Радуйтеся! (Мат. 28, 9).
Это было первое слово Господа къ людямъ послѣ Его воскресенія. Слово глубоко-знаменательное, слово несказанно дѣйственное, слово для насъ свѣтло празднующихъ воскресеніе Господа весьма утѣшительное и вмѣстѣ поучительное.
Радуйтеся! О чемъ же радоваться? О томъ ли только, что Господь воскресъ изъ мертвыхъ и вниде въ славу Свою (Лук. 24, 26)? Такъ, истинно любящій Господа не можетъ не радоваться воскресенію и славѣ Его. Но славу воскресенія Своего Сынъ Божій хощетъ раздѣлить съ нами. Человѣческое естество возстало въ Немъ для новой, вѣчно-блаженной жизни, и источникъ сей жизни отверстъ въ Немъ для всякаго, кто вѣрою соединяется съ Нимъ и прививается къ Нему, какъ лоза къ многоплодной маслинѣ. Вотъ о чемъ наипаче должно радоваться христіанину! Вотъ предметъ торжества, радостнотворнѣе котораго для падшаго человѣка ничего не было и быть не можетъ.
Извѣстно, что смерть стала царствовать въ родѣ человѣческомъ со времени грѣхопаденія Адамова, совершившагося по обольщенію діавола. Прошли вѣки съ тѣхъ поръ; господство смерти было всеобщее и непрерывное. Но человѣкъ никакъ не могъ привыкнуть къ зрѣлищу смерти и тлѣнія. Въ родѣ человѣческомъ никогда не переставали попытки возвратить потерянную жизнь и блаженство. Отъ чего происходило, что даже люди, ходившіе въ похотяхъ своего сердца, не преставали приносить жертвы въ храмахъ своихъ? Не отъ того ли, что въ душѣ человѣческой глубоко было затаено желаніе примириться съ Богомъ и освободиться отъ наказаній Божіихъ падшему человѣческому роду, между которыми смерть занимаетъ первое мѣсто? Что значитъ замѣчаемая въ человѣкѣ неутолимая жажда все новыхъ и новыхъ наслажденій? Не есть ли это выраженіе желанія, гдѣ-бы то нибыло и какъ-бы то нибыло, обрѣсти потерянный рай на землѣ, въ которомъ онъ наслаждался нѣкогда блаженнымъ безсмертіемъ? Желаніе неизбѣжное въ падшемъ человѣкѣ, но суетное – тѣмъ болѣе, что въ омраченіи смысла и по неразумію своего сердца, онъ часто мнилъ найти потерянный рай въ прелестяхъ міра и удовлетвореніи похотямъ плоти, усиливающимъ только владычество смерти. Человѣкъ умѣлъ только растлить себя, потомъ мучиться вожделѣніемъ жизни, но возвратить себѣ потерянную жизнь вѣчную не въ его силахъ: ибо Господь Богъ – источникъ и податель жизни; мы живемъ только Его силою и благословеніемъ. Наконецъ, послѣ не сбывшихся надеждъ и неудачныхъ попытокъ, одержимые страхомъ смерти дошли до такого нечаянія возвратить потерянную жизнь вѣчную, что во время земной жизни Господа, даже не малая часть народа Божія отвергла всякую надежду, на сіе возвращеніе, глоголя не быта воскресенію (Мат. 22, 23), а мудрецы языковъ, когда услышали проповѣдь апостола Павла о Іисусѣ и воскресеніи, мнили его быти проповѣдникомъ нѣкіихъ чуждыхъ боговъ (Дѣян. 17, 18). Въ этомъ-то состояніи человѣческаго рода, при страшномъ господствѣ смерти, среди скорбей и страданій, во время напрасныхъ мечтаній и надеждъ, или нечаянія и недоумѣній, явился воскресшій Господь къ людямъ, глаголя: радуйтеся (Мат. 28, 9). Очевидно, какое глубокое значеніе имѣетъ сіе привѣтствіе. То, чего вы лишились, – какъ бы такъ говорилъ Господь, – теперь возвращено вамъ моею смертію и воскресеніемъ. То, чего вы – въ вѣдѣніи или невѣдѣніи, но – постоянно желали, даровано вамъ съ избыткомъ. Вы боялись смерти, – Мною держава смерти сокрушена. Теперь ваши могилы суть нива Божія, куда повергаются тѣлеса, какъ сѣмена, изъ коихъ, силою Моею, произрастетъ нѣкогда новое безсмертное тѣло. По дѣйствію козней лукаваго, вы потеряли рай на землѣ: Я отверзъ вамъ врата рая на небѣ, куда уже не будетъ доступа кознямъ змія–искусителя, отъ котораго вы страдали такъ долго и тяжко, – ибо змій древній, пораженный крестомъ Моимъ во главу, поверженъ будетъ въ езеро огненно (Апок. 20, 19). Въ Адамѣ вы оказались недостойными питаться плодами райскаго древа жизни, долженствовавшаго поддерживать жизнь только неповиннаго смерти человѣка; въ замѣнъ его Я даю вамъ Свою плоть и кровь, дарующую даже вамъ, сынамъ смерти и тлѣнія, жизнь и безсмертіе. Живу Азъ, и вы живи будете (Іоан. 14, 19). Законъ духа жизни свободилъ васъ отъ закона грѣховнаго смерти (Рим. 8, 2). Нынѣ свободшеся отъ грѣха имате плодъ вашъ во святыню, кончину же жизнь вѣчную (Рим. 6, 22). Радуйтеся!
Легко понять, какъ должно быть дѣйственно сіе благовѣстіе Господа въ жаждущей жизни душѣ человѣка. Кто чувствуетъ сію жажду, кто истинно умомъ и сердцемъ уразумѣлъ силу воскресенія (Филип. 3, 10) Господня: тотъ можетъ ли не возрадоваться духомъ и не устремиться къ отверстымъ обителямъ жизни вѣчной? Такое дѣйствіе и производило всегда въ истинныхъ членахъ Церкви воскресеніе Господа. Духовная радость первыхъ учениковъ Господнихъ была такъ велика и блаженнотворна, что они не хотѣли промѣнять ее ни на какія утѣхи міра. Жаждая жизни вѣчной, по требованію человѣческой природы, и уразумѣвъ силу воскресенія Господа по озаренію свыше, они всѣми силами души своей ялись за жизнь вѣчную во Христѣ Іисусѣ. И уже ничто не могло отвлечь ихъ отъ спасительнаго пути къ ней – ни животъ, ни смерть, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая (Рим. 8, 38-39). Ихъ не могло отвлечь отъ вожделѣнія благъ грядущаго вѣка ничто земное потому, что они, явшись за жизнь вѣчную, уже считали себя на землѣ странниками и пришельцами, а истиннымъ жительствомъ своимъ – небо (Филип. 3, 3). Тернистый путь, ведущій изъ сей жизни въ вѣчныя обители Отца небеснаго, не устрашалъ ихъ, потому что недостойни страсти нынѣшняго времене, – какъ говоритъ одинъ изъ нихъ – къ хотящей славѣ явитися въ насъ (Рим. 8, 18), – что легкое печали нашея по преумноженію въ преспѣяніе тяготу вѣчныя славы содѣловаетъ намъ, не смотрящимъ намъ видимыхъ, но невидимыхъ (2 Кор. 4, 16. 17). Смерть, столько страшная для не имущихъ упованія, святые ученики Христовы почитали даже пріобрѣтеніемъ (Филип. 1, 21) для себя, потому что она есть прямой путь къ соединенію со Іисусомъ Христомъ въ жизни вѣчной. Съ невыразимою радостію на всѣхъ концахъ земли избранными принятъ былъ глаголъ апостоловъ, возвѣщавшихъ людямъ животъ вѣчный (1 Іоан. 1, 2). Тщетно сильные земли возставали противъ смиренныхъ исповѣдниковъ имени Христова. Чѣмъ горестнѣе была жизнь временная безъ надежды на жизнь вѣчную, чѣмъ долѣе страдали люди подъ владычествомъ смерти; тѣмъ сильнѣе была жажда жизни вѣчной въ вѣрующихъ Воскресшему и съ Собою вся воскресившему Сыну Божію. Ихъ не устрашали ни смерть, ни мученія за исповѣданіе имени Христова, за упованіе жизни вѣчной. Напротивъ, они желали скорѣе разрѣшитися и со Христомъ быти (Филип. 1, 23). Міръ и плоть сильно влекла къ землѣ души, жаждущія жизни на небѣ; но и это не могло удалить истинныхъ послѣдователей Христовыхъ отъ пути къ славѣ воскресенія. Взыскуя грядущаго града, подвижники благочестія укрывались отъ гибельныхъ прелестей міра въ горахъ, пустыняхъ и пропастехъ земныхъ (Евр. 11, 38), – постомъ и непрестаннымъ бодрствованіемъ умерщвляли плоть со страстьми и похотьми. И не рѣдко среди поста и молитвенныхъ подвиговъ слава ихъ потаеннаго сердца человѣка, имѣющая вполнѣ открыться только въ царствѣ славы, просіявала и здѣсь на землѣ въ святолѣпныхъ лицахъ ихъ такъ, что зрящимъ они казались ангелами въ человѣческомъ образѣ, небожителями на нашей грѣшной землѣ. Иные изъ нихъ до того вкусили силы грядущаго вѣка, что тѣлеса ихъ даже въ прахѣ смерти и тлѣнія остались нетлѣнными.
Еще и доселѣ воскресшій Господь не престаетъ глаголать ученикамъ Своимъ: радуйтеся! Еще и доселѣ радостнотворный гласъ Его дѣйствуетъ въ сердцахъ вѣрующихъ. Что значитъ эта чистая, безкорыстная радость, которую любящіе Господа ощущаютъ при первомъ слухѣ пѣсни о воскресеніи Христовомъ, какъ не ощущеніе ими въ своемъ сердцѣ гласа Спасителя? Не есть ли это предощущеніе свободы отъ рабства смерти? О, если бы мы глубже сознали значеніе нашей духовной радости, хранили и возгрѣвали сей даръ Божій! О, если бы и мы, подобно апостоламъ и всѣмъ истиннымъ христіанамъ, уразумѣвъ силу воскресенія Христова, устремились къ вѣчной жизни и болѣе всего заботились о достиженіи ея! Нѣкогда израильтянамъ заповѣдано было, во время снѣденія Пасхи, быть готовыми къ пути, опоясанными по чресламъ, обутыми, съ жезломъ въ рукѣ (Исх. 12, 11). Такъ и мы, празднуя Пасху Христову, торжествуя свое освобожденіе отъ смерти и ада, должны быть готовы оставить всѣ привязанности къ мѣсту своего пришельствія и радостно шествовать въ обители небеснаго царствія. Жаждать вѣчной жизни, по требованію самой природы нашей, получить возможность войти въ блаженныя обители небесныя, даже почувствовать искреннюю радость о полученіи ея и не стремиться всѣмъ существомъ своимъ къ сей жизни, – это признакъ крайней безпечности о своемъ спасеніи; это грѣхъ противъ природы нашей, противъ Сына Божія, даровавшаго намъ воскресеніе, даже противъ той радости, которую мы ощутили при началѣ настоящаго празднества. Чѣмъ мы можемъ возблагодарить Господа, изъ любви къ намъ положившаго душу Свою, смирившагося до смерти и нерадѣвшаго о срамотѣ (Евр. 12, 2), дабы намъ даровать безсмертіе и славу? Единственно тѣмъ, если будемъ шествовать въ отверстыя Имъ обители вѣчной жизни. Духъ злобы всячески старается отъять у насъ наше небесное наслѣдіе: надобно тщательно блюстися отъ козней его. Міръ представитъ намъ прелести временнаго житія, угодныя очима видѣти: не увлечемся, – это прелесть лукавства, которою врагъ спасенія нашего хочетъ отъять у насъ святую радость и, омрачивъ душу земными удовольствіями, отвлечь ее отъ пріобщенія вѣрою и упованіемъ жизни вѣчной. Плоть укажетъ намъ свои предметы наслажденія, льстящіе чувствамъ, – будемъ осторожны: услажденіе плоти безъ мѣры, обременяя душу, преклоняетъ ее отъ неба къ землѣ, а не рѣдко и для тѣла уготовляетъ на землѣ гробы похотѣнія!
«Воскресеное Чтеніе». Г. XVIII (1854-5). № 2. С. 15-18.
