Архіепископъ Филаретъ (Никольскій) – Грѣхъ и благодать.
Предъ нами Крестъ Христовъ; предъ нами гробъ Его. Тамъ убійственная, мрачная Голгоѳа со всѣми ужасами распятія Христа, здѣсь благолѣпный вертоградъ Іосифа Аримаѳейскаго съ умильно-скорбнымъ погребеніемъ Спасителя нашего.
Какъ многое для глубокихъ размышленій и сердечныхъ чувствованій предлагается намъ! Но гдѣ остановиться? Куда направить взоръ? На чемъ сосредоточить свои мысли и чувства?
Прежде чѣмъ сойти съ Голгоѳы въ садъ Іосифа, прежде чѣмъ лобызать нечистыми устами, обвитое плащаницею, пречистое тѣло Христа, естественно побыть на самой Голгоѳѣ и, взирая скорбными очами на картину величайшихъ страданій, душевныхъ и тѣлесныхъ, предшествовавшихъ и сопровождавшихъ позорнѣйшую смерть Спасителя нашего на крестѣ. Спросимъ: гдѣ причина того, что Святѣйшій святыхъ, въ Которомъ злѣйшіе враги Его не могли найти ни малѣйшаго грѣха (Мат. 26, 59. 60), умерщвляется какъ величайшій беззаконникъ? Гдѣ причина того, что Кроткій, какъ агнецъ, и Милосердый ко всѣмъ, даже къ убійцамъ Своимъ, распинается какъ разбойникъ? Чья вина этого ужаснаго преступленія?
Мы винимъ Іуду Искаріотскаго, что онъ, сребролюбецъ, продалъ своего Учителя іудеямъ за тридесять сребренниковъ. Мы винимъ іудеевъ, что они, неблагодарные, просили игемона Пилата предать казни Спасителя, столько имъ благодѣтельствовавшаго. Мы винимъ Пилата, что онъ, слабодушный, изъ угожденія іудеямъ, осудилъ на пропятіе такого Праведника, въ которомъ, по собственнымъ словамъ его, не обрѣталъ никакой вины (Іоан. 18, 38).
Всѣ эти лица дѣйствительно виновны въ смерти Іисуса Христа, но главная причина ея заключается не въ нихъ однихъ, а во всѣхъ людяхъ, въ томъ числѣ и въ насъ, братія: ибо Христосъ умре грѣхъ нашихъ ради, говоритъ Апостолъ (1 Кор. 15, 3).
Святая Церковь, воспоминая крестную смерть Господа нашего Іисуса Христа, приводитъ каждаго изъ насъ къ Его священной плащаницѣ и указывая на изъявленное окровавленное и бездыханное тѣло Его, говоритъ: язвы и раны – дѣло рукъ твоихъ; эта кровь пролита тобою.
И подлинно, мы виновны въ этихъ страданіяхъ и въ этой смерти; грѣхи наши пролили эту пречистую кровь. Когда ноги наши спѣшили на совѣтъ нечестивыхъ или шли въ домъ беззаконія и пьянства: мы вбивали гвоздь въ пречистыя ноги Господа нашего. Когда руки наши подписывали неправильный приговоръ, или простирались для принятія взятки, или дѣлали законопреступныя объятія: мы вбивали гвоздь въ пречистыя руки Господа нашего. Когда голова наша, отвергая единую и непреложную истину слова Божія и ученіе св. Церкви, измышляла самодѣльныя теоріи о Богѣ, о происхожденіи міра и человѣка, о переустройствѣ Государства, общества и семейства, о взаимныхъ отношеніяхъ между мужемъ и женою, между родителями и дѣтьми, между начальниками и подчиненными, между Государемъ и подданными: мы возлагали терновый вѣнецъ на главу нашего Господа. Когда сердце наше, оставляя единую и спасительную любовъ къ своему Творцу и Спасителю и къ своимъ ближнимъ, какъ къ братьямъ, измышляло для себя привязанности къ многообразнымъ предметамъ чувственныхъ удовольствій; когда увлекаясь своими страстями и пороками, дѣлало изъ этихъ страстей и пороковъ безчисленныхъ идоловъ для себя: мы прободали копіемъ самое сердце нашего Господа.
Такъ, вотъ мы виновны въ смерти Господа: наши грѣхи распяли Его. Но это сознаніе виновности не должно повергать насъ въ глубину отчаянія на спасеніе. Здѣсь предъ нами священное изображеніе Того, Кто разъ пострадавши и умерши за насъ, разрушилъ Своею смертію державу смерти и ада, Кто воскресъ изъ мертвыхъ, вознесся на небо и сѣдитъ одесную Бога, Отца Своего, всегда живъ сый, во еже ходатайствовати о насъ.
Если преступникъ чрезъ искреннее сознаніе въ своемъ преступленіи нѣсколько можетъ смягчить вину свою и степень наказанія, то здѣсь истинно раскаявшійся грѣшникъ можетъ пріять не только прощеніе своихъ согрѣшеній, но и освященіе и спасеніе, – здѣсь безпредѣльная любовь и милость пострадавшаго за насъ и умершаго Господа и Спасителя нашего самыми этими язвами и кровію призываютъ насъ къ покаянію и исправленію. Каждому изъ насъ, когда мы приближаемся къ этой священной плащаницѣ, пострадавшій и умершій за насъ Господь какъ бы такъ вѣщаетъ: еще разъ является предъ твоими очами это бездыханное, изъязвленное, облитое кровію тѣло Мое; еще разъ Моя безпредѣльная любовь къ тебѣ желаетъ напечатлѣть въ твоемъ воображеніи и сердцѣ это священное изображеніе Моихъ страданій и смерти за тебя; и все это для того, чтобы ты могъ возлюбить Меня сколько возможно сильнѣе и пламеннѣе, чтобы ты, нося въ воображеніи и сердцѣ твоемъ эти язвы и раны Мои за тебя, эту кровь, пролитую за тебя, сколько возможно усерднѣе и ревностнѣе возлюбилъ Мой законъ и какъ можно дальше бѣжалъ отъ пути беззаконія. Эти язвы и эта кровь укрѣпятъ тебя на пути добра и правды и предохранятъ тебя отъ многихъ и многихъ грѣхопаденій. А если тебя угнетаютъ уже содѣланные тобою грѣхи, – приди и съ сокрушеніемъ, съ слезами умиленія припади къ этому священному изображенію, какъ ко Мнѣ Самому, за тебя пострадавшему и умершему, и въ этой пречистой крови Моей найди себѣ освященіе и избавленіе. Помни: не всегда Я буду являться тебѣ въ этомъ смиренномъ видѣ страдальца; будетъ время, когда Я потрясу небомъ и землею и явлюсь предъ вами, какъ Судія страшный и неумолимый.
Но чѣмъ отвѣчать на этотъ призывный голосъ нашего Спасителя? Ничѣмъ другимъ, какъ сердечнымъ сокрушеніемъ, какъ слезами умиленія, какъ притрепетнымъ приближеніемъ къ Его священной плащаницѣ и сердечною молитвою: пощади, Христе Боже, души наши и спаси насъ.
Ректоръ Семинаріи, Архимандритъ Филаретъ.
«Тульскія Епархіальныя Вѣдомости». 1898. № 11. Ч. Неофф. С. 486-488.
