Митрополитъ Палладій (Раевъ-Писаревъ) – Слово въ день Успенія Пресвятыя Богородицы.
Въ молитвахъ неусыпающую Богородицу – гробъ и умерщвленіе не удержаста (конд. праздника).
Седмь тысячъ слишкомъ лѣтъ смерть губила и губитъ земнородныхъ; но, встрѣчаясь съ неусыпными молитвенниками, сама какъ бы засыпаетъ и теряетъ свою всегубительную силу. Гробъ всегда былъ и считался жилищемъ тлѣнія; но когда положенъ былъ во гробъ Ходатай за весь родъ человѣческій, Спаситель міра, Сынъ Божій, то гробъ Христовъ оказался живоноснымъ, «яко рая краснѣйшій, воистинну и чертога всякаго царскаго свѣтлѣйшій» (служб. пасх. час. слава). Гробъ и тлѣніе не удержали и Пречистую Его Матерь.
Въ день успенія неусыпающей въ молитвахъ Богородицы св. Церковь предлагаетъ намъ ученіе, что неусыпная молитва и въ гробахъ не прекращается, но гробъ становится какъ бы тою храминою, въ которой молитвенники въ тишинѣ и безмолвіи молятся Отцу небесному втайнѣ.
Въ обители посвятившихъ себя особымъ нарочитымъ подвигамъ бдѣнія и молитвы умѣстно и благовременно бесѣдовать о неусыпной молитвѣ.
Неусыпная молитва... Да возможна ли такая молитва? Многіе, очень многіе думаютъ, судя по себѣ, что неусыпная молитва невозможна. У многихъ, можно сказать, на первой же минутѣ, какъ начнутъ молиться, потребность молитвы исчезаетъ, а вмѣсто молитвы опять появляются неусыпныя попеченія и заботы житейскія. Но поелику мы знаемъ изъ многихъ примѣровъ, что неусыпные молитвенники были, то, очевидно, не можемъ сказать, что неусыпная молитва невозможна.
Взгляните, напримѣръ, вокругъ себя – на неодушевленную природу: вездѣ дѣятельность, – нигдѣ нѣтъ бездѣйствія; вездѣ неусыпная жизнь, – нигдѣ нѣтъ совершеннаго покоя. Если же въ неодушевленной природѣ все въ непрестанной дѣятельности, если и низшія силы неусыпно дѣйствуютъ, – возможно ли, чтобы высшія, духовныя, разумныя, свободныя силы были связаны и скованы бездѣйствіемъ и погружены въ глубокій сонъ? Это несообразно было бы съ существомъ и назначеніемъ ихъ. Кто изъ насъ не желаетъ себѣ здоровья? Кто не стремится къ счастію? Кому наскучила жизнь? И удовольствіе быть здоровымъ и благополучнымъ, и радость быть счастливымъ, и сладость жить долго, жить въ изобиліи, съ честью и славою, – не есть ли это предметъ неусыпныхъ желаній всѣхъ земнородныхъ? Но и низшія наши стремленія, наши страсти, также неусыпны. Кто честолюбивъ, тотъ непрестанно домогается, такъ сказать, и на яву, и во снѣ, почестей. Корыстолюбецъ не пропуститъ случая, когда встрѣчается ему возможность получить хотя малѣйшую выгоду. Неужели же мнимая честь, мнимая слава, мечтательное счастіе, будутъ имѣть у себя неусыпныхъ поклонниковъ, а истинная честь истинная добродѣтель остается безъ усердныхъ – неусыпныхъ ревнителей? Самые тяжкіе, но честные труды находятъ людей, которые ни на что въ свѣтѣ не промѣняютъ своей доли. И потому мы нерѣдко встрѣчаемъ неусыпныхъ замледѣльцевъ, неусыпныхъ ремесленниковъ, художниковъ, ученыхъ, дѣловыхъ людей. Итакъ, вся жизнь человѣческая есть неусыпная дѣятельность, – неужели же невозможна неусыпная молитва для людей, посвятившихъ себя на служеніе Богу? Да, житейскія попеченія, страсти, грѣхъ, въ насъ неусыпны; но если мы, вмѣсто низшихъ влеченій, воспитаемъ въ душѣ своей высшія потребности, то явится у насъ и непрестанная, неусыпная молитва. Грѣху мы служимъ усердно, работаемъ неусыпно; но, оставивъ путь грѣха, также усердно и неусыпно можемъ служить и Богу.
Мы такъ обнищали, такъ окрадены грѣхомъ, такъ обнажены отъ всѣхъ добрыхъ дѣлъ, что у насъ ничего нѣтъ, кромѣ худаго; а потому всего добраго и полезнаго мы всегда должны просить у Бога. Безъ Мене не можете творити ничесоже, говоритъ Господь (Іоан. 15, 5). Но молитва состоитъ не только въ прошеніи, – вмѣстѣ съ прошеніемъ необходимо соединять и благодареніе и прославлевіе величества Божія. Богъ знаетъ нужды наши еще прежде нашего прошенія и Самъ располагаетъ насъ къ молитвѣ. Молитва можетъ быть неусыпна, непрестающа, потому что она постоянно подается намъ отъ Бога, о Которомъ говоритъ псалмопѣвецъ: не воздремлетъ, ниже уснетъ храняй Израиля (Псал. 120, 4). Молитва можетъ быть неусыпна, ибо она есть не престающее благодареніе Бога за безчисленныя Его благодѣянія. И это благодареніе и прославленіе имени Божія мы можемъ совершать не одними устами, а и мысленно, духовно. Такою молитвою должна быть преисполнена наша жизнь, ибо вся наша жизнь есть непрерывное благодѣяніе Божіе. Апостолъ учитъ насъ всякою молитвою и моленіемъ молиться на всякое время духомъ (Еф. 6, 18), и въ другомъ мѣстѣ говоритъ: непрестанно молитеся, о всемъ благодарите (1 Сол. 5, 17. 18). А псалмопѣвецъ прямо свидѣтельствуетъ о себѣ: благословлю Господа на всякое время, выну хвала Его во устѣхъ моихъ (Псал. 33, 2).
Но кромѣ того, что непрестанная молитва есть нашъ долгъ, – она и сама по себѣ вожделѣнна. Если бы царь, удостоивъ сдѣлать кого-либо своимъ приближеннымъ, каждый день разговаривалъ съ нимъ дружески и изливалъ свои милости чрезъ него на все царство, – кому бы не было пріятно сдѣлаться любимцемъ царевымъ? Кто бы не дорожилъ бесѣдою съ царемъ? Кто бы не получалъ съ радостію и передавалъ царскія милости? А молитва есть дѣйствительно бесѣда человѣка съ Богомъ; въ молитвѣ человѣкъ несомнѣнно испрашиваетъ милости Божіи себѣ и всѣмъ своимъ ближнимъ. Поэтому, что можетъ быть вожделѣннѣе молитвы? Что можетъ быть сладостнѣе и любезнѣе ея? Были люди, – вѣроятно, и нынѣ есть, – которые не могли жить безъ молитвы и такъ пріучили себя къ молитвѣ, что молились весь день, молились и всю ночь, удѣляя сну самое малое время. Такихъ неусыпныхъ молитвенниковъ и молитвенницъ гробъ въ себѣ не удерживаетъ и тлѣніе не касается ихъ, какъ въ молитвахъ неусыпающую Богородицу «гробъ и умерщвленіе не удержаста».
Ты же, неусыпающая въ молитвахъ, Богородице Дѣво! Не престай молиться Сыну Твоему и Богу нашему, да возбуждаетъ выну въ душахъ нашихъ потребность молитвы и Самъ всесильною Своею благодатію поддержитъ и управитъ наше молитвенное расположеніе во славу святаго имени Своего и во спасеніе наше. Аминь.
Произнесенное въ Саровской пустыни.
Слова и рѣчи Палладія, епископа Рязанскаго и Зарайскаго. СПб. 1881. С. 117-121.
