СЛОВО СВЯТАГО О СВЯТОЙ. Святаго отца нашего Іоанна, пресвитера Дамасскаго, похвальное слово св. и славной, побѣдоносной подвижницѣ мученицѣ Варварѣ.

СЛОВО СВЯТАГО О СВЯТОЙ.

Преподобнаго и Богоноснаго отца нашего Іоанна Дамаскина 

о жизни, страданіяхъ, мученической кончинѣ св. великомученицы Варвары 

и чудномъ дарѣ ея хранить отъ неожиданной болѣзни и внезапной смерти.

(Переводъ съ греческаго А. Адріана).

 

Къ читателю. (Предисловіе переводчика).

И во время мирное жизнь человѣческая всегда въ опасности: и отъ наслѣдственныхъ и заразныхъ болѣзней, и отъ мятущихся стихій на сушѣ и на морѣ, каковы – бури, мятели, ураганы, морозы и зной, голодъ, землетрясенія, пожары, наводненія, – и отъ хищныхъ звѣрей, ядовитыхъ гадовъ и насѣкомыхъ, отъ насильства діавольскаго, т. е. самоубійство и отъ другихъ безчисленныхъ причинъ. А во время войны тѣмъ болѣе жизнь человѣческая и здоровье воиновъ и даже мирныхъ жителей подвергаются неизбѣжнымъ, ничѣмъ неотвратимымъ, опасностямъ.

Какъ же, поэтому, драгоцѣнно, желательно всякому человѣку найти для себя и ближнихъ своихъ не ложнаго, надежнаго, неусыпнаго и могучаго хранителя жизни и здоровья!

Св. великомученица Варвара, св. мощи которой 800 съ лишнимъ лѣтъ нетлѣнно и чудотворно почиваютъ въ г. Кіевѣ, въ обители св. Архистратига Михаила, знаюищми ее почитается особенно за ея чудный, спасительный даръ – сохранять отъ неожиданной болѣзни и внезапной смерти тѣхъ, кто ее чтитъ и о томъ проситъ. Получила она этотъ св. даръ отъ Христа Бога за свои святыя страданія и преждевременную мученическую кончину, ради Него добровольно ею принятыя, по особой своей о томъ къ Нему молитвѣ.

Испытать на себѣ и своихъ ближнихъ этотъ св. даръ св. великомученицы можетъ всякій...

Для ознакомленія и съ этимъ ея даромъ и съ жизнью и страданіями ея предлагается настоящая ея біографія – жизнеописаніе. Написано оно авторомъ, заслуживающимъ безусловнаго довѣрія, – преподобнымъ и богоноснымъ Іоанномъ Дамаскинымъ. Онъ – землякъ св. великомученицы, близкій къ ней и по времени своей жизни (она жила въ IV, а онъ въ VΙΙΙ вѣкѣ) и по знаменитости, и по святости, прославленію на землѣ и на небѣ. Онъ поклонялся св. мощамъ ея, когда они были еще на родинѣ ея близь Дамаска, слышалъ живое преданіе земляковъ и родныхъ ея и своихъ о ея жизни и страданіяхъ, о молитвѣ ея за творившихъ память о ней, о чудесномъ дарѣ ея, испыталъ на себѣ ея мощное молитвенное предстательство и за то прославилъ ее.

«Подобное познается подобнымъ», говорили древніе. Описать и оцѣнить св. великомученицу Варвару по достоинству могъ только такой же святой, какъ она. И едва ли изъ святыхъ кто-либо могъ сдѣлать это лучше, чѣмъ преп. Іоаннъ Дамаскинъ, въ которомъ съ высокимъ благочестіемъ соединялась глубокая богословская ученость и необыкновенное поэтическое дарованіе. Онъ создалъ чудный пасхальный канонъ «Воскресенія день», которымъ православное человѣчество услаждается 13-й вѣкъ, а также – Октоихъ, которымъ прославляется Воскресшій Господь въ теченіи седмицъ всего года. Онъ написалъ такое множество и иныхъ священныхъ пѣснопѣній, что, по справедливости можно сказать, его устами св. церковь славитъ Господа Бога, Богоматерь, св. ангеловъ и угодниковъ.

Настоящее слово св. Іоанна Дамаскина въ честь св. великомученицы Варвары написано имъ по всѣмъ правиламъ тогдашней науки о проповѣдничествѣ церковномъ и вообще – ораторскомъ искусствѣ. Нынѣ пишутъ короче и проще и не такъ заботятся о красотѣ языка. Поэтому теперешнему читателю это слово можетъ по мѣстамъ показаться искусственнымъ. Тѣмъ не менѣе слово дышетъ такою горячею любовью и благоговѣніемъ къ прославляемой мученицѣ, которая возможна только въ столь святомъ авторѣ и которая невольно заражаетъ насъ.

Православная церковь празднуетъ память преп. Іоанна Дамаскина въ одинъ день съ св. великомученицей Варварой (4 декабря). Чествуя своимъ словомъ св. мученицу, могъ ли предвидѣть преп. Іоаннъ Дамаскинъ, что нѣкогда имена его и св. Варвары будутъ нераздѣльно поминаться церковью, что онъ такимъ образомъ сподобится на землѣ, а, вѣроятно, и на небѣ, чести, одинаковой съ той, предъ которой онъ такъ благоговѣлъ и молился. Если это совершилось не безъ молитвеннаго содѣйствія св. мученицы за усердное слово въ честь ея, то она, по истинѣ, не могла пріобрѣсти лучшей награды для своего почитателя.

 

А. Адріанъ.

 

Святаго отца нашего Іоанна, пресвитера Дамасскаго,

похвальное слово св. и славной, побѣдоносной подвижницѣ мученицѣ Варварѣ.

 

I. Безспорно слава, благодать и свѣтлость святыхъ и въ благочестіи добропобѣдныхъ мучениковъ превосходитъ всякое соединеніе похвалъ и безконечно возвышается надъ тѣми украшеніями, которыя создаются изъ риторическихъ словъ и изреченій искусной мудрости. И мнѣ даже казалось бы, что величіе предмета поставило бы въ изумленіе и смутило бы мысль даже искуснѣйшихъ въ наукахъ и отдавшихъ имъ всю жизнь и весь досугъ. Что же говорить о подобныхъ мнѣ простыхъ и неученыхъ, которые, какъ говорится, и краемъ пальца не коснулись этой мудрости, искусства и ораторскихъ пріемовъ. Тѣмъ не менѣе, нельзя допустить и того, чтобы мы, только приступивъ къ рѣчи, почти пораженные, остановленные страхомъ и безсиліемъ, лишили себя и присутствующихъ жаждущихъ слушателей той пользы, которая проистекаетъ неизбѣжно изъ удивительнаго разнообразія столькихъ подвиговъ.

Итакъ, призывая свыше наставленіе и помощь отъ зрителя и цѣнителя такого рода подвиговъ Христа, опишемъ въ рѣчи ту, которую теперь по достоинству прославляемъ и какъ бы воочію представимъ все дѣло, какъ оно было и вкратцѣ предложимъ зрѣлище борьбы славной мученицы Варвары, которой память совершаемъ въ настоящемъ собраніи народа, чтобы, созерцая могущество, которымъ невидимо были поддерживаемы и укрѣпляемы мученики, мы получили отсюда не малую пользу и исправленіе, не заботясь о томъ, чтобы красотою и пріятностью острого языка и изяществомъ рѣчи восхвалить подвиги (ибо они не нуждаются въ той помощи, которая доставляется пріятностью), но передавая дѣло простымъ и яснымъ словомъ.

II. Но обрати ко мнѣ души и умъ, преданное Христу и мученикамъ собраніе, чтобы не блуждать кругомъ того, что находится во внѣ, но, сосредоточившись и собравшись, выслушайте то, что имѣетъ быть сказано. Конечно, по меньшей мѣрѣ безразсудно съ охотой бѣжать на мірскія зрѣлища, конскія ристалища (скачки), состязанія бордовъ, или какое-либо изъ подобныхъ гимнастическихъ состязаній, или съ удовольствіемъ смотрѣть борьбу поединщиковь, откуда мы, хоть бы тысячи предметовъ насъ отвлекали, уходимъ не прежде, чѣмъ увидимъ конецъ и побѣдителя съ поднятой рукой, съ увѣнчанной главой.

Здѣсь же, гдѣ зрѣлище душеполезное и духовное, котораго предсѣдатель и цѣнитель не кто-либо изъ земныхъ царей, но Владычествующій всѣмъ, что воспринимается душей и умомъ, Царь всѣхъ Христосъ Богъ нашъ, зрители – тысячи тысячъ небесныхъ воинствъ и властей, боецъ – честная, Христу любезнѣйшая тріумфаторша и мученица Варвара, противники – не кто-либо простой, а первѣйшій, какъ говоритъ апостолъ: «нѣсть наша брань въ крови и плоти, не къ началамъ и къ властемъ и къ міродержителемъ тьмы вѣка сего, къ духовомъ злобѣ поднебеснымъ» (Ефес. VI, 12). Это одни противники, поднебесные. Но кромѣ нихъ, сколько еще иныхъ: и свой плотской духъ, и мірскіе начальники, власти и князья. Ихъ имѣла противниками своими чистѣйшая Христова Агница Варвара. Противъ нея соединились видимые и невидимые враги.

III. Итакъ, когда намъ предлежитъ такое зрѣлище борьбы, не поспѣшимъ ли мы къ созерцанію ея, чтобы видѣть и наблюдать нападеніе, ударъ, пораженіе, чтобы видѣть тріумфъ святой побѣдительницы, получившей вѣнецъ, а вмѣстѣ съ этимъ пораженіе демоновъ – губителей, съ великимъ посрамленіемъ низверженныхъ, народъ же и ангеловъ громко восклицающими и рукоплещущими святой побѣдительницѣ за побѣду; наконецъ, и Самого Христа, какъ Подвигоположника, Который, сидя на царскомъ престолѣ, встаетъ съ него и, какъ нѣкогда на первомученика Стефана, своей десницей возлагаетъ вѣнецъ побѣдный на главу побѣдительницы, обливающейся потомъ, и вводитъ ее въ чертоги небесные, повелѣвая ангеламъ осѣнять ее знаками славы и воздавать ей побѣдныя почести. Для любителей зрѣлищъ что пріятнѣе и усладительнѣе такого зрѣлища? «Ублажай, говоритъ священный учитель церкви Василій, славно пострадавшихъ, чтобы самому произволеніемъ сдѣлаться мученикомъ и скончаться безъ крови, ударовъ и мукъ». (Бес. на 4 мучен.). Не думаю, чтобы было другое какое-либо наблюденіе или занятіе, которое доставило бы болѣе великую выгоду и принесло бы большее богатство.

Но что это съ нами, возлюбленные? Еще не коснулись мы начала подвиговъ, а рѣчь насъ влечетъ къ концу. Итакъ, возобновивъ ее, ступимъ ногою въ преддверіе мученичества и тогда начнемъ разсказывать все по порядку.

IV. Не могло не видѣть милостивѣйшее и сострадательнѣйшее Ипостасное Слово Божіе, что твореніе Его, изначала созданное имъ по Его образу и получившее земную, тѣлесную оболочку, изгнано изъ рая, что его обольстилъ при содѣйствіи видимаго змія змій духовный, что оно безмѣрно порабощено уже, что не только осуждено на смертную гибель со всѣмъ потомствомъ, но и вовлечено въ разнообразнѣйшія заблужденія и позорнѣйшія страсти, что мракомъ нечестія ослѣплены очи ума его, что, оставивъ того, кто дѣйствительно есть Богъ, стало покланяться мнимымъ богамъ, статуямъ, сдѣланнымъ изъ дерева и камня, изъ вещества, лишеннаго чувства, что нечестивѣйшимъ демономъ – отступникомъ увлечено и сброшено въ самую бездну ада и нечестія. Видя все это, слово Божіе не стерпѣло такого оскорбленія отъ преступнаго мучителя и не оставило обманутаго человѣка въ безнадежной погибели. Чтобы помочь созданію своему, самъ Добрый пастырь облекся въ тѣлесную ободочку, принятую отъ Дѣвы, не познавшей брачнаго общенія. Обманутый этимъ способомъ Его противникъ былъ пораженъ крестомъ и лишенъ власти за то, – какъ и слѣдовало ожидать, что во имя величайшей несправедливости подвергъ смерти, какъ наказанію за грѣхъ, Того, Кто былъ чуждъ грѣха и, какъ непричастный грѣху, не подлежалъ карѣ и осужденію на смерть.

V. Дѣйствительно, тотъ, кто погубилъ несправедливо безгрѣшнаго человѣка, въ силу этого по всей справедливости долженъ самъ подвергнуться погибели и потерять то, надъ чѣмъ владычествовалъ. Потому то погибель сатаны и демоновъ состоитъ въ лишеніи ихъ захваченной ими власти. Иной погибели нѣтъ для нихъ, какъ созданныхъ Богомъ безсмертными, неуничтожимыми. Потому то Господь предъ страданіями своими говорилъ: «грядетъ сего міра князь и во мнѣ не имать ничесоже» (Іоан. XIV, 30), т. е. не найдетъ во мнѣ никакого ростка того сѣмени, какое посѣялъ въ человѣчествѣ, т. е. ни слѣда, ни запаха, ни тѣни грѣха. И мы говоримъ со пророкомъ о Немъ, что Онъ: «грѣха не сотвори, ниже обрѣтеся лесть во устѣхъ Его» (Исаіи 53, 9). Въ этомъ же смыслѣ говорилъ Онъ: «нынѣ судъ есть міру сему, нынѣ князь міра сего изгнанъ будетъ вонъ» (Іоан. XII, 31), т. е. потеряетъ владычество и будетъ изгнанъ.

Исцѣливъ, воодушевивъ все человѣчество своимъ воскресеніемъ, пріобрѣтя чрезъ это надъ нимъ полную власть, Онъ посылаетъ святыхъ Своихъ Апостоловъ во всѣ концы вселенной. Апостолы должны были обратиться къ человѣчеству со спасительной проповѣдью и привести его къ Творцу, разсѣять молніями Духа мракъ нечестія, искоренить заблужденіе, научить истинѣ. И вотъ какъ всепоядающій сильнѣйшій огонь, охвативъ большой костеръ, быстро переходитъ въ громадное пламя и попаляетъ все, вблизи находящееся, и не можетъ сосредоточить въ одномъ мѣстѣ силу своего свѣта, но видимъ бываетъ на далекое разстояніе; точно тоже происходитъ и съ тѣмъ Божественнымъ огнемъ, ради низведенія коего на землю (Лк. XII, 49) Самъ Господь сошелъ съ неба. И этотъ огонь, поядающій и уничтожающій всякій грѣхъ и всякую Богопротивную, земную привычку и страсть, переходитъ чрезъ Апостоловъ и ихъ преемниковъ въ души людей. Всѣ тѣ души, которыя были мягки, нѣжны и способны къ преобразованію и ожидали своего Творца, – Искупителя отъ того плѣна, которому подверглись, этотъ Божественный огонь, по совершенномъ уничтоженіи и очищеніи грѣховной скверны, содѣлываетъ Божественными, свѣтлыми и славными. А души тѣхъ, которыя глубоко погрузились въ скверну и, подобно летучимъ мышамъ, не переносили свѣта, блиставшаго имъ въ глаза по восходѣ солнца, и предпочли оставаться во мракѣ и валяться въ грязи, осудилъ на сожженіе огнемъ вещественныхъ страстей за то, что они добровольно пожелали болѣть неисцѣльно.

Не такова была святѣйшая и чистѣйшая душа славнѣйшей Варвары. Едва только восприняла она сіяніе вѣры, едва сопоставила свѣтъ съ мракомъ, едва увидѣла неизмѣримое различіе между ними и поняла, насколько знаніе Бога выше идольскаго заблужденія и мрака, тотъ часъ же, подобно доброй, плодородной землѣ, приняла сѣмя небесное, тщательно воздѣлала свою душу соблюденіемъ заповѣдей и принесла плодъ въ тридесятъ, въ семьдесятъ и во сто кратъ, положивъ въ сердцѣ своемъ восхожденіе къ совершенству добродѣтели.

Такъ исполнилось, наконецъ, пророческое предсказаніе, говорящее: «исполнися вся земля вѣдѣнія Господня, аки вода много покры землю» (Ис. XI, 9). Такъ называется у пророковъ въ переносномъ смыслѣ совокупность народовъ. Но невыносимо было оному враждебному для всего добраго и лукавѣйшему демону видѣть умножающееся отъ ежедневныхъ новыхъ восхожденій достоинство тѣхъ, которые имѣли быть одарены спасеніемъ. Ибо тому, кто изначала позавидовалъ Адаму и женѣ его въ раю за ихъ счастливую жизнь въ раю, тѣмъ болѣе было не сносно видѣть, какъ безчисленные миріады чрезъ вѣру во Христа входятъ не въ видимый и земной рай, но въ небо, откуда и онъ самъ, какъ желѣзная громада, былъ сверженъ. Посему искуситель проситъ возможности для искушенія. Ибо, конечно, онъ не имѣетъ власти противъ кого бы то ни было, если не получитъ ея. Такъ, нѣкогда онъ услышалъ Бога, хвалящагося своимъ слугою и говорящаго: «внялъ ли еси мыслію твоею на раба моего Іова, зане нѣсть, яко онъ, на земли человѣкъ непороченъ, истиненъ, благочестивъ, удаляяйся отъ всякія лукавыя вещи» (Іов. I, 8). Тотъ часъ, движимый завистію, отвѣчалъ: «еда туне Іовъ чтитъ Господа? и немного спустя: но пошли меня, чтобы я коснулся его плоти, аще не въ лице Тя благословитъ» (II, 5). Богъ склоняется на просьбу діавола. Ему угодно было явить всему міру, что Онъ не напрасно хвалится Іовомъ, и показать предъ всѣми крѣпкую и непобѣдимую мощь духовную своего слуги.

Нѣчто, подобное этому случилось и случается въ послѣдующее время. Господь не безъ нѣкоторой особенной похвалы сказалъ о церкви своей: «и врата адовы не одолѣютъ ей» (Мѳ. XVI, 18), разумѣя подъ вратами ада всякаго рода мученія, которыя чрезъ смерть толкаютъ и низвергаютъ во адъ. Услышавъ это, преступнѣйшій изъ демоновъ безстыдно проситъ позволенія искушать церковь. По полученіи просимаго онъ избираетъ для себя орудіями своими людей, полныхъ всякаго нечестія и равныхъ себѣ по свирѣпости, ставитъ ихъ начальниками и князьями и издаетъ чрезъ нихъ такой законъ указъ «да прекратится почитаніе Христа; да совершаются жертвы идоламъ; противящіеся же безъ всякаго снисхожденія да предаются смерти всякими родами казни». Вслѣдствіе этого всякій возрастъ и чинъ, мужчины и женщины, которые рѣшили сохранить вѣру во Христа до смерти нерушимою и твердою, скашиваемы были, какъ сѣно, безъ всякаго снисхожденія.

VI. Въ такое то время, въ царствованіе нечестиваго Максимиліана и въ правленіе Маркіана, былъ одинъ начальникъ области, по имени Діоскоръ, очень богатый, до безразсудства приверженный къ бездушнымъ идоламъ. Онъ имѣлъ единственную дочь, по имени Варвару, по наружности выдающейся красоты и отличавшуюся благородствомъ нрава. Вслѣдствіе этого, онъ, выстроивъ высокую башню, заключилъ въ нее дѣвицу, чтобы она не привлекала на себя взоровъ людскихъ цвѣтущими и ослѣпительными сіяніемъ и блескомъ своей пріятности. Живя тамъ, далекая отъ шума мірскаго, она предавалась въ душѣ полнымъ благочестія размышленіямъ и ихъ растила и питала. Ибо признано, что уединеніе родитель тонкихъ и превосходнѣйшихъ размышленій. И она почувствовала отвращеніе къ заблужденію и почитанію идоловъ, какъ вовлекающихъ въ узы адовы. Ея душа возгрѣвалась и обращалась къ истинной вѣрѣ христіанъ, къ досточтимому исповѣданію святой и единосущной Троицы, какъ такой вѣрѣ, которая ведетъ къ небесамъ. Она помышляла о безсмертіи души, о царствіи небесномъ, о вѣчномъ блаженствѣ, а также о гееннѣ и о вѣчныхъ тамъ мукахъ, затѣмъ, о нетвердости, шаткости и измѣнчивости временныхъ вещей этого вѣка. Она постоянно представляла себѣ также дѣвь со свѣтильниками, соединенныхъ съ непорочнымъ женихомъ Христомъ въ небесномъ чертогѣ и жаждущихъ утѣхъ (внутреннихъ) духовныхъ и таинственнаго блаженства. И она пылала желаньемъ и молила сдѣлаться достойною оной блаженнѣйшей и совершенно неизъяснимой славы, о которой не можетъ говорить никакое слово.

VII. Эти размышленіи укрѣпили душу ея въ мудрости и въ чистотѣ. За ея развитіемъ тщательно наблюдалъ ея отецъ.

Но вотъ настало время и многіе вельможи, зная о ея совершеннолѣтіи и красотѣ, стали весьма усердно искать ея руки. Діоскоръ велѣлъ ей сдѣлать между ними выборъ. Но она, видя въ напоминаніи объ этомъ узы и тяжесть для себя, взглянула съ гнѣвомъ на своего отца и совершенно отклонила отъ себя эти вредныя предложенія, объявивъ, что никогда не допуститъ этого. Мудрая дѣва считала смѣшнымъ и прямо нелѣпымъ послѣ обрученія съ небеснымъ, безсмертнымъ Женихомъ Христомъ осквернять себя тѣми, которые, какъ черви, копошились въ грязныхъ лужахъ наслажденій въ болотѣ язычества.

Спустя немного времени, Діоскоръ съ особымъ стараніемъ сталъ строить термы (баню). При этомъ онъ велѣлъ мастерамъ сдѣлать на южной сторонѣ термовъ два свѣтовыхъ окна, а самъ уѣхалъ куда то въ другую страну. Въ его отсутствіе эта раба и невѣста Христова Варвара наблюдала за постройкой и приказала мастерамъ сдѣлать въ зданіи три окна. Придя однажды въ свою башню, прекрасная дѣва, при видѣ бездушныхъ и безчувственныхъ идоловъ, которымъ отецъ ея покланялся, исполнилась Духа святаго, возгорѣлась Божественной пламенной ревностью и стала плевать въ ихъ безчестныя лица. При этомъ она стала происносить пѣснь пророка Давида: «подобны вамъ да будутъ творящіе васъ и всѣ надѣющіеся на васъ» (Пс. СХIII, 6). О, поистинѣ блаженная и Боголгобивая душа! О, отроковица, вѣрой кипящая, вѣрой украшенная! О, дѣва, одаренная Божественнымъ разумѣніемъ и при помощи его осмѣивающая безразсудство и безуміе язычника отца! О, дочь, твердостью благоразумія отказывающаяся отъ слабости и обольщенія праматери Евы! Та, принявъ наглый совѣтъ врага, была тотъ-часъ погублена; сія же не только твердо отвергла его обольщеніе, но въ самое его лицо плюнула ему, плюнувши въ лицо идоламъ. Она вѣдь плевала не въ лицо идоламъ, а направляла оскорбленіе, мѣтила и бросала его въ того начальника зла, который дѣйствовалъ чрезъ нихъ.

VIII. Но вотъ Діоскоръ возвратился изъ предпринятаго имъ путешествія. По осмотрѣ строившагося зданія онъ сталъ негодовать на мастеровъ за то, что они нарушили его приказаніе, что они прибавили третье окно. Строители старались оправдать себя предъ нимъ тѣмъ, что сдѣлали это по приказанію его дочери. Діоскоръ обращается за разъясненіемъ къ дочери, зачѣмъ это она распорядилась сдѣлать три окна.

Воспользовавшись этимъ удобнымъ случаемъ, всеславная дѣва стала богословствовать о славѣ и Божествѣ св. Троицы, убѣждая невѣрующаго отца обращаться къ спасительной вѣрѣ. Она говорила ему: «св. Троица просвѣщаетъ вѣдь всякаго человѣка, грядущаго въ этотъ міръ. Этотъ чувственный свѣтъ есть твореніе того истиннаго свѣта, который познается и почитается въ единствѣ троичнаго солнца. Этотъ чувственный свѣтъ есть ничтожное подобіе этого свѣта, темная тѣнь его».

Но Діоскоръ, воспитанный въ нечестіи, ставшій защитниковъ языческаго мрака, не могъ перенести столь открытаго и откровеннаго исповѣданія преславной отроковицы. Какъ бы пораженный божественной молніей троичнаго свѣта, онъ исполнился бѣшенства и, кипя гнѣвомъ, въ ослѣпленіи злобой, бросился онъ съ обнаженнымъ мечемъ на свою единственную дочь, желая убить ее, переступая этимъ границы и благочестія и природы. И дѣлалъ онъ все это единственно за то, что она указала ему путь жизни... Поистинѣ не только изъ цвѣтоноснаго растенія родится прекрасная и благоуханная роза, но и изъ нечестиваго корня часто растетъ благочестивый плодъ. Доказательство этому – патріархъ Авраамъ: названный отцомъ множества народовъ, подражающихъ его вѣрѣ, самъ онъ вышелъ изъ отеческаго многобожія и нечестія. Поистинѣ и въ этомъ случаѣ исполнилось божественное предсказаніе Спасителя нашего Іисуса Христа, которое возбуждаетъ дочь и невѣстку противъ отца, матери и свекрови (Мѳ. X, 32), возстановляя новое и свѣжее противъ ветхаго и негоднаго и отсѣкая худшее отъ лучшаго.

IX. Что-же славнѣйшая Варвара? При видѣ беззаконѣйшаго нападенія отца, болѣе жалѣя его, чѣмъ боясь убійства, раскрыла молитвой сосѣднюю громаднѣйшую скалу и прошла серединою ея на противоположную сторону горы. Удивительное дѣло! Разступившаяся скала принимаетъ въ свои нѣдра агницу, а черствѣйшій скалы отецъ и гонитель окаменѣлъ въ гнѣвѣ и превзошелъ бездушіемъ скалу. И такое необычное чудо не могло смягчить черствость и безчеловѣчіе его души! Напротивъ, обойдя гору, онъ сталъ разспросами искать дочь. Когда ему удалось найти ее, онъ жестоко избилъ ее и сталъ влачить за волосы съ горы домой и заключилъ блаженную въ малой хижинѣ. Затѣмъ, донеся о ней правителю, онъ предаетъ ее на пытки и заклиналъ его именемъ боговъ подвергнуть ее нестерпимымъ мученіямъ.

Правитель, возсѣдая на трибунѣ, велѣлъ привести къ себѣ исповѣдницу. При видѣ ея цвѣтущаго красотою лица онъ совершенно растерялся Его поразила необычайная красота ея, блиставшая ослѣпительнымъ сіяніемъ. Тутъ сталъ онъ говорить ей похвалы ея красотѣ, стараясь повліять на нее лестью.

Это былъ первый приступъ діавола, который пытается или удовольствіями прельстить и очаровать человѣка или устрашить и поразить угрозами и пытками.

Скоро правитель (или правильнѣе самъ діаволъ) увидѣлъ, что колчанъ стрѣлъ лести его истощился и что славная и побѣдоносная страдалица отвергла всѣ земныя приманки, всю земную славу и нѣгу, считая ихъ, какъ цвѣты и траву, ничтожными и тлѣнными, а отъ льстивыхъ убѣжденій и опьяняющихъ человѣка похвалъ она отвращается, какъ отъ опаснѣйшаго яда. Тогда онъ, немедля ни мала, обратился къ другому средству побѣдить мученицу. Когда-же ему пришлось убѣдиться, что она одинаково смѣется и надъ угрозами его, какъ и надъ лестью, то онъ, полный ярости, чувствуя себя посрамленнымъ въ своихъ козняхъ, сталъ говорить ей: «чего ты, дѣвица, желаешь: принести-ли жертву богамъ, или погибнуть въ жестокихъ пыткахъ»? Въ отвѣтъ на это св. мученица въ немногихъ словахъ твердо, безбоязнено и ясно исповѣдала свою вѣру, а вмѣстѣ съ этимъ обличила безразсудство и нечестіе безбожныхъ мучителей. Что-же она ему сказала?

– «Я, говоритъ, готова принести жертву Господу моему Іисусу Христу, сотворившему небо и землю, море и все, что въ нихъ. Вашихъ же боговъ хорошо пророкъ осмѣялъ: «уста имутъ и не глаголютъ; очи имутъ и не узрятъ; уши имутъ и не услышатъ; ноздри имутъ и не обоняютъ; руцѣ имутъ и не осяжутъ; нозѣ имутъ и не пойдутъ; не возгласятъ гортанемъ своимъ. Подобии имъ да будутъ творящій я и вси, надѣющійся на ня» (Пс. 113, 16). Вы ложно прилагаете къ нимъ священное имя Божіе, а они лишены и совершенно чужды жизненной силы».

X. Изумленный этимъ преступнѣйшій и свирѣпѣйшій правитель, кипя отъ гнѣва, велитъ обнаженную дѣву нещадно бить воловьими жилами, а нанесенныя раны растирать власяными лоскутьями и тканями такъ, чтобы все тѣло истекало кровью. О, какое доблестное и священное исповѣданіе твое, преславная побѣдительница, Христова мученица Варвара! Силою Св. Духа ты безбоязненно и непреклонно предъ всѣми исповѣдала Христа и богословствовала во всеуслышаніе людей и ангеловъ, созерцавшихъ твое бореніе въ то время, какъ демоны невидимо съ видимыми противниками ополчались на тебя. Это исповѣданіе твое Господь написалъ на небесахъ и исповѣдалъ предъ Отцемъ, Божественнымъ Источникомъ Свѣта и Жизни, и во вѣки торжественно исповѣдуетъ и прославляетъ. О, сколь благородно твое терпѣніе и крѣпость, которыми ты поразила діавола и его демоновъ отступниковъ, а св. ангеловъ удивила и обрадовала, ибо ты расторгла идольское заблужденіе, какъ паутину, а истину и вѣру укрѣпила и утвердила.

XI. Видя несокрушимое постоянство святой, судья велитъ ввергнуть ее въ темницу на время, пока онъ изобрѣтетъ, какимъ подвергнуть ее еще болѣе жестокимъ пыткамъ. Но вотъ въ полночь ее окружаетъ ослѣпительный свѣтъ, въ которомъ является ей Господь славы, чтобы присутствіемъ своимъ умѣрить и облегчить ея скорби, утѣшить въ печали и ободрить ее воодушевляющими словами на предстоящіе еще подвиги. – «Мужайся, говоритъ Онъ, – Варвара, ибо великая радость будетъ на небѣ и на землѣ изъ за твоего подвига – страданія. Не страшись и не бойся твоего мучителя, ибо Я съ тобою и избавлю тебя отъ наносимыхъ тебѣ ранъ».

И тотъ часъ исчезли съ ея тѣла раны. Послѣ этихъ словъ Господь небесный опять ушелъ на небо. А святая мученица и истинная раба Христова весьма утѣшилась и исполнилась благодушія и восторженной радости отъ этого Христова ободренія.

И было чему радоваться тебѣ, треблаженная мученица! Вѣдь основаніе радости есть Единая истинная радость – Господь, какъ неизмѣнная и ненарушимая духовная сладость (блаженство). О, какъ блаженны очи твои, удостоившіеся видѣть Господа славы, на Котораго не смѣютъ взирать на небѣ и исполненные очесъ многоочитіи херувимы! О, какъ блаженны уши, слышавшія голосъ рѣчи Божіей! О, достойная удивленія и преблаженная душа, которую утѣшилъ ободреніемъ своимъ и изъ своихъ устъ Самъ Владыка небесныхъ, земныхъ и преисподнихъ, Богъ всякаго утѣшенія! Ты, невѣста Христова, еще во плоти получила залогъ царства небеснаго, какъ бы нѣкоторый видъ приданаго. Поэтому то ты и не обращала вниманія на причиняемыя тебѣ мученія, какъ на дѣтскія стрѣлы или укусы насѣкомыхъ. Объятая любовью къ Тому, Котораго созерцала, ты мужественной душей говорила: «кто мя разлучитъ отъ любве Божія? скорбь ли, или тѣснота? извѣстихся, яко ни смерть, ни животъ, ни ангелы, ни начала, ниже силы, ни настоящая, ни грядущая, ни ина тварь кая возможетъ насъ разлучить огъ любве Христовы» (Рим. VIII, 35).

XII. Съ наступленіемъ утра, по приказанію правителя, мученица приведена была въ судъ. Когда онъ увидѣлъ, что на тѣлѣ мученицы нѣтъ и слѣда ударовъ, что оно цѣло и невредимо, то, теряясь въ догадкахъ, охваченный размышленіемъ, сталъ говорить ей: «видишь, какъ тебѣ боги помогаютъ и какъ тебя любятъ. Они и раны твои исцѣлили». Смѣясь надъ крайнимъ безуміемъ и безразсудствомъ правителя, св. мученица, отвѣчала ему: «твои боги похожи на тебя: они глухи и слѣпы. Не имѣя способности чувствовать и двигаться, они не въ силахъ помочь и самимъ себѣ. Какъ же они могли бы исцѣлить меня, обнаруживающую предъ всѣми ихъ погибельную для людей пустоту?! Исцѣлилъ меня Іисусъ Христосъ, Сынъ Бога живаго, Котораго ты недостоинъ видѣть своими безстыдними (слѣпыми) очами и обольщенной душей».

Отъ этихъ словъ св. Варвары нечестивецъ разсвирѣпѣлъ, какъ звѣрь, и велѣлъ строгать ея тѣло и опалять горящими факелами, а по головѣ, какъ по наковальнѣ, бить молотомъ. Поднявъ свои глаза къ небу, св. мученица говорила въ молитвѣ: «Ты знаешь, сердцевѣдче Госиоди, съ какимъ желаніемъ тебя я пришла къ Тебѣ! Не оставь меня до конца».

И, о чудо, доблестная Христова мученица перенесла мужественно и это мученіе, хотя оно превосходило не только женскую немощь и слабость, но было выше силъ человѣческой природы. По истинѣ, никоимъ образомъ невозможно было бы ей вынести столь страшныя пытки, безчеловѣчныя по жестокости мученія, если бы ея душу не возвышала надъ слабымъ тѣломъ невидимо укрѣплявшая и поддерживавшая ее сила Духа.

ХIII. Но слугѣ и сотруднику діавола мало было и этого. Своей мыслью, несокрушимой въ злѣ, онъ пришелъ къ другому виду пытокъ, имѣя живущимъ въ себѣ вождя, изобрѣтателя и производителя всякаго зла – змія, древняго человѣкоубійцу и человѣконенавистника. Правитель велѣлъ отрѣзать мечемъ сосцы мученицѣ.

Когда ихъ отрѣзывали, агница Христова, взирая на небо, взывала: «не отвержи мене отъ лица твоего, Господи, и Духа твоего святаго не отыми отъ мене» (ІІсал. 50, 13). И эту пытку мученица приняла мужественно и съ благодарностью. Неужели, нечестивѣйшій демонъ, въ глубинѣ сердца твоего скрыто что-либо еще болѣе жестокое, чѣмъ это мученіе? Неужели возможнымъ остался и еще болѣе жестокій родъ пытки для женскаго естества? Не усталъ ли уже твой умъ въ изобрѣтеніи пытокъ для мученицы? Обрати, если угодно, вниманіе и на другое: ты встрѣтилъ адамантъ, вѣрнѣе, несокрушимую душу, твердѣйшую самаго адаманта или наковальни, которая способна снести удары твоихъ молотовъ. «Жестоко ти есть противу рожна прати» (Дѣян. IX, 5). Чѣмъ больше ты умножаешь пытки, тѣмъ болѣе, и не желая того, умножаешь для мученицы и всеславной отроковицы красоту ея вѣнца и противъ воли своей пріобрѣтаешь ей болѣе блестящія побѣдныя награды. Для себя же самаго ты увеличиваешь позоръ, терпя въ каждой битвѣ и схваткѣ пораженія, падая и корчась, и собираешь на свою нечестивую главу неугасимые огненные угли вѣчной кары.

XIV. Меня объемлетъ удивленіе предъ безчеловѣчіемъ и звѣрскимъ нравомъ родителя по плоти блаженной, чуждымъ благочестиваго настроенія ея и даже отеческаго расположенія. Поистинѣ ты, безжалосѣный отецъ, превзошелъ жестокостью и безчеловѣчіемъ и самихъ звѣрей безсловесныхъ, ибо они, когда видятъ, что ихъ дѣтеныши терпятъ обиду отъ кого-либо, борются за нихъ до смерти. Ты же, видя, какъ у твоей единородной дочечки какъ бы на рынкѣ безпощадно отрѣзываютъ молоконосные члены, не почувствовалъ и этого оскорбленія природы и, какъ каменный сердцемъ и безчувственный, не былъ тронутъ такими муками. Но что удивляться, братіе, окаменѣннымъ отъ заблужденій въ нечестіи и неистовствующимъ сатанинскимъ неистовствомъ? Въ самомъ дѣлѣ, вѣдь добропобѣдные мученики были движимы въ Божественномъ Духѣ любовію ко Христу, а потому и побѣждали, превосходили природу, становились выше ея. Въ это же самое время враги Христовы и Его послѣдователей преисполнялись духа злобы, порабощали себя его отступнической силѣ, выходили изъ границъ природы, укнонялись отъ нея и впадали въ такое ужасное, погибельное состояніе. Св. мученики возвышались надъ границами человѣческой природы, а мучители ихъ ниспадали ниже ея и становились подобными человѣкоубійцамъ – демонамъ. И это вполнѣ естественно, такъ какъ кто соединяется со Христомъ, тотъ становится подражателемъ Ему въ добродѣтели, а кто надѣваетъ на себя ярмо діавола, тотъ становится совершенно похожимъ на него и равнымъ ему.

Но посмотримъ, что еще измыслилъ и подготовилъ противникъ и льстецъ чрезъ слугъ своихъ противъ честной и чистой дѣвы.

XV. Когда онъ увидѣлъ, что она твердо терпитъ и переноситъ мученія тѣлесныя, его злоба измышляетъ самое невыносимое по его мнѣнію и позорное мученіе и при томъ своей тяжестью превосходящее всѣ прежнія. Но терпѣть за Христа чтобы то ни было, хотя бы оно казалось унизительнымъ и неприличнымъ, почетнѣе, приличнѣе и прекраснѣе всякаго украшенія. Правитель велитъ водить ее нагой по всѣмъ окрестностямъ и въ это время наносить ей удары плетями.

Вы, конечно, знаете, возлюбленные, сколько стыда и смущенія можетъ причинить такая пытка дѣвамъ и особенно такимъ, какъ эта святая дѣвица, видомъ которой, такъ сказать, и солнце не могло насладиться. И вотъ мучитель заставилъ ее обнаженною пройти не одну – другую площадь или улицу, но и деревни и предмѣстья и сквозь толпы народа, по всей той окрестности приказавъ водить ее. Такая пытка для скромной и чистой дѣвушки тяжелѣе и больнѣе всякаго жженія и боли отъ ударовъ. Но и этотъ позоръ она перенесла силою любви, которою она горѣла ко Христу, «иже претерпѣ крестъ, о срамотѣ нерадивъ» (Евр. ХII, 2) ради насъ. Такъ какъ св. дѣва совлеклась ветхаго человѣка со страстями его (изъ за которыхъ и этотъ вотъ стыдъ), то она не считала для себя ничего неприличнымъ. Вѣдь и прародители, будучи въ раю нагими, не стыдились, пока не родились въ нихъ грѣховныя похоти. А когда чрезъ непослушаніе зародились въ нихъ страсти, они стали страдать отъ стыда, пока не закрыли листьями смоковницы свою наготу. Но эта св. дѣва, возстановленная въ первобытное состояніе, предшествовавшее преступленію и грѣху, освободилась отъ мучительства всѣхъ страстей, и съ ними вмѣстѣ и отъ страданія, причиняемаго стыдомъ. Но чтобы не оказалось, что нечистые люди, взирая на проходящее тамъ и здѣсь всесвященное тѣло, издѣваются надъ нимъ, она, поднявъ глаза къ небу, сказала: «Господи Боже, покрывающій небо облаками, покрой мое, ради Тебя обнаженное тѣло, чтобы оно не было открыто взорамъ этихъ нечестивыхъ». Лишь только она сказала это, какъ Господь, пославъ ангела, облачилъ ее въ бѣлую одежду. И она стала ходить, какъ невѣста украшенная и наряженная, спѣшащая изъ отеческаго дома въ благоуготованный брачный чертогъ, сопровождаемая участвующими въ ея тріумфальномъ шествіи – копьеносцами, увѣнчанная діадемой, имѣя на себѣ побѣдоносныя раны за Христа, удостоенная кровавой порфиры, блистая болѣе всякаго маргарита, смарагда и всякихъ другихъ драгоцѣннѣйшихъ камней и золотыхъ цѣпей (украшеній). О, чудо! Безпутные развратники, безстыжіе похотники окружали совершенно обнаженную мученицу, желая восторжествовать надъ нею, а вмѣстѣ съ этимъ насыщаться страстно страстнымъ зрѣлищемъ невинности. Но Христосъ, одѣвъ свою подвижницу («атлетку») одеждой благодати, не допустилъ такого зрѣлища, сдѣлалъ тщетными ожиданія похотливыхъ и невоздержныхъ беззаконииковъ.

ХVІ. Водимая по всей той области св. Варвара была приведена въ то селеніе, которое принадлежало самому правителю, который былъ въ это время тамъ. При видѣ св. дѣвы, правитель смутился предъ ея непоколебимой твердостью и недоумѣвалъ, чтобы можно было еще предпринять противъ нея. Вѣдь все, чтобы онъ противъ нея не измыслилъ до сего времени, оказалось напраснымъ и безполезнымъ, даже болѣе того: приводило къ результатамъ, совершенно не согласнымъ съ его расчетами. Потерявъ всякое терпѣніе, онъ изрекъ окончательный приговоръ: подвергнуть многострадальную мученицу смертной казни. Присутствовавшій при этомъ отецъ ея Діоскоръ преисполнился страшнымъ гнѣвомъ на свою дочь и сатанинской ревности. Да это и не удивительно: онъ носилъ въ сердцѣ своемъ самого исконнаго человѣкоубійцу – діавола. Къ тому же онъ трепеталъ за свои неисчислимыя богатства и боялся, чтобы правитель и народъ не заподозрили его въ соучастіи съ дочерью-христіанкой, если бы онъ ей выразилъ состраданіе. И вотъ, чтобы всѣ видѣли, какъ велика его ревность въ почитаніи своихъ бездушныхъ и мерзкихъ идоловъ, – вѣрнѣе же – дѣйствующихъ чрезъ нихъ невидимыхъ злобныхъ демоновъ, – схватываетъ свою дочь и влечетъ ее на гору, гдѣ имѣла быть ея казнь, желая получить безсчетную славу палача и совершителя гнуснѣйшаго убійства. А прекрасная, достигшая страданіями высшаго совершенства св. голубица – великомученица, съ радостью принимая закланіе за Христа, начала усиленно молиться. Она вѣдь давно стремилась къ почести горняго званія, а въ эти минуты она уже была на высотѣ лѣстницы, ведущей на небо. Ничто не мѣшаетъ намъ выслушать и самыя слова ея молитвы, чтобы ими освятить свой слухъ. «Безначальный нерукотворенный вѣнецъ мучениковъ, Господи Іисусе Христе! Ты простеръ небо и утвердилъ землю, заключилъ бездну и оградилъ море. Ты повелѣваешь облакамъ орошать дождемъ землю злыхъ и добрыхъ. Ты ходилъ по морю, какъ по суху и не омочилъ ногъ. Ты запрещалъ вѣтру и морю и прекращались буря и волненіе морское. Твоему, Господи мой Іисусе Христе, повелѣнію все повинуется, ибо все – Твое твореніе. Исполни же, Господи, это – мое моленіе послѣднее: даруй рабѣ твоей такую благодать, чтобы всякій, поминающій меня ради святого Твоего Имени и совершающій воспоминаніе (память) о дняхъ моего страданія за Тебя, былъ помилованъ Тобою. Не помяни, Господи, грѣховъ его на судѣ Твоемъ, но будь милостивъ къ нему. Ты вѣдь знаешь, Господи, что мы плоть и кровь, дѣло Твоихъ рукъ». Прибавивши «Аминь», она опять стала молиться, говоря: «Господи, Боже силъ, Создатель всякаго дыханія и плоти, исцѣлявшій всякую болѣзнь и всякую немощь, подай рабѣ твоей такую благодать, чтобы для всѣхъ, кто придетъ на мѣсто, гдѣ будутъ лежать останки мои, они были какъ бы священными водами и подавали исцѣленіе душѣ и тѣлу, чтобы и въ этомъ славилось Твое всесвятое Имя со Отцемъ и Св. Духомъ». Когда она прибавила «Аминь», послышался съ неба голосъ, говорившій ей; «гряди сюда, Моя освященная и побѣдоносная Невѣста, прійми упокоеніе въ чертогахъ Отца Моего Небеснаго. Все, что ни просила ты, даровано Мною Тебѣ». Услышавъ это, блаженная мученица Христова подошла къ мѣсту казни. Отецъ ея собственноручно отсѣкъ ей своимъ мечемъ честную ея главу. На томъ же мѣстѣ отсѣчена была и глава св. Іуліаніи.

Когда отецъ ея Діоскоръ сходилъ съ горы, вдругъ на него упалъ съ неба огонь и совершенно сжегъ его, такъ что не осталось, не видно было и праха его.

ХVII. Поистинѣ прекрасно окончила мученица свое страданіе. Молитвой она и начала свой подвигъ въ башнѣ, молитвой и окончила. И какова сила молитвы! Она просила своего Жениха Христа быть милостивымъ къ совершающимъ память ея, простить грѣхи ихъ, исцѣлять болѣзни ихъ. Онъ же, принявъ молитву, обѣщаетъ до вѣка исполнять просьбу ея и собственныхъ голосомъ удостовѣряетъ въ этомъ и даетъ увѣренность. Великодушно простерла она свою главу подъ мечъ, и дѣтоубійца отецъ безжалостно нанесъ ей ударъ. Она была вознесена, дориносима, въ небесныя обители и введена въ чертогъ неизреченной красоты, а онъ низвергнутъ въ бездну ада, въ мѣсто темное уготованныхъ, отъ вѣка мученій. Въ своемъ восхожденіи на небо она имѣла путеводителями свѣтлыхъ ангеловъ, а его противъ воли увлекли въ бездну ужасные и страшные демоны. О, какъ оплакать тебя, злочастннѣйшій и всего лишенный! Какъ ты сталъ ужасаться, увидѣвъ въ раю св. мученицу! Поистинѣ съ необычной быстротой тебя постигла кара за твое сатанинское безчеловѣчіе и ты пожалъ то, что посѣялъ. Тебя постигъ судъ, достойный предателя Іуды. Въ самомъ дѣлѣ, посланный съ неба ударъ молніи испепелилъ твое нечистое тѣло и здѣсь, на землѣ, возгорѣлся садомскій огонь, а тамъ, въ адѣ, тебя приняло неугасимое пламя геенны. Ты недостоинъ былъ оставаться въ живыхъ, чтобы нельзя было, указывая на тебя назвать тебя отцемъ мученицы. Не могь тебя принять твой домъ, изъ котораго ты изгналъ дѣву и при томъ такъ прославленную.

ХVIII. Но я тебя буду именовать агницей, голубицей, невѣстой и всякими иными, какія только существуютъ, любезными и почетными именами (и привѣтствовать тебя такъ): радуйся, мужественно прошедшая поприще борьбы. Радуйся, принявшая достойную награду за борьбу. Радуйся страстотерпице, которой подобаютъ многія награды за многія страданія. Радуйся возобладавшая здравымъ смысломъ надъ страстными взыграніями плоти. Радуйся, тѣлесныя чувства юности подчинившая благоразумію старости. Радуйся, до мученичества обѣщавшая соблюсти дѣвство нетлѣннымъ и несквернымъ. Радуйся, не запятнавшая тѣлесной красоты страстями, но посвятившая и принесшая Создателю неприкосновенной. Радуйся, усердная искренняя къ Богу молитвенница, ибо, находясь въ башнѣ, какъ бы въ безопасной крѣпости и столпѣ дѣвъ, ты вѣрой созерцала міръ, мыслью восходя къ Творцу его и ненасытно наслаждалась молитвеннымъ общеніемъ съ Нимъ однимъ, Прекраснымъ и Желаннымъ. Радуйся, изобразившая тремя окнами въ банѣ Пресв. Троицу и таинственное крещеніе, просвѣщающее и спасающее душу Троическимъ свѣтомъ. Радуйся, свыше озаренная ко исповѣданію совершеннѣйшей вѣры въ Единосущную Троицу. Радуйся непоколибимой мыслью возвѣщавшая о воплощеніи для нашего спасенія Единаго отъ св. Троицы. Радуйся, отвергшая богатства, презрѣвшая всякую роскошь одежды изъ шелковыхъ тканей, блескъ драгоцѣнныхъ камней и оправленныхъ въ золото маргаритовъ, всякія украшенія тѣла и наслажденія земными удовольствіами, и замѣнившая все это вѣчными и не уничтожимыми благами, превосходящими видѣніе очей и слухъ ушей и всякое чувство и мысль. Радуйся, постоянствомъ души, мужествомъ и твердостью превозмогшая и слабость возраста своего и женскую немощь. Радуйся, неустрашившаяся нестерпимыхъ мукъ, но мужественно предавшая себя всякаго рода пыткамъ и мученьямъ. Радуйся, еще во плоти сподобившаяся видѣть славу Христову, которой удостоены были видѣть на горѣ только первоверховные апостолы съ Моисеемъ и Иліею. Радуйся за Христа подъявшая біеніе, строганіе желѣзомъ, треніе влосянными рубищами, пролитіе крови, пытку на огнѣ, отрѣзаніе сосцовъ, хожденіе нагою, отнятіе главы и жизни, чтобы получить безсмертное тѣло, сіяющее лучами нетлѣнія, одѣтое въ неизобразимую языкомъ человѣческимъ красоту ризы Божественной славы.

ХІX. Справедливо люди удивлялись твоей твердости. Достойно ангелы привѣтствовали и славили твое страданіе. Демоны пришли въ ужасъ отъ твоей побѣдной пѣсни и постоянства и покрылись вѣчнымъ стыдомъ и позоромь. О, какъ украшена тобою и какую получила честь природа дѣвы и женщины, о, какъ твои страданія ободряютъ и воодушевляютъ дѣвъ и женъ къ непоколебимому мужеству! Тобою достойно хвалится и превозносится праматерь, какъ пріобрѣвшая дочь, восторжествовавшую надъ побѣдившимъ нѣкогда ее древнимъ зміемъ, низложившую его, вернувшую человѣчеству побѣду надъ нимъ (и власть) и взявшую оъ него блестящіе трофеи. Святѣйшая же изъ святыхъ Богородица Высочайшая, первоматерь, Дѣва и Богоматерь, первая и едина прославившая женскій полъ, царствующая надъ всѣми мужами и женами, какъ ставшая Матерью Владычествующаго всѣми, видя тебя въ женскомъ, отроческомъ тѣлѣ ниспровергающую и побѣдоносно попирающую гордаго до безконечности діавола, хвалящагося, что онъ можетъ высушить море и объять вселенную, какъ гнѣздо, восхищается совершенствами твоими, обнимаетъ тебя пречистыми руками своими, привлекаетъ къ себѣ, садитъ рядомъ съ собой, даруетъ тебѣ высшую славу и дерзновеніе, подводитъ тебя къ престолу Царя и представляетъ Ему тебя.

XX. Но какія бы не предприняты были съ нашей стороны усилія, мы должны сознать, что всѣ наши, и самыя искреннія и самыя изысканныя похвальныя рѣчи, оказываются подобными дѣтскому сбивчивому и робкому лепету. Поистинѣ, нѣтъ никакой возможности посредствомъ слова восхвалить по достоинству твои, всеславная и достохвальная, добродѣтели и совершенства, носящія сверхъестественный и приводящій въ изумленіе характеръ. Естественны попытки, иногда не безуспѣшныя, со стороны ораторскаго искусства пользоваться изяществомъ и благозвучіемъ выраженіи, созвучіемъ словъ и красотой слога, сильными по своей убѣдительности доводами. Посредствомъ всего этого ораторская рѣчь можетъ прославлять совершенства міра сего, прелести тѣлесной красоты, состоящія въ симметріи членовъ и привлекательномъ сочетаніи цвѣтовъ, а вмѣстѣ съ этимъ – природную силу, сановитость высокопоставленныхъ смертныхъ, иногда – блестящія способности, знатность происхожденія, а къ этому еще и колоссальность богатства, столь непостояннаго, легко истрачиваемаго и гибнущаго. Если же всѣ эти частныя преимущества сосредоточиваются въ одной личности и подлежатъ похвальному слову, послѣднее выходитъ малодостовѣрнымъ и слишкомъ громоздкимъ. Впрочемъ, какъ бы всѣ эти преимущества земной жизни и въ общемъ ихъ сочетаніи и въ отдѣльномъ ихъ расположеніи ни оцѣнивала или не оттѣняла ораторская рѣчь, онѣ на самомъ дѣлѣ являются подобными цвѣтамъ растеній, такъ скоро увядающимъ и гибнущимъ. Ихъ можно также сравнить съ обманчивыми, какъ миражъ, картинами прелестныхъ сновидѣній, также быстро являющихся, какъ и исчезающихъ. Ихъ неустойчивость и перемѣнчивость ниспровергаетъ и обезцѣниваетъ достоинство тщательно составленныхъ, гармонически соединенныхъ и звучащихъ рифмой похвальныхъ рѣчей.

Въ тебѣ же, чистая и мудрая дѣва, неодолимая и побѣдоносная мученица, желающій прославлять тебя безъ всякаго труда находитъ все, только что названное, въ изобиліи собраннымъ и соединеннымъ, все то, чему удивляются люди, за что прославляютъ, что считаютъ достойнымъ обнародованія, все то, что не прекращается и не исчезаетъ, что не дѣлаетъ всѣ похвалы напрасными, разсѣевающимися по воздуху. Въ самомъ дѣлѣ, добродѣтель твоей Богоподобной души и близость къ Творцу приблизили къ тебѣ и запечатлѣли на тебѣ всѣ возможныя блага, красоты и совершенства, не подвергающійся забвенію, сдѣлали ихъ не уничтожнмыми, еще болѣе умножили и увеличили ихъ, «ибо вѣрному – весь міръ богатство, невѣрному же ниже пѣнязь» (Притч. ХVII, 6), говоритъ слово Писанія. Вѣдь и настоящее и будущее и все, чѣмъ владѣетъ Женихъ твой Господь, даровано тебѣ въ приданое и предоставлено тебѣ въ твое распоряженіе.

XXI. Ты пріобрѣла двойные трофеи, превышающіе похвалу человѣческую. Тѣлесная сторона твоей земной жизни сіяетъ славой. Особенно же душа твоя блистаетъ дарованіями. И ту и другую ты просвѣтила и украсила твердостью мученичества. Объятая радостью ты перешла въ небесныя обители къ неумолкающему славословію. Ты стала выше рѣчей, изысканно составленныхъ и бренными устами и языкомъ произносимыхъ, рѣчей, поражающихъ слушателей слабостью голоса земныхъ похвалъ. Оцѣнить твои совершенства, дѣла, недоступное силамъ человѣческимъ. Превышаетъ силы человѣческія и прославленіе по достоинству твоихъ совершенствъ. Иди же, честная добродѣва, къ воспріятію премірныхъ почестей. Иди туда, гдѣ умолкаетъ рѣчь, будучи не въ силахъ пространно говорить о славѣ выше слова. Иди принять наслажденіе чистыми, превосходящими воображеніе благами тамъ, гдѣ всякая мысль, собирающая познаніе изъ частныхъ образовъ, отдыхаетъ и покоится просто, вслѣдствіе вѣчнаго устремленія ума на сверхъестественное и разумное. Иди туда, гдѣ многообразный обманъ и круговоротъ чувственнаго и чувствъ прекращается и уничтожается. Прійми побѣдныя почести, совершеннѣйшія награды и хвалы. Прійми упокоеніе и прохладу, пріобрѣтенныя тобой потами и трудами. Прійми заслуженныя тобой подвигами и страданіями ради Христа побѣдные лавры и мученическіе вѣнцы. Прійми наслажденіе сіяніемъ и красотой неизглаголаннаго и непостижимаго Жениха. Воспріими сладость неизреченной и таинственной бесѣды и общенія въ пренебесномъ чертогѣ брачномъ, счастливѣе и блаженнѣе котораго нѣтъ ничего на свѣтѣ. Тебѣ, невѣста Христова, для полноты славы твоей ничего болѣе не нужно изъ славныхъ подвиговъ свѣтоносныхъ дѣвъ, ибо ты неизреченно возлюбила Жениха Христа и упоена Его любовью. Изъ за Него ты не только сочла грязью все, но предпочла Желаннаго и собственной жизни и душѣ.

Ты поистинѣ законно подвизалась добрымъ подвигомъ (2 Тим. IV, 7) и сохранила непоколебленной свою св. вѣру среди величайшихъ для нея испытаній и опасностей. Съ какой неутомимостью и стойкостью непоколебимой ты совершила свой благочестивый подвигъ! Какъ неисчислимы превышающія слабыя силы смертной природы человѣческой тѣ огорченія и оскорбленія, обиды, и пытки, которыя обрушились на тебя за любовь твою ко Христу и которыя ты перенесла съ полной, вседушевной готовностью! Поэтому то тебѣ изготовленъ вѣнецъ правды, которымъ и украшайся по достоинству на небѣ. Но и здѣсь не оставилъ тебя Христосъ безъ награды. Ибо онъ говоритъ: «живу Азъ: токмо прославляющія мя прославлю» (1 Цар. II, 30). Согласно Божію обѣщанію, въ твоемъ храмѣ, гдѣ находятся твои останки, обильнѣе водъ льются исцѣленія всякихъ немощей тѣмъ, кто приходитъ къ тебѣ съ вѣрой.

Страждущіе неисцѣльными болѣзнями, злокачественными язвами, изнуренные всякими тяжкими муками незамѣтно избавляются отъ грозившей имъ смерти. Одно прикосновеніе къ водамъ источника сего бываетъ для нихъ спасительнымъ. Св. мѣсто это прославлено и среди мѣстныхъ жителей и въ отдаленныхъ странахъ. Его посѣтить жаждутъ всѣ, нуждающіеся въ исцѣленіи.

Конечно, этимъ мѣстомъ не ограничена дарованная тебѣ слава и благодать исцѣленій. Обращающіеся къ тебѣ въ молитвѣ съ горячей вѣрой повсюду, во всей вселенной, и почитающіе память твою ежегодно получаютъ исцѣленія отъ пагубныхъ болѣзней, освобождаются отъ всякихъ непріятностей и всякаго рода отягощеній. Твоими прещеніями разсѣеваются, какъ дымъ, всякія демонскія навожденія и козни. Даже и отъ всякой опасности и неожиданнаго бѣдствія освобождаются тѣ, кто призываетъ тебя въ защиту и помощь.

XXII. Не переставай же, чистая приснодѣва, взирать сострадательными очами своими на прибѣгающихъ къ тебѣ, а также и на изрекшаго въ похвалу тебѣ это убогое и тощее слово малое. Конечно, оно далеко не соотвѣтствуетъ твоему чрезвычайному достоинству. Но ты не презри усердной готовности и трудовъ посильныхъ мысли его. Призри милостивно и снисходительно и прійми этотъ даръ ничтожный, какъ твой небесный Женихъ Христосъ принялъ двѣ лепты отъ бѣдной вдовццы, обращая вниманіе не на количество даваемаго, но на расположеніе сердечнаго усердія. О, если бы мнѣ найти въ тебѣ близкую цѣлительницу моихъ душевныхъ и тѣлесныхь ранъ и готовую предстательницу во всѣхъ, окружающихъ меня, скорбяхъ. Утиши стремленія и взыгранія моихъ страстей, направь жизнь къ должному, умиротвори мірское волненіе, возведи къ жизни не старѣющейся и къ спасительному пристанищу, чтобы мнѣ въ моихъ безмѣрныхъ согрѣшеніяхъ обрѣсти снисхожденіе и милость судіи, по твоей молитвѣ прощающаго и оставляющаго мнѣ ихъ, хотя Онъ, праведный, уже обличилъ и осудилъ мое легкомысліе. О, побѣдоносная Варвара, добропобѣдная, прекрасная, приснопамятная, всеславная мученица и законнѣйшая подвижница, будь и всѣмъ, любящимъ съ вѣрою призывать тебя, чтущимъ тебя и благоговѣющимъ предъ тобой, прибѣгающимъ къ твоей спасительной молитвѣ, наставительницей царства небеснаго, помощницей во всякихъ печальныхъ обстоятельствахъ, непостыдной заступницей у всеблагого Христа Бога нашего, съ Которымъ Безначальному, Всеправедному, поклоняемому Отцу и Единосущному Животворящему Духу слава, честь, поклоненіе нынѣ и присно и во рѣки вѣковъ. Аминь.

 

«Таврическій Церковно-Общественный Вѣстникъ». 1914. № 33. С. 985-998; № 34. С. 1037-1052.




«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: