Отвѣтъ духовному сыну на благовидныя, но неосновательныя причины уклоненія отъ поста.
И общій народъ иже въ нихъ похотѣша похотѣніемъ, и сѣдше плакахуся сынове израилевы, и рекоша: кто ны напитаетъ мясы? Помянухомъ рыбы, яже ядохомъ въ земли египетстѣй туне, и огурцы и дыни, и лукъ, и червленый лукъ, и чеснокъ. Нынѣ же душа наша изсохла, ничтоже точію манна предъ очима нашими (Числ. 11, 4-6), – такъ въ малодушномъ и дерзкомъ ропотѣ на Бога и Моѵсея взывалъ нѣкогда народъ израильскій, изъ за угожденія чреву позабывшій всѣ притѣсненія и озлобленія, какъ пришлось терпѣть ему въ Египтѣ отъ жестокосердыхъ владыкъ своихъ. Какъ ни малодушенъ сей ропотъ, сколько ни представляется дѣтскимъ сіе желаніе, – подобное, къ сожалѣнію, повторялось не разъ и послѣ, повторяется и доселѣ. Подобное малодушіе и ребяческое желаніе высказано и въ твоемъ письмѣ; – и я нарочито по этому указываю тебѣ на сію исторію, чтобы ты самъ, произнося судъ надъ чужою, по-видимому, исторіею, съ тѣмъ вмѣстѣ произнесъ судъ и надъ собою.
Ты устыдился откровенно признаться, что одно приближеніе поста устрашаетъ тебя, и устрашаетъ именно потому, что тебѣ тяжело и не хочется отказать въ удовлетвореніи прихотямъ своего чрева. Въ замѣнъ того ты выставилъ нѣсколько благовидныхъ, по-видимому, предлоговъ, которые какъ будто бы могутъ разрѣшить человѣка отъ обязанности поста, налагаемой на всѣхъ св. Церковію. Какая нужда до того? Съ перваго разу видно, что собственно побуждало тебя придумывать подобныя извиненія, – и я думаю, что ты самъ сознаешься въ семъ, когда внимательнѣе станешь наблюдать за своими пожеланіями, чѣмъ довѣрять хитросплетеніямъ угодливаго разсудка, который часто вполнѣ предается въ рабство несмысленнымъ желаніямъ чрева. Придуманные тобою предлоги къ уклоненію отъ подвига поста не новы: ихъ повторяетъ каждый чревоугодникъ и сластолюбецъ. Пересмотримъ главнѣйшіе изъ нихъ.
Желая ослабить важность тѣлеснаго пощенія, предписываемаго св. Церковію, ты говоришь, что таковый постъ самъ по себѣ еще не составляетъ большой добродѣтели, и въ подтвержденіе сего указываешь на мѣсто изъ пророка Исаіи: аще въ судѣхъ и сварѣхъ поститеся, и біете пястми смиреннаго: вскую мнѣ поститеся якоже днесь, еже услышану быти съ воплемъ гласу вашему? Не сицеваго поста Азъ избрахъ, и дне, еже смирити человѣку душу свою, ниже аще слячеши яко серпъ выю твою, и вретище и пепелъ постелеши, ниже тако наречете постъ пріятенъ. Не таковаго поста Азъ избрахъ, глаголетъ Господь; но разрѣшай всякъ союзъ неправды, разрушай обдолженія насильныхъ писаній, отпусти сокрушенныя въ свободу, и всякое писаніе неправедное раздери. Раздробляй алчущимъ хлѣбъ твой, и нищія безкровныя введи въ домъ твой: аще видиши нага, одѣй, и отъ свойственныхъ племене твоего не презри (58, 4-7). – Сынъ мой! Кто споритъ противъ сего? Развѣ не слыхалъ ты, какъ св. Церковь въ умилительныхъ пѣсняхъ своихъ всѣхъ насъ умоляетъ, чтобы мы, «постящеся тѣлеснѣ, постились и духовнѣе» (сред. 1-й нед. стих. веч.), и указываетъ именно наприведенное тобою мѣсто св. Пророка? Развѣ не помнишь, что она истинный, благопріятный Богу постъ поставляетъ «не въ ошаяніи точію брашенъ, но – что всего важнѣе – въ отчужденіи всякія вещественныя страсти» (Втор. стихов.)? Какъ опущена тобою безъ вниманія на пр. слѣдующая поучительная пѣснь: «постимся постомъ пріятнымъ, благоутоднымъ Господеви. Истинный постъ есть злыхъ отчужденіе, воздержаніе языка, ярости отложеніе, похотей отлученіе, оглаголанія, лжи и клятвопреступленія» (Понед. Стихов. вечер.). – Но ты не то сказалъ, что хотѣлъ. Тебѣ хотѣлось сказать, что тѣлесное пощеніе совсѣмъ не нужно, что можно обойтись и безъ него, или по крайней мѣрѣ можно замѣнить его другими, болѣе важными, дѣлами благочестія. – Мысль такъ же не новая, а общая всѣмъ сластолюбцамъ, и столько же не основательная. Представляю тебѣ не свои соображенія противъ ней, а опытныя замѣчанія людей, дознавшихъ на самихъ себѣ пользу поста. Ты, безъ сомнѣнія, не считаешь себя безстрастнымъ и, конечно, не дошелъ еще до той глубины зла, чтобы удовлетвореніе плотскимъ страстямъ считать безразличнымъ въ дѣлѣ спасенія; слѣдовательно долженъ признать себя обязаннымъ беречься всего, что можетъ возбуждать страстную похоть, и употреблять все, что способствуетъ къ погашенію ея. Смотри же, какь говорятъ о семъ люди опытные: «кто угождаетъ чреву своему и намѣренъ преодолѣть духъ блуда, тотъ подобенъ старающемуся потушить пожаръ масломъ» (Лѣств. ст. 14. § 21) «Пресыщеніе снѣдями – матерь блуда; изнуреніе же чрева приводитъ къ непорочиости» (Тамъ же § 5). «Если царь захочетъ взять непріятельскій городъ, то прежде всего удерживаетъ воду и съѣстные припасы, и такимъ образомъ непріятели, погибая отъ голода, покаряются ему. Такъ бываетъ съ плотскими страстями. Если человѣкъ будетъ жить въ постѣ и голодѣ; то враги, ослабѣвъ, оставятъ душу его» (Изреченіе Іоанна Колова. Дост. сказ. стр. 100). Ты, конечно, сознаешь великую важность молитвы для преспѣянія въ духовной жизни; замѣть же, что по наблюденіямъ святыхъ подвижниковъ, «постъ есть чистота молитвы», что только «умъ постника молится трезвенно, а умъ невоздержнаго наполненъ нечистыми идолами» (Лѣств. ст. 14. §§ 33 и 19). Нѣтъ нужды доказывать, что всѣ мы грѣшны, что всѣмъ намъ потому необходимо сокрушеніе сердечное, плачъ о грѣхахъ своихъ; а «пресыщеніе чрева изсушаетъ слезные источники, тогда какъ изсохшее чрево производитъ сіи воды» (Тамъ же § 20). Языкъ малъ удъ есть, и вельми хвалится: се малъ огнь, и коль велики вещи сожигаетъ? Аще же кто въ словѣ не согрѣшаетъ, сей совершенъ мужъ, силенъ обузданіи и все тѣло (Іак. 3, 5. 2), говоритъ св. Апостолъ; а «изнуряющій чрево, безъ сомнѣнія, замкнетъ уста: потому что языкъ укрѣпляется при множествѣ снѣдей» (Тамъ же § 24). Едва ли не главнымъ препятствіемъ въ дѣлѣ спасенія нашего служитъ то, что мы, при всей своей окаянности, не сознаемъ, или по крайней мѣрѣ мало сознаемъ свою нравственную бѣдность, и вмѣсто того, чтобы скорбѣть и сокрушаться о своихъ грѣхопаденіяхъ, надменны въ своихъ помыслахъ; постъ и въ семъ случаѣ есть самая лучшая цѣльба отъ сего нравственнаго недуга. «Братъ спросилъ авву Моѵсея: для чего соблюдаются посты и бдѣнія? Старецъ отвѣчалъ ему: все это смиряетъ душу душу» (Дост. сказ. стр. 160). По слову одного изъ святыхъ подвижниковъ, «нѣтъ ничего равнаго безмолвію и посту. Они помогаютъ противъ врага: ибо доставляютъ внутреннимъ взорамъ остроту зрѣнія» (Изреч. аввы Дулы. Дост. сказ. стр. 68). «При изнуреніи чрева, говоритъ другой св. постникъ, смиряется сердце; отъ угожденія же чреву кичится помыслъ. Наблюдай за собою среди дня и за часъ до вкушенія пищи, и узнаешь изъ того пользу поста. Утромъ помыслъ скачетъ и перебѣгаетъ отъ одного къ другому: съ наступленіемъ шестаго часа дня успокоивается нѣсколько, а при захожденіи солнца совершенно усмиряетсяя» (Лѣств. ст. 14. §§ 22 и 23). Однимъ словомъ: постъ, по замѣчанію опытныхъ подвижниковъ, есть пресѣченіе разжженія, искорененіе лукавыхъ мыслей, освобожденіе отъ сонныхъ мечтаній, чистота молитвы, свѣтильникъ души, храненіе ума, избавленіе отъ слѣпоты, дверь умиленія, упраздненіе многословія, поводъ къ безмолвію, стражъ послушанія, снабдитель безстрастія, отпущеніе грѣховъ и райская дверь и утѣха (Тамъ же § 39). Не удивительно посему, если св. подвижники, въ числѣ другихъ условій, считаютъ и тѣлесное пощеніе существенно необходимымъ для спасенія. «Не ввода себя въ обманъ, говоритъ св. Лѣствичникъ, не освободишься отъ мысленнаго фараона, и не узришь горней Пасхи, если не будешь всю жизнь вкушать горькія зелія. А горькія зелія, это – принужденіе и трудъ поста» (степ. 14. § 32). – Разсуди же самъ, можно ли считать не важнымъ, а тѣмъ болѣе пренебрегать столь важное средство для преспѣянія въ духовной жизни?...
Ты жалуешься на то, что постъ располагаетъ къ гнѣвливости. Человѣкъ постящійся обыкновенно бываетъ недоволенъ и раздражителенъ, говоришь ты, и говоришь, безъ сомнѣнія, по собственному опыту. Но точно такъ же по собственному опыту св. подвижники называютъ постъ «веселящимъ сокрушеніемъ, снабдителенъ безстрастія, райскою утѣхою, праздникомъ праздниковъ и торжествомъ торжествъ» (Лѣст. ст. 14). Что значитъ сія противоположность опытовъ? Безъ сомнѣнія, таже природа была и у св. постниковъ, какая у тебя; отъ чего же происходятъ противоположныя дѣйствія поста? Виною сему не постъ, а наша изнѣженность и привычка удовлетворять безъ мѣры всѣмъ несмысленнымъ похотѣніямъ чрева. – Съ первымъ самопроизвольнымъ уклоненіемъ отъ воли Божіей въ насъ послѣдовало раздвоеніе жизни, – явились какъ бы двѣ жизни. Первая – чистая, какъ остатокъ первобытной чистоты и невинности, горѣ стремящаяся и горѣ возносящая, называется въ словѣ Божіемъ духомъ; другая, привзошедшая въ слѣдствіе грѣха, долу преклонная и долу влекущая, называется плотію. Духъ и плоть, по слову Апостола, другъ другу противятся: плотъ похотствуетъ на духа, духъ же на плотъ (Гал. 5, 17). Борьба сія продолжается чрезъ всю жизнь человѣка, и мира между сими противоположными началами никогда не можетъ быть. Они усиливаются и развиваются всегда одно на счетъ другаго, такъ что сколько внѣшній нашъ человѣкъ тлѣетъ, столько внутренній обновляется по вся дни (2 Кор. 4, 16), и на оборотъ. Такъ идетъ вся жизнь человѣка; тоже самое имѣетъ мѣсто и въ приложеніи къ постному труду. Теперь, думаю, ты самъ поймешь, отъ чего во время поста является у тебя недовольство, ропотъ, раздражительность, гнѣвливость. Это – явный знакъ, что въ тебѣ духъ обезсиленъ, подавленъ плотію. Плоть, вожделѣвая тучныхъ яствъ и роскошныхъ сластей, негодуетъ, ропщетъ при приближеніи поста; и хотя духъ въ тоже время веселится и торжествуетъ, но, какъ обезсиленный, онъ не можетъ препобѣдить своимъ веселіемъ недовольства плоти, – и человѣкъ является унылымъ, ни чѣмъ недовольнымъ, раздражительнымъ. Понятно отсюда, почему для нѣкоторыхъ постъ составляетъ истинный праздникъ, почему иные называютъ его райскою утѣхою, веселящимъ сокрушеніемъ. Чрезъ постепенное ослабленіе чувственности они до того возвысили духъ надъ плотію, что для нихъ также тяжело бываетъ отступить отъ постнаго труда, какъ для тебя тяжело отказать своему чреву въ излишнихъ прихотяхъ. – Послѣ сего тебѣ самому не трудно рѣшить вопросъ свой: «не лучше ли во избѣжаніе большаго зла (т. е. недовольства, ропота, гнѣвливости) рѣшиться на меньшее (т. е. отступить отъ обязанности поста, налагаемой св. Церковію)?» Другими словами вопросъ сей можно выразить такъ: «не лучше ли, во избѣжаніе непріятностей въ борьбѣ съ плотію, отдаться въ рабство ей безъ всякой борьбы и безпрекословно удовлетворять всѣмъ ея прихотямъ?...»
Точно таково же и дальнѣйшее твое возраженіе противъ поста, – будто онъ располагаетъ человѣка къ лѣности и праздности, будто во время поста человѣкъ ничѣмъ не можетъ заняться. И здѣсь замѣчу точно также, что св. подвижники, на оборотъ, лѣность и сонливость называютъ дщерями чревоугодія. Противоположность сія зависитъ отъ тѣхъ же причинъ, а частію еще отъ неумѣнія взяться надлежащимъ образомъ за подвигъ поста. Обратилъ ли ты вниманіе на мудрую распорядительность св. Церкви, приготовляющей вѣрныхъ чадъ своихъ къ подвигу поста? Она заранѣе напоминаетъ намъ о семъ подвигѣ, и чтобы сдѣлать переходъ къ нему не слишкомъ затруднительнымъ для нашей немощи и лѣности, назначаетъ предъ постомъ особую предуготовительную седмицу, въ которую, возбраняя яства особенно утучняющія и обременяющія наше тѣло, тѣмъ самымъ постепенно и нечувствительно переводитъ насъ къ самому поприщу поста. Кто пользуется надлежащимъ образомъ сею седмицею, для дого время поста отнюдь не будетъ слишкомъ тяжелымъ и не будетъ располагать его ни къ лѣности, ни къ раздражительности. Святые подвижники, опытно извѣдавшіе сіе, именно вмѣняютъ въ обязанность всякому наблюдать эту постепенность. «Предписать, когда душа наша вожделѣваетъ разныхъ снѣдей, ограничить ее хлѣбомъ и водою, тоже значитъ, что сказать отроку: взойди на лѣстницу однимъ шагомъ. Отвергая сіе правило, скажемъ: когда душа наша вожделѣваетъ разныхъ снѣдей, тогда требуетъ она свойственнаго естеству. По этому противъ всеухищреннаго врага употребимъ и мы хитрость; въ противномъ случаѣ, предстоитъ намъ самая тяжкая брань, или паденіе. Будемъ устранять отъ себя сперва утучняющія, потомъ разжигающія, а послѣ уже и услаждающія снѣди» (Лѣств. степ. 14, § 12).
Наконецъ ты опасаешься, чтобы постъ, въ соединеніи съ душевнымъ безпокойствомъ, которое онъ производитъ въ тебѣ, не разстроилъ тѣлеснаго твоего здоровья. – Неосновательное, сынъ мой, опасеніе, жалкое заблужденіе! Осмотрись вокругъ себя: столько ли заболѣвшихъ отъ воздержанія (да и есть ли такіе?), сколько отъ пресыщенія? Обратись къ прошедшимъ опытамъ: такъ ли долговѣчны были неотказывавшіе ни въ чемъ прихотямъ своего чрева, какъ величайшіе постники, какъ на пр. Павелъ Ѳивейскій, Антоній великій и друг..? Спроси у какого угодно врача: онъ, независимо отъ предписаній нравственныхъ, подтвердитъ тебѣ, что постъ самое лучшее средство противъ болѣзней. И самый простой, извѣстный каждому опытъ, что всѣ болѣзни врачуются не иначе, какъ подъ условіемъ болѣе или менѣе строгаго воздержанія, не показываетъ ли ясно, что постъ не только не можетъ разстроивать тѣлеснаго здоровья, но напротивъ – въ собственномъ смыслѣ есть цѣлебное лѣкарство отъ болѣзней, какъ и называетъ его слово Божіе (Іоил. 1, 14) и св. подвижники? (Лѣств. ст. 14).
Вотъ тебѣ, сынъ мой, краткіе отвѣты на важнѣйшіе изъ выставленныхъ тобою предлоговъ къ отступленію отъ поста! Не думаю, чтобы ты въ собственномъ смыслѣ былъ убѣжденъ въ истинности того, что писалъ: нѣтъ, это происходило не отъ убѣжденія, а отъ желанія прокрыть чѣмъ-нибудь благовиднымъ несмысленныя похотѣнія чрева. Не считаю потому нужнымъ убѣждать тебя болѣе; достаточно припомнить только несмысленный ропотъ израильтянъ изъ за египетскихъ мясъ, огурцовъ и дыней, луку и чесноку, чтобы понять всю несмысленность и своихъ подобныхъ желаній. Скажу напередъ тебѣ, что и въ продолженіе поста, если ты будешь проводить его по уставу св. Церкви (а я надѣюсь, что ты не рѣшишься самовольно преступить сіи уставы), чрево твое не разъ еще напомнитъ тебѣ о мясахъ, и своего рода огурцахъ и дыняхъ, и прочихъ любимыхъ тобою яствахъ. Да избавитъ тебя Господь внять симъ внушеніямъ и удовлетворять всѣмъ прихотямъ своего чрева: ибо чѣмъ болѣе будешь удовлетворятъ ему, тѣмъ оно будетъ становиться ненасытнѣе. «Приласкавшій льва – нерѣдко укрощалъ его; а угодившій тѣлу сдѣлалъ его еще болѣе свирѣпымъ», говоритъ одинъ изъ опытныхъ подвижниковъ.
«Воскресное Чтеніе». 1854. № 46. С. 450-454.
