ИСТИНА.

Христос перед Пилатом. Н.А. Кошелев. Конец XIX в.

Евангеліе повѣствуетъ, что правитель Іудеи Пилатъ, услышавъ слова Спасителя, что царство Его не отъ міра сего (Іоан. 18, 36), что Онъ на то родился и на то пришелъ въ міръ, чтобы свидѣтельствовать объ ИСТИНѢ (ст. 37) и что «всякій, кто отъ истины», слушаетъ голоса Его, отвѣтилъ полувопросомъ, полуснисходительнымъ замѣчаніемъ (такъ, по крайней мѣрѣ, при изученіи этого мѣста Евангелія, звучатъ его слова): «что есть истина?», и, произнеся эти слова, не сталъ дожидаться дальнѣйшихъ объясненій, будучи, повидимому, напередъ совершенно увѣренъ, что удовлетворительнаго отвѣта на этотъ вопросъ дать невозможно; «и сказавъ это, опять вышелъ къ іудеямъ и сказалъ имъ: я никакой «вины не нахожу въ Немъ» (ст. 38).

При другихъ обстоятельствахъ, при которыхъ состязаніе по этому предмету не. представляло бы риска уронить свое достоинство прокуратора, этотъ римскій правитель, кое-что видѣвшій и кое-чему научившійся раньше въ столицѣ міра, можетъ быть, взамѣнъ краткаго «что есть истина?», отозвался бы на слова Богочеловѣка, Который такъ поразилъ его воображеніе, болѣе пространнымъ отвѣтомъ, вродѣ напримѣръ, такого: «въ чемъ заключается истина, никто изъ людей еще не сумѣлъ до сихъ поръ рѣшить, да и рѣшить эту задачу едва-ли возможно. Доказательствомъ этому можетъ служить разнообразіе религій, которыя мы наблюдаемъ теперь, и все разнообразіе философскихъ ученій, которымъ различныя философскія школы предлагаютъ слѣдовать. Развѣ не лежитъ, въ самомъ дѣлѣ, глубокая пропасть между ученіями эпикурейцевъ съ призывомъ къ наслажденію, и стоиками съ ихъ девизомъ «воздерживайся и терпи»? И что страннѣе всего, эти люди готовы увѣрять всѣхъ остальныхъ, что каждый изъ нихъ служить истинѣ, что слѣдуетъ за ней, хотя, очевидно, при всемъ разнообразіи ихъ вѣрованій и ученій, кто-нибудь, а можетъ быть и всѣ вмѣстѣ, непремѣнно ошибаются». То же могъ, впрочемъ, сказать и каждый язычникъ того времени.

Съ тѣхъ поръ прошло почти двадцать вѣковъ. Евангеліе Христово проповѣдано «во свидѣтельство всѣмъ народамъ» (Матѳ. 24, 14). И что же мы видѣмъ? То же, или почти то же, говорятъ мудрецы вѣка сего и нынѣ по поводу Божественной Истины, преподанной Господомъ Іисусомь, Христомъ людямъ, оспаривая въ то же время другъ у друга справедливость разныхъ современныхъ ученій, съ той лишь разницей, что язычникъ Пилатъ, подавая свое возраженіе на слова Спасителя, не зналъ, не въ состояніи былъ знать, что онъ стоитъ передъ Лицомъ Того, Кто не только можетъ истолковать смыслъ и существо Истины, но Кто Самъ есть, источникъ Истины, Самъ есть Истина.

Нынѣшніе мудрецы, отвергая Божественное Откровеніе Христа Спасителя объ Истинѣ, не имѣютъ и такого оправданія, потому что за ихъ плечами находится 20-вѣковая исторія Христіанства, свидѣтельствующая намъ, какъ мудро, просто и чудесно Божественное Откровеніе было принесено на землю и проповѣдано здѣсь Сыномъ Божіимъ; сь какою радостью шли за это Откровенiе на мученическую смерть безчисленное число людей; какъ неудержимо ученіе, которое, казалось, послѣ крестной смерти Учителя, обречено было на совершенное исчезновеніе, распространялось по всему міру, вытѣсняя всѣ остальныя религіи; какъ буквально сбылись пророчества о рожденіи, жизни, страданіяхъ, смерти и Воскресенія Мессіи; какъ, наконецъ, сбывались тѣ изъ нихъ, которыя, относясь къ позднѣйшимъ временамъ, предвозвѣщали признаки приближающейся кончины міра...

Иными словами, нынѣ въ обращеніи среди христіанъ находится много такихъ убѣдительныхъ признаковъ, что истина, какъ нравственный законъ, основанный на ученіи Христовомъ, и какъ отвлеченное понятіе, имѣетъ Божественное происхожденіе, причемъ, Самъ Проповѣдникъ ея говорилъ о Себѣ: «Я есть путь и истина и жизнь; никто не приходить къ Отцу, какъ только черезъ Меня» (Матѳ. 14, 6).

БОГЪ ЕСТЬ ИСТИНА.

«Я на то родился и на то пришелъ въ міръ, чтобы свидѣтельствовать объ истинѣ; всякій, кто отъ истины, слушаетъ гласа Моего» (Іоан, І8, 37).

Во всѣхъ словахъ, во всѣхъ поученіяхъ, при всѣхъ дѣлахъ Своихъ Господь Іисусъ Христосъ стремился неуклонно къ одной великой цѣли – открыть людямъ духовный обликъ Отца Небеснаго, объяснить свойства Его Божественнаго Духа, дать понятіе о всеобъемлемости Его промысла и любви и о дѣйствительности Его всемогущества. Потому слово Его открывало намъ страшныя вершины знанія; оно научало насъ, что Творецъ нашъ есть любвеобильный Отецъ (Лук. 15, 3-32; 11, 9-13; 18, 1-8), въ гораздо большей еще степени, чѣмъ то извѣстно было Моисею и ветхозавѣтнымъ пророкамъ; что Онъ всѣхъ зоветъ ко спасенію (Лук. 24, 47), а не только однихъ потомковъ Іакова; что Онъ ищетъ Себѣ поклонниковъ въ духѣ и истинѣ (Іоан. 4, 23); что слово Его есть истина (Іоан. 17, 16-17); причемъ, заслуживаетъ особаго вниманія, что не сказалъ Господь: «слово Твое истинное», въ томъ смыслѣ, что оно всегда неизмѣнно возвѣщаетъ правду и составляеть обѣщаніе непреложное, но говоритъ: «СЛОВО ТВОЕ – ИСТИНА», т.е. оно есть, само по себѣ, та высшая правда, хоть святѣйшій и премудрѣйшій законъ, тотъ чистѣйшій и благодатный свѣтъ, который освѣщаетъ всю вселенную и всякаго человѣка, грядущаго въ міръ...

Конечно, мы не отвергаемъ, что въ словахъ Христовыхъ, но временамъ, заключалось свидѣтельство объ извѣстныхъ, возвышенныхъ событіяхъ, которыя уже совершились или имѣли совершиться (напримѣръ, пророчество о кончинѣ вѣка), но, тѣмъ не менѣе, главнѣйшимъ предметомъ Его проповѣди было – ВСЕГДА СВИДѢТЕЛЬСТВОВАТЬ ОБЪ ОТЦѢ НЕБЕСНОМЪ.

Если же Господь на то пришелъ въ міръ, чтобы свидѣтельствовать объ Истинѣ, а объектомъ этого свидѣтельства былъ, главнымъ образомъ. Богъ, то, слѣдовательно, по опредѣленію Самого свидѣтельствовавшаго, БОГЪ ЕСТЬ ИСТИНА. Еще яснѣе эту мысль выразилъ Христосъ въ Своемъ словѣ къ іудеямъ, когда, говоря объ Отцѣ, сказалъ: «истиненъ Пославшій Меня» (Іоан. 7, 28).

Кромѣ того, въ словѣ Божіемъ мы находимъ неоднократныя подтвержденія того, что Богъ, въ Своемъ существѣ, есть Истина; «Господь Богъ есть Истина», восклицаеъ прор. Іеремія (10, 10); Самъ Господь чрезъ того же пророка говоритъ народу Іудейскому: «скажи имъ: вотъ народъ, который не слушаетъ гласа Господа Бога своего! Не стало у нихъ истины, она отнята отъ устъ ихъ (7, 28). Въ псалмахъ читаемъ «Господи Боже истины» (30, 6); «правда Твоя – правда во-вѣкъ» (118, 142).

Затѣмъ, такъ какъ Богъ единиченъ въ Своемъ существѣ, то, конечно, то же наименованіе «Истинный» и Истина», принадлежатъ и Второму и Третьему Лицамъ Пресвятой Троицы.

И, дѣйствительно, такія опредѣленія мы находимъ въ словѣ Божіемъ: Христосъ, въ откровеніи ученику, «котораго любилъ», Самъ называетъ Себя «Святымъ и Истиннымъ, имѣющимъ ключъ Давидовъ, Который отворяетъ и никто не затворитъ, затворяетъ – и никто не отворить» (Апок. 3. 7, 14). И далѣе читаемъ: «и увидѣлъ я отверстое небо, и вотъ конь бѣлый и Сидящій на немъ называется Вѣрный и Истинный, Который праведно судитъ и воинствуетъ» (Апок. 19, 11).

О Святомъ Духѣ тотъ же апостолъ Іоаннъ Богословъ въ первомъ своемъ посланіи говоритъ: «Духъ, есть истина» (5, 6); и Самъ Господь Іисусъ Христосъ, въ послѣдней бесѣдѣ съ учениками на Тайной Вечери, не менѣе трехъ разъ, говоря о Духѣ Святомъ, именуетъ Его «Духомъ Истины», причемъ, научаетъ ихъ, что Онъ отъ Отца Исходитъ (15, 26); что Его не можетъ принять міръ, потому что не знаетъ Его (14, 17), и, наконецъ, что Онъ, придя на землю, «наставитъ ихъ (учениковъ), на всякую истину», ибо не отъ Себя говоритъ будетъ, но будетъ говорить, что услышетъ» (16, 13) отъ Отца.

ИСТИНА ПРИСУЩА БОГУ, КАКЪ И ЛЮБОВЬ. Если о Немъ сказано: «БОГЪ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ» въ томъ смыслѣ, что Онъ первоисточникъ любви, что Онъ воплощаетъ ее въ Себѣ и осуществляетъ, въ Своей волѣ всегда неизмѣнно одну чистую любовь и научаетъ всѣхъ этой чистой любви, то съ той же увѣренностью нужно исповѣдыватъ Его, какъ Отца Истины, воплощающаго ее въ Себѣ, вѣчно осуществляющаго ее въ Своей волѣ и научающаго ей всѣхъ разумныхъ Своихъ тварей. Аналогія между тѣмъ и другимъ свойствомъ Божіимъ усматривается и въ тѣхъ послѣдствіяхъ, которыя имѣютъ получиться при дѣйствіи того и другого начала, ибо, если ближайшимъ послѣдствіемь того, что «Богъ есть любовь», по апостолу, является, что и «пребывающій въ любви, въ Богѣ пребываетъ и Богъ въ немъ пребываетъ», то и ниспосланіе Духа Истины сопровождается тѣмъ же возвышеннымъ явленіемъ: ОНЪ, ДУХЪ БОЖІЙ, ВО-ВѢКЪ ПРЕБЫВАЕТЪ СО ЗНАЮЩИМИ ЕГО, И ВЪ НИХЪ БУДЕТЪ (Іоан. 14, 16-17).

О СУЩЕСТВѢ БОЖЕСТВЕННОЙ ИСТИНЫ.

Въ чемъ заключается существо, внутреннее содержаніе Божественной Истины?

ЕДИНАЯ ЕСТЬ ИСТИНА НА ЗЕМЛѢ И НА НЕБЕСАХЪ, ЭТО ВОЛЯ ТВОРЦА ВСЕЛЕННОЙ, БОГА ВСЕДЕРЖИТЕЛЯ, ВОПЛОЩЕННАЯ ВЪ ПРЕДВѢЧНЫЯ И НИКОГДА НЕИЗМѢНЯЕМЫЯ НРАВСТВЕННЫЕ ЗАКОНЫ, ИМЪ УСТАНОВЛЕННЫЕ. Имъ пріемлемые и Имъ охраняемые, совершенно одинаково обязательные для всѣхь Его разумныхъ тварей, какъ для ангеловъ, такъ и для людей.

Эти положенія находятъ себѣ совершенное подтвержденіе и въ св. Писаніи. О томъ, что воля Творца, выражающаяся въ установленныхъ Имъ нравственныхъ законахъ, всегда признавалась за высочайшую, предвѣчную Истину, особенно ясно говорятъ псалмы царя Давида: «Господи, Боже», говоритъ онъ, «правда Твоя – правда въ вѣкъ и законъ Твой истина» (118, 142), «на-вѣки, Господи, слово Твое утверждено на небесахъ; истина Твоя въ родъ и родъ» (ст. 89-90), и далѣе – «откровенія, которыя Ты заповѣдалъ – правда и совершенная истина», или – «укажи мнѣ, Господи, путь Твой и научи меня стезямъ Твоимъ, направь меня на истину Твою и научи меня» (118, 10),

О храненіи Богомъ сокровища истины находится свидѣтельство въ словахъ Самого Господа Бога, которыми Онъ благоволилъ провозгласить передъ Моисеемъ Свое Имя, имя Іеговы, на Синайской горѣ – «Господь, Господь, Богъ человѣколюбивый и милосердный, долготерпѣливый и многомилостивый и истинный, сохраняющій правду и являющій милость въ тысячи родовъ» (Исх. 34, 6); кромѣ того, о томъ же читаемъ въ 145-мъ псалмѣ: «Хвали, душе моя. Господа, ... сотворшаго небо и землю, море и вея, яже въ нихъ, хранящаго истину во-вѣкъ». Что касается неизмѣняемости Божественной Истины, то положеніе это прямо вытекаетъ изъ свойства Божія – НЕИЗМѢНЯЕМОСТИ. «Отъ начала дней Я Тотъ же, и никто не спасетъ отъ руки Моей» (Ис. 23, 13); «Я – Господъ, я не измѣняюсь» (Малах, 3, 6), «Небо и земля прейдетъ; словеса же Моя не прейдутъ» (Марк. 13, 31).

Итакъ, по слову Божіему, ГОСПОДЬ БОГЪ, ВО СВЯТОЙ ТРОИЦѢ, ЕСТЬ ИСТИНА И ВМѢСТѢ ИСТОЧНИКЪ МІРОВОЙ ИСТИНЫ, отъ Котораго послѣдняя исходитъ и, такъ сказать, разливается по вселенной; и, если, какъ намъ извѣстно, до пришествія Господа на землю Истина была поколеблена среди людей и путь ее готовъ былъ затеряться, а въ настоящемъ, мы, христіане, получившіе возвышеннѣйшее и совершенно ЗАКОНЧЕННОЕ УЧЕНІЕ О НЕЙ, взамѣнъ того, чтобы согласно увѣщанія апостола, «облечься въ новаго человѣка, созданнаго по Богу, въ правдѣ и преподобіи истины» (Ефес. 4, 24), взамѣнъ того грѣховно отвращаемся отъ послѣдней, то, во всякомъ случаѣ, самая цѣль жизни вселенной и Страшнаго суда Христова заключается въ томъ, чтобы «истина укрѣпилась и вѣра утвердилась» (3 Ездр. 7, 34), ибо БОЖЕСТВЕННАЯ ИСТИНА, Т.Е. ТА ЕДИНАЯ ВЪ МІРѢ ИСТИНА, КОТОРАЯ ИСХОДИТЪ ОТЪ БОГА, ОБЯЗАТЕЛЬНА ДЛЯ ВСЕЙ ТВАРИ, ОДАРЕННОЙ РАЗУМОМЪ.

Если бы въ человѣческомъ распоряженіи не было бы достаточно доказательствъ, чтобы утвердить на незыблемомъ основаніи это послѣднее положеніе, то существованіе такового должно было бы во всякомъ случаѣ предположить, допустивъ, что доказательства только невѣдомы намъ; ибо безъ этого условія понятіе объ истинѣ, насаждаемой и охраняемой Самимъ Богомъ, не будетъ ни достаточно глубоко для изслѣдываемаго предмета, ни даже логично и послѣдовательно.

Какъ, въ самомъ дѣдѣ, можно представить себѣ, что Богъ, хранитель Истины во-вѣкъ, допустилъ бы насажденіе ея тамъ и здѣсь только сообразно силамъ и разумѣнію кого бы то ни было; вѣдь при этомъ могло бы случиться, что въ одномъ мѣстѣ она оказалась бы совершеннѣе въ своей сущности, чѣмъ въ другомъ, а гдѣ-нибудь, можетъ быть, и совсѣмъ лишенною совершенствъ (таковы всѣ человѣческія измышленія объ истинѣ, и отсюда то все множество всякихъ современныхъ ученій объ истинѣ и ересей). Кромѣ того этимъ прежде всего нарушается основное изъ понятій объ истинѣ, та аксіома – что ИСТИНА ВО ВСѢХЪ ОТНОШЕНІЯХЪ ДОЛЖНА БЫТЬ СОВЕРШЕННА, иначе идея, которая претендуетъ имѣть значеніе истины – не есть истина, а пародія на нее.

Наконецъ, понятіе объ истинѣ принадлежитъ къ числу такихъ, которыя НЕ ДОПУСКАЮТЪ НИКАКОЙ ДВОЙСТВЕННОСТИ въ представленіи о предметѣ или, точнѣе говоря, понятіе это, какъ извѣстное положеніе, хотя бы въ области науки о нравственности, можетъ быть только единымъ (точно такъ же, какъ можетъ быть только одна прямая линія между двумя точками). Въ силу сего должно принять, что и БОЖЕСТВЕННАЯ ИСТИНА, которая составляетъ законъ Бога Живого, НЕ ДОПУСКАЕТЪ СОПОСТАВЛЕНІЯ ЧЕГО-ЛИБО ИНОГО РЯДОМЪ СЬ СОБОЮ, т.е. Истина, простая Богомъ во вселенной, есть только единая Истина въ мірѣ, не допускающая ни замѣны, ни сокращенія, и ни что иное не можетъ заслонить и замѣнить ее; а все измышленное въ этомъ направленіи человѣческимъ умомъ, все извѣданное людьми въ ихъ поискахъ какой-либо другой истины, какъ показываетъ опытъ нѣсколькихъ тысячелѣтій, представляется обыкновенно непригоднымъ для пользованія, несовершеннымъ, жалкимъ, одностороннимъ, а иногда, кромѣ того, горькимъ, кровавымъ и полнымъ смятенія и всякихъ ужасовъ.

Такимъ образомъ, ЗАКОНЪ БОЖІЙ, ВОЛЯ БОЖІЯ, ЕСТЬ ИСТИНА, ИСТИНА МІРОВАЯ, т.е. объемлющая всю вселенную... Волѣ Божіей приличествуютъ больше всего имя Истины, потому что никакое другое понятіе о справедливомъ, возвышенномъ, прекрасномъ, о правдѣ и красотѣ въ ихъ первоисточникѣ и благомъ – въ конечной цѣли, не можетъ быть поставлено взамѣнъ ея, т.е. взамѣнъ тѣхъ уставовъ для вселенной, которыя дарованы ея Творцомъ въ Его безконечной премудрости, святости и благости.

«Православная Русь». 1985. № 12. С. 1-2, 15.


«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)


Рубрики:

Популярное:

Церковный календарь:

© Церковный календарь



Подписаться на рассылку:



КАНОН - Свод законов православной церкви

Сайт для детей и родителей: