно и также истинно любитъ и человѣка, какъ самое любимое созданіе Божіе. Человѣкъ сотворенъ по образу и подобію Божію; – зная зто мы должны искренно любить всякаго человѣка, и именно потому, что онъ есть живой образъ и подобіе Божіе. И если я питаю къ кому-либо изъ моихъ ближнихъ, или оказываю ненависть, злобу, пренебреженіе, недоброжелательство, – значить я забылъ или знать не хочу того, что мой ближній такое же какъ и я созданіе Божіе, также какъ и я, носитъ въ себѣ образъ и подобіе Божіе. Очевидно, въ самомь сотвореніи по одному и тому же образу Господь соединилъ насъ неразрывными узами между собою; и кто знаетъ и помнитъ это, всегда неотложно имѣетъ въ виду, тотъ, любя всемъ сердцемъ Бога, непремѣнно любитъ искренно и всякаго человѣка, какъ своего ближняго. Но это наше единство или сродство по природѣ и сотворенію Господь тѣмъ еще болѣе скрѣпилъ и запечатлѣлъ въ искупленіи. Для всѣхъ насъ сообща и для каждаго одинаково Онъ послалъ въ міръ Единороднаго Сына Своего и совершилъ чрезъ Него наше искупленіе и спасеніе; за каждаго изъ насъ одинаково Господь нашъ Іисусъ Христосъ предалъ Себя на крестную смерть, и каждаго одинаково искупилъ безцѣнною кровью Своею отъ грѣха, проклятія и вѣчной смерти, – каждаго изъ насъ одинаково пріобрѣлъ, примирилъ и усыновилъ Своему Небесному Отцу. Вотъ какими святѣйшими Божественными узами соединилъ насъ Господь между собою! И вотъ какъ высоко свѣтъ Христовъ просвѣщаетъ всѣхъ насъ! Вотъ какъ безконечно свято и Божественно наше христіанство, которое одно даетъ такую высокою цѣну и значеніе человѣку, такъ высоко возвышаетъ достоинство человѣка и такое высокое понятіе сообщаетъ и внушаетъ намъ другъ о другѣ! Понятно ли послѣ этого, почему и въ словѣ Божіемъ, и въ обыкновенной рѣчи, на языкѣ нашихъ отношеній мы называемся ближними между собою? Именно потому, что однимъ и тѣмъ же сотвореніемъ и однимъ и тѣмъ же искупленіемъ Господь самымъ тѣснѣйшимъ образомъ сблизилъ насъ между собою. Кромѣ того, Единороднымъ Сыномъ Божіимъ, Который сдѣлался нашимъ Искупителемъ и Примирителемъ, всѣ мы одинаково примирены съ Отцемъ Небеснымъ, привлечены къ Нему и соединены въ Немъ. Еще болѣе и болѣе возвышается такимъ образомъ наше единство, наше высшее духовное сродство между собою; и потому тѣмъ болѣе и поистинѣ мы ближніе другъ другу, самые искренно близкіе, неразрывно родственные между собою, и притомъ искренно приближенные и соединенные съ Богомъ и въ Богѣ, составляя такимъ образомъ всѣ вмѣстѣ единый церковный союзъ, единое и неразрывное христіанское общество, одно цѣлое и святѣйшее тѣло Церкви, Глава котораго есть Христосъ, а мы члены. Вотъ какъ мы нераздѣльно близки между собою и тѣснѣйшимъ образомъ соединены во Христѣ съ Богомъ! Въ этомъ высочайшемъ и святѣйшемъ церковномъ союзѣ съ Богомъ и между собою, въ насъ поистинѣ должна царствовать самая искренняя христіанская любовь; и всякій недоброжелатель и ненавистникъ своего ближняго, очевидно является уже нарушителемъ этого союза, прямо свидѣтельствуетъ о себѣ, что онъ какъ бы выступаетъ и отдѣляется отъ святѣйшаго общества христіанъ, отрывается отъ тѣла Церкви, Глава котораго Самъ Христосъ; значить неизбѣжно отвергаетъ Божію любовь, противится Самому Богу. Нe ясно ли и не очевидно ли послѣ этого, почему въ словѣ Божіемъ такъ рѣшительно отвергается самая даже возможность истинной любви къ Богу безъ любви къ ближнимъ? Св. Апостолъ и Евангелистъ Іоаннъ Богословъ, этотъ высочайшій учитель любви Христовой, говоритъ: аще кто речетъ, яко люблю Бога, и брата своего ненавидитъ, ложъ есть: ибо не любяй брата своего, его же видѣ, Бога, его же не видѣ, како можетъ любити? (Іоан. 4, 20). Человѣкъ твой ближній у тебя, говоритъ, предъ глазами; ты видишь его и притомъ знаешь, что онъ такое же, какъ и ты, любимое созданіе Божіе, также какъ и ты носить въ себѣ образъ и подобіе Божіе, вмѣстѣ и одинаково съ тобою искупленъ и присвоенъ Богу драгоцѣнною кровію Искупителя; и если не смотря на все сіе, ты не любишь его, то какъ ты можешь любить и Самаго Бога, Котораго ты не видишь и видѣть не можешь? Какъ ты можешь искренно любить Его, ненавидя въ тоже время Его самое любимое и дорогое твореніе? Твоею ненавистью къ ближнему ты очевидно унижаешь и оскорбляешь святыню Господню въ немь сущую; – и какъ же ты можешь въ тоже время любить Бога? Очевидно невозможно, рѣшительно невозможно такое неестественное раздѣленіе чувствъ въ святѣйшемъ христіанскомъ союзѣ проникнутомъ и дышащемъ любовію, – невозможно это неестественное совмѣщеніе любви съ ненавистью, сочетаніе добра со зломъ; невозможно, чтобы твое сердце въ одно и тоже время воодушевлялось столь противоположными чувствами и любовію къ Богу и ненавистью къ ближнему. И потому поистинѣ, кто не любитъ ближняго, тотъ и къ Богу не можетъ имѣть истинной любви и не имѣетъ Бога въ сердцѣ своемъ. Ненавидяй брата своего, говоритъ св. Богословъ, во тьмѣ есть, и во тьмѣ ходить, и не вѣсть, камо идетъ, яко тьма ослѣпи очи ему (1 Іоан. 2, 11).
А пребываяй въ любви, говоритъ Апостолъ, въ Бозѣ пребываетъ и Богъ въ немъ пребываетъ (1 Іоан. 4, 16). Что можетъ быть выше и вожделѣннѣе для человѣка этого завѣтнѣйшаго общенія съ Богомъ, составляющаго конечную цѣль его существованія, самый высшій и крайній предѣлъ всѣхъ помышленій его души, всѣхъ стремленій его сердца, и совершаемаго въ любви и любовію? Вотъ какое необъятное значеніе имѣетъ христіанская любовь! Содержа человѣка въ тѣснѣйшемъ неразрывномъ союзѣ съ Богомъ, она на всякую мысль, на всякое намѣреніе и дѣйствіе человѣка кладетъ свою печать и всему даетъ смыслъ и направленіе; безъ нея ни самая вѣра чудотворящая, преставляющая горы, ни самое крайнее самопожертвованіе – до преданія себя на сожженіе, ничто не имѣетъ цѣны въ очахъ Божіихъ; она составляетъ собою предѣлъ всѣхъ добродѣтельныхъ стремленій и подвиговъ человѣка, которымъ она одна даетъ силу и значеніе; она есть какъ говоритъ Слово Божіе, исполненіе закона (Рим. 13, 10); значитъ конецъ всѣхъ христіанскихъ добродѣтелей, вѣнець духовнаго совершенства!
Но само собою разумѣется, такое высокое достоинство имѣетъ только именно христіанская любовь, любовь въ христіанскомь смыслѣ, по Христу, для Христа и во Христѣ. А вѣдь можетъ быть еще и бываетъ любовь недостойная, даже Богопротмвная. Напр. Забывая высшее званіе свое о Христѣ, человѣкъ увлекается привязанностію къ міру сему и его прелестямъ, которыя всему предпочитаетъ и любитъ больше всего и паче Бога имъ покланяется; или привязывается къ человѣку плотскою любовію и ставитъ его въ сердцѣ своемъ выше Бога; любятъ нерѣдко другъ друга изъ-за того, что одинъ въ другомъ поощряютъ страсть къ роскоши и богатству тлѣнному, въ которое они такъ сказать, влагаютъ свою душу; даже люди безнравственные иногда тоже любятъ другь друга потому что взаимно питаютъ нечистыя пожеланія, поощряютъ въ себѣ плотоугодіе и влекутъ одинъ другаго къ плотскимъ наслажденіямъ и пр. Очевидно, все это виды любви плотской, нечистой, неимѣющей никакого христіанскаго значенія, даже прямо Богопротивной, о которой Апостолъ говоритъ: любы міра сего вражда Богу есть: иже бо восхощетъ другъ быти міру, врагъ Божій бываетъ (Іак. 4, 4). Въ такой любви нѣтъ ничего христіанскаго, такъ какъ при этомъ утрачивается всякое воспоминаніе о Христѣ и о послѣдованіи Христу; такая любовь чисто плотская, земная, ни къ чему духовному и небесному не только не имѣющая ни какого отношенія, но и совсѣмъ имъ противоположная, притомъ крайне неустойчивая, мимолетная, фальшивая, при первомъ испытаніи въ прахъ разлетающаяся, при которой къ тому же невозможна любовь небесная, духовная, Божественная. Отъ такой нечистой, Богопротивной любви предостерегаетъ насъ Апостолъ, когда говоритъ: не любите міра, ни яже въ мірѣ: аще кто любитъ міръ, нѣсть любы Отчи въ немъ (1 Іоан. 2, 15). Значитъ драгоцѣнна, Божественна и спасительна для насъ именно любовь христіанская, искренно соединяющая насъ въ одно христіанское общество, въ одну Церковь Христову, для всегдашняго единодушнаго служенія и прославленія Господа, для нашего вѣчнаго спасенія во Христѣ, для вожделѣннѣйшаго соединеніи съ Богомъ во царствіи небесномъ. Вотъ любовь поистинѣ высочайшая, достойнѣйшая, носящая вь себѣ обѣтованіе вѣчной жизни и безконечнаго блаженства! Она есть высочайшій завѣтъ христіанства, она составляетъ сущность и цѣль Божественнаго домостроительства о спасеніи рода человѣческаго; и потому къ ней должны быть наипаче направлены всѣ помыслы души и всѣ желанія и стремленіи нашего сердца. Очевидно что такая возвышенная христіанская любовь доступна и возможна только людямъ благочестивымъ, живущимъ по духу и благочестію христіанскому. И если мы признаемъ и чувствуемъ, что не имѣемъ вь себѣ такой любви, то это и есть явный знакъ нашего недостоинства, нашего духовнаго разслабленія, по которому мы погружаясь умомъ и сердцемъ въ земное и тлѣнное, сами дѣлаемъ себя неспособнымм возвышаться къ духовному, Божественному. Вотъ какъ любовь вѣрно разбираетъ и обнаруживаетъ наше духовное состояніе, измѣряетъ и цѣнить по достоинству наши мысли и стремленія, наши сердечныя расположенія!.
Но какъ, скажете, мы должны любить ближнихъ? Какъ самого себя, отвѣчаетъ Самъ Господь Іисусъ Христосъ. Ты желаешь себѣ спасенія души, желаешь себѣ Божія благоволенія, желаешь чтобы Господь не лишилъ тебя Своей благодати и милости, что бы сохранилъ тебя отъ соблазновъ и искушеній, оть разныхъ бѣдъ и напастей, чтобы въ мірѣ и тишинѣ сохранилъ твою жизнь и даровалъ тебѣ въ свое время мирную, безболѣзненную, христіанскую кончину и упокоилъ твой духъ твердымъ упованіемъ вѣчной жизни и блаженства во царствіи небесномъ. Все это желанія совершенно законныя, христіанскія, истинно добрыя и спасительныя. Но желай всѣхъ сихъ благъ не себѣ одному, а и твоему ближнему – всякому человѣку отъ всего сердца и также искренно какъ самому себѣ, этого непремѣнно требуетъ отъ тебя святѣйшая заповѣдь Христова о любви. И если ты искренно будешь желать всякаго блага и спасенія твоему ближнему, то отнюдь не будешь осуждать или укорять его, если онъ ведетъ неправильную и неблагочестивую жизнь, если даже и совсѣмъ ведетъ себя безобразно и погрязъ въ блатѣ страстей; – нѣтъ, ты отъ всего сердца пожалѣешь о немъ, глубоко поскорбишь о его паденіи угрожающемъ ему вѣчною погибелью и всячески постараешся помочь ему выйти изъ грѣховной бездны добрымъ христіанскимъ совѣтомъ и ласковымъ словомъ; а если ты предвидишь, что отъ такого вмѣшательства не выйдетъ ничего полезнаго, что утопающій въ беззаковіи не послушаетъ тебя и твоего совѣта, и еще оскорбится на твое замѣчаніе и ожесточится противъ тебя, то ты и не доводя его до раздраженія, а изъ глубины сердечной воздохни о немъ къ Богу и помолось, чтобы Господь Самъ вразумилъ его и обратилъ отъ беззаконія на путь спасенія. Словомъ всячески промышляй о спасеніи ближнихъ, и самъ будешь спасенъ. Къ величайшему несчастію, между нами нерѣдко бываетъ, что люди еще радуются, когда видятъ другаго падающимъ, погибающимъ въ нечестивой жизни и беззаконіяхъ. Но помни, слушатель благочестивый, что такая радость есть радость врага нашего діавола, который въ этомъ случаѣ самъ возбуждаетъ и раздѣляетъ эту адскую радость; – знай это, и какъ геенны огненной, бойся этого гнуснаго безбожнаго злорадства. По любви во Христѣ, глубоко, отъ всего сердца поскорби о паденіи твоего ближняго, и какъ о самомъ себѣ, вознеси о немъ изъ глубины душевной молитву къ Милосердому Господу, чтобы Онъ отвратилъ его отъ беззаконія и не допустилъ ему погибнуть. Такая твоя молитва, какъ благовонный ѳиміамъ, возвысится къ престолу Божію и будетъ пріятна и благоугодва предъ Господомъ, и тебѣ самому принесетъ великое духовное сокровище. Далѣе, – ты желаешь всячески избавиться отъ непріятныхъ столкновеній съ людьми, желаешь избавиться отъ нищеты и бѣдности и жить въ довольствѣ, чтобы твое семейство не нуждалось вь первыхъ потребностяхъ жизни, чтобы тебѣ никого не безпокоить и не обременять собою, всячески желаешь избавиться отъ большихъ несчастій и болѣзней и т. д. Все это желанія законныя и полезныя. Но всего этого ты также желай не одному себѣ, а и твоему ближнему – всякому человѣку, и желай искренно, отъ всего сердца, какъ самому себѣ. Этого именно и требуетъ отъ тебя Господь Своею Святѣйшею Заповѣдію о любви. По любви во Христѣ, искренно радуйся всякому доброму успѣху и благополучію твоего ближняго, какъ своему собственному; принимай искреннее сердечное участіе во всякомъ его положеніи; и если его постигнетъ какое-либо великое несчастіе или большая неудача, посѣтуй и поскорби вмѣстѣ съ нимъ и чѣмъ можешь помоги ему, хотя добрымъ участливымъ словомъ и теплою молитвою о немъ ко Господу, зная, что безъ Божіей помощи и благоволенія не пройдетъ никакая бѣда и ни отъ какой напасти не избавится человѣкъ. Но нечего уже и говорить о томъ, если ты видишь или встрѣчаешь твоего ближняго изнывающимъ отъ голода и отъ другой какой тяжкой нужды; – не подать ему въ этомъ случаѣ насущнаго хлѣба и не отвести его отъ горькой нужды и отчаянія – было бы не только противно Христіанской любви, но и прямо – жестоко, безчеловѣчно и безбожно!
Возлюби же, слушатель благочестивый, Господа всѣмъ сердцемъ твоимъ, всею мыслію твоею, и всею крѣпостію твоею, – возлюби преимущественно и больше всѣхъ и всего; Ему Единому служи всѣмъ сердцемъ и покланяйся; наблюдай за собою и бойся, чтобы тобою не возобладало какое-либо излишнее пристрастіе къ кому-либо изъ людей и чтобы ты не превознесъ въ твоемъ сердцѣ – и не возлюбилъ человѣка паче Бога; – тѣмъ болѣе еще бойся, чтобы тобою не возобладала страсть къ земнымъ и тлѣннымъ вещамъ и удовольствіямъ, и чтобы ты не предался этой страсти до забвенія о Богѣ, который Одинъ долженъ быть Богомъ твоею сердца, Владыкою твоей души и твоихъ помышленій и желаній. Помпи, что возлюбить Господа всѣмъ сердцемъ и посвятить и предать Ему Единому всю свою жизнь, въ Немъ Одномъ положить всѣ свои надежды и радости, – есть самая первая и большая заповѣдь закона Божіи, и потому есть твой самый первый и высшій долгъ, самая главная и святѣйшая твоя обязанность. А по Богѣ и въ Богѣ возлюби всею душою и всѣмъ сердцемъ и твоего ближняго – всякаго человѣка; помни, что если ты не любишь ближняго, то не можешь достойно возлюбить и Самаго Господа; – искорени же въ себѣ всякое самолюбіе, всякую зависть и недоброжелательство по отношенію къ ближнему; предавай себя всегда и охотно во служеніе его всяческимъ нуждамъ, и духовнымъ и тѣлеснымъ, и по возможности никогда не отказывай ему въ твоемъ содѣйствіи и помощи, если таковая ему потребуется; будь во всякомъ случаѣ снисходителенъ къ нему; всегда ласковъ и любезенъ въ обращеніи съ нимъ, и всячески желай ему избавиться отъ грѣхопаденій и несчастій; желай ему спасенія души, блаженства въ будущей жизни и всякаго блага, здравія и благополучія на землѣ, – желай искренно, отъ всего сердца, именно какъ самому себѣ. Помни, что любовь христіанская такъ возвышается надъ своими добродѣтелями, что безъ нея ничто не благоугодно предъ Господомъ, – что безъ нея не будетъ принята у Бога никакая твоя жертва, не будетъ услышана никакая твоя молитва.
Прот. Д. Склобовскій.
«Воронежскія Епархіальныя Вѣдомости». 1888. № 18. Ч. Неофф. С. 890-899.
