Архіепископъ Анатолій (Мартыновскій) – Слово во 2-й день Св. Пятидесятницы (III).
Что вамъ мнится? аще будетъ нѣкоему человѣку сто овецъ, и заблудитъ едина отъ нихъ: не оставитъ ли девятъдесятъ и девять въ горахъ, и шедъ ищетъ заблуждшія (Матѳ. 18, 12)?
Господь нашъ оставивъ, изъ любви къ роду человѣческому, нѣдра Отца небеснаго, чтобы взыскать и спасти погибшее для неба естество наше, уподобляетъ сіе дѣйствіе Cвоего человѣколюбія любви пастыря, который, имѣя сто овецъ, когда одна изъ нихъ заблудится, такою сокрушаются объ ея потерѣ печалію, что все стадо его представляется ему безъ потерявшейся какбы немилымъ; почему онъ оставляетъ въ горахъ девяносто девять незаблуждшихъ овецъ, идетъ искать одну заблуждшую, и, когда случится ему найти ее, то радуется объ ней болѣе, нежели о девяносто девяти незаблудившихся. Провозглашая притчу сію въ настоящій день, посвященный славословію третьяго Лица Святыя Троицы, Церковь св. тѣмъ самымъ относитъ изложенное въ притчѣ подобіе къ благодати Духа Святаго, который, по совершеніи нашего искупленія Спасителемъ, принявъ на Себя дѣло нашего освященія, побуждаетъ насъ къ покаянію, содѣйствуетъ намъ Своею силою въ нашемъ исправленіи, освящаетъ таинствами св. Церкви и довершаетъ наше спасеніе. Но чтобы такія дѣйствія Духа Святаго довели насъ къ нашему назначенію, необходимо съ нашей стороны вниманіе къ таинственнымъ внушеніямъ Духа Святаго. Разсмотримъ же, какимъ образомъ благодать Его побуждаетъ насъ къ исправленію нашей жизни.
Такъ-какъ Спаситель неоднократно уподобляетъ человѣческія души стаду овецъ, то сооотвѣтственно сему подобію, дѣйствія Духа Святаго въ спасеніи душъ нашихъ также можно сравнить съ заботливостію добраго пастыря о своемъ стадѣ. Какъ овцы имѣютъ нужду въ попечительномъ пастырѣ, въ безопасной отъ татей оградѣ, въ защитѣ отъ дикихъ звѣрей, въ тучныхъ пажитяхъ и здоровыхъ водахъ: такъ христіанскія души тогда только достигаютъ вѣчнаго своего назначенія, когда слѣдуютъ внушеніямъ Духа Святаго, пребываютъ въ оградѣ Церкви Христовой, укрѣпляются ея таинствами, питаются словомъ Божіимъ, утоляютъ жажду своихъ желаній спасительными водами св. Писанія. Какъ овцы похищаются татями, пожираются дикими звѣрями, а часто, своевольно отлучившись отъ стада и заблудившись въ горахъ, низвергаются съ утесовъ въ бездны и погибаютъ: такъ люди или гибнутъ для неба, бывъ обольщены лживыми мнѣніями суемудрія и невѣрія, или, устремившись на стремнины разврата, предавшись легкомыслію и своеволію, низвергаются въ бездну грѣховнаго ожесточенія, и становятся добычею духа злобы, который, какъ рыкающій левъ, ищетъ, кого бы поглотить (1 Петр. 5, 8).
Очевидно, что причиною вѣчной пагубы мы сами, потому-что благодать Духа Святаго, съ дѣтскаго возраста до послѣдней минуты бытія нашего, со всею попечительностію взыскуетъ нашего спасенія. Такъ по причинѣ поврежденія нашей природы, съ самыхъ раннихъ лѣтъ мы ощущаемъ въ себѣ перевѣсъ дурныхъ наклонностей предъ добрыми, до такой степени, что еще въ отрочествѣ нашемъ возникаютъ въ насъ помышленія на зло, которыя въ юношескихъ лѣтахъ усиливаются естественнымъ жаромъ крови, влеченіемъ къ разсѣянности и дурными сообществами. Но, съ другой стороны у юности есть свойственная ей свѣжесть душевныхъ и тѣлесныхъ силъ, живость воображенія, любознательность, чувствительность къ похваламъ, боязнь наказаніи, преданность роднымъ, зависимость отъ старшихъ и опасеніе руководителей; сердце юноши открыто для добрыхъ впечатлѣній, легко подчиняется внушеніямъ вѣры и добродѣтели, восхищается торжественностію Богослужебныхъ обрядовъ, благоговѣетъ ко всему доброму, святому; умъ его сгараетъ жаждою познаній, томится желаніемъ обладать какимъ-нибудь искусствомъ; его радуютъ ласки, смущаетъ гнѣвъ родныхъ, его обуздываетъ стыдъ, страшитъ всякая угроза, заставляетъ быть скромнымъ одинъ видъ наставниковъ. Все это средства, могущія устранить юнаго отъ пороковъ, и побудить къ полезнымъ занятіямъ, все это и обращаетъ Духъ Святый въ пособія намъ на пути спасенія!
Правда, какъ въ юношествѣ, такъ и въ возмужалости человѣкъ никогда не бываетъ совершенно свободенъ отъ опасности потерять душевное спасеніе: потому-что съ нами неотлучно главный врагъ нашъ – собственное наше сердце; а въ немъ – ежеминутно возникаютъ злыя помышленія, которыя сами по себѣ наводятъ человѣка на все дурное. Никогда не отстаетъ отъ насъ и духъ злобы, который своими искушеніями часто до того распаляетъ наше воображеніе сладостію грѣховныхъ удовольствій и преступныхъ желаній, до такой степени раздражаетъ нашу чувственность, въ такихъ обольстительныхъ видахъ представляетъ нашимъ мыслямъ то корыстолюбіе, то мстительность, то плотоугодіе, что въ подобныя минуты одна милость Божія можетъ спасти человѣка отъ грѣхопаденія. Но доколѣ человѣкъ не оставляетъ Бога, дотолѣ благодать Божія не оставляетъ человѣка собственнымъ силамъ. Стоитъ только обратить вниманіе къ самому себѣ, и человѣкъ легко услышитъ во глубинѣ души своей таинственный гласъ Духа Святаго, который говоритъ ей: «куда ты увлекаешься, душа бѣдная? какіе твои помыслы и желанія? Думаешь ли, что они неизвѣстны всевѣдѣнію Божію; что ты въ состояніи сокрыть твои поступки по крайней мѣрѣ отъ очей человѣческихъ? Нѣтъ, тысячи ихъ смотрятъ на тебя, чтобы уловить твои дѣйствія, и тысячи языковъ только того ожидаютъ, чтобы сдѣлать тебя жертвою злословія, предать всеобщему посмѣянію. Размысли же: къ чему доведетъ тебя твое сердце, въ какую бездну горестей низвергнутъ тебя страсти, сколь тягостно порабощеніе чувственности, сколь горьки послѣдствія всякаго беззаконія, какое безуміе унижать себя въ очахъ Божіихъ и человѣческихъ! Грѣховныя удовольствія минутны, блага земныя преходящи, сокровища скорогибнущи; а потеря спокойствія совѣсти и добраго имени ничѣмъ невознаградима! Между-тѣмъ, тотъ самый міръ, который ты думаешь удивить своимъ тщеславіемъ, или своеволіемъ, тотчасъ готовъ покрыть тебя позоромъ, а вмѣстѣ съ симъ ты потеряешь царствіе небесное, купленное для тебя кровію Спасителя!»
И отъ какихъ горестей мы не освободились бы, какимъ бы обладали душевнымъ спокойствіемъ, если бы внимали спасительнымъ внушеніямъ Духа благодати и слѣдовали Его руководству! Но, отдавшись въ плѣнъ внутреннихъ помысловъ, чувственность наша приходитъ въ такое раздраженіе, что людямъ представляется высочайшимъ блаженствомъ – удовлетвореніе своихъ безумныхъ желаній; а поработившись однажды грѣху, человѣкъ, окруженный соблазнами міра, неудержимо уже стремится въ бездну пагубы: потому-что грѣшникъ, какъ говоритъ Писаніе, пришедши во глубину золъ, ни о чемъ не радитъ уже (Притч. 18, 3); онъ становится слѣпцомъ, не видящимъ ни послѣдствій, ни предѣла безразсудныхъ своихъ порывовъ; это, такъ сказать, мертвецъ для всего возвышеннаго, благороднаго. Но благодать Божія не оставляетъ человѣка и въ столь отчаянномъ положеніи. Она производитъ въ немъ чувство внутренней пустоты, ужасающей душу, непреодолимую скуку, отравляющую всѣ удовольствія, тугу сердца, неуслаждаемую никакими земными благами, напоминаетъ о тлѣнности всего земнаго и гласомъ Церкви, и смертію приближенныхъ, и болѣзнями, и горестяхми и неожиданными потерями драгоцѣннѣйшихъ для сердца предметовъ. Въ семъ состояніи душа чувствуетъ, какія язвы нанесъ міръ, въ какія гнусныя рубища облекъ ее грѣхъ, въ сколь отвратительныхъ погрязла она нечистотахъ, съ какой высоты блаженства низверглась, уклонившись отъ путей Божіихъ, сколь сладкимъ наслаждалась бы спокойствіемъ, еслибъ не ниспала въ бездну беззаконія. Пришедши въ себя, душа слышитъ въ умиленномъ сердцѣ любвеобильный гласъ Духа Святаго: «ободрись, несчастная, упованіемъ на милосердіе Отца небеснаго, возложи свою надежду на заслуги Спасителя твоего; на небеси есть безчисленныя обители, въ которыхъ можетъ быть и тебѣ уготовано мѣсто; только обратись на путь покаянія! Я исцѣлю грѣховныя раны твои, уврачую болѣзни сердца твоего, очищу тебя, омою нечистоты твои кровію Христовою, облеку тебя въ снѣгосвѣтлую одежду Его оправданія, возму тебя въ объятія Божественной любви моей, понесу тебя во дворъ Христова стада, представлю тебя Отцу небесному, предамъ тебя на руки Искупителя твоего. Цѣлое небо взыграетъ радостію о твоемъ обрѣтеніи, Ангелы воспоютъ твое обращеніе, всѣ сонмы Святыхъ срѣтятъ тебя съ распростертыми объятіями, и ты будешь вѣчно прославлять милосердіе Творца своего!»
И блаженна душа, внимающая благодатнымъ глаголамъ Духа Святаго въ минуты раскаянія; сто кратъ блаженнѣе – отъ юности своей послѣдующая руководству благодати Божіей! Будемъ же, братія, внимательны къ спасительнымъ внушеніямъ Духа Святаго! Днесь аще гласъ Его услышите, не ожесточите сердецъ вашихъ (Евр. 3, 7. 8), говоритъ св. Писаніе: потому-что какъ воздѣлываемая земледѣльцемъ земля и пившая многократно сходящій на нее дождь, если при всемъ томъ остается безплодною, или производитъ только терніе и волчцы, подвергается человѣческому проклятію: такъ душа, отвергающая внушенія благодати Божіей, противящаяся руководству Духа Святаго и пребывающая въ грѣховномъ ожесточеніи, подвергается проклятію Божію, коего слѣдствіемъ будетъ вѣчное мученіе въ гееннѣ огненной!
Утѣшителю Душе истины! сохрани насъ отъ столь страшной участи, пріиди и вселися въ насъ, очисти насъ отъ всякой грѣховной, скверны и спаси, Всеблагій, души наши! Аминь.
Первонач.: «Воскресное Чтеніе». Г. X (1846-47). № 8. С. 85-88. Перепеч.: «Слова и бесѣды Анатолія архіепископа, бывшаго Могилевскаго и Мстиславскаго. Ч. 1. СПб. 1853. С. 320-330.
