Св. равноопостольный князь Владиміръ и латинскій міръ (1888).

Икона святого равноапостольного вел. князя Владимира

из коллекции Донецкого областного художественного музея. 1888 г., Россия.

«В память 900-летия Крещения Руси».

Вниманіе не одной только православной Руси и вообще славянскаго міра привлекло къ себѣ наше церковно-народное торжество 15 іюля. Сочувственно отозвался на него и далекій голосъ изъ-за моря – голосъ англиканской церкви, въ лицѣ архіепископа Кентерберійскаго Эдуарда[1]. Не легкую задачу задало оно и латинскому міру, который во всѣ времена, какъ только запомнитъ исторія, былъ гораздо болѣе склоненъ къ деспотизму и насилію, чѣмъ къ братской, христіанской любви. Интересны въ этомъ отношеніи свѣдѣнія и то освѣщеніе фактовъ, какія даетъ профессоръ М. О. Кояловичъ въ своей статьѣ «Сила вліянія нашего равноапостольнаго Владиміра на латинскій міръ»[2]. Поводомъ къ этой статьѣ послужила довольно ловкая политика папы Льва XIII въ отношеніи къ нашему торжеству девятисотлѣтія.

Не смотря на то, что извѣстный поступокъ Дьяковарскаго латинскаго епископа Штроссмайера, приславшаго въ Кіевъ привѣтствіе съ девятисотлѣтіемъ крещенія Руси, вызвалъ противъ него цѣлую бурю негодованія въ австрійской печати, папа, повидимому, принимаетъ его сторону и очень внимательно относится къ нашему торжеству. А по дальнѣйшимъ слухамъ, Левъ ХIII уже заготовилъ энциклику къ уніатскимъ іерархамъ, въ которой сочувственно относится и къ св. Владиміру, и къ нашему юбилейному торжеству.

Чѣмъ объяснить такое вниманіе къ нашему торжеству со стороны папы, намѣревающагося издать по этому поводу даже особую энциклику? Разрѣшеніе этого вопроса цроф. Кояловичъ указываетъ въ двухъ обстоятельствахъ. Съ одной стороны, вопросъ объ уніи русской церкви съ Римомъ, въ послѣднее время снова ожившій и нашедшій себѣ ревностнаго поборника у насъ на Руси въ лицѣ извѣстнаго Вл. Соловьева, естественно побуждаетъ Римъ относиться какъ можно деликатнѣе къ русской церкви, такъ что нѣтъ ничего удивительнаго, если въ скоромъ времени въ средѣ латинянъ появится такой трудъ по русской церковной исторіи, въ которомъ будутъ снова подняты старыя рѣчи объ уніи съ Римомъ равноапостольнаго князя Владиміра. А съ другой – и это гораздо болѣе важная, побудительная причина – «русскіе уніаты Галиціи, Угорской Руси ждутъ не дождутся папскаго рѣшенія о нашемъ князѣ Владимірѣ, и едва ли нынѣшнему папѣ возможно дать по этому вопросу отрицательное рѣшеніе, на которое не рѣшался явно ни одинъ изъ его предшественниковъ».

Приведенныя затѣмъ проф. Кояловичемъ историческія свѣдѣнія, касающіяся отношенія къ русскимъ святымъ, и въ частности къ св. князю Владиміру, уніатской іерархіи – съ одной стороны и простаго народа – съ другой, дѣйствительно даютъ наглядно видѣть, какъ затруднительно положеніе Льва XIII, которому такъ или иначе, но необходимо, наконецъ, сказать свое слово по этому вопросу.

Съ введеніемъ церковной уніи (1596 г.), западная часть русской церкви была подчинена верховной власти папы. Но съ этимъ, конечно, не могли вдругъ измѣниться самыя основы жизни, и новые уніаты по прежнему продолжали жить общерусскою жизнью. Въ ихъ святцахъ и богослужебныхъ книгахъ сохранились имена русскихъ святыхъ и службы имъ, не только за время единой русской митрополіи, но и такихъ, которые канонизованы въ московской Руси, какъ-то: Митрополитъ Алексій, преподобный Сергій, преподобный Кириллъ Бѣлоозерскій. А во главѣ этого сонма русскихъ святыхъ красовались имена равноапостольныхъ Ольги и Владиміра.

Въ первое время уніи уніатская іерархія не имѣла и физической возможности вступить въ рѣшительную борьбу съ восточно-русскою церковностью, такъ какъ, за неимѣніемъ своихъ типографій, приходилось пользоваться православными богослужебными книгами. Только съ половины ХVII в. замѣтно начинается гоненіе на русскихъ святыхъ со стороны уніатскаго іезуитскаго ордена базиліанъ. Но и базиліане подвергли исключенію только восточно-русскихъ святыхъ, а древнерусскихъ, Кіевскихъ и особенно чтимыхъ въ западной Руси Бориса и Глѣба оставляли по прежнему въ церковнобогослужебныхъ книгахъ. Гораздо рѣшительнѣе дѣйствовалъ Замойскій уніатскій соборъ (1720 г.), собранный ревностнымъ поборникомъ уніи, митрополитомъ Львомъ Кишкою. Этотъ соборъ объявилъ войну противъ всего грекославянскаго церковнаго строя. Въ спискѣ уніатскихъ праздниковъ, помѣщенномъ въ дѣяніяхъ этого собора, нѣтъ ни одного изъ русскихъ святыхъ, не только восточно-русскихъ, но и древнекіевскихъ. И Левъ Кишка немедленно приступилъ къ изданію церковныхъ книгъ, исправленныхъ согласно опредѣленію Замойскаго собора, требуя замѣнять ими старыя книги. Но такъ какъ дѣло шло плохо, то одинъ изъ ближайшихъ преемниковъ Кишки – Аѳанасій Шептицкій принялся самъ вымазывать въ нихъ все, что казалось несогласнымъ съ опредѣленіями Замойскаго собора, въ томъ числѣ и русскихъ святыхъ, и другимъ приказывалъ дѣлать то же самое. Въ то же время онъ усердно обривалъ и переодѣвалъ уніатское духовенство по образцу духовенства латинскаго.

Но и въ это время олатиненія и полонизаціи Западной Руси въ сердцѣ простаго народа еще крѣпко жилъ духъ православно-русской церковности, такъ что даже самъ ревностный Левъ Кишка, созвавшій Замойскій соборъ, въ своемъ «Собраніи припадковъ (случаевъ), духовнымъ особамъ потребномъ, имущемъ въ себѣ науку о сокраментахъ» и т. д. (1722 г.), въ спискѣ праздниковъ (стр. 109—110), помѣстилъ и праздникъ Бориса и Глѣба, даже два раза, т.-е. день кончины ихъ и день перенесенія ихъ мощей. При папѣ же Венедиктѣ XIV положеніе дѣлъ приняло уже совершенно иное направленіе. Въ виду всеобщихъ жалобъ на совращеніе уніатовъ въ латинство и чтобы успокоить уніатскія церкви, въ своихъ буллахъ и бреве папа неоднократно объявлялъ, что различіе обрядовъ не нарушаетъ единства вѣры и что обряды восточной церкви – греческой и славянской – достойны всякаго уваженія и соблюденія, и даже самъ пересмотрѣлъ и издалъ евхологіонъ восточной церкви. Послѣ этого въ первыхъ же вновь изданныхъ во Львовѣ церковныхъ уніатскихъ книгахъ поспѣшили выбросить всѣ латинскія новшества и возстановить русскихъ святыхъ, въ томъ числѣ и св. Владиміра. Такимъ образомъ, уніаты, по выраженію проф. Кояловича, оказались между Сциллой и Харибдой.

Но этого мало. Услужливые уніатскіе ученые еще болѣе запутали дѣло для латинскаго Рима. Для нихъ показалась слишкомъ заманчивою мысль – доказать, что еще св. Владиміръ состоялъ въ полномъ единеніи съ римскою церковью. И вотъ Кассіанъ Саковичъ еще въ нерѣшительности избираетъ для этого окольный путь, доказывая, что въ Россію христіанство перешло чрезъ равноапостольныхъ Кирилла и Меѳодія, которые прервали общеніе съ патр. Фотіемъ за его схизму и предали себя и свою церковь подъ власть папъ. А другой современникъ – Дубовичъ сталъ уже прямо утверждать, что Владиміръ находился въ уніи съ Римомъ, и чуть ли не готовъ былъ признать его святымъ. Подобную же попытку, только гораздо болѣе смѣлую, сдѣлалъ іезуитъ Кулеша, который въ своемъ сочиненіи «Wіаrа рrаwoslawna» (1704 г.) доказывалъ, что Владиміръ и Русь крещены въ «католическую римскую вѣру».

При такомъ положеніи изысканiй уніатскихъ ученыхъ, для уніатовъ оставался развѣ только одинъ вопросъ: святой ли человѣкъ Владиміръ, хотя бы онъ былъ и латиняниномъ по вѣрѣ? Какъ бы въ отвѣтъ на этотъ вопросъ, вь ХѴШ в. появилось нѣсколько такихъ сочиненій, которыя должны были сильно смутить «полякующихъ» уніатовъ. Такъ, уніатскій прокураторъ (повѣренный) въ Римѣ, базиліанинъ Игнатій Кульчинскій, въ своемъ сочиненіи «Specimen ecclesiae ruthenicae» (1723 г.) съ большою тщательностью и съ великимъ уваженіемъ къ св. Владиміру собралъ свѣдѣнія о его почитаніи, привелъ минейное житіе его и даже напечаталъ службу св. Владиміру и святцы, гдѣ былъ показанъ и праздникъ св. Владиміру. Въ 1755 г. то же самое сдѣлалъ библіотекарь Ватиканской библіотеки, Ассемани, помѣстивъ въ IV т. своихъ «Kalendaria ecclesiae universae» литературу о св. Владимірѣ, службу ему и святцы съ упоминаніемъ его праздника.

«Смущеніе уніатскихъ властей отъ всѣхъ этихъ обстоятельствъ, говоритъ почтенный авторъ передаваемой нами статьи, – было такъ велико, что онѣ потеряли всякую устойчивость въ своихъ воззрѣніяхъ на обряды и въ частности ва чествованіе св. Владиміра и совсѣмъ выпустили изъ рукъ правительственныя возжи».

Вопросъ о чествованіи св. Владиміра въ уніатской церкви такъ и остался и до сихъ поръ остается нерѣшеннымъ. А между тѣмъ въ настоящее время съ нетерпѣніемъ ждутъ его разрѣшенія, ждутъ особеннно галичане, въ которыхъ еще живо русское чувство и любовь къ своей старинѣ. И только благодаря своей нетактичности галичане лишены были удовольствія праздновать нынѣ девятисотлѣтіе крещенія Руси. Современное положеніе уніатскихъ дѣлъ проф. Кояловичъ сравниваетъ съ такимъ же положеніемъ при папѣ Венедиктѣ XIV: «іезуиты такъ же давятъ и превращаютъ унію въ латинство; уніаты такъ же вопіютъ и требуютъ устройства ихъ дѣлъ».

«Прибавления к Церковным ведомостям». 1888. № 40. C. 1109-1111.

[1] «Церк. Вѣд.», № 33.

[2] «Церковн. Вѣстникъ», №№ 36, 37, 38.


Рубрики:

Популярное:

Церковный календарь:

© Церковный календарь



Подписаться на рассылку: