Митрополитъ Антоній (Храповицкій) – Согласованіе Евангельскихъ сказаній о Воскресеніи Христовомъ.

Намъ приходилось читать различныя попытки выяснить взаимное согласіе евангелистовъ касательно явленія воскресшаго Господа Своимъ ученикамъ и ученицамъ. Нѣкоторыя изъ этихъ попытокъ, напр. доктора Пясковскаго (въ 90-хъ годахъ Христ. Чтенія), почти удовлетворяли насъ, но тѣмъ досаднѣе было замѣчать въ нихъ отсутствіе того главнаго положенія, которое быстро осваиваетъ читателя св. Библіи съ согласованностью событій, изложенныхъ въ четырехъ евангеліяхъ; это-то положеніе или тезисъ давно просится у насъ изъ подъ пера, но полное отсутствіе досуга препятствовало намъ предложить до сего дня свои соображенія по данному предмету.

Однако прежде, чѣмъ предложить послѣднія, скажемъ, что самымъ неправдоподобнымъ пріемомъ согласованія является наиболѣе принятый, въ силу котораго выходитъ, будто св. Марія Магдалина, послѣ того, какъ ее съ другою Маріей встрѣтилъ воскресшій Господь и со словомъ: радуйтесь, дозволилъ обнять свои стопы, – потомъ опять является плачущею у гроба и не узнаетъ явившагося Христа, принимая Его за виноградаря, а потомъ, когда узнаетъ Его, то получаетъ воспрещеніе къ Нему прикасаться.

Такое расположеніе событій уже ни съ чѣмъ не сообразно и попытки усвоить его читателямъ сводятся къ жалкимъ натяжкамъ и сложнымъ, но совсѣмъ не убѣдительнымъ вымысламъ.

Явленія Господа мироносицамъ во всѣхъ четырехъ евангеліяхъ описываются не одинаково, т. е. берутся разные моменты этихъ (неоднократныхъ) явленій. Но то, что всего болѣе затрудняетъ толкователей, это согласованіе вышеприведенныхъ повѣствованій Матѳея и Іоанна. Ясно, что Господь явился Маріи Магдалинѣ дважды, однажды наединѣ, а другой разъ вмѣстѣ съ другою Маріей, но какъ одно явленіе относится къ другому, вотъ что затрудняетъ толкователей.

Положеніе (тезисъ), которымъ мы обѣщали разрѣшить этотъ вопросъ, выражается, или, какъ говорятъ въ академіяхъ, формулируется, такъ: Евангелистъ Матѳей говоритъ объ исшествіи двухъ Марій къ гробу Господню, уже знавшихъ, что Онъ воскресъ изъ мертвыхъ. То, что описываетъ этотъ евангелистъ, произошло уже послѣ описаннаго св. Іоанномъ явленія Господа Маріи Магдалинѣ, принявшей было Его за виноградаря; она затѣмъ сообщила о семъ Апостоламъ «яко видѣ Господа и сія рече ей», сообщила конечно о томъ же и другой Маріи, и вотъ обѣ Маріи идутъ ко гробу – зачѣмъ? не для помазанія Господня тѣла (ибо знаютъ, что оно воскресло), не съ ароматами, а идутъ, чтобы «посмотрѣть гробъ», зная, что онъ уже – пустой, но что въ немъ хранятся погребальныя пелены Господа. Навѣрно не онѣ однѣ и не два Апостола только пошли удостовѣриться въ томъ, что повѣдала Марія Магдалина, а потомъ и другія мироносицы, но и всѣ Христовы послѣдователи, узнавшіе о событіи («одиннадцать и всѣ прочіе» Лук. 24, 9 ср. 24, 24); евангелистъ же сообщаетъ о двухъ Маріяхъ потому, что онѣ удостоились новаго явленія Ангела, а затѣмъ и Самого Господа.

Чѣмъ же, кромѣ выраженія: «посмотрѣть гробъ», можно подтвердитъ нашу увѣренность въ томъ, что Матѳей повѣствуетъ о томъ, что произошло уже послѣ явленія Христа Маріи Магдалинѣ, сообщеннаго у Іоанна?

Во-первыхъ, или точнѣе – во-вторыхъ тѣмъ, что Іоаннъ повѣствуетъ о происшедшемъ, «еще сущей тьмѣ», а Матѳей о томъ, что было «на разсвѣтѣ перваго дня недѣли»[1].

Въ-третьихъ, обратимъ вниманіе на отношеніе мироносицъ къ словамъ Ангела и самаго Спасителя. У Іоанна Марія является настолько неподготовленной къ сознательному усвоенію событія, что принимаетъ Христа за виноградаря, у Марка слова Ангела приводятъ мироносицъ въ такой ужасъ, что онѣ «никому же ничтоже рѣша, бояхубося»; Лука пишетъ о томъ же: «и когда онѣ были въ страхѣ и наклонили лица къ землѣ».

Напротивъ, явленіе Ангела, описанное св. Матѳемъ, встрѣчаетъ мироносицъ уже болѣе подготовленными къ видѣнію, ибо хотя небожитель и ободряетъ ихъ словами: «не бойтесь», но онѣ настолько владѣютъ собою, что онъ говоритъ имъ далѣе: «подойдите посмотрите мѣсто, гдѣ лежалъ Господь», т. е. предлагаетъ имъ исполнить то, зачѣмъ онѣ пришли («видѣти гробъ»). У Марка мироносицы (не эти двѣ, а другія) «никому же ничтоже рѣша, бояхубося», а Матѳей повѣствуетъ о двухъ Маріяхъ, что «онѣ со страхомъ (конечно страхъ неизбѣженъ при всякомъ чудесномъ видѣніи) и радостію великою побѣжали возвѣстить ученикамъ Его». Магдалина, выполняя это повелѣніе, уже вторично (впервые она получила его отъ Самого Господа по четвертому евангелію), а также и другая Марія, знавшая отъ первой о бывшемъ ей явленіи Воскресшаго, теперь уже вполнѣ сознательно относятся ко второму явленію Спасителя. Откуда это видно?

Отвѣтъ на такой вопросъ является четвертымъ доводомъ въ пользу нашего заявленія о томъ, что обѣ жены пошли смотрѣть гробъ, уже зная о воскресеніи Христовомъ, а равно и объясненіемъ тому, почему Господь тогда не допустилъ Марію Магдалину прикоснуться къ Себѣ, а теперь разрѣшилъ сіе обѣимъ Маріямъ.

О первомъ событіи Октоихъ говоритъ такъ: «но яко жена немощная еще земная мудрствуетъ, тѣмъ же отсылается не прикасатися Христу» (9 ев. стихира). Что это значитъ? Конечно тутъ не можетъ быть рѣчи о попыткѣ какого либо страстнаго прикосновенія, нѣтъ! – просто совершенная неожиданность видѣть оплаканнаго учителя живымъ охватила душу Маріи такою непосредственною радостію, что она раньше чѣмъ подумать о таинственномъ воскресеніи, о Божествѣ Его, просто предалась восторженной радости, какъ о дорогомъ человѣкѣ, избѣгшемъ смертной опасности, и забывъ, что она женщина, хотѣла обнять Учителя и облобызать Того, Кого почитала мертвымъ и украденнымъ въ предшествующія мгновенія. Господь напоминаетъ ей о неумѣстности такого выраженія, хотя бы и совершенно чистой любви, предлагая затѣмъ въ тотъ же вечеръ своимъ, еще сомнѣвавшимся, ученикамъ мужскаго пола осязать Его раны.– Иное было отношеніе Господа къ поклоненію той-же Маріи Магдалины и другой Маріи чрезъ часъ или два послѣ Своего перваго явленія. Здѣсь обѣ Маріи уже знали, что Господь является вѣрующимъ, какъ побѣдитель смерти и ада, какъ восходящій къ Небесному отцу въ вѣчное царство и властно посылающій апостоловъ на проповѣдь и на побѣдоносную борьбу съ міромъ. Теперь обѣ жены, встрѣтивъ Его, говорящаго имъ: «радуйтесь», уже «не земная мудрствуютъ», а покланяются Ему, какъ живой святынѣ, какъ Сыну Божію и потому Онъ не препятствуетъ сдѣлать то, что онѣ сдѣлали: «онѣ же ястеся за нозѣ Его и поклонистеся Ему» (Матѳ. 28, 9). – Ты согласилъ Матѳея съ Іоанномъ, скажетъ пожалуй читатель, но какъ ты согласишь ихъ съ двумя прочими евангелистами? Куда помѣстишь пришествіе Магдалины на гробъ съ ароматами, въ сопровожденіи другихъ женъ мироносицъ, поименованныхъ у Марка и Луки?

Главная мысль нашего отвѣта будетъ такая. Марія Магдалина съ ароматами вовсе и не приходила на гробъ Господень, а приходили съ ароматами другія жены, послѣ перваго явленія Христа Маріи, а можетъ быть даже послѣ второго, но не знавшія еще о Воскресеніи Христовомъ. Повѣствованіе Іоанна говоритъ о томъ, что было «еще сущей тьмѣ», а повѣствованіе Матѳея отмѣчаетъ событіе о бывшемъ «весьма рано при восходѣ солнца» (возсіявшу солнцу – такъ и въ греческомъ), а Лука – о томъ, что было «очень рано». – Эти два выраженія не настолько опредѣленныя, чтобы ставить ихъ ранѣе или позже времени, обозначеннаго въ первомъ евангеліи, но во всякомъ случаѣ здѣсь рѣчь идетъ о женахъ, явившихся на гробъ совершенно неподготовленными къ проповѣди воскресенія, и нѣтъ никакой нужды настаивать на томъ, что среди нихъ была Марія Магдалина: напротивъ, эти два евангелиста даютъ полную возможность принять противоположную мысль, а именно ту, что Магдалины среди нихъ не было. Оба евангелиста раздѣляютъ три событія: а) покупку (Маркъ) или же предварительную заготовку (Лука) ароматовъ, б) пришествіе женъ ко гробу и бесѣду съ Ангеломъ (Маркъ) или Ангелами (Лука) и в) возвѣщеніе апостоламъ. Начнемъ съ послѣдняго момента. Не нужно думать, будто по Марку испуганныя женщины такъ и вовсе не повѣдали о видѣніи Ангела и не исполнили его порученія къ апостоламъ; Маркъ только отмѣчаетъ, что онѣ не могли этого сразу сдѣлать и что Апостолы узнали о семъ прежде всего отъ Маріи Магдалины, которой Господь «явился сперва». Видите, Маркъ самъ выдѣляетъ ее изъ ряда прочихъ мироносицъ и слѣдовательно упоминаетъ о событіи, не связанномъ съ принесеніемъ ароматовъ. Но вѣдь Марія Магдалина по Марку участвовала и въ этомъ принесеніи? Вовсе нѣтъ. Онъ говоритъ только объ ея участіи въ покупкѣ мира (16, 1) и перечисляетъ по именамъ участницъ покупки, которая происходила по прошествіи субботы, т. е. по нашему европейскому счету – въ субботу вечеромъ, послѣ шести часовъ, а ушла Магдалина на гробъ еще сущей тьмѣ безъ ароматовъ, прочія же женщины понесли ароматы «при восходѣ солнца». Господь же явился не всѣмъ, а только «Маріи Магдалинѣ», которая, слѣдовательно, и по Марку была не вмѣстѣ съ ними (16, 9).

Если Маркъ, опредѣленно поименовавъ тѣхъ женъ, которыя взирали на погребеніе Господне и тѣхъ, которыя покупали ароматы, не повторяетъ именованій, говоря о принесеніи мироносицами ароматовъ ко гробу, то Лука не называетъ именъ ни заготовщицъ ароматовъ, ни принесшихъ оные на гробъ Господень, но упоминаетъ, что составъ тѣхъ и другихъ былъ не одинаковъ («вмѣстѣ съ ними нѣкоторыя другія»). Очевидно, нѣкоторыя изъ нихъ обращались съ ароматами еще въ пятокъ послѣ смерти Спасителя и «въ субботу остались въ покоѣ по заповѣди» (Лука), а другія покупали ароматы уже по прошествіи субботняго покоя (Маркъ 16, 1). Итакъ Лука не именуетъ женъ, принесшихъ ароматы, но выражается такъ: «и возвратившись отъ гроба, возвѣстили все это одиннадцати и всѣмъ прочимъ». То были Марія Магдалина, и Іоанна, и Марія Іаковлева, которыя сказали о семъ апостоламъ». Замѣтьте эту прибавку: «которыя сказали апостоламъ»; не говоритъ – которыя носили ароматы, видѣли Ангеловъ, но «которыя сказали одиннадцати и всѣмъ прочимъ» (Лук.). Въ этомъ возвѣщеніи участвовала Марія, точнѣе – она и начала его, какъ свидѣтельствуютъ Іоаннъ и Маркъ, а объ участіи ея въ принесеніи на гробъ ароматовъ не говоритъ слѣдовательно ни одинъ евангелистъ.

Само собою разумѣется, что слова евангелиста Луки: «возвѣстили одиннадцати и всѣмъ прочимъ» нельзя понимать какъ единичный актъ, ибо все это немалочисленное общество не могло быть постоянно вмѣстѣ, – а вь томъ смыслѣ, что свидѣтельницы воскресенія ходили изъ дома въ домъ съ радостною вѣстью, т. е. двѣ Маріи, видѣвшія Господа, и прочія мироносицы, бесѣдовавшія съ ангелами. Къ первому свидѣтельству должно отнести слова третьяго евангелія: «Петръ же возставъ, тече ко гробу и притекъ видѣ ризы едины лежаща», совпадающія со словами Іоанна «изыде же Симонъ Петръ и другій ученикъ и идяста ко гробу» (20, 3).

Отсюда видимъ, что евангелисты не только не противорѣчатъ другъ другу, описывая событія перваго дня по воскресеніи Христовомъ, но, говоря о различныхъ моментахъ этого дня, каждый изъ четырехъ какъ бы нарочно оставляетъ мѣсто для включенія тѣхъ моментовъ, о которыхъ повѣствуютъ три прочіе.

Соединяя четыре повѣствованія, получаемъ такую послѣдовательность событій. Однѣ изъ ученицъ Христовыхъ въ пятницу предъ вечеромъ (Лука), другія, и между ними Марія Магдалина, въ субботу вечеромъ (Маркъ) пріобрѣтаютъ ароматы, чтобы идти съ ними и помазать тѣло Господне. Однако Марія Магдалина покидаетъ подругъ и еще ночью подъ воскресный день бѣжитъ одна ко гробу, не обрѣтаетъ Погребеннаго (Іоан.), зоветъ Петра (Лук. и Іоан.) и Іоанна (Іоан.), стоитъ внѣ гробной пещеры съ плачемъ, говоритъ съ Ангеломъ и съ Господомъ Іисусомъ, не узнаетъ Его, а узнавши, бросается къ Нему, но не допускается до прикосновенія, и согласно повелѣнію его, идетъ возвѣстить апостоламъ (Іоан., Марк.) и прочимъ ученикамъ (Лук.). Не зная о семъ, приходятъ на гробъ другія мироносицы, принимаютъ повелѣніе отъ Ангеловъ (Марк. Лук.), и вернувшись, сначала отъ ужаса молчатъ (Марк.), а потомъ, вслѣдъ за Магдалиной, и сами повѣствуютъ всѣмъ о видѣніи (Лук.). Марія Магдалина и другая Марія, уже увѣренныя въ воскресеніи Христовомъ, идутъ посмотрѣть гробъ и пелены Господни, видѣнныя Петромъ (Лук. и Іоан.) и Іоанномъ (Іоан.), но не досмотрѣнные Маріей, когда впервые явились ей Ангелы (Іоан.). Придя ко гробу, обѣ Маріи видятъ снова Ангела, который дозволяетъ имъ войти внутрь и посмотрѣть мѣсто, гдѣ лежалъ Господь (Матѳ.) и гдѣ остался Его погребальный уборъ. При этомъ Ангелъ повелѣваетъ имъ подтвердить ученикамъ о воскресеніи и вознесеніи, что уже приказалъ исполнить Магдалинѣ явившійся Господь (Іоан.). Вполнѣ освоившись съ радостными событіями, обѣ Маріи спѣшатъ снова къ апостоламъ; ихъ на пути встрѣчаетъ Господь и уже не препятствуетъ имъ воздать Ему поклоненіе и благоговѣйное прикосновеніе къ Его ногамъ (Матѳ.). Къ вечеру того же дня все это стало извѣстнымъ не только одиннадцати, но и семидесяти ученикамъ (Лук.), а жалкая выдумка фарисеевъ и воиновъ о покражѣ тѣла Христова, когда они спали (какъ могли бы это узнать спящіе?), не смутила учениковъ Христовыхъ, ибо Онъ многократными явленіями увѣрялъ ихъ въ Своемъ воскресеніи, давалъ Себя осязать, принималъ при нихъ пищу и наконецъ, на глазахъ всѣхъ учениковъ вознесся на небо въ сороковой день по воскресеніи (Марк., Лук. и Дѣянія).

Все это становится яснымъ, если согласованіе евангелій основать именно на томъ положеніи, что двѣ Маріи перваго евангелія пошли видѣть гробъ, уже зная о воскресеніи Господа.

 

А[рхіепископъ]. Антоній.

 

«Волынскія Епархіальныя Вѣдомости». 1914. № 42. Ч. Неофф. С. 694-697.

 

[1] Нѣсколько лѣтъ мнѣ пришлось читать, не помню чью статью по сему предмету, гдѣ авторъ настаиваетъ на томъ, будто выраженіе слав, текста «свитающи во едину отъ субботъ» означаетъ не разсвѣтъ, а только приближеніе перваго дня послѣ субботы, т. е. что Господь воскресъ и даже двумъ Маріямъ явился въ субботу вечеромъ, вопреки прямому свидѣтельству Марка «воскресъ Іисусъ заутра въ первую субботу». Авторъ сноситъ этотъ стихъ Лук. 23, 54 «бѣ же пятокъ и суббота свиташе». Правда, въ обоихъ случаяхъ употребляется тотъ же греч. глаголъ «епéѳоскен», но ясно, что онъ употребляются не въ одинаковомъ смыслѣ. Вѣдь Лука говоритъ о погребеніи тѣла Господня, совершившемся въ пятницу до наступленія субботняго покоя (ср. Іоан. 19, 42 Лук. 23, 56), а между тѣмъ авторъ едва ли рѣшится утверждать, что двѣ Маріи пошли на гробъ до календарнаго наступленія воскреснаго дня, т. е. до окончанія субботняго покоя. Ясно, что это слово – свиташе («епéѳоскен») у Луки означало не атмосферическое, не свѣтовое состояніе дня (разсвѣта), – какъ у Матѳея, а праздничное (субъективное) ожиданіе – предчувствовалась, предвкушалась суббота, но не субботній разсвѣтъ, а приближеніе праздничныхъ субботнихъ сутокъ, которыя начинаются съ захода, а не съ восхода солнца, около 6 часовъ вечера. Такъ, у насъ въ началѣ великаго поста поютъ, что сіяетъ заря Воскресенія, разумѣется не какъ атмосферическое явленіе, не какъ признакъ скораго восхода солнца, а какъ радостное чувство, предваряющее святую ночь Воскресенія за 48 сутокъ.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:

Церковный календарь:

© Церковный календарь



Подписаться на рассылку: