О МОЛИТВЕ И ТРЕЗВЕНИИ. (Из тетрадей иеросхимонаха Серафима Карульскаго. Ч. 3)

Іеросхимонахъ Серафимъ былъ однимъ изъ послѣднихъ русскихъ аѳонскихъ старцевъ-отшельниковъ, подвизавшихся на суровой Карули. Скончался осенью 1981 года. Живя высоко духовной жизнью, постоянно простираясь мыслію къ Богу, онъ стяжалъ истинное богомысліе. Плоды его богомыслія и есть ниже-помѣщаемыя записки. Предлагаемъ нашимъ читателямъ продложеніе выписки изъ тетрадей о. Серафима. – Ред.

О душеполезномъ одиночествѣ.

Плакалъ я сегодня во снѣ – «Господи, дай мнѣ одинокимъ однимъ, уединеннымъ быть, да въ страхѣ Твоемъ спасаюсь! Ибо я увлекаюсь «стадностію» и до страха (изъ-за этого) не могу дойти, но – «уста наша при насъ суть, кто намъ Господь есть?» – какъ муравьи попадавшіе въ воду, по чувству стадности хватаются одинъ за другого и всѣ погибаютъ. Ибо нѣтъ въ стадности падшихъ разума духовнаго, ни страха Божія... сего ради начало спасенія – «Блаженъ мужъ иже не иде на совѣтъ нечестивыхъ (не живущихъ по закону Господню, иже вси мы падшій, только «хотящій» спастися), но въ законѣ Господнемъ воля его» – и оставивъ стадность падшихъ, уединившись душею и внѣшне – поучается «въ законѣ Господнемъ день и нощь» – настолько, надолго, постоянно. Внутренне одинокій («монас»): такъ и живетъ, чтобы страха Божія не потерять, который приходитъ когда въ одиночествѣ ощутитъ человѣкъ приближеніе Господа Бога Святаго, яко Огнь все нечистое и дерзкое предъ Нимъ пожигающій... и сего въ общемъ круженіи стадности падшій не ощущающе одинъ другого низвергаютъ въ ровъ оный (преп. Пахомія видѣніе...).

Есть любовь Христа ради – заповѣдь данная во спасеніе, дабы добрыя дѣла дѣлать по любви сей – спасаться. Есть любовь – близость духовная во Христѣ – познаніе Христово и стремленіе къ Нему, въ общеніи и близости духовной единодушныхъ о Христѣ подогрѣвающая, а есть любовь – близость и смѣшеніе внутреннее, хотя и съ желаніемъ духовной дружбы, но по наличному, не духовному еще состоянію душъ, съ духовнаго начинаясь, а далѣе, по недостатку духовнаго въ себѣ, на нисшее нисходитъ, и близости установившейся ради и смѣшенія внутренняго, обоихъ увлекаетъ въ ровъ тотъ!

Сего-то ради одиночество лучше, въ немъ отрезвленіе отъ взаимовліянія, тогда мысль о Богѣ у хотящаго спастись и страхъ Божій и трудъ чистительный во упованіи милости Его, отсюда – движеніе ко спасенію (сего и другу моему желаю и предоставляю удаляясь отъ него незрѣлости нашей ради), – сего ради одиночество полезно, и желаю его и удаляюсь отъ людей. (Да не тонемъ вмѣстѣ, близости своей ради, при ней же трудъ спасительный заповѣданный отцами во спасеніе – оставляется, какъ тѣ муравьи...)

Одиночество – да истрезвившись найду себя предъ Господомъ, и тогда въ страхѣ Его, трезвенно возьмусь за дѣло свое, за дѣло очищенія своего сердца – сего ради будь одинокъ внутренно да спасительное совершается въ тебѣ!

А образъ жизни безмолвной, одинокой, конечно и особый свой чинъ и дѣланіе имѣетъ, и безразсудно и неправо оглядываясь на чинъ общежитія его во всемъ держаться – зачѣмъ и вышелъ? чего искалъ? Развѣ не жили отцы въ безмолвіи и – что дѣлали тамъ? общежительное ли? Вѣрою вышелъ, на не же призванъ, трудясь въ очищеніи – раскрывайся предъ Господомъ – самъ (одинъ!), иди къ Нему! Сего не отрекайся подъ предлогомъ иныхъ вразумить – привлечь, самъ тогда останавливаясь, закоснѣвая – за другихъ не дадимъ отвѣта – чего они задерживались, а за себя, яко призваніе ощутивъ, разумѣвъ – себя задерживалъ!

Всѣ призываемся, всѣмъ открыто, всѣмъ дѣланіе свое предлежитъ, по мѣрѣ своей и состоянію, и аще каждый своего не дѣлаетъ – какъ приближается? и заботится объ этомъ только самому остановка своему дѣлу – призывающему иныхъ.

«Насъ ради человѣкъ и нашего ради спасенія» – этого хочетъ Господь – да кто нибудь пріидетъ нынѣ къ Нему... а не одинъ другого призывая, – никто самъ не идетъ! – большая тщета для Него! Если бо и истинно желаешь привлечь – ничего лучше нѣтъ, какъ личный примѣръ –- «спасайся самъ и около тебя тысячи спасутся» – видя дѣломъ спасающагося!... Не такъ ли жизнь отцовъ показывала всегда? Самъ прошедшій путь нѣкій и иному можетъ указать, а не пройдя еще, призывать одинъ другого на мѣстѣ толкаясь .

Господи, Господи, вѣдь указаніе намъ дано, указаніе, что трудъ спасаетъ, падшихъ, и какой трудъ – указано! А труда-то и нѣтъ у насъ! Что же: иной законъ будемъ полагать себѣ во спасеніе?! Богоданный чрезъ отцовъ трудъ обходя будемъ спасаться?

Всѣ средства спасительныя и помощь Господня – ждетъ насъ: только трудъ самый дай – этимъ занимайся, за «дѣланіемъ» вся остановка... (сего ради сказано: «лѣнивый рабъ и лукавый» – трудъ обходя – мудрованія многаго взыскали взамѣнъ!., но все сіе – всуе!)

А труженникъ по вѣрѣ – простой! не ищетъ такой мудрости: нѣтъ нужды!., когда главную мудрость, т.е. самый трудъ производитъ. Сего ради и одиночество и безмолвіе: да если общая жизнь труда спасительнаго не производитъ, но даже и отвлекаетъ отъ него – сего ради въ одиночество уходи, да свое дѣлаешь. Далекъ еще путь! а время сокращается – да успѣешь ко дню тому!

Начало спасенія – свобода двигающая вниманіемъ.

Почему такъ долго, долго – длинный рядъ лѣтъ! – мы не исправляемся?! Не повѣрили бы, если бы кто либо сказалъ намъ раньше: «и за 40 лѣтъ почти не измѣнишься!» – Потому что не живемъ внутреннею своею жизнію, но внѣшне! и она, незнаемая нами, остается все прежняя, неочищенная.

Живемъ въ удаленіи отъ внутренней нашей жизни не трудясь т.е. надъ очищеніемъ, преобразованіемъ ея и это потому, что не разсматриваемъ ее и потому что не употребляемъ средствъ и способностей, которыми это (очищеніе) дѣлается.

Умъ отсѣченъ отъ сердца въ нашей жизни душевной, – каждый изъ сихъ живутъ отдѣльно, а умъ-вниманіе могъ бы чистить именемъ Господнимъ! но онъ бродитъ по всему міру, а сердце, какъ запущенный садъ, производитъ терніе и сорную траву... долго, долго!

Большія перемѣны совершаются часто въ глубинѣ нашей, а мы считаемъ, не видя того, что мы неизмѣнны пребываемъ; изъ этого исходимъ, на это расчитывая, а вотъ, это не такъ! Если такихъ перемѣнъ не замѣчаемъ, то что сказать про тѣ малыя, которымъ внимая очищаетъ себя внутренно живущій?! Потому годами безплодны!

Умъ бродитъ, не внимаетъ сердцу, не видитъ внутренной жизни, не работаетъ въ этомъ виноградникѣ, саду, огородѣ... онъ и остается запущеннымъ всегда, ибо вниманія (ума) это дѣло!

Не становится умъ на мѣсто свое, на стражу свою, на «дѣланіе»! и кто другой за него будетъ дѣлать это его дѣло?! (потому и 40 лѣтъ безплодны!!)

Вйтъ о какихъ «перемѣнахъ» говорю я: развѣ ты не зналъ уже этого 40 лѣтъ тому назадъ? а не замѣчалъ когда и какъ теряешь сіе «единое на потребу» не видишь, не знаешь какая перемѣна въ тебѣ? – «чего лишаюся азъ!» не сообразишь, не оцѣнишь... и остаюся чужой самъ себѣ! Какое же можетъ быть преуспѣяніе?!

Какъ же не чужой, когда жизнь свою внутреннюю не вижу, не знаю? именно – чужой!

Начало спасенія (что выше его для вѣрующаго?!), когда призываетъ Господь тайно, – есть склоненіе свободы (законъ этотъ вѣренъ). Сочетаніе «свободы и благодати» отъ начала спасенія и до конца его, до жизни вѣчной, – это возможность спасенія со стороны человѣка, – но въ чемъ оно выражается? какъ дѣйствуетъ – чтобы ко спасенію шелъ человѣкъ?

– Слыши! Свобода вниманіе направляетъ ко спасительному всему – къ Богу, къ словесамъ Его, къ церковнымъ богослуженіямъ, таинствамъ, ко внутреннему «дѣланію» – («послѣдніе будутъ первіи») – Эта свобода – когда это наше «что хочу – дѣлаю!» хочетъ спасаться, ибо на это Богъ призываетъ... получается уже что свобода изъ дара сего – «что хочу дѣлаю» обращается въ послушаніе Богу и данной Имъ совѣсти, и избѣгаетъ тѣмъ погибельнаго «діавольскаго самовластія» – «занятый» получается сосудъ! – занятый Волею Божіею, дѣломъ спасенія.

Итакъ, начало спасенія (со стороны самого человѣка): свобода направляетъ вниманіе, учимая Богомъ («Учай человѣка разуму» – Господь) – куда направлять... а далѣе, отсюда мысли, хотѣнія, чувства напояются спасительнымъ, Богоугоднымъ, вмѣстѣ и страстей избѣгаютъ – и это отъ направленія вниманія зависитъ вотъ и шествіе есть по пути спасенія, подготовка души къ исходу, вѣрное шествіе къ вѣчности (какъ у того старца было, что улыбнулся трижды передъ смертію).

Видишь человѣкъ не особыя дѣла, подвиги, поставленныя себѣ самому цѣли – сами по себѣ – (ибо когда главное это упускается – они «сами по себѣ» остаются... и разсыпаются въ ничто) – не это все начало основанія спасенія о Господѣ, а вниманіе управляемое свободой, научаемой Богомъ: зная уже (отъ Церкви, отъ Отцовъ, т.е. отъ Бога: со внѣ) что есть Богоугодно – спасительное: туда свобода направляетъ вниманіе, тамъ вниманіе вмѣстѣ съ самой свободой находятъ пажити вѣрныя и источники чистыхъ водъ и возрастаетъ душа къ вѣчности «въ Бога богатѣя!»

Итакъ, когда въ плѣну себя видишь, въ омраченіи – направь вниманіе свое на спасительное нѣчто (въ прошломъ познавалъ то), къ словесамъ Его, къ «дѣланію» о Господѣ и быстро начнется разсвѣтъ въ душѣ...

Это бо и общее начало, вообще, это и въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ: паденія, забвенія, омраченія, иже на пути спасенія такъ часто случаются – періоды темные. Одно начало и основаніе («палъ – возстань!»): вниманіе направь на Господна... а далѣе, оно само най- само, найдетъ тамъ нужное къ возстанію: тамъ бо, въ сокровищницахъ Своихъ, уготовалъ Господь все нужное для спасенія человѣка... и – Самъ – близь! – «до скончанія вѣка, Аминь!»

«Далече отъ грѣшникъ спасеніе яко оправданій Твоихъ не взыскаша...» «Близъ еси Ты, Господи, и вси путіе Твои истина...» – вотъ куда свобода можетъ направлять вниманіе, и направляя – идетъ человѣкъ ко спасенію, Богомъ призываемъ, Богомъ вразумляемъ. – Самъ тайно руководитъ довѣрившихся Ему Посѣтитель душъ нашихъ! и благоволитъ къ человѣку, когда свобода его, избирая Богоугодное, направляетъ туда свое вниманіе... остальное бо – дѣло Его! «Свое» бо сдѣлалъ человѣкъ: покорился Богу съ довѣріемъ и любовію... и вниманіе направилъ къ Нему и тому, что отъ Него!

А начало и основаніе спасительнаго такого склоненія свободы т.е. направлять вниманіе на Богоугодно-спасительное – вѣра новозавѣтная, Богоявленная: Богъ есть Господь нашъ Іисусъ Христосъ! Отсюда довѣріе Ему съ покорной любовію... отсюда и свобода, избирая яже отъ Него, направлять вниманіе на все спасительное...

«Свѣтъ отъ Свѣта! Богъ истинный отъ Бога истиннаго... – Единосущенъ Отцу» такое и отношеніе къ Нему вѣрующаго сердца! и отсюда все дальнѣйшее...

«Сами себѣ, и другъ друга, и весь животъ нашъ Христу Богу предадимъ!»

И молитва Іисусова и есть – это! особенно, усиленно, вседушно, дѣйствительно: по смыслу дѣла спасенія, по состоянію и нуждѣ «падшаго» это призываніе Бога и стремленіе души къ Нему естье «единое на потребу». Молитва Іисусова – «дѣланіе» сердца! на него же вниманіе направляетъ свобода!

Если посмотрѣть молча, безпристрастно, внимательно, чтобы увидѣть самую сущность человѣческой жизни на землѣ – состояніе внутреннее, наличное, нужду истинную его, то ничего нѣтъ лучшаго для него, ничего болѣе нужнаго, соотвѣтственнаго его состоянію, какъ молитва Іисусова – «дѣланіе» ея! (это, что касается его личной дѣятельности... а что касается даровъ Божіихъ, по потребѣ «падшаго», – Св. Причастіе!)

Молитва Іисусова.

Молитва Іисусова это кратко и точно выраженная истинная потребность человѣка, самая сущность всѣхъ его нуждъ – все это наиболѣе вѣрно и плодно восполняется молитвою Іисусовою! – довольно бы ея одной вмѣсто всѣхъ дѣлъ спасительныхъ, если бы человѣкъ могъ бы удержатъ ее навсегда... и только потому что не можетъ по роду болѣзни своей внутренней ограничиться ей – тянетъ его болѣзнь его на разсѣяніе, на многое! – тогда только можно соглашаться, что нужно ему еще что-то, кромѣ молитвы сей – не можетъ бо!.. а что касается самой наинужной потребности его – «падшаго», то ничего болѣе вѣрнаго нѣтъ! она – именно – «по болѣзни врачество!» Его и даровалъ Господь, какъ вѣнецъ даровъ Своихъ любящимъ Его на Тайной Вечери – нужнѣйшее, кратчайшій путь души къ Нему!

Именно – вѣрующимъ въ Него, именно – любящимъ Его (обрати вниманіе на это!), ибо эти то и наиболѣе готовы ограничиться «единымъ на потребу» – таковые то наиболѣе закрыли въ себѣ пути ко многимъ инымъ «подготовительнымъ» (?) дѣланіямъ, – ко многому разсѣянію! Такимъ, которые по вѣрѣ и любви къ Нему способны «потерпѣть Господа» – этимъ наиболѣе и дана молитва эта, потому что могутъ ограничиться ею – того бо она требуетъ! вообще же она – кратчайшій путь къ Богу для всѣхъ земнородныхъ «падшихъ».

Не путай: одно – кратчайшій путь, другое – доступнѣйшій! Кратчайшій – для всѣхъ, доступный же для тѣхъ только – особенно доступный – ихъ собственный! которые вѣрою и любовію ко Господу прелетѣли чрезъ многія ступени «дѣланія» подготовительныя, для присѣденія Ему яко Марія, ибо ступени тѣ нужны тѣмъ у кого вѣры и любви ко Господу не хватаетъ заняться исключительно симъ даромъ Его – на нихъ бо ступеняхъ тѣхъ восполняется недостатокъ въ семъ – на тѣхъ ступеняхъ – чѣмъ же болѣе вѣры и любви ко Господу и упованія на Него, тѣмъ способнѣй онъ оставивъ многія (подготовительныя) дѣланія ограничится существеннѣйшимъ дѣланіемъ земнороднаго падшаго – молитвою Іисусовою; имъ – особый путь, особыя дары, особая жизнь – по достоянію, по справедливости... «неизреченными прикосновеніями прикасающимся Неприкосновенному».

Не по лицепріятію, но по ихъ порыву на призывъ Господа, по состоянію ихъ, по способности быть съ Нимъ!

Вообще же для возгорѣвшагося духомъ устремиться къ Самому Господу, нѣтъ лучшаго дѣланія какъ молитва Іисусова – эта жизнь духа въ Богѣ!

Тутъ отвѣтъ и тѣмъ, кто по временамъ (только) возгарается духомъ ко Господу – взыскати Лица Его! – въ такомъ состояніи ихъ, въ такія времена и имъ тотъ же законъ – «дѣланіе» молитвы Іисусовой – единое сіе!

Подобно тому здѣсь, какъ видѣлъ преп. Макарій Великій у тѣхъ двухъ братій монаховъ: у одного какъ свѣчи огненныя возлетала по временамъ молитва къ Богу, у другого какъ непрестанная огненная вервь...

И еще разъ повторю: испытай самымъ тщательнымъ, вѣрнѣйшимъ испытаніемъ и найдешь, что никакая «дѣятельность» человѣческая не нужна человѣку столько, сколько Молитва Іисусова именно – «падшему», именно призываемому къ небу – «кто Мнѣ служитъ Мнѣ да послѣдуетъ», «вы не отъ міра сего, яко же и Азъ отъ міра сего нѣсмь!» – таково призваніе! Таковъ и соотвѣтственный призванію такому даръ – имя Господне! къ коему приложена на то сила особая, Божія, очищающая и покрывающая грядущаго къ Нему вѣрою и любовію.

Съ другой стороны, самъ человѣкъ безъ Бога – земля и пепелъ и погибшій! гніющій плѣнникъ! Вотъ почему нѣтъ ничего вѣрнѣе человѣку какъ молитва Іисусова! Вотъ преславныя дѣла Бога нашего! по Величію Его неизреченному, такъ и даръ Его! такая сила, такой размахъ: отъ тлѣнія – на престолъ Его! – Кто яко Богъ?!! – ...только и ты, тварь, будь великодушна! зря величіе дара, красоту добродѣтели Его – не мѣрою даетъ Богъ Духа! – возгорись отвѣтно духомъ къ Нему – во-первыхъ – смиреніемъ, таже довѣрчивымъ самопреданіемъ себя благой Его, спасительной Волѣ! ничего больше ты и не можешь, ничего болѣе отъ тебя и не требуется! Хочетъ далѣе, – чтобы ты очищался, освобождался плѣна земного, освящался силою имени Его – пріими даръ! «Дѣлай!»

(1968-1969 г.г.)

О совмѣщеніи внѣшняго дѣланія съ памятію Божіею».

«Съ Богомъ Святымъ!»

Можно человѣку жить съ Богомъ, можно – безъ Бога, такъ и живутъ люди. Съ Богомъ жить возможно по причинѣ изволенія Его къ тому и расположенности къ тому самого человѣка... тогда обстоятельства и условія жизни человѣка дѣлаются или благопріятными или неблагопріятными къ тому, т.е. открывается, что не въ нихъ суть дѣла, а въ личномъ расположеніи человѣка, въ желаніи его, склонности къ тому.

Чтобы жить съ Богомъ – осуществить это, – нужно оставить мѣсто Ему въ дѣлахъ своей жизни – дать мѣсто!

У каждаго человѣка свои дѣла, ими занята вся жизнь, и если есть мысль у него и желаніе жить съ Богомъ, то осуществить это желаніе онъ можетъ присоединяя къ дѣламъ своимъ – первое – память Божію. Можно присоединять, тому кто хочетъ, можно не присоединять тому кто и не думаетъ этого и не ищетъ, а отсюда уже постепенно далеко расходятся ихъ пути! А внѣшне, можетъ быть, и рядомъ живутъ, т.е. въ тѣхъ же равныхъ условіяхъ, но, одинъ – съ Богомъ, другой – безъ Бога!

Итакъ, первое желаніе! Далѣе – вліяющее здѣсь и рѣшающее насколько человѣкъ захваченъ своими внѣшними дѣлами, насколько плѣненъ ими, насколько важными и неотложными они представляются ему, можетъ быть потому, что старшій или начальствующій надъ нимъ требуютъ непремѣннаго исполненія ихъ во время и во всемъ объемѣ – «сдѣлай все» и – «къ сроку», или личныя нужды, или ближнихъ, о которыхъ онъ долженъ заботиться. Какъ бы то ни было но это захваченность дѣлами! и она то много противится самой и памяти Божіей, а безъ нея – какъ жить съ Богомъ?! Нужно цѣлью себѣ поставить – отвоевать эту свободу, чтобы можно было держать въ себѣ эту память Божію – во чтобы то ни стало! И это дѣло законное человѣку, правое предъ Богомъ и возможное по условіямъ земной жизни человѣческой, вникай – увидишь! А препятствія къ тому – кажущіяся. Вѣрно, что сначала это трудно, это просто отъ непривычки только, а вовсѣ не отъ того, чтобы память Божія дѣйствительно мѣшала дѣламъ! Ничего подобнаго!

Такъ что хотящій будетъ присматриваться къ этому дѣлу и присматриваясь найдетъ возможность исполнять это въ себѣ, и тогда къ удивленію его и убѣжденію оказывается, что память Божія много помогаетъ всѣмъ его дѣламъ, а самого его дѣлаетъ спокойнѣе успѣшнѣе въ дѣлахъ его – веселѣе дѣлается жить! Тогда вспоминаетъ онъ слова псалма – «помянухъ Бога и возвеселихся!»

Итакъ, если ослабѣетъ эта «захваченность» души дѣлами внѣшними, открывается возможность «дать мѣсто Богу» въ дѣлахъ своихъ, тогда можно и жить съ Нимъ. Дѣлами бо человѣческими заполнена жизнь человѣка, а если есть въ нихъ мѣсто Богу то вотъ и жизнь съ Богомъ.

Но какъ это осуществляется практически? – Память Божія это начало, а далѣе – чувства сердечныя, а вѣдь они самая жизнь человѣка! Внимай себѣ! чувства сердечныя (разныя!) во всей жизни человѣческой, при всѣхъ дѣлахъ его, движутся въ немъ, живутъ, мѣняются, сопровождаютъ всѣ его дѣла, соучаствуютъ всей внѣшней жизни человѣка, чувства – пріятное, непріятное, раздраженіе, радость, огорченіе, зависть, стремленіе къ чему либо или уклоненіе отъ чего либо – всякія такія внутреннія переживанія сопровождаютъ всѣ внѣшнія дѣла человѣка, всю жизнь его. Они есть! Не то, что это выдумано!

И вотъ, среди ихъ и есть такія чувства, которыя сродны памяти Божіей, соотвѣтствуютъ ей: страхъ Божій, вѣра, благоговѣніе, благодарность Ему (какъ терпитъ насъ многосогрѣшающихъ! да еще и благодѣтельствуетъ!), довѣріе къ Нему склонность ввѣриться Ему (благъ бо есть и милосердъ до нѣжности материнской! «аще и жена забудетъ исчадіе чрева своего, Азъ не забуду тебя!»), любовь къ Нему, надежда – такія и сродныя мысли и есть слѣдующее, что нужно находить въ сердцѣ своемъ, выдѣлять ихъ, изъ среды другихъ, взращивать: при помощи ихъ и осуществится желаніе жить съ Богомъ!

И ихъ, вмѣстѣ съ памятію Божіею, нужно присоединять къ дѣламъ своимъ, т.е. внѣшнимъ, которыя, подобно пузырькамъ нѣкіимъ, сосудамъ могутъ быть наполнены (и наполняются на дѣлѣ!) тѣми или иными чувствами сердечными. Поминая Бога при дѣлахъ своихъ, имѣй и чувства соотвѣтственныя памяти о Немъ: эти чувства будутъ въ тебѣ, дѣлателѣ земныхъ своихъ дѣлъ, будутъ же во время дѣлъ твоихъ – вотъ у тебя и начинается жизнь съ Богомъ! Такая она и есть!

Господь хочетъ быть съ человѣкомъ: «радость Моя съ сынами человѣческими...» (Притч. 8, 31), «и тіи будутъ людіе Мои и Азъ буду Богомъ ихъ» (точнѣе: «и буду имъ въ Бога, и тіи будутъ Ми въ люди») (Іер. 31, 33), «и будетъ яко же радуется женихъ о невѣстѣ, тако возрадуется Господь о тебѣ!» (Исаіи 62, 5) въ этомъ-то и основаніе надежды – жить съ Богомъ! остается человѣку – содѣйствовать этой волѣ Божіей, а содѣйствовать, въ его состояніи паденія (и Господь знаетъ, учитываетъ это, по человѣчески говоря о Немъ) человѣкъ можетъ – памятію о Богѣ, чувствами къ Нему – хотя все это слабо и разстроено въ немъ, но главное желаніе, и усиліе (то и другое – по вѣрѣ!) остальное Господь силенъ восполнить и сихъ укрѣпить. Поэтому благонадежно начинай!

А «захваченность», это вліяніе внѣшняго на человѣка – противься ему! Нужно – нужно! но да не обладаютъ сердцемъ! (дѣла). И нужное бо можно дѣлать свободнымъ или порабощеннымъ сердцемъ – и такъ, и такъ можно сдѣлать нужное! Но ты дѣлай – свободнымъ сердцемъ. А свободное можетъ, дѣлая, и Бога поминать и внимать Ему. Въ этомъ и возможность открывается жить съ Богомъ и – начало сего! Отсюда и перевѣсъ можетъ начаться: вниманіе и желаніе быть съ Богомъ можетъ брать силу и пересиливать захваченность, увлеченность, порабощенность души дѣлами своими обычными – внѣшними: дѣла остаются, а власть ихъ надъ душею ослабѣваетъ весьма, тогда и перевѣшиваетъ внутренняя жизнь, сопровождающая внѣшнія дѣла: то раньше они занимали все вниманіе и сердце человѣка, а внутренняя жизнь при этомъ была не замѣтна (какъ шла – неизвѣстно! «сама собой», какъ растутъ безродныя, запущенныя дѣти – не внимаетъ тому человѣкъ), а теперь (когда власть внѣшняго ослаблена надъ душею), мѣняется значеніе того и другого, т.е. вліяніе ихъ на человѣка: внѣшнія дѣла дѣлаются маловажными для души «пустѣютъ» въ своемъ (прежнемъ) значеніи, а внутренняя жизнь привлекаетъ къ себѣ все вниманіе и обрѣтаетъ главное значеніе – беретъ перевѣсъ. – Вотъ и открывается отсюда самая реальная возможность жить съ Богомъ, когда мысли и чувства сердца – съ Нимъ!

Тогда и торопиться нечего въ дѣлахъ своихъ, ни суетиться – все это только мѣшаетъ! Мѣшаетъ тому, чтобы во время дѣлъ этихъ «жить съ Богомъ». Раньше – дѣла – «все»! а внутренняя жизнь при нихъ, какой-то туманъ, на который не обращалось вниманіе, занятое «дѣланіемъ» дѣла, а теперь дѣла – покровъ, подъ покровомъ которыхъ дѣлается главное дѣло, а оно, въ сущности, жизнь съ Богомъ! Отсюда истекаетъ радость, веселіе, свѣтъ! и здѣсь можно сказать: «возсія мірови свѣтъ разума!» Оказывается тогда, что безъ внѣшнихъ дѣлъ труднѣе «съ Богомъ жить» – не за что вниманію уцѣпиться! и чувства къ Нему (вѣдь они слабыя у начинающаго, какъ и вниманіе его разсѣянное) легко испаряются и остается человѣкъ, безъ внѣшнихъ дѣлъ, какъ растеніе выдернутое изъ земли, корни его не обрѣтаютъ ни твердой опоры, ни соковъ укрѣпляющихъ... такъ и человѣкъ безъ внѣшнихъ дѣлъ слабѣетъ и во внутренней своей жизни и теряетъ возможность жизни съ Богомъ. Господь устроилъ жизнь человѣческую! Внемли! «Суету даде Богъ человѣкамъ, да не въ горшая впадутъ». «Суета» – дѣла земныя «безъ Бога» дѣлаемыя, но они лучше, чѣмъ дѣланіе безумныхъ и погибельныхъ страстей и грѣховъ, къ коимъ такъ склоненъ падшій человѣкъ! Но эта же «суета» т.е. дѣла земныя, человѣческія, если будутъ дѣлаться съ мыслію о Богѣ, съ цѣлію спасенія, дѣлаются Лѣствицею восхожденія духовнаго.

«Православный Путь» за 1986 г. (1987). С. 56-64.


«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)


Рубрики:

Популярное:

Церковный календарь:

© Церковный календарь



Подписаться на рассылку:



КАНОН - Свод законов православной церкви

Сайт для детей и родителей: