Схиепископъ Митрофанъ (Абрамовъ) – Обрѣзаніе и Срѣтеніе Господне (Лук. 2, 21-39).
Сошедшій на землю для спасенія падшаго рода человѣческаго Единородный Сынъ Божій принялъ плоть человѣческую и сдѣлался подобенъ людямъ во всемъ кромѣ грѣха.
Какимъ образомъ произошло соединеніе двухъ естествъ – Божескаго и человѣческаго въ одномъ лицѣ Богочеловѣка, это тайна, въ которую не могутъ проникнуть не только люди, но даже ангелы; извѣстно лишь, что два естества въ лицѣ Господа нашего Іисуса Христа соединены хотя и нераздѣльно, но въ тоже время «неслитно» и «неизмѣнно» (Опред. IV Вселенскаго Собора). Выраженія «неслитно» и «неизмѣнно» указываютъ на то, что въ одномъ лицѣ Богочеловѣка два естества – Божеское и человѣческое – не слились между собою, не смѣшались, а пребываютъ оба, какъ два различныя естества: ни Божеское естество не измѣнилось въ человѣческое, ни человѣческое не преложилось въ Божеское, но то и другое остаются цѣлыми въ лицѣ Спасителя. (Прав. Испов. ч. 1, отв. на вопр. 32-й).
«Богъ Слово ради насъ сдѣлался человѣкомъ, пишетъ Св. Ипполитъ, ради насъ принялъ на себя ограниченность естественной плоти, но не потерпѣлъ превращенія... Чрезъ двоякое дѣйствованіе? Божеское и человѣческое. Онъ явилъ Себя тѣмъ и другимъ, и безпредѣльнымъ Богомъ, и ограниченнымъ человѣкомъ, вполнѣ сохраняющимъ въ Себѣ то и другое естество съ принадлежащимъ каждому естеству дѣйствованіемъ, или, что тоже, съ существеннымъ каждому свойствомъ».
Въ виду этого «Христа, пишетъ Св. Аѳанасій Великій, должно признавать совершеннымъ Богомъ и совершеннымъ человѣкомъ, не такъ, впрочемъ, будто Божеское совершенство превратилось въ человѣческое совершенство, что нечестиво; и не такъ, чтобы два совершенства были исповѣдуемы раздѣленными, что чуждо благочестія; но въ смыслѣ бытія полнаго, дабы Одинъ и Тотъ-же былъ – то и другое, совершенъ по всему Богъ и человѣкъ». Изъ приведеннаго святоотеческаго ученія ясно открывается, что Господь нашъ Іисусъ Христосъ, воспринявъ на Себя плоть человѣческую, сдѣлался совершеннымъ человѣкомъ и, не переставая быть Единороднымъ Сыномъ Божіимъ, явился въ то-же время дѣйствительнымъ Сыномъ Человѣческимъ. Какъ человѣкъ, Онъ имѣлъ человѣческую плоть и человѣческую душу и, чуждый лишь грѣха, былъ подвергнутъ всѣмъ свойствамъ, нераздѣльнымъ съ человѣческой природой вообще.
Иного правильнаго взгляда на человѣческую природу Христа быть не можетъ, такъ какъ только, будучи совершеннымъ человѣкомъ, во всемъ кромѣ грѣха подобнымъ людямъ, Онъ могъ явиться дѣйствительнымъ Спасителемъ и Искупителемъ человѣчества. Въ самомъ дѣлѣ, чтобы быть посредникомъ между Богомъ и людьми, для этого необходимо имѣть сродство съ Тѣмъ и другими; чтобы явиться для людей образомъ и примѣромъ нравственной жизни, нужно Самому было облечься въ плоть и воспринять душу, свойственную людямъ.
«Самое имя посредника, пишетъ по этому вопросу Блаженный Ѳеодоритъ, указываетъ здѣсь на Божество и человѣчество. Будучи только Богомъ, Іисусъ не назывался посредникомъ; какъ могъ Онъ посредствовать между нами и Богомъ, не имѣя ничего нашего? Но поелику Онъ, какъ Богъ, соединенъ со Отцемъ, имѣя ту-же власть, а какъ человѣкъ – съ нами, отъ насъ воспринявъ образъ раба: то справедливо названъ посредникомъ, соединяя въ Себѣ, раздѣленныя стороны чрезъ соединеніе естествъ – Божескаго и человѣческаго»
«Мы вѣруемъ, разсуждаетъ Св. Ириней, что мы не иначе могли познать Бога, какъ чрезъ вочеловѣчившееся Слово Божіе, и не иной кто могъ возвѣстить намъ объ Отцѣ, какъ только ѵпостасное Слово Его. Не иначе, говорю, мы могли научиться, какъ видя Просвѣтителя своего очами нашими, и принимая слово Его слухомъ нашимъ, дабы, стараясь быть подражателями дѣлъ, исполнителями наставленій Его, сдѣлались способными вступить въ общеніе съ Нимъ и заимствовать преспѣяніе отъ Совершеннаго, Который выше всѣхъ условій и ограниченій».
«Поелику человѣкъ могъ слышать только отъ подобнаго Ему лица, говоритъ Кириллъ Іерусалимскій, то Спаситель принялъ на Себя подобное Ему естество, дабы удобнѣе научить людей».
Такимъ образомъ, на основаніи самыхъ простыхъ соображеній разума, мы должны согласиться съ повѣствованіемъ Евангелистовъ и признать, что Единородный Сынъ Божій, Господь нашъ Іисусъ Христосъ, принявъ вочеловѣченіе, явился на землѣ совершеннымъ человѣкомъ, во всемъ подобнымъ людямъ кромѣ грѣха.
А если такъ, то принадлежа по человѣчеству къ извѣстному обществу, Христосъ естественно долженъ былъ подлежать и подчиняться законамъ и уставамъ этого общества, въ противномъ же случаѣ эта принадлежность Христа къ обществу людей, это сродство Его съ людьми – не были-бы полными.
Христосъ, какъ человѣкъ, принадлежалъ къ обществу народа Іудейскаго, слѣдовательно и долженъ былъ подчиняться религіознымъ и гражданскимъ законамъ іудеевъ.
И дѣйствительно, за все время Своего пребыванія на землѣ Спаситель никогда не явился нарушителемъ ни гражданскихъ, ни религіозныхъ законовъ народа Іудейскаго, и, повелѣвая воздавать Кесарево Кесарю, въ то-же время говорилъ людямъ: «Не думайте, что Я пришелъ нарушить законъ или пророковъ: не нарушить пришелъ Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вамъ: доколѣ не прейдетъ небо и земля, ни одна іота, или ни одна черта не прейдетъ изъ закона, пока не исполнится все» (Матѳ. 5, 17-18).
Правда, иногда ревнители закона обвиняли Христа въ нарушеніи религіозныхъ законовъ Іудеи, но послѣднее являлось слѣдствіемъ того, что сами ревнители закона не понимали ни его смысла, ни его духа, въ чемъ и были обличаемы Спасителемъ.
Первый законъ, который былъ исполненъ Спасителемъ по рожденіи, былъ древній законъ объ обрѣзаніи. Во исполненіе этого закона, повѣствуетъ Евангелистъ Лука.
Лук. 2. 21. По прошествіи восьми дней, когда надлежало обрѣзать Младенца, дали Ему имя Іисусъ, нареченное ангеломъ прежде зачатія Его во чревѣ.
На основаніи того, что Самъ Спаситель благоволилъ воспринять іудейское обрѣзаніе, находились въ первые времена христіанства люди, которые признавали необходимость обрѣзанія и для христіанъ. Противъ этого неправильнаго ученія возставалъ особенно Св. апостолъ Павелъ, который въ посланіяхъ къ Римлянамъ и Галатамъ подвергъ вопросъ объ обрѣзаніи подробному обсужденію, доказавъ его непримѣнимость въ Церкви Христовой, какъ новозавѣтной. Дѣйствительно, обрѣзаніе являлось, какъ извѣстно, символомъ Ветхаго Завѣта человѣка съ Богомъ (Быт. 17, 9; Лев. 12, 3); но Ветхій Завѣтъ существовалъ только до искупительныхъ страданій Христа. Съ этого времени вступилъ въ силу Новый Завѣтъ, символомъ котораго является таинство крещенія, замѣнившее собою обрѣзаніе. Послѣднее подтверждаетъ ап. Павелъ въ посланіи къ Колоссянамъ, говоря: «Въ Немъ (во Христѣ) вы и обрѣзаны обрѣзаніемъ нерукотвореннымъ, совлеченіемъ грѣховнаго тѣла плоти, обрѣзаніемъ Христовымъ. Бывъ погребены съ Нимъ въ крещеніи...» (Колос. 2, 12).
Второй законъ, которому подлежалъ Христосъ по рожденіи, былъ такъ называемый законъ о посвященіи Богу первенцевъ.
Въ первый разъ этотъ законъ былъ данъ Богомъ чрезъ Моисея народу Израильскому въ скоромъ времени по выходѣ послѣдняго изъ Египта. «И сказалъ Господь Моисею, читаемъ мы въ книгѣ «Исходъ»: освяти Мнѣ каждаго первенца, разверзающаго ложесна, между сынами Израилевыми, отъ человѣка до скота: потому что Мои они» (Исх. 13, 12). «И сказалъ Моисей народу..., когда введетъ тебя Господь въ землю Ханаанскую... отдѣляй Господу все мужескаго пола, разверзающее ложесна» (Исх. 13, 11-12). При этомъ Моисей разъяснилъ народу причину установленія означеннаго закона, а также способъ примѣненія Его по отношенію къ первенцамъ изъ людей, которыхъ, по закону, должно было выкупать. «И когда послѣ, заповѣдуетъ Моисей, спроситъ Тебя сынъ твой, говоря: что это? то скажи ему: рукою крѣпкою вывелъ насъ Господь изъ Египта, изъ дома рабства. Ибо, когда фараонъ упорствовалъ отпустить насъ, Господь умертвилъ всѣхъ первенцевъ въ землѣ Египетской, отъ первенца человѣческаго до первенца изъ скота: посему я приношу въ жертву Господу все разверзающее ложесна, мужескаго пола, а всякаго первенца изъ сыновъ моихъ выкупаю» (Исх. 13, 12-15).
Впослѣдствіи этотъ законъ о первенцахъ былъ значительно видоизмѣненъ; именно вмѣсто посвященія первенцевъ отъ каждаго дома народа Израильскаго Господь разъ навсегда отдѣлилъ Себѣ цѣлое колѣно Левіино, которое и явилось, такъ сказать, выкупомъ за всѣхъ первенцевъ Израильскихъ. «И сказалъ Господь Аарону, читаемъ мы въ книгѣ Числъ, ...братьевъ вашихъ, Левитовъ, Я взялъ отъ сыновъ Израилевыхъ, и далъ ихъ вамъ, въ даръ Господу, для отправленія службы при скиніи собранія» (Числ. 18, 1. 6).
Но и послѣ отдѣленія Богу колѣна Левіина, рождавшіеся первенцы въ народѣ Израильскомъ не были свободны отъ извѣстныхъ узаконеній; за нихъ былъ положенъ выкупъ въ пользу замѣнившаго ихъ колѣна Левіина въ размѣрѣ пяти сиклей серебра за каждаго первенца.
«Первенецъ изъ людей долженъ быть выкупленъ, заповѣдалъ Господь Аарону... а выкупъ: начиная отъ одного мѣсяца, по оцѣнкѣ твоей, бери выкупъ пять сиклей серебра, по сиклю священному, который въ двадцать геръ» (Числ. 18, 15-16). Священный сикль, называвшійся такъ въ отличіе отъ сикля гражданскаго, заключалъ въ себѣ двадцать мѣдныхъ монетъ (геръ), или двѣ драхмы, и равнялся 35 коп. или даже 50 коп. нашей монеты, слѣдовательно выкупъ за первенца не превосходилъ двухъ съ половиной рублей на наши деньги.
Самое посвященіе Богу первенцевъ не сопровождалось никакимъ обрядомъ, но женщина, родившая его, должна была выполнить слѣдующія предписанія закона: «Если женщина зачнетъ и родитъ младенца мужскаго пола, то она нечиста будетъ семь дней... и тридцать три дня должна она сидѣть, очищаясь отъ кровей своихъ; ни къ чему священному ни должна прикасаться, и къ святилищу не должна приходить, пока не исполнятся дни очищенія ея.
По окончаніи дней очищенія своего... она должна принести однолѣтняго агнца во всесожженіе и молодого голубя или горлицу въ жертву за грѣхъ, ко входу скиніи собранія къ священнику... Если-же она не въ состояніи принести агнца; то пусть возьметъ двухъ горлицъ, или двухъ молодыхъ голубей, одного во всесожженіе, а другого въ жертву за грѣхъ, и очиститъ ее священникъ, и она будетъ чиста» (Лев. 12, 2. 4. 6. 8).
Во исполненіе двухъ вышеприведенныхъ законовъ, именно закона о первенцахъ и закона объ очистительныхъ жертвахъ для жены родильницы и состоялось прибытіе св. семейства въ Іерусалимъ, чтобы здѣсь, согласно закону, представить новорожденнаго Спасителя, какъ единороднаго, предъ Господа и принести очистительныя жертвы за Его Св. Родильницу.
Ст. 22. А когда исполнились дни очищенія ихъ по закону Моисееву, повѣствуетъ Евангелистъ, принесли Его въ Іерусалимъ, чтобы представить предъ Господа,
Ст. 23. Какъ предписано въ законѣ Господнемъ, чтобы всякій младенецъ мужескаго пола, разверзающій ложесна, былъ посвящаемъ Господу;
Ст. 24. И чтобы принести въ жертву, по реченному въ законѣ Господнемъ, двѣ горлицы, или двухъ птенцовъ голубиныхъ.
Выраженіе «представить Его предъ Господа», употребленное въ 22-мъ стихѣ, равносильно выраженію «явиться во храмъ», какъ мѣсто особеннаго присутствія Божія. Въ этомъ именно смыслѣ означенное выраженіе употребляется во многихъ мѣстахъ Св. Писанія; напр. «Надавъ и Авіудъ, сыны Аароновы, взяли каждый свою кадильницу, и положили въ нихъ огня, и вложили въ него куреній и принесли предъ Господа огонь чуждый». (Лев. 11, 1).
Указаніе Евангелиста, что св. семейство явилось въ Іерусалимъ съ цѣлью принести въ жертву, согласно закону, двухъ горлицъ, или двухъ птенцовъ голубиныхъ, свидѣтельствуетъ о крайней бѣдности Іосифа и Маріи, такъ какъ люди состоятельные, во исполненіе того-же закона, должны были приносить въ очистительную жертву, какъ мы видѣли, однолѣтняго агнца во всесожженіе и одного молодого голубя или горлицу въ жертву за грѣхъ.
Евангелистъ не указываетъ, откуда пришло св. семейство въ Іерусалимъ – изъ Виѳлеема, гдѣ родился Спаситель, или изъ Назарета, куда удалилось св. семейство послѣ бѣгства въ Егинетъ? Подробно на этотъ вопросъ можно отвѣтить только послѣ основательнаго выясненія вопроса другого: что было раньше – срѣтеніе Господне, или бѣгство въ Египетъ? пока-же скажемъ кратко: такъ какъ срѣтеніе Господне было раньше, какъ увидимъ, поклоненія волхвовъ, за которымъ послѣдовало непосредственно бѣгство св. семейства въ Египетъ, а поклоненіе волхвовъ произошло въ Виѳлеемѣ; значитъ и вышеуказанное прибытіе св. семейства въ Іерусалимъ послѣдовало изъ Виѳлеема, – гдѣ жило св. семейство съ Рождества Христова и до бѣгства въ Египетъ.
Ст. 25. Тогда былъ въ Іерусалимѣ человѣкъ, именемъ Симеонъ, Онъ былъ мужъ праведный и благочестивый, чающій утѣшенія Израилева: и Духъ святый былъ на немъ.
Кто былъ старецъ Симеонъ, Евангелистъ не сообщаетъ, указывая лишь, что онъ былъ человѣкъ праведный и благочестивый, находившійся подъ особымъ водительствомъ Св. Духа.
Нѣкоторые изъ толковниковъ, основываясь на томъ, что Симеонъ, по сказанію Евангелиста, принялъ въ храмѣ Младенца Іисуса на свои руки, и при этомъ восхвалилъ Бога и благословилъ Марію и Іосифа, полагаютъ, что онъ былъ священникъ. Подтвержденіемъ этому мнѣнію могутъ служить отчасти церковныя пѣснопѣнія, въ которыхъ Симеонъ называется «священнодѣтелемъ», «священникомъ», даже «святителемъ», «приносившимъ законныя жертвы» и «очищавшимъ кровными жертвы люди израилевы».
Есть также основанное на преданіи мнѣніе, что Симеонъ былъ сыномъ знаменитаго Гиллела и отцомъ Гаманіила, учителя св. апостола Павла. По этому же преданію, Симеонъ, будучи однимъ изъ семидесяти толковниковъ, хотѣлъ переправить въ извѣстномъ пророчествѣ Исаіи о рожденіи Мессіи отъ Дѣвы слово «дѣва», замѣнивъ его названіемъ «жена». Тогда ему было открыто Духомъ Божіимъ, что онъ не умретъ, пока не увидитъ своими глазами исполненія этого пророчества.
Выраженіе «чающій утѣшенія Израилева» равносильно выраженію «ожидающій съ вѣрою пришествія Мессіи». Подъ именемъ «утѣшенія» разумѣется Мессія, явленіе Котораго должно было принесть утѣшеніе народу Израильскому во исполненіе пророчества Исаіи, который, предсказывая о явленіи Мессіи, восклицалъ: «Утѣшайте, утѣшайте народъ Мой, говоритъ Богъ вашъ». (Ис. 40, 1).
И хотя въ это время уже всѣ іудеи и даже многіе изъ язычниковъ ожидали скораго пришествія Мессіи, но ожиданіе Спасителя Симеономъ было особенно напряженнымъ, такъ какъ, по сказанію Евангелиста,
Ст. 26. Ему было предсказано Духомъ святымъ, что онъ не увидитъ смерти, доколѣ не увидитъ Христа Господня.
Ст. 27. И пришелъ онъ по вдохновенію въ храмъ; и, когда родители принесли Младенца Іисуса, чтобы совершить надъ Нимъ законный обрядъ (т. е. уплатить за него положенный выкупъ);
Ст. 28. Онъ взялъ Его въ объятія свои, благословилъ Бога, и сказалъ:
Ст. 29. Нынѣ отпущаеши раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, съ миромъ.
Воздавши хвалу (благословеніе) Богу, Покровителю и Спасителю Израиля, Симеонъ свидѣтельствуетъ, что теперь онъ можетъ спокойно умереть, такъ какъ, сообщенное ему откровеніе Божіе, что онъ не увидитъ смерти, пока не увидитъ Христа Господня, теперь исполнилось;
Ст. 30-31. Ибо видѣли очи мои спасеніе Твое, которое Ты уготовалъ предъ лицемъ всѣхъ народовъ.
Какъ человѣкъ Богодухновенный, Симеонъ, подобно священнику Захаріи, уже видитъ спасеніе міра, которое имѣлъ совершить принесенный во храмъ Великій Младенецъ. Это спасеніе, въ пророческомъ созерцаніи Симеона, происходитъ на глазахъ всего человѣчества, согласно предсканію пророка Исаіи, который сказалъ: «И явится слава Господня, и узритъ всякая плоть спасеніе Божіе» (Ис. 40, 5), такъ что, по слову царя Давида, «увидѣли всѣ концы земли спасеніе Бога нашего» (Пс. 97, 3).
Если же спасеніе, принесенное Христомъ, совершается на глазахъ всѣхъ народовъ; то ясно, что оно и простирается на всѣхъ людей. Въ виду этого, спасеніе, которое имѣлъ совершить Христосъ, является свѣтомъ къ просвѣщенію духовной темноты язычества. Что-же касается народа Израильскаго, то для него спасеніе Христово явится великой славой, такъ какъ всѣ обѣтованія, всѣ пророчества объ этомъ спасеніи были сохранены во Израилѣ, да и Самъ Мессія по человѣчеству – Сынъ народа Израильскаго.
Ст. 32. Свѣтъ къ просвѣщенію язычниковъ и славу народа Твоего Израиля.
Ст. 33. Іосифъ-же и Матерь Его дивились сказанному о Немъ.
Послѣ всего происшедшаго, чему Марія и Іосифъ были свидѣтелями, слова Симеона о Мессіи не сообщили родителямъ Его ничего новаго; однако дѣла Господни вообще столь дивны сами по себѣ, что одни и тѣ-же повѣствованія о нихъ всякій разъ приводятъ праведнаго человѣка въ благочестивое удивленіе.
Ст. 34. И благословилъ ихъ Симеонъ, и сказалъ Маріи, Матери Его: се, лежитъ Сей на паденіе и на возстаніе многихъ въ Израилѣ и въ предметъ пререканій.
...се, лежитъ Сей на паденіе... Дѣйствительно, если нравственное ученіе Евангелія, сообщенное людямъ Спасителемъ, и заставляло многихъ преклоняться предъ величіемъ и совершенствомъ этого ученія, то самый способъ, избранный Богомъ для искупленія міра – уничиженное состояніе раба, крестныя страданія и смерть, ученіе объ этихъ страданіяхъ – заставили соблазниться о Христѣ многихъ. Въ умахъ и сознаніи этихъ людей никакъ не могли соединиться понятіе о Богѣ, Единородномъ Сынѣ Божіемъ Мессіи, Спасителѣ, съ представленіемъ уничиженнаго состоянія Іисуса на землѣ и Его ужасной позорной крестной смерти. Послѣднее уничтожало первое, и, не смотря на дивныя дѣла Іисусовы, не смотря на Его возвышенное нравственное ученіе, такіе люди не могли признать Его Спасителемъ, Сыномъ Божіимъ. Послѣднее засвидѣтельствовалъ впослѣдствіи св. апостолъ Павелъ въ посланіи къ Коринѳянамъ, когда писалъ: «Слово о крестѣ для погибающихъ юродство есть... Ибо написано: погублю премудрость премудрыхъ, и разумъ разумныхъ отвергну (Ис. 29, 14). Гдѣ мудрецъ? гдѣ книжникъ? гдѣ совопросникъ вѣка сего? Не обратилъ-ли Богъ мудрость міра сего въ безуміе? (Ис. 33, 18; 1 Кор. 1, 18-20). И далѣе: «Мы проповѣдуемъ Христа распятаго, для іудеевъ соблазнъ, а для еллиновъ безуміе» (1 Кор. 1, 23).
«Блаженъ, кто не соблазнится о Мнѣ», – говорилъ Спаситель людямъ (Матѳ. 11, 6); но не вмѣщалось слово это въ умахъ многихъ. И не взирая на то, что, по слову Христа, «слѣпые прозрѣвали, и хромые начинали ходить, прокаженные очищались. и глухіе слышали, мертвые воскресали и нищіе благовѣствовали» (Матѳ. 11, 5); не взирая на то, что такихъ чудесъ никто не могъ бы творить, если бы не былъ съ нимъ Богъ (Іоан. 3, 2), весьма и весьма многіе не могли признать въ Іисусѣ Мессію, Сына Божія, сшедшаго съ небесъ для спасенія міра. «Не плотниковъ-ли Онъ сынъ? – говорили о Спасителѣ такіе люди: не Его-ли Мать называется Марія, и братья Его Іаковъ, и Іосій, и Симонъ и Іуда? и сестры Его не всѣ-ли между нами? откуда-же у Него все это? И соблазнялись о Немъ» (Матѳ. 13, 55-57).
Но такъ какъ дивныя дѣла Іисусовы все же требовали для себя объясненія, на вмѣщаясь въ рамки естественныхъ истолкованій, то мудрость міра сего, отказавшаяся видѣть въ сынѣ бѣднаго плотника Единороднаго Сына Божія, шла еще далѣе по пути паденія о Христѣ. «Онъ изгоняетъ бѣсовъ силою вельзевула, князя бѣсовскаго», говорили люди о чудесахъ Спасителя (Матѳ. 12, 24). Такія слова свидѣтельствовали о полномъ «паденіи» произносившихъ ихъ, паденіи окончательномъ, послѣ котораго невозможно возстаніе.
Но вотъ предъ нами и такіе, которые, видя дивныя дѣла Іисусовы, уже готовы слѣдовать за Нимъ, уже согласны, по-видимому, признать въ Немъ Мессію, Царя Іудейскаго... И что-же? Едва-лишь они начинаютъ слышать, что царство Мессіи не отъ міра сего, что путь въ это царство – путь горя и страданій. что вступленіе въ это царство возможно – лишь подъ условіемъ пріобщенія страданій Христа, пріобщенія Его пречистой плоти, и крови, отданныхъ за жизнь міра; и они оставляютъ Его. «Какія странныя слова! кто можетъ это слушать?» – говорили они и «многіе изъ учениковъ Его отошли етъ Него, и уже не ходили съ Нимъ» (Іоан. 6, 60. 66).
Итакъ, съ одной стороны, уничиженное состояніе Спасителя, принявшаго образъ раба, а съ другой – Его ученіе о духовномъ царствѣ Мессіи, вопреки чувственно-земныхъ чаяніямъ народа, и скорбномъ пути въ это царство – все это не позволило многимъ признать въ Іисусѣ Мессію, сына Божія; и они пали, такъ какъ преткнулись о Христа, какъ о камень претыканія и соблазна. (1 Петр. 2, 7).
...и на возстаніе многихъ... Но если для многихъ Спаситель явился камнемъ преткновенія, то для многихъ, въ свою очередь, этотъ камень сдѣлался «драгоцѣнностью» (Петр. 2, 7): если многіе, не будучи въ состояніи вмѣстить «странныя слова» ученія Христова, ушли отъ Него, то явились и такіе, которые признали эти слова «глаголами вѣчной жизни», и на вопросъ Спасителя: «не хотите-ли и вы отойти?» со смиреніемъ отвѣчали: «Господи! къ кому намъ идти? Ты имѣешь глаголы вѣчной жизни» (Іоан. 6, 68). Если многіе не умѣли объяснить дивныя дѣла Іисусовы, иначе какъ сотворенными силою вельзевула, князя бѣсовскаго; то многихъ зато эти-же самыя дѣла заставили сказать Іисусу: «Равви! мы знаемъ, что Ты – учитель, пришедшій отъ Бога; ибо такихъ чудесъ, какія Ты творишь, никто не можетъ творить, если не будетъ съ нимъ Богъ» (Іоан. 3, 2).
Такіе люди, признавъ въ Іисусѣ обѣщаннаго Богомъ Мессію, возстали для спасительнаго царства Христова, получили въ немъ избавленіе и прощеніе согрѣшеній, а вмѣстѣ съ тѣмъ, сдѣлавшись причастниками Его спасительныхъ страданій, пріобрѣли новыя благодатныя силы къ жизни и благочестію.
...и въ предметъ пререканій.
Два различныхъ взгляда на личность и дѣятельность Іисуса, естественно, должны были обнаружиться въ цѣломъ рядѣ взаимныхъ пререканій, предметомъ которыхъ имѣлъ сдѣлаться Іисусъ. Послѣднее засвидѣтельствовалъ впослѣдствіи Самъ Спаситель, когда сказалъ: «Не думайте, что Я пришелъ принести миръ на землю; не миръ пришелъ Я принести, но мечъ; ибо Я пришелъ раздѣлить человѣка съ отцемъ его, и дочь съ матерью ея, и невѣстку съ свекровью ея. И враги человѣку – домашніе его» (Матѳ. 10, 34-36)
Дѣйствительно, евангельская исторія представляетъ намъ цѣлый рядъ самыхъ ожесточенныхъ споровъ о личности Іисуса. Эти споры велись на площадяхъ и улицахъ, когда одни говорили о Христѣ, что «Онъ благъ», а другіе утверждали: «нѣтъ, но обольщаетъ народъ» (Іоан. 7, 12); иные «говорили: это Христосъ, а иные говорили: «развѣ изъ Галилеи Христосъ придетъ?» (Іоан. 7, 41), когда одни утверждали: «никогда человѣкъ не говорилъ такъ, какъ Этотъ Человѣкъ», а другіе опровергали ихъ, вопрошая: «увѣровалъ-ли въ Него кто изъ начальниковъ», и посылали проклятія всѣмъ, увѣровавшимъ во Христа: «этотъ народъ невѣжда въ законѣ, проклятъ онъ» (Іоан. 7, 46-49). Эти споры велись въ засѣданіи правительственныхъ учрежденій, гдѣ одинъ вопрошалъ: «судитъ-ли законъ нашъ человѣка, если прежде не выслушаютъ его и не узнаютъ, что онъ дѣлаетъ?»; а другіе опровергали его, говоря: «и ты не изъ Галилеи-ли? разсмотри, и увидишь, что изъ Галилеи не приходитъ пророкъ» (Іоан. 7, 50-52).
Эти пререканія велись даже тамъ и между такими лицами, которымъ, казалось-бы, въ данную пору и на данномъ мѣстѣ менѣе всего слѣдовало-бы думать о пререканіяхъ. Припомнимъ двухъ разбойниковъ, висѣвшихъ на крестахъ вмѣстѣ съ Спасителемъ, изъ которыхъ одинъ позволялъ себѣ насмѣхаться надъ Божественнымъ Страдальцемъ, а другой обличалъ его, говоря: «или ты не боишься Бога, когда и самъ осужденъ на тоже?... И сказалъ Іисусу: «помяни меня, Господи, когда пріидешь въ царствіе Твое!» (Лук. 23, 36-42).
Естественно, что во всѣхъ этихъ пререканіяхъ, которыя велись въ народѣ относительно личности Іисуса. самымъ очевиднымъ образомъ обнаружились тѣ многоразличные изглады, правильные и неправильные, на Мессію и Его дѣятельность, какіе существовали въ ту пору въ народѣ Іудейскомъ; равнымъ образомъ открылись и тѣ многоразличные надежды, которыя каждый по своему возлагалъ на обѣтованнаго Избавителя. Вотъ почему, сказавъ о Христѣ, что Онъ лежитъ «въ предметъ пререканій» старецъ Симеонъ добавляетъ: «да откроются помышленія многихъ сердецъ» (ст. 35).
Ст. 35. (И тебѣ Самой мечъ пройдетъ душу) да откроются помышленія многихъ сердецъ.
Праведный Симеонъ не скрываетъ отъ Пресв. Дѣвы, что тѣ пререканія, какія возникнутъ въ народѣ относительно личности Іисуса, какія доставятъ Ему въ концѣ рядъ тяжелыхъ страданій, принесутъ и Ей, какъ матери, много душевной боли и мучительной скорби за своего Страдальца Сына. Послѣднее Симеонъ выражаетъ образно подъ именемъ меча, который пройдетъ душу Богородицы.
Ст. 36. Тутъ была также Анна пророчица, дочь Фануилова, отъ колѣна Асирова, достигшая глубокой старости, проживъ съ мужемъ отъ дѣвства своего семь лѣтъ,
Ст. 37. Вдова лѣтъ восьмидесяти четырехъ, которая не отходила отъ храма, постомъ и молитвою служа Богу день и ночъ.
Ст. 38. И она въ то время, подошедши, славила Господа, и говорила о Немъ всѣмъ, ожидавшимъ избавленія въ Іерусалимѣ.
Благовѣстницею всего, что произошло въ храмѣ, явилась святая жена, пророчица Анна. Будучи свидѣтельницей всего происшедшаго, она повѣдала о дивномъ событіи Срѣтенія Господня тѣмъ изъ жителей Іерусалима, которые съ вѣрой ожидали близкаго пришествія Мессіи. Не вѣрить словамъ Анны никто не имѣлъ основанія, такъ какъ за вѣрность всего сообщеннаго ею ручалось ея благочестивое имя, которое она составила себѣ продолжительными подвигами при храмѣ, и названіе пророчицы, т. е. женщины, находившейся подъ особымъ водительствомъ Св. Духа. Вотъ почему Евангелистъ такъ сравнительно подробно повѣствуетъ о жизни и благочестіи Св. Анны. Затѣмъ, опуская событія – поклоненіе волхвовъ и бѣгство Св. Семейства въ Египетъ, – о чемъ повѣствуетъ Ев. Матѳей, апостолъ Лука заканчиваетъ свое повѣствованіе словами:
Ст. 39. И когда они совершили все по закону Господню, возвратились въ Галилею, въ свой городъ Назаретъ.
Z.
«Волынскія Епархіальныя Вѣдомости». 1905. № 36. Ч. Неофф. С. 1199-1210.
