О времени празднованія Пасхи въ древней Христіанской Церкви.
По согласному свидѣтельству всѣхъ евангелистовъ, Господь нашъ Іисусъ Христосъ воскресъ изъ мертвыхъ во едину отъ субботъ, то есть, въ первый день, слѣдовавшій за субботой, или же – день воскресный. Воспоминаніе этого радостнаго событія освящено было, еще въ Церкви Апостольской, особеннымъ свѣтлымъ праздникомъ, который апостолы, въ самомъ началѣ, тщательно желали, какъ видно нзъ 7 правила ихъ, отдѣлить отъ іудейской пасхи: «Аще кто епископъ, пресвитеръ, или діаконъ, – говорится въ правилѣ семъ, – святый день Пасхи, прежде весенняго равноденденствія съ іудеями праздновати будетъ, да будетъ изверженъ отъ священнаго чина». Но можетъ быть, неопредѣленность сего правила, воспрещавшаго только празднованіе Пасхи съ іудеями и не назначавшаго опредѣленно для нея ни времени ни дня, или же, не повсюдная въ церквахъ извѣстность апостольскихъ правилъ, въ первыхъ вѣкахъ христіанства, были причиною того, что до временъ перваго вселенскаго собора христіанскія церкви праздновали Пасху, по различію странъ, въ различные дни.
Такъ извѣстно, что нѣкоторыя церкви на востокѣ, какъ-то: въ Киликіи, Месопотаміи и Сиріи{1}, а равно и малоазійскія церкви удерживали для торжества Пасхи іудейское счисленіе времени и праздновали ее въ 14 день Нисана; только съ этимъ празднованіемъ соединяли воспоминаніе не воскресенія Спасителя, а Его крестныхъ страданіи, почему называли ее πάσχα σταυρόσιμον (пасха крестная); потомъ, уже на третій день праздновали свѣтлое Христово Воскресеніе, которое именовали πάσχα άναστάσιμον (пасха воскресенія). Очевидно, что сей послѣдній день, завися отъ расчнсленія дней іудейской пасхи, не всегда могъ падать на день воскресный. Такой образъ празднованія Пасхи малоазійскіе христіане оправдывали преданіемъ, дошедшимъ къ нимъ отъ апостоловъ Іоанна Богослова и Филиппа, изъ которыхъ первый жилъ и скончался въ Ефесѣ, а послѣдній въ Іераполѣ. Въ достовѣрпости существованія сего преданія сомнѣваться нельзя, послѣ того, какъ оно засвидѣтельствовано такими святителями, каковы были: св. Поликариъ смирнскій, и – позже: Поликрапъ ефесскій и Мелитонъ сардійскій; но весьма вѣроятно, что св. Іоаннъ дозволилъ одновременное празднованіе Пасхи съ іудеями на время, или изъ снисхожденія къ новообращеннымъ ко Христу іудеямъ, или съ тою цѣлію, чтобы чрезъ сіе тѣмъ легче открыть іудеямъ путь отъ Пасхи прообразовательной къ прообразованному Агнцу – Христу. Но по кончинѣ Апостола, то, что дозволено было только на время, изъ уваженія къ памяти его, обращено въ правило и скрѣплено авторитетомъ его имени. – Что касается до церквей на западѣ, то, по свидѣтельству Евсевія{2}, онѣ, еще со временъ апостольскихъ совершали Пасху въ день воскресный, и постоянно соединяли съ нею воспоминаніе одного свѣтлаго воскресенія Христова; почему, до наступленія сего дня, не прекращали поста.
Это разногласіе церквей, относительно празднованія перваго изъ христіанскихъ праздниковъ, вначалѣ не нарушало ни единенія вѣры, ни согласія и общенія ихъ между собою. Св. Поликарпъ смирнскій, прибывъ въ Римъ для совѣщанія съ папою Аникитомъ о Пасхѣ, съ любовію былъ принятъ имъ, и хотя оба святители остались каждый при своемъ образѣ празднованія, однако сохранили общеніе другъ съ другомъ, и папа Аникитъ, изъ уваженія къ св. Поликарпу, уступилъ ему честь освященія св. Даровъ на литургіи. Однако пастыри церквей не могли не сознавать, что разногласіе между христіанами, въ предметѣ столь важномъ, со временемъ можетъ породить значительные соблазны, затруднить общеніе церквей между собою и повесть ихъ къ нѣкоторому раздѣленію. – Было, въ самомъ дѣлѣ, странно, что въ то время, какъ одни изъ христіанъ постились и сѣтовали, другіе радовались и торжествовали, – одни пѣли покаянныя, другіе радостныя пѣсни, – вообще, разногласіе само собою представлялось взору каждаго, и потому сильно заботило пастырей Церкви. Начиная съ половины II до IV вѣка они не однократно старались на соборахъ постановить общее для всѣхъ церквей правило, на основаніи несомнѣннаго апостольскаго преданія. Неумѣренная ревность римскаго епископа Виктора (194 г.) едва было не превратила этого домашняго разногласія въ открытое раздѣленіе Церкви. Узнавъ, что малоазійскія церкви не желаютъ оставить древняго преданія своего относительно празднованія Пасхи, онъ прервалъ съ ними свое общеніе и требовалъ, чтобы и всѣ церкви его области сдѣлали то же; но галликанскія церкви не согласились на это, и св. Ириней ліонскій, отъ лица ихъ, кротко и благоразумно обличилъ высокомѣріе Виктора. «Разногласіе существуетъ, писалъ онъ къ нему, не только относительно дня празднованія, но также относительно поста, – потому что нѣкоторые ограничиваютъ его однимъ днемъ, другіе двумя и болѣе, нѣкоторые же постятся только 40 часовъ, включая дневные и ночные часы. – Это разногласіе произошло не въ наше время, но гораздо прежде – еще изстари; однако предшественники наши не прерывади изъ-за этого общенія и жили въ мирѣ между собою: того же хотимъ теперь и мы. Различіе въ постѣ не разрушаетъ еще единенія вѣры»{3}. Въ заключеніе, св. Ириней указываетъ Виктору на примѣръ предшественника его папы Аникита и св. Поликарпа и совѣтуетъ подражать имъ. – Викторъ умолкъ предъ такимъ обличителемъ: однако съ сихъ поръ разногласіе въ празднованіи Пасхи начало обращаться въ открытый споръ, не рѣшенный въ теченіи всего III вѣка и въ началѣ IV произведшій значительныя волненія на востокѣ, особенно въ Александрійской церкви.
Императоръ Константинъ Великій вступивъ на престолъ, съ прискорбіемъ видѣлъ споры и раздѣленія христіанъ между собою. Для умиренія восточныхъ церквей раздираемыхъ въ то же время аріанскими смутами, сначала онъ послалъ въ Александрію блаженнаго исповѣдника Осію епископа кордовскаго; но посольство это было безуспѣшно. Тогда Императоръ предложилъ отцамъ, сошедшимся въ Никею на первый вселенскій Соборъ, покончить давній споръ, и постановить, относительно празднованія Пасхи, опредѣленное правило, обязательное для всей Церкви. Отцы Собора, принявъ въ основаніе 7 апостольское правило, опредѣлили всѣмъ христіанамъ праздновать Пасху въ воскресный день послѣ полнолупія, бывающаго въ весеннее равноденствіе, или вслѣдъ за нимъ. Крайними предѣлами дли сего празднованія назначены 21 Марта и 18 Апрѣля, но такъ, чтобы Пасха христіанская совершалась всегда послѣ іудейской, и въ случаѣ совпаденія ихъ въ одинъ день, (напримѣръ 18 Апрѣля) первая относима была на слѣдующій воскресный день. Такимъ образомъ, пасхальное счисленіе у христіанъ, въ случаѣ нужды, могло пополняться еще семью днями и имѣть самимъ позднимъ предѣломъ своимъ 25 Апрѣля. Для опредѣленія на будущее время равноденствій, полнолуній, и слѣдовательно пасхальныхъ границъ, принятъ былъ отцами Собора составленный въ Александріи такъ называемый 18 лѣтній лунный кругъ, а Александрійской церкви вмѣнено въ обязанность ежегодно повѣрятъ и объявлять срокъ Пасхи{4}.
Съ сихъ поръ споры о празднованія Пасхи постепенно начали умолкать и прекращаться въ Церкви, и хотя остались еще, по мѣстамъ, нѣкоторые упорные приверженцы празднованія ея въ одно время съ іудеями: однако Церковь смотрѣла на нихъ уже какъ на еретиковъ{5}. Спустя 16 лѣтъ, на антіохійскомъ соборѣ она произнесла отлученіе на всѣхъ любопрительно не повинующихся опредѣленію вселенскаго Собора относительно празднованія св. Пасхи: «Всѣ, дерзающіе нарушати опредѣленія святаго и великаго собора въ Никеи бывшаго о святомъ праздникѣ Пасхи, да будутъ отлучены отъ общенія и отвержены отъ Церкви, аще продолжатъ любопрительно воставати противу сего установленія» (Ант. прав. 1).
«Воскресеное Чтеніе». Г. XVIII (1854-5). № 3. С. 27-29.
{1} Athanas. epist. ad Afric. I. 1. p. 933.
{2} Hist. Ессl. 5. 23. 24.
{3} Epist. upud. Euseb. р. 156.
{4} Cyrilli epist. pasch. de doctrina temporum, также, Epist. Constantini ad episcopos. Euseb. vita Const. 3, 14-18.
{5} Таковы: протопасхиты, отрасль Новатіанъ, Саватіане, Авдіане, Четыредесятники и проч. Ерiph. Haer. 70. Sozom. 7. 18.
