И. М. Концевич, Православие, Церковь и Раскол

Вначале нашего церковного раскола большинство мирян отнеслось к нему вполне равнодушно. Казалось, он касается лишь архиереев. Но когда зло укрепилось, оно уже стало вносить расстройство далеко за пределы церковной ограды. Раскол касается каждого из нас, становится актуальным, нарушает спокойствие обывательской жизни. Все чаще появляются в газетах статьи, посвященные расколу с целью исправить зло. К такого рода попыткам надо отнести и статью «Православная вера здесь и там» А. Л. Толстой, недавно появившуюся на страницах зарубежной периодической печати.

Александра Львовна живо изображает все те пагубные последствия в нашей бытовой и политической жизни, которые вызваны церковным расколом, но совершенно не касается духовной стороны вопроса. А, между тем, эта сторона здесь является более важной, даже господствующей, потому что Церковь по своей природе мистична.

Рассмотрим в чем же сущность дела; а для этого мы должны прежде всего уяснить себе, что такое Православие и Церковь.

Православие не есть отвлеченная философия, или доктрина человеческого интеллекта, хотя бы и основанная на Евангелии; не только своеобразие Богослужения, или обряда, догмата, быта, но живая связь с Богом, подлинная жизнь в «Духе Святе», в Церкви, которая есть не что иное, как евангельская истина, раскрываемая нам в боговдохновенных творениях свв. отцов и постановлениях Вселенских Соборов. Церковь возглавляется Самим Христом и управляется здесь на земле преемственной от Апостолов иерархией.

Церковь есть мистическое тело Христово, в котором Дух Святый все созидает, животворит, собирает, объединяет. Все в ней гармонично и органически связано, как в живом организме: так богословие и аскеза, мистика и подвиг неразделимы. Догмат обуславливает аскезу и, наоборот. в аскетическом подвиге раскрывается догмат.

«Писания свв. отцов все составлены по внушению, пли под влиянием Св. Духа, и чудное в них согласие, чудное помазание» (Епископ Игнатий Брянчанинов. Т. I. стр. 30).

То же чудное согласие представляют собою и постановления свв. соборов о догматах и канонах.

И всем нам Апостолы заповедуют то же согласие, то же единомыслие:«Будьте единомысленны», говорит нам первоверховный Апостол Петр (Петр. III, 8). На сем же многократно настаивает и первоверховный Павел:«Бог же терпения и утешения да дарует вам быть единомысленными между собой по учению Христа Иисуса» (Рим. XV, 5; Рим. ХII, 16, II Кор. XII, 11;)

Поэтому всякое уклонение от единомыслия, от соборности, рассматривается, как преступление, переход от единомыслия к разномыслию, как грех против Св. Духа, обитающего в Церкви. Раскол вносит хаос, распад и смерть. Он страшнее может быть для Церкви, чем ересь.

Хранение единства Церкви вручено Иерархии под страшной ответственностью. Когда происходит рукоположение во иереи во время Литургии, то епископ, по преложении св. Даров, дает держать вновь посвященному часть Агнца «Иисус» со словами:«Приими Залог сей, и сохрани Его цел и невредим до последнего твоего издыхания, о немже имаши истязан быти во второе и страшное пришествие, великого Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа».

«Приими залог сей», т.е. истинное тело Христово, но в то же время символизирующее собою и мистическое тело Христово — Церковь, за целость и невредимость которых дашь ответ.

Церковь Христова несет проповедь любви, даже к врагам, но беспощадно карает отлучением не только за ересь и раскол, но даже и за молитвенное общение с еретиками и раскольниками, как за соучастие в грехе, как за его поддержку. Им можно помогать, благотворить, даже иметь с ними житейское общение, но только не молитвенное.

Итак, мы, православные, знаем, что природа Церкви есть ИСТИНА, хранение которой верующими влечет за собой единомыслие и единство.

Где единство нарушается, там в каком-то смысле истина уже ущербляется, происходит, отход от нее. И компромиссное соединение за счет нарушения канонов, хотя бы даже и по самым высоким соображениям и лучшим побуждениям, немыслимо уже по самой природе Церкви. Не соединение возможно, но возврат к истине — ушедших.

За грех раскола, или ереси, несет ответственность не только духовенство; несут и миряне, ибо раскол, или ересь, реализуемы только при поддержке мирян. Таким образом, наш раскол касается уже каждого из нас, и никто не может уклониться, а должен каждый определить свое отношение к нему. Обычно дело рассматривается только лишь с точки зрения земных соображений, духовная сторона забывается. Легкомысленно идет ставка на вечность. Из-за временного рискуют бесконечным.

Но чтобы разбираться в Церковных делах, надо самому жить в Церкви, болеть ее скорбями, как собственными, искать прежде всего ИСТИНУ, ставить ее выше всего, стоять за нее горой и подвизаться за нее «даже до крови». «Ищите прежде всего Царствия Божия и правды его», и тогда ищущему она открывается.«Ищите и обрящите».

При равнодушии к своей вечной участи, человек охладевает ко всему духовному, теряет чуткость к нему, и для него уже «православная вера здесь и там». Он доходит до полного безразличия к Церкви к ее судьбам и готов уйти куда угодно, хотя бы в сектанты. Искание истины и борьба за нее всегда для него тягостны, ибо неизбежно сопряжены с известным подвигом и самоотречением.

Прежде чем закончить свое слово, я хочу указать на одно обстоятельство: свободной Церкви в России нет и не может быть, ибо Церковь, вернее, живущий в ней Дух Святый и Сатана, его антитеза, сотрудничать не могут. Это надо учитывать желающим разобраться в совершающихся событиях.

«Абсолютное зло» чуждо человеческой природе в ее обычном состоянии, хотя и удобопреклонной ко злу. В своем пределе зло человеку кажется невозможным, нелогичным, невероятным, мало того, человек склонен даже принимать его за добро. Пользуясь этим, злу свойственно облекаться в образ «ангела светла», ибо в основе своей зло есть ложь, и сатана есть «отец лжи» (Ио. 8, 44).

Вот почему сатанинская власть умеет представить неискушенным людям учиненный ею в России ад в виде «земного рая».

Только испытавшие на собственном опыте весь ужас небывалых гнета и сверхчеловеческой жестокости, воцарившихся там, только они могут понять всю глубину зла. Но те, кто жили всегда в нормальной обстановке, увы, большей частью не хотят верить тем, кто вырвался из-за «железного занавеса», настолько сатанинская логика не укладывается в человеческой логике.

1955 г.

Православная Русь. №1, 1955.

Иван Михайлович Концевич, богослов и религиозный писатель родился 19 октября 1893 в Варшаве. Затем семья переселилась в Прибалтику, а через несколько лет — на Украину. Иван закончил гимназию в Полтаве и поступил в Киевский университет на математический факультет. В 1915 перешел в Харьковский университет. В этот период он жил в доме протоиерея Николая Загоровского, которому часто прислуживал в церкви и которого постоянно сопровождал. В эти годы он часто бывал в Оптиной пустыни и с тех пор оставался верным сыном ее старцев. Окончив 4 курса Харьковского университета, Иван Михайлович вступил в ряды Добровольческой армии, был контужен. В Галлиполи окончил Военное инженерное училище и был произведен в офицеры. Во Франции закончил в Сорбонне физико-математический факультет. Во время Второй мировой войны окончил Парижский Богословский институт со званием кандидата богословия. В 1952—1953 преподавал патрологию в Свято-Троицкой духовной семинарии в Джорданвилл (США). Умер 6 июля 1965. Похоронен в Сан-Франциско. Труды: «Стяжание Духа Святого в путях древней Руси», Париж 1952; «Иеросхимонах Нектарий, последний оптинский старец», Джорданвилль 1953; «Истоки душевной катастрофы Л. Н. Толстого», Мюнхен 1960; «Оптина Пустынь и ея время», Джорданвилль 1970; «The Nortern Thebaid», Platina 1976.


Рубрики:

Популярное:

Церковный календарь:

© Церковный календарь



Подписаться на рассылку: