Великій постъ въ древней Руси.

Требованія нашего церковнаго устава относительно пищи, разрѣшаемой въ Великій постъ, въ общемъ строги, но тѣмъ не менѣе разсчитаны на силы средняго по здоровью организма; для немощныхъ же дѣлаются изъ правилъ исключенія, нисколько, впрочемъ, не потакающія излишней изнѣженности.

Полное неяденіе требуется въ теченіе цѣлаго дня только для трехъ дней поста: первыхъ двухъ дней его (Чистаго понедѣльника и вторника) и Великой пятницы. Остальные дни первой седьмицы до пятницы включительно, затѣмъ отъ понедѣльника до пятницы 2-6 седмицы, равно какъ въ первые четыре дня Страстной седьмицы и въ Великую субботу полагается сухояденіе, т. е. употребленіе въ пищу хлѣба, воды и овощей; дозволяются и вареныя овощи (напр., горохъ), но на-сухо и безъ постнаго масла (овощи за исключеніемъ Великой субботы). Во всѣ субботы и воскресенья поста настоящая вареная пища съ постнымъ масломъ («вареніе съ елеемъ») и вино (послѣднее разрѣшается и въ тѣ дни сухояденія, на которые падаютъ болѣе торжественныя воспоминанія, или въ которые совершаются очень длинныя службы, напр., въ четвергъ пятой недѣли поста и даже въ Великую субботу). Рыба же во весь постъ разрѣшается только на Благовѣщеніе и Вербное воскресенье (на первое, если оно не приходится на Страстную седьмицу)[1].

Приведенныя правила пощенія въ нашемъ уставѣ тѣсно, связаны съ указаніями касательно великопостнаго богослуженія, и такъ какъ въ нашей Православной церкви нѣтъ особаго богослужебнаго устава для монастырей и особаго для монастырскихъ храмовъ, то и правила пощенія, указываемыя въ немъ, имѣютъ въ виду не только монаховъ, но и мірянъ. Но, какъ извѣстно, не полное выполненіе богослужебнаго устава Церковь не осуждаетъ, предоставляя въ этомъ отношеніи многое усердію выполняющихъ, вслѣдствіе чего церковная практика выработала извѣстный минимумъ службъ, дальше котораго считается непозволительнымъ идти. Такое же послабленіе допускается и въ отношеніи церковныхъ правилъ пощенія. Практикой установлено въ качествѣ минимума пощенія воздержаніе отъ мяса, молока и яицъ въ постъ. Практика такая имѣетъ для себя основаніе въ 26 правилѣ 6-го вселенскаго собора и въ настоящее время, съ ослабленіемъ религіозной ревности среди христіанъ, получила общее распространеніе.

Иначе дѣло обстояло въ древней Руси. Наши предки были болѣе точны и исполнительны въ соблюденіи церковныхъ уставовъ, и Великій постъ, какъ одно изъ важнѣйшихъ церковныхъ установленій, соблюдался съ такою строгостью, которая поражала и изумляла пріѣзжавшихъ къ намъ иностранцевъ.

Относительно древняго періода нашей исторіи сохранившіяся свѣдѣнія въ этомъ отношеніи скудны. Но мы знаемъ, что правила того времени настойчиво подтверждаютъ древнее узаконеніе, по которому въ дни Великаго поста никто не долженъ вкушать пищи, состоящей изъ сухояденія, ранѣе вечера и по которому разрѣшалось вкушать только однажды въ день.

Въ древнѣйшемъ русскомъ памятникѣ «Заповѣди ко исповѣдающимся сыномъ и дщеремъ» касательно пощенія въ Великій постъ читаемъ слѣдующія предписанія: «Въ великое говѣніе въ первую недѣлю сухо ясти одною днемъ, а питія не пити, аще ли и немощенъ будетъ, въ субботу и недѣлю по три чаши, а рыбы токмо на благовѣщеніе и на вербницу ясти. А по Ѳедоровѣ недѣли въ понедѣльникъ, среду, пятокъ сухо ясти, одиною днемъ. А во вторникъ и четвергъ сочиво съ масломъ древянымъ и съ маковымъ одиною днемъ, а въ субботу и недѣлю дважды днемъ»[2].

Въ другомъ древне-русскомъ памятникѣ – «Уставѣ людемъ о велицѣмъ постѣ», составленномъ ранѣе XIV вѣка, читаемъ: «Во всю Ѳедорову недѣлю по вечерній и по литургіи ясть бѣльцемъ хлѣбъ съ капустою, ретка, горохъ пряженный, и питіа одина чаша мала квасу, а больши мзда отъ Бога кто не пилъ бы все говѣніе, отъ женъ своихъ отнюдь воздержатися, занеже Господень постъ есть, а въ субботу и въ недѣлю рыбы ясти дважды днемъ[3], а чаши три пити такоже и на ужинѣ, а по Ѳедоровѣ недѣли въ понедѣльникъ, среду, и пятокъ хлѣбъ, капуста и губы[4], и такоже и до вербной недѣли. А во вторникъ и въ четвергъ горохъ съ яглы[5], икра, медъ пресной, квасъ житной, на вербной недѣли въ понедѣльникъ, среду, въ пятокъ хлѣбъ, капуста, въ вторникъ и четвергъ горохъ съ яглы... Въ страстную же недѣлю въ понедѣльникъ, среду хлѣбъ капуста, въ вторникъ и въ четвергъ горохъ съ яглы, а въ пятокъ сочиво, а масла маковаго не ясть, а въ субботу никому варива не ясти, токмо при вечери вкусити и мало пити»[6].

Строгаго воздержанія въ Великій постъ древнерусскіе памятники требуютъ не только отъ взрослыхъ, но и отъ дѣтей. Въ «Заповѣди къ исповѣдающимся сыномъ и дщеремъ» говорится: «Въ говѣніе дѣтяти молоду коровья млека не ясти, два говѣнія матерь ссетъ, а въ третье не дати»[7], т. е., по-видимому, въ третій годъ не давать молока никакого – ни материна, ни коровьяго.

Предписывая ограниченія въ пищѣ, древнерусскія церковныя правила требуютъ въ Великомъ постѣ усиленія молитвъ и соединенныхъ съ ними молитвенныхъ дѣйствій. Въ «Уставѣ людемъ о велицѣмъ постѣ» находимъ: «А поклона отъ Ѳедоровой недѣли на всякъ день и нощь по 400 и до Лазаревѣ пятницѣ, а во вся пятки покланяются по 200 покланяніе же тако кто можетъ, или рукою до земли, или на колѣнци»[8].

Разсматривая время Великаго поста, какъ періодъ очистительной молитвы и покаянія[9], Церковь въ древній періодъ нашей исторической жизни строго воспрещала въ эти дни всякаго рода увеселенія. Въ одномъ древнѣйшемъ русскомъ памятникѣ, опредѣляющимъ епитиміи за разные виды грѣховъ, говорится: «И пиръ ли сотворилъ еси въ постъ великій съ плясаніемъ гусльми, епитиміи 15 дній»[10].

Вѣроятно, исходя изъ такихъ же воззрѣній на постъ, Церковь запрещала въ это время совершать не только таинство брака, но и крещенія. Въ «Заповѣди къ исповѣдающимся сыномъ и дщеремъ» находимъ такое запрещеніе: «Въ постъ ни человѣкъ, ни дѣтина, не крестится, ни страстныя недѣля, но въ вербную и субботу Лазареву, и въ великую субботу, аще боленъ, да крестить егда хотятъ»[11].

На ряду съ цитированными предписаніями, относящимися къ провожденію Великаго поста, встрѣчаемъ и другія, иногда мелочныя, регламентирующія частные случаи человѣческой жизни, но говорящія о такомъ же высокомъ и строгомъ воззрѣніи на великопостное время. Таковы предписанія въ «Заповѣди къ исповѣдающимся сыномъ и дщеремъ»: «Въ говѣніе главу ищи въ субботу, или въ недѣлю», или еще «Въ говѣнье недостоитъ сѣдѣти нога на ногу возложивше» (такъ какъ это возбуждаетъ плотскую похоть)[12].

Черезъ всѣ эти правила и наставленія проходитъ, какъ главный мотивъ, мысль о высокой важности поста и необходимости строгаго воздержанія и ограниченія своихъ тѣлесныхъ грѣховныхъ потребностей. Отсюда строгость прещеній за неисполненіе уставныхъ предписаній, касающихся соблюденія Великаго поста. Въ Заповѣди «Аще епископъ» въ п. 24 сказано: «Аще епископъ или попъ или діаконъ не постится въ великій постъ въ среду и пятокъ, да извержется развѣ недуга плотскаго»[13]. Въ древнемъ покаянномъ памятникѣ «А се грѣхи» въ п. 19 въ числѣ великихъ грѣховъ значится: «Аще кто не постится въ великое говѣніе, въ среду и пятокъ развѣ тѣлесныя болѣзни ради ясте»[14].

Изъ послѣдующаго періода нашей исторической жизни, главнымъ образомъ изъ XVI-XVII вѣка, имѣются болѣе опредѣленныя свѣдѣнія относительно соблюденія и провожденія русскими Великаго поста. Свѣдѣнія эти даютъ посѣщавшіе Россію иностранцы. Всѣ они единогласно говорятъ о самомъ строгомъ соблюденіи русскими уставныхъ предписаній, касающихся Великаго поста.

Такъ, Колинсъ, проживавшій въ Москвѣ восемь лѣтъ (1659-1667 г.) въ качествѣ придворнаго врача при Алексѣѣ Михайловичѣ, даетъ такой же отзывъ о необыкновенной щепетильности русскихъ при выборѣ пищи въ Великій постъ. Русскій, замѣчаетъ Колинсъ, не станетъ ни ѣсть, ни пить, послѣ того, кто ѣлъ мясо; если въ составъ лѣкарства входили какія-нибудь животныя вещества, то онъ не принималъ его, хотя бы это стоило ему жизни. Ножикъ, которымъ рѣзали мясо въ посту, цѣлыя сутки считался скоромнымъ[15].

Говоря о строгости Великаго поста у русскихъ, Герберштейнъ, издавшій въ 1549 году «Записки о Московіи», замѣчаетъ, что нѣкоторые во время поста принимали пищу по воскресеньямъ, вторникамъ, четвергамъ и субботамъ, а остальные три дня недѣли ничего не ѣли. Весьма многіе довольствовались кускомъ хлѣба съ водой въ понедѣльникъ, среду и пятницу[16].

Рейтенфельдсъ въ своемъ сочиненіи о Россіи, написанномъ въ 1680 году, говоритъ, что на Руси особенною строгостью воздержанія отличались три первыхъ, три среднихъ и три послѣднихъ дня Великаго поста и что въ эти дни русскіе не принимали ни пищи, ни питья[17].

Но особенно восторженный и подробный отзывъ о строгости соблюденія русскими Великаго поста далъ спутникъ Антіохійскаго патріарха – Алеппскій діаконъ Павелъ. Въ его описаніяхъ воздержность и благочестіе нашихъ предковъ, подвергавшихъ себя самымъ строгимъ ограниченіямъ въ Великій постъ, выступаютъ съ особенною рельефностью.

«Съ ранняго утра чистаго понедѣльника, пишетъ діаконъ Павелъ, въ теченіе трехъ дней, не бываетъ у нихъ ни купли, ни продажи, не открываютъ никакихъ лавокъ, ни масляныхъ, ни въ особенности такихъ, гдѣ продаются съѣстные припасы. По обычаю, царь и царица постятся эти три дня, усердно посѣщая службы въ церквахъ ночью и днемъ, предаваясь молитвенному бдѣнію, совершая поклоны и соблюдая строгое воздержаніе, какъ мы удостовѣрились теперь. Наконецъ, отстоявъ обѣдню въ среду, царь разговѣлся сладкимъ компотомъ, по всегдашнему своему обыкновенію, при чемъ послалъ его для раздачи всѣмъ своимъ вельможамъ. Затѣмъ онъ опять постился отъ этой ночи до поздняго утра субботы, когда отстоялъ обѣдню, пріобщался св. Таинъ, вкусилъ антидоръ и затѣмъ позавтракалъ. Во всю эту недѣлю никто не видитъ его лица, развѣ только случится важное событіе въ государствѣ. Такъ же поступаютъ въ теченіе этой недѣли и всѣ вельможи, неукоснительно посѣщая службы въ своихъ церквахъ днемъ и ночью. Равно и всѣ жители въ теченіе ея не производятъ ни купли, ни продажи, но неопустительно присутствуютъ за богослуженіемъ въ своихъ церквахъ. Царскіе ратники обошли питейные дома, гдѣ продаютъ вино, водку и прочіе опьяняющіе напитки, и всѣ ихъ запечатали, и они остались запечатанными до истеченія пасхальной среды. Горе тому, кого встрѣчали пьянымъ, или съ сосудомъ хмельного напитка въ рукахъ. Его обнажали въ этотъ сильный холодъ и скручивали ему руки за спиной; палачъ шелъ позади его, провозглашая совершенное имъ преступленіе, и стегалъ его по плечамъ и спинѣ длинной плетью изъ сырыхъ бычачьихъ жилъ: какъ только она коснется тѣла, тотчасъ же брызнетъ кровь. Въ такомъ положеніи водятъ человѣка по городу и затѣмъ сажаютъ въ тюрьму на извѣстное время, пока онъ не отбудетъ положеннаго срока. Особенно строгій надзоръ бываетъ за жителями въ теченіе первой недѣли поста, по средамъ и пятницамъ, на Страстной недѣлѣ, въ первые четыре дня Пасхи, чтобы люди не пьянствовали, а то ихъ стегаютъ безъ всякаго милосердія и жалости. Царь со своими вельможами имѣетъ обыкновеніе поститься также на Страстной недѣлѣ и вкушаетъ пищу только вечеромъ въ Великій четвергъ, по принятіи св. Таинъ, и снова постится до кануна Пасхи».

О томъ впечатлѣніи, которое производило на иностранцевъ, и о тѣхъ чувствахъ, какія вызывало въ нихъ уставное соблюденіе нашими предками Великаго поста, можно судить по слѣдующимъ строкамъ изъ Путешествія Макарія Антіохійскаго, записанныхъ его спутникомъ Павломъ.

«Въ этотъ постъ мы перенесли вмѣстѣ съ ними большое мученіе, подражая имъ противъ воли, особливо въ ѣдѣ: мы не находили иной пищи, кромѣ мазари (размазня?), похожаго на вареный горохъ, и бобы, ибо въ этотъ постъ вообще не ѣдятъ масла. По этой причинѣ мы испытывали великую, неописуемую муку. Мы извинили бы ихъ, если бы они въ этотъ постъ ѣли не только рыбу, но и мясо: не было бы имъ грѣха и запрета, ибо у нихъ, какъ мы сказали, не водятся и потому имъ неизвѣстны ни чечевица, ни овечій горохъ; развѣ въ домахъ франковъ (найдешь ихъ), по цѣнѣ дороже перца. Кромѣ (мазари) этого, они знаютъ только соленую капусту и соленые огурцы... Помимо рыбы у нихъ нѣтъ ничего особенно дешеваго, а потому, что ѣсть бѣдному человѣку, если рыба ему запрещена? Кромѣ ратниковъ, бѣдняковъ и крестьянъ, никто не ѣстъ рыбы; богатые никогда не ѣдятъ ея: у нихъ это считается большимъ грѣхомъ. Какъ часто мы вздыхали и горевали по кушаніямъ нашей родины и заклинали великою клятвою, чтобы никто впредь не жаловался на постъ, ибо, Богу извѣстно, нашихъ кушаньевъ, которыя ѣдятъ постомъ, здѣсь не бываетъ даже во время Пасхи и мясоѣдовъ: кромѣ рыбы, мяса и кваса, эти люди ничего не знаютъ, – безъ сомнѣнія, они истинно святые»[18].

Таковы были отзывы иностранцевъ, наѣзжавшихъ случайно въ Россію, о строгомъ храненіи нашими предками Великаго поста.

 

Н.

 

«Рязанскія Епархіальныя Вѣдомости». 1914. № 4. Отд. Неофф. C. 125-133.

 

[1] Типиконъ, гл. 32 passim. Ср. «Великій Постъ» М. Скабаллановича. К. 1910, стр. 8-9.

[2] Матеріалы для исторіи древне-русской покаянной дисциплины. С. Смирновъ. М. 1912, стр. 114, п. 7.

[3] Разрѣшеніе мірянамъ ѣсть рыбу въ субботы и воскресенья Великаго поста составляетъ особенность и признакъ Студійскаго устава, что указываетъ на древность памятннка.

[4] Т. е. грибы.

[5] Яглы – poдъ овощей.

[6] Матеріалы для исторіи древне-русской покаянной дисциплины, стр. 182-183.

[7] П. 55. стр. 119.

[8] Стр. 182, стр. 12-15.

[9] Въ одномъ древнемъ русскомъ памятникѣ значеніе поста Великаго опредѣляется такими словами: «и устави Господь Богъ нашъ время покаянію святый сей великій постъ душамъ спаситель, отъ діавольскихъ козней тѣлу очиститель». Четыре поученія духовника, цит. соч., стр. 222, 73-75.

[10] «Покаянье», п. 17, тамъ же, стр. 141.

[11] П. 78, стр. 120.

[12] П. 66 и 76, стр. 120.

[13] Тамъ же, стр. 137.

[14] Тамъ же, стр. 50.

[15] Чтенія въ Императ. Общ. Ист. и Древ. Рос. 1846 г., 1, стр. 5.

[16] Перев. Анонимова, 1866 г., 66.

[17] См. Чтенія въ Императ. Общ. Ист. и Древн. Гос. 1871, 3, стр. 86.

[18] Тамъ же, стр. 168-169.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: