Приготовленіе христіанъ св. Церковію къ празднику Рождества Христова.

Задолго до праздника Рождества Христова св. Церковь начинаетъ приготовлять вѣрующихъ къ этому великому празднику, и въ этомъ приготовленіи она установила такой же порядокъ, въ какомъ приготовлялись къ самому событію люди ветхозавѣтные, вѣровавшіе въ имѣвшаго родиться Христа. Какъ въ Ветхомъ Завѣтѣ, по мѣрѣ приближенія къ событію Рождества Христова, прообразы, обѣтованія и пророчества становились яснѣе и яснѣе, и самая вѣра въ грядущаго Мессію просвѣтлялась болѣе и болѣе: такъ и св. Церковь расположеніемъ воспоминаній на богослуженіяхъ постепенно внушаетъ вѣрующимъ мысль о наступающемъ великомъ праздникѣ, о его значеніи и надлежащемъ приготовленіи къ нему, сообразно съ его важностію.

Болѣе чѣмъ за мѣсяцъ до праздника Рождества Христова св. Церковь учредила постъ, который называется «Филипповскимъ», такъ какъ онъ начинается на другой день послѣ дня (14 ноября), въ который празднуется память св. ап. Филиппа, – а по церковному этотъ постъ называется «Рождествепскимъ», такъ какъ цѣлью его учрежденія служитъ достойное приготовленіе вѣрующихъ къ празднику Рождества Христова, называется онъ также въ уставѣ церковномъ, какъ и Великій постъ, «Четыредесятницей», потому что продолжается сорокъ дней. Начало этого поста несомнѣнно восходитъ ко временамъ глубокой древности христіанской, потому что древніе христіане вообще имѣли обычай предъ великими праздниками проводить время въ постѣ, молитвѣ и духовномъ бодрствованіи. Съ 4-го вѣка встрѣчаются уже многочисленныя и ясныя указанія на Рождественскій постъ[1]. Первоначально не у всѣхъ христіанъ онъ имѣлъ одинаковую продолжительность; но на соборѣ, бывшемъ при патріархѣ Лукѣ и императорѣ Мануилѣ, въ 1166 году опредѣлено было хранить всѣмъ христіанамъ постъ предъ великимъ праздникомъ Рождества Христова 40 дней. Вальсамонъ, патріархъ Антіохійскій, указывая оспованіе, почему соборомъ назначено поститься предъ праздникомъ Рождества Христова 40 дней, говоритъ: «поелику сомнѣвались нѣкоторые въ томъ, что нигдѣ не означено количество дней поста Богородичнаго и Рождественскаго, то самъ святѣйшій патріахъ сказалъ, что, хотя дни сихъ постовъ не опредѣлены правиломъ, понуждаемся однако послѣдовать неписанному церковному преданію и должны поститься отъ перваго дня августа (предъ Успеніемъ Богородицы) и отъ 15 ноября (предъ Рождествомъ Христовымъ)». Этотъ-то постъ, учрежденный св. Церковію предъ Рождествомъ Христовымъ, какъ толкуетъ св. Сѵмеонъ Солунскій, «изображаетъ постъ Моисея, который, постившись 40 дней и 40 ночей, получилъ на каменныхъ скрижаляхъ начертаніе словесъ Божіихъ». «А мы», говоритъ тотъ же св. отецъ, «постясь 40 дней, созерцаемъ и пріемлемъ живое Слово отъ Дѣвы, начертанное не на камняхъ, но воплотившееся и родившееся, и пріобщаемся Его Божественной плоти»[2]. 21 ноября св. Церковь воспоминаетъ Введеніе во храмъ Пресвятыя Богородицы. По смыслу церковной пѣсни, въ которой прославляется это событіе, этотъ праздникъ служитъ яснѣйшимъ напоминаніемъ о праздникѣ Рождества Христова: это – день предображенія Божія благоволенія къ людямъ и день проповѣди о спасеніи рода человѣческаго («Днесь благоволенія Божія предображеніе и человѣковъ спасенія проповѣданіе, въ храмѣ Божіи Дѣва ясно является, и Христа всѣмъ предвозвѣщаетъ»....). Съ этого дня св. Церковь полагаетъ пѣть торжественно-величественный канонъ въ честь Рождества Христова (составленный св. Космою Маіумскимъ), который начинается призываніемъ всѣхъ вѣрующихъ къ славословію и срѣтенію родившагося Христа словами св. Григорія Богослова: «Христосъ раждается – славите! Христосъ съ небесъ – срящите», а заканчивается словами св. Іоанна Златоустаго, указывающими на таинство воплощенія Христа отъ Дѣвы Маріи: «Таинство странное вижу и преславное»... Съ благоговѣйнымъ восторгомъ прославляя снизшедшаго на землю Богочеловѣка, св. пѣснописецъ, наконецъ, въ недоумѣніи останавливается на самомъ событіи Рождества Христова и поражается тайною воплощенія Сына Божія, – тайною, непостижимою и для ангеловъ: «таинство странное вижу и нреславное: небо – вертепъ; престолъ херувимскій Дѣву, ясли вмѣстилище, въ нихже возлеже невмѣстимый Христосъ Богъ». Предпослѣднее воскресенье предъ праздникомъ Рождества Христова называется недѣлею св. Праотецъ. Въ богослуженіи этого воскресенія воспоминаются всѣ святые праведники, жившіе до закона и по законѣ, ветхозавѣтные патріархи и пророки, «провидѣвшіе и проповѣдавшіе, что Христосъ жизнь и воскресеніе рода нашего»[3]. Въ старину на утрени этой недѣли въ знатнѣйшихъ храмахъ совершалось у насъ такъ называемое «пещное дѣйство», т. е., обрядъ, который представлялъ въ лицахъ исторію изъ Ветхаго Завѣта о вверженіи трехъ отроковъ въ огненную печь при Навуходоносорѣ, царѣ Вавилонскомъ. Эти три отрока, какъ извѣстно, не захотѣли исполнить повелѣніе царя поклониться золотому истукану, поставленному царемъ, и за это ввержены были въ сильно разженную печь. Но среди пламени они остались невредимыми и съ веселіемъ воспѣвали нѣснь истинному Богу: съ ними видимо пребывалъ Ангелъ, который прелагалъ огонь въ росу и сохранялъ ихъ невредимыми. Въ этомъ Ангелѣ Церковь внушаетъ намъ видѣть Слово Божіе, Второе Лице Пресвятыя Троицы, Господа Христа, вѣрою въ пришествіе Котораго спасались всѣ ветхозавѣтные праведники. Древняя Русская Церковь не напрасно изъ всей ветхозавѣтной исторіи такъ наглядно показывала вѣрующимъ, именно, эту исторію трехъ отроковъ, вверженныхъ въ пещь огненную за вѣру: въ этой исторіи мы видимъ наиболѣе выразительный образецъ ветхозавѣтной вѣры и наиболѣе ясный прообразъ христіанскаго мученичества.

Послѣднее воскресеніе предъ праздникомъ Рождества Христова называется недѣлею свв. Отецъ. Въ богослуженіи этой недѣли воспоминаются только тѣ ветхозавѣтные праведники, отъ племени которыхъ собственно произошелъ по своему человѣчеству Христосъ Спаситель. Поэтому въ воскресенье этой недѣли на литургіи читается Евангеліе, повѣствующее о родѣ и предкахъ Спасителя по плоти, начиная съ Авраама, отца вѣрующихъ, до праведнаго Іосифа, которому обручена была св. Дѣва Марія, Матерь Божія. Апостольское же чтеніе (Евр. 11 и 12 гл.) повѣствуетъ о вѣрѣ ветхозавѣтныхъ праведниковъ и о дѣлахъ, въ которыхъ они выражали свою вѣру. Заканчивается это чтеніе урокомъ, необходимымъ для всѣхъ насъ: тѣмже убо и мы, толикъ имуще облежащъ насъ облакъ свидѣтелей (образцовъ твердой вѣры, которые въ такомъ множествѣ представляетъ намъ исторія ветхозавѣтныхъ праведниковъ), гордость всякую отложше и удобь обстоятельный грѣхъ, терпѣніемъ да течемъ на предлежащій намъ подвигъ, взирающе на начальника вѣры и совершителя Іисуса, иже вмѣсто предлежащія Ему радости, претерпѣ крестъ, о срамотѣ нерадивъ, одесную же престола Божія сѣдѣ (Евр. 12, 1, 2). Такимъ образомъ, все время предшествующаго празднику поста съ церковными службами напоминаетъ собою то дохристіанское время, когда люди зрѣли грядущаго Христа въ образахъ, обѣтованіяхъ, пророчествахъ, ожидали Его пришествія и готовились къ достойному срѣтенію Его. Чѣмъ ближе къ празднику Рождества Христова, тѣмъ болѣе увеличиваются пѣснопѣнія, относящіяся къ нему. За пять дней до праздника начинается такъ называемое предпразднство его, – какъ бы преддверіе наступающаго торжества. Предпразднуимъ, людіе, Христово рождество, – поется въ этотъ день, – и умъ вознесше къ Виѳлеему, вознесемся мыслію и узримъ въ вертепѣ веліе таинство: отверзеся бо Едемъ, отъ Дѣвы чистыя Богу происходящу, совершенъ сый тойжде въ божествѣ и человѣчествѣ (стихира на вечернѣ)[4].

Канунъ праздника Рождества Христова называется въ богослужебныхъ книгахъ «навечеріемъ», на обычномъ языкѣ «сочельникомъ»[5]. Въ навечеріе праздвика, если только оно не случится въ субботу или воскресенье (дни свободные отъ поста) отправляется особое богослуженіе – «Царскіе часы». Богослуженіе это совершается при открытыхъ царскихъ вратахъ среди храма, предъ Евангеліемъ, положеннымъ на аналоѣ, какъ бы въ знаменіе того, что Спаситель уже сіяетъ всѣмъ языкамъ. Предъ Евангеліемъ воскуряется ладанъ, въ воспоминаніе ладана и смирны, принесенныхъ волхвами родившемуся Царю іудейскому. На часахъ этихъ обыкновенные псалмы и стихиры замѣняются псалмами, тропарями и стихирами, приличными празднику. На нихъ всѣ важнѣйшіе пророки, предвозвѣстившіе явленіе Бога во плоти, соединены Церковію въ одно и какъ бы привѣтствуютъ съ хорами ангеловъ сошествіе на землю Того, Котораго они такъ пламенно желали узрѣть. Здѣсь мы слышимъ вдохновенныя слова пророка и Богоотца Давида, который сквозь сумракъ вѣковъ отдаленныхъ ясно созерцалъ величіе своего Божественнаго Потомка и говорилъ Ему: красенъ добротою паче сыновъ человѣческихъ, изліяся благодать во устнахъ Твоихъ:... царствуй истины ради и кротости и правды, и наставитъ Тя дивно десница Твоя (Псал. 44); онъ же видитъ, какъ иноземные цари привѣтствуютъ рожденнаго Царя царей, и народы спѣшатъ укрыться въ Его благодатномъ царствѣ: царіи Ѳарсійстіи и острова дары принесутъ, царіи Аравстіи и Сава дары приведутъ и поклонятся Ему вси царіе земстіи, вси языцы поработаютъ Ему (Пс. 71); воспѣваетъ, наконецъ, миръ и благоденствіе Его славнаго царства: возсіяетъ во днехъ Его правда и множество мира (Пс. 71 и 77). Здѣсь же мы слышимъ гласы древнихъ пророковъ: Михея, предвозвѣстившаго рожденіе въ Виѳлеемѣ Христа, какъ великаго вождя Израилева, – Іереміи, предузрѣвшаго Востокъ, свыше грядущій озарить вселенную новымъ свѣтомъ, и особенно – Исаіи, за семь вѣковъ съ особенною ясностію предсказавшаго безсѣменное зачатіе Христа отъ Дѣвы.

Эти свѣтлыя видѣнія пророковъ смѣняются трогательнымъ повѣствованіемъ евангелистовъ о первыхъ временахъ земной жизни Господа–Младенца и словами боговдохновенеаго апостола, раскрывающими догматическую и нравственную мысль праздника. Въ промежуткахъ между этими чтеніями пѣснь церковная, живая и торжественная болѣе, нежели въ обыкновенныхъ церковныхъ службахъ, то славитъ, призываетъ небо и землю къ хвалѣ Всевышнему, то изливается въ святыхъ чувствахъ благодаренія и покорности Создателю вселенной, то представляетъ лицъ изъ временъ самаго событія дѣйствующими и трогательно бесѣдующими. Большая часть этихъ пѣснопѣній принадлежитъ славному христіанскому пѣснотворцу Софронію, патріарху іерусалимскому († 644 г.). Установленіемъ такого богослуженія и даже названіемъ его «царскими часами» Церковь выражаетъ мысль, что съ востановленіемъ и обновленіемъ падшаго рода человѣческаго, для чего и родился Сынъ Божій Христосъ Спаситель, начинается благодатное царство Божіе на землѣ, и что потому день Рождества Христова есть для нея великая и вѣчная годовщина начала этого благодатнаго царства. Въ древности, въ Царь-градѣ «царскіе часы» совершались въ царской палатѣ, въ присутствіи царей, и имъ возглашалось тогда, какъ и нынѣ возглашается въ знатнѣйшихъ храмахъ, многолѣтіе съ произношеніемъ полнаго царскаго титула. Въ древности царь, вошедши въ храмъ, прежде всего преклонялся предъ св. Евангеліемъ, по подобію восточныхъ царей или мудрецовъ, которые, отложивъ земное свое величіе, нѣкогда смиренно поверглись предъ убогою колыбелью Бого-Младенца. Перенося такимъ образомъ мысль вѣрующихъ къ первымъ временамъ явленія Сына Божія на землѣ и какъ бы изображая эти событія предъ очами вѣрующихъ, «царскіе часы» наилучшимъ образомъ располагаютъ душу къ живѣйшему чувствованію благодѣяній Господа Іисуса Христа, явленныхъ Его рожденіемъ на землѣ, и пріуготовляютъ ее къ празднованію, достойному этого великаго праздника.

Если навечеріе Рождества Христова случится не въ субботу или воскресенье, то совершается въ этотъ день и литургія Василія Великаго въ соединеніи съ вечернею. Въ этомъ установленіи нельзя не видѣть желанія Церкви сблизить, по возможности, время празднованія съ временемъ, въ которое совершилось самое празднуемое событіе, такъ какъ Рождество Христово совершилось ночью, что видно изъ словъ Евангелиста: и пастыри бяху стрегуще стражу нощную.

На вечернѣ, предъ торжественнымъ входомъ съ Евангеліемъ, поется величественная пѣснь – твореніе инокини Кассіи: Августу единоначальствующу на земли, многоначаліе (многовластіе) человѣковъ преста (прекратилось): и Тебѣ вочеловѣчшуся отъ чистыя (Дѣвы), многобожіе идоловъ упразднися; подъ единымъ царствомъ мірскимъ гради быша, и во едино владычество Божества языцы вѣроваша; написашася людіе повелѣніемъ кесаревымъ: написахомся вѣрніи именемъ Божества, Тебе, вочеловѣчшагося Бога нашего. Велія Твоя милость, Господи, слава Тебѣ. Эта пѣснь повѣствуетъ о томъ, что совершилось въ гражданской жизни міра при рожденіи Христа Спасителя, по устроенію Промысла Божія, и какъ эти перемѣны, происшедшія въ гражданскомъ мірѣ, указывали на перемѣны, имѣвшія произойти въ новомъ царствѣ Божіемъ, царствѣ благодатномъ. Въ самомъ дѣлѣ, единовластіе и единодержавіе, которое началось во всемъ тогдашнемъ мірѣ съ воцареніемъ Августа, какъ бы предуказывало на паденіе языческаго многобожія; объединеніе всѣхъ народовъ подъ одною властію Римскаго императора предуказывало на то, что съ рожденіемъ Спасителя всѣ люди, весь міръ должны вступить въ единое и нераздѣльное царствіе Божіе; народная перепись, учиненная по повелѣнію Римскаго императора, предуказывала на то, что на всѣхъ, вступившихъ въ царство Божіе, напишется одно имя – имя Христа. – За входомъ слѣдуетъ 8 паремій, т. е., чтеній изъ ветхозавѣтныхъ писаній, въ которыхъ содержатся пророческія указанія на событіе Рождества Христова. Но окончаніи же литургіи, посреди Церкви ставится аналой съ иконой Рождества Христова, съ возженной свѣчой предъ нею, и пѣвцы обоихъ клиросовъ, сходясь вмѣстѣ на средину, прославляютъ родившагося Христа пѣніемъ тропаря: «Рождество Твое, Христе Боже нашъ»..., и кондака: «Дѣва днесь Пресущественаго раждаетъ».... Это пѣніе напоминаетъ уже то славословіе, которое слышали Виѳлеемскіе пастыри при самомъ рожденіи Христа Спасителя міра, и горящая свѣча предъ икопою напоминаетъ ту чудную звѣзду, которая вела къ Нему на поклоненіе восточныхъ мудрецовъ.

Такъ Церковь приготовляетъ вѣрующихъ къ величайшему празднику Рождества Христова, который въ богослужебныхъ книгахъ именуется «пасхою», «праздникомъ трехдневнымъ», постепенно разъясняя и внушая имъ смыслъ и значеніе его, и ту радость, которая прилична ему. Радость эта не тѣлесная, а духовная, – радость о спасеніи, дарованномъ чрезъ рожденіе Христа, о возвращеніи потеряннаго нами райскаго блаженства, о примиреніи съ Богомъ. «Пріидите, внушаетъ Церковь, возрадуемся Господеви, настоящую тайну (таинство совершившееся) сказующе; средостѣніе градежа (стѣна, служившая преградой) разрушися, пламенное оружіе плещи даетъ (т. е., оружіе, съ которымъ приставленъ былъ херувимъ къ вратамъ рая послѣ грѣхопаденія людей, удалено), и Херувимъ отступаетъ отъ древа жизни, и азъ райскія пищи причащаюся. Своимъ вочеловѣченіемъ Господь Іисусъ Христосъ вступилъ въ благодатное сродство и братство съ нами. Чтобы быть достойными этого высокаго вѣчнаго общенія и союза, намъ налобно удаляться отъ тьмы грѣха и приближаться къ свѣту вѣры. «Кто является въ день Рождества Христова нечистымъ и оскверненнымъ, говорилъ нѣкогда съ церковной каѳедры св. Амвросій Медіоланскій, тотъ не чтитъ Рождества Христова, – тотъ, хотя тѣломъ и присутствуетъ при торжествѣ Господнемъ, духомъ своимъ далекъ отъ Спасителя. Ибо нечистый не можетъ имѣть общенія со Святымъ, скупый съ Милосердымъ, растлѣнный съ Дѣвственнымъ»[6] и проч.

 

«Руководство для сельскихъ пастырей». 1898. №48. С. 289-298.

 

[1] Въ этомъ вѣкѣ упоминаютъ о постѣ Рождественскомъ св. Амвросій Медіоланскій, Филастрій и блаженн. Августинъ. Въ пятомъ вѣкѣ Левъ Великій говоритъ о постѣ Рождественскомъ, какъ уже о древнемъ въ его время.

[2] Отвѣты на нѣкоторые вопросы.

[3] Кромѣ сего, св. Церковь раздѣльно вспоминаетъ въ 19-й день ноября – прор. Авдія, пророчествовавшаго около 900 лѣтъ до Христа; въ 1-й день декабря – пророка Наума; во 2-й – прор. Аввакума, въ 3-й – Софонію, предзрѣвшаго время Новаго Завѣта, въ 9-й Анну – матерь Пресвятой Богородицы, въ 16-й – прор. Аггея, провидѣвшаго будущую славу втораго храма іерусалимскаго, въ 17-й – пр. Даніила и трехъ отроковъ, видѣвшихъ царство грядущаго Мессіи.

[4] Со дня нредпразднества Рождества Христова, отъ 20 декабря по 24 декабря «аще и суббота и недѣля случится, не разрѣшаемъ на рыбу» (Типикон, см. 12 ноября).

[5] Правильнѣе «сочевникомъ», отъ слова «сочиво», потому что въ этотъ день предписывается особенно строгій постъ (Номокан. при Требникѣ, прав. 220), и по церковному уставу полагается сочиво обварено или кутія съ медомъ. Это – кушанье изъ пшеницы, гороха, чечевицы, ячменя, что, размочивъ водою, ѣдятъ съ медомъ или безъ меду. Но усердные православные христіане въ сочельникъ не вкушаютъ ничего «до звѣзды», т. е., до наступленія вечера, до появленія вечерней звѣзды, напоминающей о явленіи звѣзды на востокѣ, возвѣстившей о рожденіи Спасителя.

[6] Въ словѣ о темъ, «какъ должно срѣтать день Рожд. Христова».


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: