Иванъ Василевичъ Баженовъ – Опытъ библейскаго оправданія православно-церковнаго вѣрованія въ пришествіе пророка Иліи предъ страшнымъ судомъ Христовымъ.

Пророки Енох и Илия попирают антихриста. Современная сербская икона.

В самом низу страницы помещаеться греческий тропарь праотцу Еноху и пророку Илии из часовни пророков м-ря Влоху в Греции. Перевод осуществлен нашим сотрудником. – ред.

Уже съ самыхъ первыхъ временъ христіанской церкви развивается и съ теченіемъ времени получаетъ въ ней прочную устойчивость свято содержимое православною церковію вѣрованіе, что пророкъ Илія, взятый живымъ на небо, снова, вмѣстѣ съ Енохомъ, явится на землю предъ вторымъ пришествіемъ Христовымъ. Это вѣрованіе выразилось въ произведеніяхъ различныхъ по времени и направленію древнихъ отцовъ и учителей церковныхъ. На Востокѣ св. Іустинъ[1], Ипполитъ[2], учитель Оригенъ[3], Iоаннъ Златоустъ[4], блаж. Ѳеодоритъ[5], Ефремъ Сиринъ[6] и послѣдующіе церковные писатели (напр. Iоаннъ Дамаскинъ, блаж. Ѳеофилактъ[7], на Западѣ же учитель Тертулліанъ[8], Кипріанъ[9], Лактанцій[10], Амвросій Медіоланскій[11], блаж. Іеронимъ[12], Августинъ[13] и мн. др. не разъ въ своихъ сочиненіяхъ прямо или косвенно свидѣтельствуютъ о распространенности этого вѣрованія среди христіанъ, которое уже къ 3 вѣку получаетъ характеръ общецерковнаго воззрѣнія.

Съ тѣхъ поръ вѣрованіе въ, грядущее пришествіе пр. Иліи сдѣлалось достояніемъ всей послѣдующей церкви Христовой и заключено въ священныя пѣснопѣнія православной церкви и церковнослужебныя книги, какъ это показываютъ послѣднія, какъ старопечатныя, такъ и напечатанныя впослѣдствіи. Такъ, издревле и донынѣ наша Россійская церковь воспѣваетъ въ тропарѣ 4 гласа на 20 день іюля: «во плоти ангелъ, пророковъ основаніе, вторый предтеча пришествія Христова Иліа славный». Въ обиходѣ пѣвческомъ при царѣ Михаилѣ Ѳеодоровичѣ содержится слѣдующее величаніе: «Величаемъ тя, святый пророче Божій Иліе, и почитаемъ еже на небеса огненное восхожденіе и паки пришествіе во обличеніе антихриста, спасенія ради людскаго». Въ Анѳологіонѣ, печатанномъ въ Кіевѣ 1619 г., сѣдаленъ по второй стихологіи (20 день іюля) читается такъ: «Вземша тя колесница огненосна, въ трусѣ яко на небо огнедохновенную благодать тебѣ подастъ, Иліе ѳезвитянине, еже не видѣти смерти, дондеже проповѣси всяческимъ кончину, тѣмже пріиди подаяй намъ твоихъ исправленій освященіе» (ср. под. въ Минеѣ, служб. на 20 д. іюля, стихира на вел. вечерни 2 гласа). Въ Тріоди постной, печатанной въ Москвѣ 1620 г., сказано въ синаксарѣ въ недѣлю мясопустную: «предиже седми лѣтъ пріидетъ Енохъ и Иліа проповѣдающа людемъ не пріимати сего» (антихриста). Въ Прологѣ на 20 д. іюля (печат. въ Москвѣ 1642 г.) читаемъ въ похвальномъ словѣ пр. Иліи: «Пророцы вси воплощеніе единороднаго Сына Божія послани быша жестокосердечному проповѣдати Израилю, Иліа же единъ не токмо ко Израилю посланъ бысть, но и ко второму Его пришествію предотеча сохраненъ есть, за еже проповѣдати яко уже Владычній приходъ и лукавое предсказати мечтательное и мерзское царство антихристово... Иліа хотяй быти послѣдній мученикъ во пророцѣхъ, якоже, во апостолѣхъ Стефанъ первый». Въ Макарьевской Минеѣ (рукоп. Моск. Синод. библ. № 179, февраль, л. 874) читаемъ: «перваго пришествія Христа и Бога моего Іоаннъ предтеклъ есть покаянія проповѣдуя, втораго же предтеца будетъ Иліа ѳезвитянинъ» (ср. рукоп. № 182, 20 д. іюль, сказаніе Ѳеодорита). Въ Минеи-Четьи за 20 д. іюля сказано: «видѣнъ бысть Иліа во время преображенія Господа на Ѳаворѣ и паки видѣнъ будетъ плотскими смертными человѣки предъ вторымъ Господнемъ на землю пришествіемъ». Въ книгѣ Кирилловой, печатанной въ Москвѣ 1643 года (гл. 4 знам. 8) содержится слѣдующее изреченіе: «антихриста Христосъ истинный обличити Своихъ угодниковъ Еноха и Илію пошлетъ» (также о явленіи Еноха съ Иліею см. въ Прологѣ, печат. въ Москвѣ 1641 г., на 8 день ноября; въ Анѳологіонѣ на 20 д. іюля и др. церковнослужебныхъ книгахъ)[14].

Приведенныя мѣста представляютъ намъ опредѣленное в авторитетное вѣрованіе Православной Церкви въ грядущее явленіе пр. Иліи вмѣстѣ съ Енохомъ предъ страшнымъ судомъ Христовымъ, Такъ какъ вѣрованія церковныя зиждутся не на одномъ Священномъ Преданіи, но и на Священномъ Писаніи, въ которомъ они должны находить свое начало и опору, то спрашивается теперь, имѣетъ ли вѣрованіе Православной Церкви въ явленіе пр. Иліи достаточныя для себя основанія въ самомъ Писаніи? Высказывая рѣшительное убѣжденіе, что это вѣрованіе имѣетъ полное; библейское оправданіе, не можемъ однако не замѣтить, что тѣ мѣста Свящ. Писанія, въ которыхъ древніе отцы и учители Церкви находили основу и подкрѣпленіе для означеннаго вѣрованія, не заключаютъ въ себѣ непосредственно и положительно выраженпаго ученія о грядущемъ явленіи пророка Божія Иліи. Это и послужило причиною появленія толкованій не въ пользу церковнаго убѣжденія, развѣ за немногими исключеніями[15]. Такое отрицательное отношеніе къ церковному вѣрованію на библейскихъ основаніяхъ можетъ быть еще извинительно для протестантскихъ богослововъ, которые истолковываютъ Свящ. Писаніе независимо отъ святоотеческаго разумѣнія и церковнаго преданія, въ которомъ это вѣрованіе нашло болѣе ясное, чѣмъ въ Писаніи, выраженіе. Непослѣдовательно поступаютъ тѣ католическіе и православные[16] богословы, которые, не отвергая руководственнаго значенія за древнецерковнымъ преданіемъ, изъясняютъ однакоже, вопреки древнему общецерковному воззрѣнію, тѣ библейскія мѣста, въ которыхъ заключается основа для вѣрованія въ грядущее явленіе пр. Иліи, именно въ отношеніи не къ послѣднему, а къ первому предтечѣ Христову Іоанну. Такой характеръ истолкованія со стороны православно-русскихъ богослововъ, при глубокомъ ихъ вѣрованіи въ явленіе пр. Иліи, объясняется, безъ сомнѣнія, увлеченіемъ или безразборчнвымъ пользованіемъ иностранными пособіями. Отсюда всестороннее, по возможности, обстоятельное разсмотрѣніе относящихся къ пр. Иліи библейскихъ мѣстъ, къ сожалѣнію, въ русской богословской литературѣ доселѣ еще не имѣющее цѣльнаго опыта истолковательнаго въ духѣ православнаго вѣрованія, получаетъ само по себѣ большую важность и отчасти по отношенію къ дѣлу полемики съ нашими раскольниками, которые, при своихъ заблужденіяхъ относительно пришествія аптихриста, придаютъ вопросу о явленіи предтечъ Христовыхъ нерѣдко большое значеніе.

Первое основаніе для вѣрованія Православной Церкви въ грядущее явлепіе пр. Иліи имѣется еще въ пророчествѣ о немъ Малахіи, почему скромный опытъ свой мы начинаемъ изслѣдованіемъ этого пророчества.

I. Се Азъ послю вамъ Илію ѳесвитянина прежде пришествія дне Господня великаго и просвѣщеннаго: иже устроитъ сердце отца къ сыну и сердце человѣка ко искреннему его, да не пришедъ поражу землю въ конецъ (4, 5-6). На основаніи этого пророчества среди древнихъ раввиновъ былъ довольно распространенъ тотъ взглядъ, что прежде явленія Мессіи долженъ придти пророкъ Божій Илія и что это имя есть собственное имя предтечи Мессіи. Для такого представленія они имѣли сильнѣйшее основаніе въ самомъ текстѣ еврейскомъ, гдѣ слово ганнави, какъ имѣющее при себѣ опредѣленный членъ, указываетъ на извѣстное читателямъ пророчества лице, именно на того пр. Илію, жизнь и дѣятельность котораго изображены въ 3 и 4 книгахъ Царствъ. Такъ попимали это пророчество еще александрійскіе переводчики, которые, безъ сомнѣнія, подъ вліяніемъ общаго іудеямъ вѣрованія въ явленіе Иліи предъ пришествіемъ Мессіи, перевели выраженіе «Илію пророка» парафрастически: «Илію ѳесвитянина», тѣмъ прямо указывая па извѣстную библейскую личность (ср. Сирах. 48, 9-10). Теперь спрашивается, къ какому же пришествію Мессіи, къ первому или ко второму, слѣдуетъ пріурочивать предреченное Малахіею явленіе пр. Иліи?

Прежде всего обратимъ вниманіе на контекстъ пророческой рѣчи объ Иліи ѳесвитянинѣ. Въ ряду многихъ недостатковъ и пороковъ современнаго Израиля указавъ, между прочимъ, на открытое неудовольствіе и громкій ропотъ его на то, что Іегова медлитъ откровеніемъ Своей славы для обѣтованнаго блаженства евреевъ и наказаніемъ язычниковъ (2, 17), пророкъ Малахія отъ лица Іеговы убѣждаетъ современныхъ евреевъ, что скоро явится въ храмъ Свой Самъ Господь, установитель Новаго Завѣта, и тогда настанетъ строгій и правый судъ; но прежде пришествія этого Ангела завѣта будетъ въ міръ посланъ предуготовитель путей Его, чрезвычайный вѣстникъ (3, 1-2). По согласному толкованію отцовъ и учителей церкви здѣсь рѣчь идетъ о первомъ пришествіи Іисуса Христа, Который явился какъ Ангелъ Новаго Завѣта (Іер. 31, 31-34; Евр. 8, 8-13) и судія обличитель нечестивыхъ современниковъ; предтечею же Его былъ Іоаннъ Креститель, къ лицу котораго относятъ обѣтованіе о вѣстникѣ самъ Іисусъ Христосъ (Матѳ. 11, 10; Лук. 7, 27-28) и св. евангелисты (Марк. 1, 2; Матѳ. 3, 3.). Въ 4 главѣ книги пр. Малахіи также, но сильнѣе и особенными чертами изображается наступленіе великаго суднаго дня Іеговы. Имѣя въ виду вразумить нечетивыхъ евреевъ и склонить ихъ къ раскаянію въ своихъ грѣхахъ, пророкъ отъ лица Іеговы предвозвѣщаетъ, что въ грядущій день суда Іегова истребитъ на землѣ всякое зло и уничтожитъ всѣхъ грѣшниковъ такъ же яростно, какъ огонь пожираетъ въ печи, сильнѣе, чѣмъ на воздухѣ (4, 1), а праведнымъ въ награду даруетъ миръ, счастіе и совершенное блаженство, между прочимъ, состоящее въ господствѣ ихъ надъ нечестивыми врагами-притѣснителями. Наступленіе этого дня Господня великаго и страшнаго будетъ предварено явленіемъ предтечи въ лицѣ Иліи ѳесвитянина, который направитъ сердце отца къ сыну и сердце человѣка къ искреннему своему, чтобы Господь пришедъ не поразилъ землю вскорѣ (5-6). Таковъ ходъ пророческой рѣчи въ концѣ книги Малахіи. Очень многіе толкователи (изъ западныхъ и особенно русскіе) полагаютъ, что и въ заключительномъ отдѣлѣ пр. Малахія изображаетъ также первое пришествіе Мессіи въ міръ для суда и, слѣдовательно, подъ Иліею ѳесвитяниномъ здѣсь разумѣется тотъ же предтеча Мессіи, что и въ 3 гл. 1 ст., т. е. Іоаннъ Креститель. Но такое мнѣніе, при внимательномъ разсмотрѣніи Малахіина пророчества объ Иліи, не можетъ быть признано справедливымъ, ибо въ послѣднемъ отдѣленіи пророческой рѣчи изображается второе пришествіе Мессіи для страшнаго суда.

Въ существѣ своемъ пророческое изреченіе о блаженствѣ праведныхъ и осужденіи нечестивыхъ не исчерпывается первымъ пришествіемъ Мессіи на землю. По пророчеству, боящимся имени Іеговы взойдетъ солнце правды, которое принесетъ исцѣленіе всѣмъ ранамъ и язвамъ, полученнымъ отъ нечестивыхъ враговъ ихъ (4, 2). Если подъ солнцемъ правды можно разумѣть не только царство правды, но и начало, источникъ ея Мессію (ср. Іоан. 1, 5. 9; 8, 12; Лук. 1, 78; ср. Іер. 23, 6; 33, 16 и др.), то временемъ пророческаго утѣшенія для праведныхъ мы должны считать вообще все время царства Христова, въ которомъ первое пришествіе Мессіи представляетъ только начало открытія правды, какъ бы первые лучи восходящаго солнца правды, проникшіе въ тьму нечестія и зла, и потому истребленіе зла было неполное и несовершенное. Только второе пришествіе Мессіи можетъ быть дѣйствительно полнымъ завершеніемъ открытія царства правды, такъ какъ полная побѣда добра надъ зломъ имѣетъ наступить тогда, когда Солнце правды Христосъ Богъ нашъ явится во всей силѣ и славѣ Своей, т. е. при второмъ Его пришествіи. Равно ко второму явленію Его на землю взоръ читателя возводитъ Божіе опредѣленіе угрозы, высказанной въ Словахъ: да не пришедъ поражу землю въ конецъ (6 ст.). Исполненіе этой страшной угрозы, конечно, нельзя ограничивать страшнымъ опустошеніемъ Палестины въ 70 г. по Р. X. римлянами, разрушеніемъ Іерусалима и разсѣяніемъ іудедеевъ по всему лицу земли, ибо этими бѣдствіями не были искоренены или истреблены всецѣло нечестивые. Такъ какъ здѣсь изрекается Божіе проклятіе на нечестивыхъ (Мал. 3, 5. 19; Ис. 34, 5; Зах. 14, 11; 3 Цар. 20, 42), то должно разумѣть совершенное истребленіе всякаго зла и нечестія на землѣ, а это совершится только при всеобщемъ судѣ (2 Петр. 3, 10. 13). Поэтому мпогіе древніе отцы и учители Церкви исполненіе разсматриваемаго пророчества о блаженствѣ праведниковъ и наказаніи грѣшниковъ справедливо относили ко второму пришествію Іисуса Христа на землю. Св. Златоустъ говоритъ, что: словами: да не пришедъ поражу землю въ конецъ, пр. Малахія являетъ второе пришествіе Мессіи, на судъ, и, значитъ, къ этому времени слѣдуетъ относить исполненіе пророчества о явленіи пр. Иліи и подъ нимъ нельзя разумѣть предтечу Господня Іоанна. Также св. Іустинъ, въ бесѣдѣ съ Трифономъ, напоминая о томъ, что различается два, пришествія Христа, говоритъ, что только послѣднему изъ нихъ будетъ предшествовать Илія пророкъ, ибо сказано, что Илія будетъ предшествовать, великому и страшному дню Господню, а этотъ день и есть второе славное пришествіе Господа[17].

Если согласимся признать, что въ пророчествѣ. Малахіи о явленіи Иліи ѳесвитянина рѣчь идетъ о первомъ пришествіи Мессіи, тогда мы вынуждаемся раздѣлить то общеіудейское воззрѣніе, по коему Онъ явится, какъ строгій судія для осужденія язычниковъ. Правда, повидимому, такой же взглядъ раскрывается и въ нѣкоторыхъ мѣстахъ Евангелія, гдѣ Самъ Спаситель говоритъ: на судъ Азъ въ міръ сей пріидохъ (Іоан. 9, 37) или: Отецъ не судитъ никомуже, но судъ весь даде Сынови (5, 22. 27. 28). Однако судъ этотъ нужно представлять не въ такомъ видѣ, въ какомъ евреи по своимъ извращеннымъ понятіямъ о Мессіи ожидали Его наступленія. Судъ Мессіи не внѣшній и зависитъ едннственно отъ вѣры или невѣрія людей въ Сына Божія (Іоан. 3, 18), такъ что вѣра оправдаетъ, сдѣлается источникомъ жизни вѣчной (5, 24), между тѣмъ невѣріе осудитъ; невѣрующій въ божество Іисуса Христа и искупительную силу Его смерти уже своимъ невѣріемъ произноситъ на себя осужденіе, дѣлаетъ себя далекимъ отъ спасенія. Здѣсь очевидно, разумѣется нравственный судъ надъ невѣрующими въ настоящей жизни, но, безъ сомнѣнія, вмѣстѣ предуказывается и на послѣдній судъ всеобщій, такъ какъ осужденіе на землѣ невѣрующихъ въ Сына Божія неминуемо повлечетъ для такихъ будущее на страшномъ судѣ осужденіе и вѣчную гибель (ср. Іоан. 12, 48). Безъ сомнѣнія, съ цѣлію разсѣять одностороннее представленіе іудеевъ о Мессіи, какъ только о Судіи мздовоздаятелѣ, Спаситель Самъ сказалъ имъ: не пріидохъ, да сужду мірови, но да спасу міръ (12, 47) или: не посла Богъ Сына Своею въ міръ да судитъ мірови, но да спасется Имъ міръ (3, 17). Значитъ, главная цѣль перваго пришествія Мессіи на землю состояла въ томъ, чтобы даровать спасеніе всѣмъ людямъ чрезъ вѣру въ Него, положить за людей душу Свою, сдѣлать безъ всякаго различія іудеевъ и язычниковъ участниками всѣхъ благъ Своего царства въ настоящей и будущей жизни. Притомъ Іисусъ Христосъ въ первый разъ явился въ состояніи крайняго уничиженія и безславія (ср. Ис. 53, 2-3; Пс. 21, 6-7) и только во второе пришествіе явится во всей Своей славѣ и силѣ (Дан. 7, 13-14; Матѳ. 25, 3; 26, 64; Лук. 9, 26). Если же Іисусъ Христосъ приходилъ на землю, какъ Спаситель, Искупитель, а не какъ славный Судія, мздовоздаятель, имѣющій праведнымъ даровать блаженство (Матѳ. 25, 34; Апок. 7, 16), а грѣшниковъ осудить на вѣчныя мученія (Матѳ. 3, 12; 2 Сол. 1, 9), какимъ изображается Богъ въ заключительномъ пророчествѣ Малахіи, то очевидно, что здѣсь указывается не первое, но второе или послѣднее пришествіе Спасителя для всеобщаго страшнаго суда.

Что іудеи отпосили явленіе Иліи ѳесвитянина къ первому пришествію Мессіи, это объясняется тѣмъ, что имъ не было присуще представленіе о двукратномъ пришествіи Его. Оставивъ безъ вниманія пророчества Давида (21 пс.) и Исаіи (53 гл.) объ уничиженномъ состояніи Мессіи на землѣ, евреи мыслили только славное и единственное пришествіе Его въ міръ для блаженствованія ихъ самихъ и суда надъ язычниками (ср. Прем. Солом. 3, 7-8; 5, 15-24). Съ другой стороны, и пр. Малахія въ разсматриваемомъ пророчествѣ не различаетъ отдѣльныхъ моментовъ царства Мессіи, или перваго и второго Его пришествія, но обнимаетъ его своимъ пророческимъ взоромъ во всей полнотѣ, какъ одинъ день. Что въ пророческой рѣчи Іеговы у Малахіи безраздѣльно представляется первое и второе пришествіе Мессіи, то въ этомъ видна присущая лишь нѣкоторымъ пророческимъ изображеніямъ та особенность, что въ нихъ часто не бываетъ хронологически точной и раздѣльной перспективы событій. Въ пророческомъ созерцаніи характерныя, но сходныя между собою, черты, событія близкія и отдаленныя, сходныя по существу, представляются нерѣдко какъ бы на одной общей картинѣ въ перспективѣ и какъ бы сливаются, особенно если событіе ближайшее служитъ прообразомъ другого отдаленнѣйшаго. Такъ, у пр. Исаіи (40-66 гл.) совмѣстно изображены событія освобожденія евреевъ изъ Вавилонскаго плѣна и избавленія всѣхъ людей изъ плѣна царства тьмы; также въ пророческой рѣчи Спасителя (Матѳ. 24 гл.), повидимому, безраздѣльно представлены будущія событія разрушенія Іерусалима и вмѣстѣ кончины міра, или въ Ев. Іоанна, 5, 21-31, не вполнѣ раздѣльно изображается воскрешеніе двоякое: нравственное, духовное въ настоящей жизни и тѣлесное – всеобщее для будущей.

Такъ точно и въ разсматриваемомъ пророчествѣ Малахіи въ одинъ общій образъ дня Господня великаго сливаются двѣ разновременныя эпохи: первое безславное пришествіе Мессіи на землю, какъ бы уже бывшее и потому исключаемое изъ круга пророческаго созерцанія, и второе имѣющее быть славнымъ явленіе Его для суда страшнаго. Внимательный читатель Малахіина пророчества, особенно же при свѣтѣ новозавѣтнаго толкованія, легко можетъ усмотрѣть и убѣдиться, что первое пришествіе Мессіи имѣетъ (Мал. 3, 1.) быть предварено явленіемъ вѣстника Господня въ лицѣ Іоанна Крестителя, второе же и славное будетъ предварено явленіемъ пр. Иліи[18] ѳеевитянина (4 гл.), который такимъ образомъ имѣетъ быть вторымъ предтечею Мессіи, между тѣмъ евреи, имѣя представленіе только о единомъ Его пришествіи, конечно, могли разумѣть и ожидать предтечу только въ лицѣ упомянутаго въ пророчествѣ Иліи.

II. Между тѣмъ какъ по тщательномъ изслѣдованіи пророчества Малахіи оказывается, что въ немъ заключается обѣтоваше Іеговы о явленіи пр. Божія Иліи предъ вторымъ пришествіемъ Мессіи, въ нѣкоторыхъ мѣстахъ Евангелій, повидимому, указывается исполненіе пророческаго обѣтованія въ лицѣ Іоанна Крестителя. Еще до рожденія Іоаннъ предуказанъ былъ отцу его, священнику Захаріи, архангеломъ Гавріиломъ, какъ лице, которое предъидетъ предъ Нимъ (Мессіей) духомъ и силою Иліиною, обратити сердца отцомъ на чада, и противныя въ мудрости праведныхъ, уготовати Господеви люди совершены (Лук, 1, 17). Такъ какъ въ словахъ благовѣстника зачатія Іоанна нельзя не признать нѣкотораго видимаго соотношенія съ пророчествомъ Малахіи, то отсюда многіе толкователи думали видѣть здѣсь опредѣленное указаніе на будущее осуществленіе этого пророчества въ лицѣ Крестителя. Но очевидно, что архангелъ не дѣлаетъ всецѣлаго примѣненія этого пророчества къ Іоанну; послѣдній въ выраженіи: предъидетъ духомъ и силою Иліиною только сравнивается съ пр. Иліею для того, чтобы выразительнѣе указать великое значеніе дѣятельности его какъ предтечи Мессіи. Св. Златоустъ замѣчаетъ въ объясненіе этихъ словъ: «объ Іоаннѣ сказано, что онъ предъидетъ предъ Господомъ духомъ и силою Иліиною, ибо Іоаннъ не творилъ знаменій, какъ Илія, ни чудесъ, Іоаннъ убо, сказано, не сотвори знаменія ни единаго (Іоан. 10, 41). Что же значатъ слова: духомъ и силою Иліиною? то, что Іоаннъ будетъ проходить то же самое служеніе. Какъ Іоаннъ былъ предтечею перваго пришествія Христова, такъ Илія будетъ предтечею Его второго и славнаго пришестія» (4 бес. на 2 Сол.; под. у бл. Ѳеофилакта). Предтеча Іоаннъ будетъ совершать проповѣдь покаянія и дѣйствовать съ тѣмъ же духомъ пламенной несокрушимой ревности и нравственнымъ могуществомъ, съ какимъ во время безбожія и религіознаго отупѣнія народа израильскаго дѣйствовалъ извѣстный по своей ревности въ дѣлѣ возстановленія истиннаго богопочитанія пр. Илія, которому по силѣ и величію духа принадлежитъ безспорно выдающееся мѣсто среди ветхозавѣтныхъ пророковъ (Сир. 48, 1). Какъ Илія, пламенный ревнитель Іеговы и грозный обличитель нечестія и идолопоклонства во время Ахава и Іезавели, искавшихъ за то смерти этого пророка, проводилъ время въ постѣ и молитвѣ въ дикихъ пещерахъ кармильскихъ (3 Цар. 17, 3-7; 19, 4-18) и, подпоясанный кожанымъ поясомъ (4 Цар. 1, 8), неутомимо являлся всюду громить развращенный народъ и нечестиваго царя, обличать лживыхъ пророковъ и уничтожать жрецовъ идольскихъ, такъ точно Іоаннъ, ревностный проповѣдникъ покаянія, имѣвшій одежду изъ верблюжьяго волоса и поясъ кожаный (Матѳ. 3, 4), съ ранняго дѣтства жилъ въ суровой пустынѣ при-іорданской, проводя суровую аскетическую жизнь (Матѳ. 11, 18) и, энергически обличая фарисеевъ и саддукеевъ, безстрашныя угрозы и обличенія свои направлялъ противъ Ирода и Иродіады, отъ рукъ которыхъ и пострадалъ (Матѳ. 14, 3-14). Вслѣдствіе многихъ поразительно сходныхъ чертъ въ особенностяхъ внѣшняго вида и образа жизни и особенно въ самомъ служеніи, жизнь и дѣятельность пр. Иліи является какъ бы прообразомъ жизни и дѣятельности Іоанна Крестителя, который притомъ настолько сильно напоминалъ современникамъ образъ величаваго Иліи, что за него именно народъ готовъ былъ признать Крестителя. Въ этомъ-то пророчески созерцаемомъ сходствѣ удовлетворительное для себя объясненіе находитъ ангельское усвоеніе Іоанну Предтечѣ служенія въ духѣ и силѣ Иліи пророка.

III. Далѣе, Іоаннъ Креститель своимъ необычайнымъ служеніемъ, именно, призывомъ къ покаянію и крещенію, произвелъ сильное возбужденіе въ толпѣ народной. При всеобщемъ тогда ожиданіи скораго явленія Мессіи могла у многихъ іудеевъ родиться мысль: явившійся на Іорданѣ пророкъ не есть ли тотъ Илія, который, по пророчеству Малахіи, долженъ предварить пришествіе Мессіи. Стоустная молва объ отличительной дѣятельности Крестителя вскорѣ же привлекла къ нему особенное вниманіе членовъ синедріона, на которыхъ лежала обязанность блюсти вѣру и преданія отцевъ въ чистотѣ, слѣдить за религіозными движеніями въ народѣ и охранять его отъ обманщиковъ. И вотъ іерусалимскій синедріонъ, нарочито отправляетъ къ Іоанну Крестителю оффиціальное изъ священниковъ и левитовъ посольство допросить его: кто онъ, какая цѣль его дѣятельности, между прочимъ, не Илія ли онъ? Въ виду того, что современнымъ іудеямъ несомнѣнно было извѣстно происхожденіе Іоанна отъ Захаріи священника и, слѣдовательно, они не могли отождествлять его съ Иліею ѳесвитяниномъ, вопросъ ихъ слѣдуетъ понимать въ смыслѣ выраженнаго ими недоумѣнія по поводу того, что, вопреки ожиданіямъ своимъ видѣть предъ явленіемъ Мессіи самого пр. Илію, они самыми обстоятельствами вынуждаются въ Іоаннѣ усматривать образъ могучаго Ѳесвита, а за этимъ въ ихъ душѣ оставался скрытый вопросъ о томъ, какъ же слѣдуетъ понимать пророчество Малахіи о явленіи Иліи. Креститель рѣшительнымъ отвѣтомъ: нѣсмь Иліа открыто отвергъ слагавшееся о немъ представленіе современниковъ и сказалъ: азъ гласъ вопіющаго въ пустыни: исправите путь Господень, якоже рече Исаіа пророкъ (Іоан. 1, 21-23; ср. Ис. 40, 3). Такъ Іоаннъ, по собственному его сознанію, не былъ Илія, который среди евреевъ извѣстенъ съ прозваніемъ Ѳесвитянина, но лишь тотъ вѣстникъ, предтеча, который, по слову Исаіи, долженъ предвозвѣстить о пришествіи Мессіи и пригововитъ іудеевъ къ достойному принятію Его (Матѳ. 3, 3). Какъ будто, Іоаннъ въ отвѣтъ членамъ синедріона намѣренно ссылается на это пророчество Исаіино, чтобы его нельзя было перетолковать такъ же ложно, какъ современные ему книжники изъясняли пророчество Малахіи о явленіи Иліи. Слѣдовательно, уже самымъ рѣшительнымъ со стороны Крестителя отрицаніемъ личнаго его тождества съ Иліею пророкомъ, въ духѣ и силѣ котораго тотъ совершалъ свое служеніе, исключается возможность прилагать къ Іоанну и его дѣятельности Малахіино пророчество, которое такимъ образомъ исполнится только съ явленіемъ самого пр. Божія Иліи.

IV. Сторонники мнѣнія, будто пророчество Малахіи объ Иліи нужно разумѣть въ приложеніи къ Іоанну Крестителю, преимущественно ссылаются на то, что Самъ Іисусъ Христосъ не только народу іудейскому указываетъ, что Іоаннъ есть Илія. (Матѳ. 11, 10. 14), но и апостоламъ, свидѣтелямъ Его преображенія, также подтверждаетъ, говоря, что Илія пришелъ въ лицѣ Крестителя (Матѳ. 17, 11-13); этимъ, повидимому, разрушается въ основѣ наше воззрѣніе на личный предметъ разсматриваемаго пророчества.

По поводу посольства Іоаннова Спаситель указаніемъ на чудотворенія Свои (Матѳ. 11, 1-5; ср. Ис. 35, 5) засвидѣтельствовалъ для учениковъ Крестителя (св. Златоустъ, Оригенъ, Іеронимъ и другія) ту истину, что Онъ есть дѣйствительно обѣтованный Мессія и затѣмъ въ рѣчи Своей къ народу по отшествіи тѣхъ учениковъ изобразилъ значеніе служенія Предтечи, со времени проповѣди котораго о Грядущемъ такъ открыто обнаружилась горячая духовная стремительность къ небесному царству, препобѣждающая всевозможныя препятствія; ибо, по словамъ Спасителя, до Іоанна всѣ пророки и законъ только предвѣщали наступленіе царства Мессіи, съ явленіемъ же Предтечи царство небесное было объявлено уже открытымъ (Матѳ. 11, 7-13). Возбуждая чрезъ это слушателей къ вѣрѣ въ Себя, какъ истиннаго Мессію, и вмѣстѣ полагая предѣлъ напраснымъ ихъ ожиданіямъ инаго (3) Мессіи, Іисусъ Христосъ далѣе говоритъ объ Іоаннѣ: и аще хощете пріяти, той есть Иліа хотяй пріити (14). Спрашивается: указываетъ ли здѣсь Спаситель на то, что въ лицѣ Іоанна пророчество Малахіи о явленіи Иліи исполнилось? Должно замѣтить прежде всего, что только что предъ этимъ Іисусъ Христосъ категорически приложилъ къ Іоанну Крестителю пророчество Малахіи объ ангелѣ, предуготовителѣ пути Господня (10 ст.), а здѣсь, называя Іоанна Иліею, говоритъ: аще хощете пріяти. Это выраженіе, очевидно, имѣетъ цѣлію указать слушателямъ на то, что Іоаннъ на самомъ дѣлѣ еще не есть обѣтованный Илія ѳесвитянинъ, тождество съ которымъ и самъ Креститель ранѣе открыто отрицалъ предъ депутаціею отъ синедріона. Дѣло въ томъ, что послѣ сдѣланнаго Спасителемъ примѣненія къ Іоанну пророчества Малахіи объ ангелѣ-предтечѣ іудеи могли думать, что Мессія, значитъ, еще не пришелъ, ибо, не различая двухъ Его пришествій на землю, пророчество о явленіи Иліи пріурочивали къ пришествію Мессіи вообще. Для того, чтобы разсѣять заблужденія іудеевъ и убѣдительнѣе, рѣшительнѣе побудить ихъ вѣровать не разъ исповѣданной Іоанномъ истинѣ, что Онъ есть истинный Мессія, Сынъ Божій, Іисусъ Христосъ неожиданно для слушателей и говоритъ: Іоаннъ есть Илія, т. е. Іоанна, о которомъ было ангеломъ предвозвѣщено, что придетъ предъ явленіемъ Мессіи въ духѣ и силѣ Иліи, справедливо можно назвать Иліей, но чрезъ присоединеніе оговорки: аще хощете пріяти имѣетъ въ виду показать, что онъ – Илія не самолично или безусловно, а лишь въ нѣкоторомъ извѣстномъ смыслѣ, только какъ подобный Иліи въ отношеніи своего служенія. Слѣдовательно, примѣненіе къ Іоанну пророчества Малахіи объ Иліи Господь здѣсь ограничиваетъ только духовно-нравственною стороною, давая разумѣть, что въ лицѣ Іоанна, какъ предтечи перваго пришествія Мессіи, пророчество Малахіиио исполнилось не вполнѣ и не въ собственномъ смыслѣ. Вотъ какъ объ этомъ разсуждаетъ блаж. Августинъ. «У несвѣдущихъ можетъ вызвать недоумѣніе то, что Іисусъ сказалъ объ Іоаннѣ: "онъ есть Илія", а Іоаннъ сказалъ о себѣ: "я не Илія"». Это мнимое противорѣчіе учитель находитъ возможнымъ примирить такимъ изъясненіемъ. «Господь Іисусъ желалъ предложить образъ Своего второго пришествія и сказать, что Іоаннъ былъ въ духѣ Иліи; а чѣмъ Іоаннъ былъ при первомъ пришествіи, тѣмъ будетъ Илія при второмъ. Какъ двояко пришествіе Судіи, такъ двоякаго рода и предвозвѣстники. Сперва Судія долженъ былъ явиться въ такомъ видѣ, что Самъ былъ осужденъ: посему Онъ послалъ предъ Собою Іоанна и называлъ его Иліею, ибо Илія будетъ тѣмъ же при второмъ пришествіи, чѣмъ былъ Іоаннъ при первомъ. Господь говорилъ фигурально, Іоаннъ же въ собственномъ смыслѣ. Если ты взираешь на Предтечу, то Іоаннъ есть Илія; если же ты спрашиваешь о личности, то Іоаннъ и есть Іоаннъ, а Илія есть Илія» (Толков. на 1 гл. св. Іоанна). Что Іисусъ Христосъ дѣлаетъ здѣсь иносказательное примѣненіе Малахіина пророчества къ Іоанну, на это указываетъ отчасти то, что вслѣдъ за тѣмъ чрезъ обычное возглашеніе народныхъ учителей: имѣяй уши слышати да слышитъ (15 ст.) Онъ призываетъ слушателей быть особенно внимательными къ Его словамъ, какъ заключающимъ въ себѣ нѣчто таинственное (ср. Матѳ. 13, 9. 13; Мар. 4, 9. 23; 7, 16; Лук. 8, 8; 14, 35 и др.). Слѣдуетъ обратить вниманіе и на то, что Спаситель употребилъ выраженіе: Иліа хотяй пріити, т. е. имѣющій придти или которому должно придти, очевидно – объ Иліи ѳесвитянинѣ, между тѣмъ, если бы Онъ теперь имѣлъ намѣреніе сдѣлать приложеніе даннаго пророчества Малахіи всецѣло только къ Іоанну, выразился бы иначе: «онъ есть Илія, уже пришедшій или явившійся».

V. Также въ бесѣдѣ Спасителя съ приближенными учениками во время сошествія съ горы преображенія можно находить основаніе для вѣрованія въ явленіе пр. Иліи предъ вторымъ пришествіемъ Іисуса Христа. Весь ходъ мыслей въ этой бесѣдѣ, по изображенію евангелистовъ Матѳея и Марка, можно представить въ такомъ видѣ. Преславное преображеніе Іисуса Христа возбудило въ апостолахъ несомнѣнную вѣру въ Его божество, но чтобы не дать большей пищи плотскимъ ожиданіямъ народа, «Іисусъ запретилъ апостоламъ разсказывать о томъ, что они видѣли, доколѣ Сынъ Человѣческій не воскреснетъ изъ мертвыхъ. И они удержали это слово, спрашивая другъ друга, что значитъ воскреснуть изъ мертвыхъ» (Матѳ. 17, 9; Марк. 9, 9-10). Спаситель ранѣе говорилъ, что прежде воскресенія Ему необходимо страдать и умереть (Матѳ. 12, 40; 16, 21; Іоан. 2, 12; 3, 14). Спутники Преобразившагося, какъ и остальные Его ученики, представляя Сына Бога живого (Матѳ. 16, 16) вѣчнымъ владыкою новооснованнаго Имъ царства (Іоан. 12, 34; ср. Пс. 109, 4;- Дан. 7, 13-14), никакъ не могли понять, какъ Христосъ вкуситъ смерть, когда Онъ можетъ возстать изъ мертвыхъ собственною силою, какъ Онъ можетъ побѣдить смерть, подвергшись ея власти, зачѣмъ умирать, если нужно воскреснуть и т. под. Вмѣстѣ съ тѣмъ теперь, послѣ преображенія Господня, апостоловъ занимала мысль о томъ, что по вѣрованію книжниковъ и всего народа предъ пришествіемъ Мессіи долженъ явиться Илія ѳесвитянинъ, между тѣмъ по убѣжденію апостоловъ, Илія, кромѣ явленія на Ѳаворѣ, не предшествовалъ Іисусу Христу; слѣдуетъ ли видѣнное ими ѳаворское явленіе Иліи признать за то, о которомъ предсказалъ пр. Малахія? Апостолы, повидимому, представляли, что предреченное явленіе Иліи будетъ не тайное и мимолетное, какъ на горѣ преображенія, а открытое и продолжительное, что его миссія возстановленія въ людяхъ первоначальныхъ чистыхъ чувствъ (Мал. 4, 5) будетъ сопровождаться широкою въ религіозно-нравствениомъ отношеніи реформаторскою дѣятельностію, подготовительною для достойнаго принятія Мессіи. Поэтому они не могли удовольствоваться Ѳаворскимъ явленіемъ пр. Иліи, такъ какъ здѣсь не было выполнено то, что предлежало ему совершить на землѣ соотвѣтственно всему объему Малахіина о немъ пророчества. Съ другой стороны, если Мессіи долженъ предшествовать Илія, какъ устроитель истинныхъ отношеній между людьми и, слѣдовательно, по сужденію апостоловъ, правда не высказанному открыто, послѣ преобразовательной дѣятельности Иліи не должно быть мѣста для проявленія ожесточенной къ Іисусу Христу враждебности современниковъ, то этимъ исключалась и возможность Его страданій и смерти, имѣющихъ завершиться воскресеніемъ. Поэтому ученики съ недоумѣніемъ теперь вопрошали Спасителя о томъ, насколько справедливо мнѣніе книжниковъ о пришествіи пр. Иліи и какъ поистинѣ слѣдуетъ понимать пророчество о немъ. Тогда Іисусъ Христосъ сказалъ имъ въ отвѣтъ: Иліа убо пріидетъ прежде и устроитъ вся (Матѳ. 11 ст.) и како есть писано о Сынѣ Человѣческомъ да много постраждетъ и уничиженъ будетъ (Марк. 12 ст ). Глаголю же вамъ, яко Иліа уже пріиде и не познаша его, но сотвориша о немъ елика восхотѣша: такъ и Сынъ Человѣческій иматъ пострадати отъ нихъ. Тогда разумѣша ученицы, яко о Іоаннѣ Крестителѣ рече имъ (Матѳ. 12-13 ст.).

Повидимому, Спаситель теперь рѣшительно изъяснилъ пророчество Малахіи о Иліи въ приложеніи къ Іоанну, почему отвѣтъ Господа обыкновенно излагаютъ въ такомъ видѣ. Согласно пророчеству Малахіи, долженъ придти пр. Илія; но онъ уже приходилъ, въ лицѣ Крестителя, какъ Богомъ посланнаго (Іоан. 1, 6) предтечи Мессіи. Противъ такого пониманія приведемъ въ данномъ случаѣ толкованіе св. Златоуста по поводу вопроса апостоловъ и отвѣта Спасителя. «Была молва о пришествіи Христа и Иліи; но книжники несправедливо толковали ее. Писаніе повѣствуетъ о двухъ пришествіяхъ Христа, о бывшемъ и будущемъ (2 Тим. 6, 11-13)... Также пророки о томъ и другомъ упоминаютъ[19]; они говорятъ, что предтечею одного изъ нихъ, именно второго, будетъ Илія, а перваго былъ Іоаннъ, котораго Христосъ называетъ Иліею не потому, чтобы онъ былъ Илія, а потому что онъ совершалъ служеніе его. Ибо какъ Илія будетъ предтечею второго пришествія Его, такъ Іоаннъ былъ предтечею перваго. Но книжники, сливая то и другое и развращая народъ, упоминали предъ народомъ объ этомъ только второмъ пришествіи и говорили, что если сей есть Христосъ, то Илія долженъ предварить Его своимъ пришествіемъ. Какой же отвѣтъ далъ Христосъ? Илія точно придетъ тогда предъ вторымъ Моимъ пришествіемъ, но и нынѣ пришелъ Илія, называя симъ именемъ Іоанна; этотъ Илія пришелъ, а ежели спрашиваешь о Ѳесвитянинѣ, то онъ придетъ... дабы убѣдить іудеевъ принять вѣру во Христа и устроить вся т. е. исправить невѣріе іудеевъ, тогдашняго времени» (Бес. на 17 гл. Матѳ.). Блаж. Ѳеофилактъ даетъ подобное же толкованіе: «еже глаголетъ (Іисусъ Христосъ), яко Иліа пріидетъ прежде, являетъ, яко и еще не дошелъ есть, пріити же имать предваряя второму пришествію (под. у Іустина); а еже глаголетъ: яко Иліа убо пріиде, предтечу Іоанна глаголетъ; сотвориша бо ему елика восхотѣша, сирѣчь убиша его. Тогда востроумившеся ученицы разумѣша, яко Іоанна и Илію глаголетъ, понеже предотеча бѣста первому Его пришествію, якоже и Иліа будетъ второму пришествію». Основаніе для такого именно толкованія отвѣта Спасителя представляетъ самый текстъ послѣдующій, гдѣ глаголы стоятъ въ будущемъ времени въ выраженіи: Иліа пріидетъ и устроитъ вся[20]. Такая конструкція не позволяетъ разумѣть здѣсь Іоанна Крестителя, пришествіе котораго было уже совершившимся фактомъ; иначе слѣдовало бы допустить въ рѣчи Спасителя непонятный анахронизмъ въ представленіи бытія и дѣятельности Іоанна; послѣдующее же предложеніе: глаголю же вамъ, яко Иліа уже пріиде нѣтъ твердыхъ основаній считать изъяснительнымъ. Весь отвѣтъ Іисуса Христа, по повѣствованію евангелистовъ, можно представить въ такомъ видѣ. Въ 11 стихѣ Онъ показываетъ, какъ должно было произойти по древнимъ пророчествамъ: предсказанное Малахіею объ Иліи, что онъ долженъ придти прежде Мессіи, – несомнѣнная истина, и Господь не осуждаетъ этого вѣрованія, какъ произвольнаго мнѣнія книжниковъ. Съ другой стороны, о Сынѣ Человѣческомъ писано, что Онъ долженъ пострадать (12 ст. Марк.); слѣдовательно, и явленіе Иліи и страданія Мессіи должны произойти по имѣющимся налицо пророчествамъ. Въ 12 стихѣ Спаситель показываетъ, какъ произошло на самомъ дѣлѣ: одинъ предтеча Мессіи Илія по духу и силѣ, т. е. Іоаннъ, уже пришелъ; пророческое служеніе его имѣло свое мѣсто предъ первымъ пришествіемъ Господа и не могло исчерпать всего объема предсказанія Малахіи о будущей миссіи пр. Иліи; въ громадномъ большинствѣ іудеи не узнали въ Крестителѣ посланника Божія, который хотя былъ не одно лицо съ древнимъ Иліей, но облеченъ подобнымъ же служеніемъ, такимъ же духомъ и силою, и поступили съ нимъ какъ хотѣли, по желаніямъ жестокаго и непокаяннаго сердца, заключивъ его въ темницу и предавъ смерти (Матѳ. 14, 1-12). Тогда ученики поняли, что Онъ говорилъ имъ объ Іоаннѣ Крестителѣ. Эта печальная судьба перваго Предтечи Христова, не достигшаго устроенія должныхъ отношеній въ Израилѣ вслѣдствіе нравственнаго нерадѣнія, великой невнимательности и злой воли іудеевъ, предначертывала и будущій исходъ (Лук. 9, 31) Іисуса Христа, Которому, согласно древнимъ пророчествамъ, надлежитъ много пострадать и быть уничижену въ недалекомъ будущемъ. Къ Нему современные жестоковыйные іудеи обнаружатъ еще большую злобу, чѣмъ къ Его Предтечѣ; длинный рядъ своихъ беззаконій и преступленій они завершатъ страшнымъ погибельнымъ для себя дѣломъ – убіеніемъ самого Мессіи. Но Онъ послѣ страданій смертныхъ воскреснетъ и откроетъ Свое царство правды, предъ кончиною же міра, незадолго до предреченнаго славнаго Своего явленія на землю, пошлетъ Илію ѳесвитянина. Такъ, при правильномъ истолкованіи отвѣта Спасителя, даннаго апостоламъ послѣ Его преображенія, не устраняется усматриваемое здѣсь еще древними отцами и учителями Церкви основаніе для церковнаго вѣрованія въ грядущее пришествіе пр. Иліи.

VI. Означенное вѣрованіе отцы и учители Церкви, между прочимъ, подкрѣпляли и свидѣтельствомъ Апокалипсиса, гдѣ (11 гл.) рѣчь идетъ о двухъ великихъ свидѣтеляхъ, которые при пришествіи антихриста будутъ Богомъ посланы на землю, гдѣ будутъ пророчествовать въ продолженіе 1260 дней и силою Божіею творить великія чудеса; затѣмъ антихристъ вступитъ въ брань съ ними и побѣдитъ ихъ и убьетъ; но Богъ чрезъ 3½ дня воскреситъ вѣрныхъ слугъ Своихъ и они, въ виду враговъ своихъ, вознесутся на облакахъ на небо (2-13 ст.). Чудодѣйствія, приписываемыя этимъ свидѣтелямъ (низведеніе огня, заключеніе небесъ), будутъ во многомъ имѣть сходство съ чудесами, совершенными нѣкогда пр. Иліею, почему отцы Церкви единодушие его разумѣли подъ однимъ изъ свидѣтелей. Другимъ свидѣтелемъ, имѣющимъ предшествовать самому пришествію Христову, они считаютъ праведнаго патріарха Еноха на томъ основаніи, что онъ въ концѣ допотопнаго періода – явился также ревностнымъ проповѣдникомъ правды во времена нечестія и безбожія нечестиваго племени (Быт. 5, 22. 24); съ великою силою обличая грѣшниковъ, онъ указывалъ имъ на грядущій страшпый судъ Божій (Іуд. 1, 14-15) и за свою примѣрную святость былъ переселенъ въ блаженное жилище, не испытавъ смерти (Быт. 5, 24), какъ и пр. Илія. При представленіи сходнаго образа жизни и дѣятельности этихъ двухъ ветхозавѣтныхъ праведниковъ и также одинаковой ихъ судьбы въ прошломъ, отцы и учители Церкви (св. Кипріанъ, Златоустъ, Амвросій, Ефремъ Сиринъ, Іоаннъ Дамаскинъ, Тертулліанъ, Августинъ, Іеронимъ и др.), имѣя несомнѣнныя библейскія основы для вѣрованія въ явленіе пр. Иліи, могли естественно заключить къ одинаковому возвращенію ихъ въ міръ и одинаковой судьбѣ ихъ въ будущемъ. Отчасти, основаніемъ для ожиданія явленія Еноха и Иліи въ качествѣ предтечъ Христовыхъ служило и то убѣжденіе, что эти два лица не умерли обыкновенною смертію, но какъ бы доселѣ живутъ въ сокровенномъ мѣстѣ, или, по словамъ блаж. Ѳеофилакта, «Иліа и Енохъ не умроста, но обаче смертна», а между тѣмъ непремѣнно лежитъ человѣкомъ единою умрети (Евр. 9, 27), – слѣдовательно, и они должны же когда нибудь умереть[21] и для этого снова явиться на землѣ, потому что «лжа, по истинѣ лжа, еже безъ смерти быти человѣку» (Тертулліанъ, Ѳеофилактъ). Такъ, Амвросій Медіоланскій говоритъ, что Богъ взялъ пр. Илію на небо для того, чтобы въ свое время опять возвратить его землѣ (под. у св. Кипріана). Въ посольствѣ Иліи и спутника его Еноха предъ днемъ суднымъ, отцы Церкви вмѣстѣ съ тѣмъ усматривали послѣднее по долготерпѣнію проявленіе того же неизреченнаго человѣколюбія и величайшей благости, по которой Богъ Отецъ и Сына Своего не пощадилъ, но предалъ за всѣхъ насъ (Римл. 8, 32). Св. Кириллъ Александрійскій говоритъ: «доказательство благости и долготерпѣнія Божія, что прежде явится къ намъ Илія ѳесвитянинъ и возвѣститъ обитателямъ всей вселенной о близкомъ пришествіи Судіи» (под. св. Ипполитъ, Ефремъ Сиринъ)[22].

VII. Наконецъ нѣкоторое основаніе для своего вѣрованія въ явленіе пр. Иліи отцы и учители Церкви находили и въ той миссіи, какая предназначена ему въ пророчествѣ Малахіи. Въ словахъ: «онъ обратитъ сердца отцевъ къ дѣтямъ» усматривая пророческое указаніе на обращеніе іудейскаго народа въ концѣ міра, они ставили это мѣсто въ непосредственную связь съ 11 гл. посл. къ Римлянамъ, гдѣ ап. Павелъ учитъ, что отпаденіе Израиля въ невѣріе имѣетъ своимъ послѣдствіемъ вступленіе язычниковъ въ Церковь Христову и это для того, чтобы, возбудивъ въ Израилѣ ревность, привлечь туда же впослѣдствіи и іудеевъ (25-27 ст.); случившееся съ Израилемъ только временное ослѣпленіе будетъ продолжаться до тѣхъ поръ, пока не войдутъ въ ограду вѣры «всѣ предузнанные Богомъ язычники» (Ѳеофилактъ). «По принятіи же проповѣди язычниками увѣруютъ и іудеи, когда придетъ великій Илія и возвѣститъ имъ ученіе вѣры» (под. св. Амвросій, бл. Ѳеодоритъ) или въ другомъ мѣстѣ, въ объясненіе пророчества Малахіи, тотъ же Златоустъ говоритъ: «Ѳесвитъ придетъ предъ тѣмъ пришествіемъ, когда будетъ судъ... дабы онъ убѣдилъ іудеевъ принять вѣру въ Іисуса Христа и дабы, когда Сей пріидетъ, не всѣ они совершенно погибли; почему Онъ, приводя имъ на память сіе, сказалъ: и устроитъ вся т. е. онъ все исправитъ; невѣріе іудеевъ, которые до тѣхъ поръ останутся въ живыхъ, онъ превратитъ въ увѣренность» (под. Ѳеофилактъ, Iоаннъ Дамаскинъ). Такимъ образомъ, по ученію отцевъ и учителей Церкви, пр. Илія явится возстановителемъ истинныхъ теократическихъ отношеній израиля къ Іеговѣ, устроителемъ должныхъ отношеній евреевъ между собою и къ Мессіи; своею проповѣдью о Немъ, какъ грядущемъ славномъ Судіи, произведетъ поразительное дѣйствіе на закоренѣлыя сердца іудеевъ, воспламенитъ въ нихъ искру вѣры въ Мессію, словомъ, будетъ посредникомъ въ дѣлѣ обращенія къ Нему большинства и притомъ лучшихъ изъ еврейскаго народа.

Не ограничиваясь выполненіемъ этой ближайшей своей миссіи, пр. Илія совмѣстно съ Енохомъ будетъ предвозвѣщать людямъ о послѣдней кончинѣ и выступитъ противъ антихриста, предъ пришествіемъ котораго всюду будетъ проявляться слабая вѣра въ людяхъ и даже безвѣріе (Лук. 18, 8; 2 Сол. 2, 11-12; 2 Тим. 3, 5); неспособность къ истинно-христіанскому настроенію, страстное увлеченіе земными наслажденіями и занятіями корыстными, какъ во времена Ноя и Лота (Матѳ. 24, 37), преобладаніе животныхъ инстинктовъ въ людяхъ и т. под. будутъ обычными явленіями. На почвѣ нравственнаго разлада и нестроенія вслѣдствіе отсутствія христіанской любви въ вѣрующихъ (Лук. 12, 49; Матѳ. 24, 12) разовьется ложное пророчество или лжеучительство (Матѳ. 24, 10), и самозванные пророки силою краснорѣчія увлекутъ многихъ на ложный путь невѣрія и развращенія. Въ эти-то печальныя времена Илія вмѣстѣ съ Енохомъ и явится какъ предвозвѣстить іудеямъ, коснѣющимъ въ невѣріи Iисусу Христу, о грядущемъ Его пришествіи, помочь Израилю въ нравственномъ его исправленіи и очищеніи, такъ и «еже проповѣдати во всемъ мірѣ о антихристовѣ пришествіи» (св. Ипполитъ) и предостеречь міръ отъ вѣры въ него. По ученію св. Ипполита, «цѣль ихъ, съ одной стороны, въ томъ, чтобы научить насъ и увѣдомить, чтобы мы имѣли въ виду пришествіе сопротивника, а съ другой стороны, чтобы обратить людей ко Христу» (под. св. Ефремъ Сиринъ). «Илія тогда потщится водворить миръ между старшими членами царства Божія (отцами) – іудеями и младшими – христіанами изъ язычниковъ, наученными вѣрѣ Христовой отъ іудеевъ-апостоловъ, прекратить вражду между тѣми и другими и соединить всѣхъ въ одной Церкви, и это для того, чтобы Господь не покаралъ страшнымъ судомъ жителей земли непокорныхъ Ему и нераскаянныхъ» (еп. Виссаріонъ, въ толков. 4, 5. кн. Малахіи). Во время, послѣдней миссіи своей «Илія и Енохъ сотворятъ знаменія и чудеса, дабы, хотя симъ вразумить и обратить людей къ покаянію отъ чрезмѣрнаго ихъ беззаконія и нечестія» (св. Ипполитъ). Когда же явится антихристъ и будетъ требовать себѣ Божескаго почтенія (2 Сол. 2, 6-7) и свое мнимобожеское достоинство доказывать разнообразными чудесами (2 Сол. 2, 9; Апок. 13, 2. 13) въ уловленіе людей погибающихъ, особенно же іудеевъ, среди которыхъ найдетъ себѣ радушный пріемъ (Іоан. 5, 43), тогда пр. Божій Илія вмѣстѣ съ Енохомъ еще съ большимъ рвеніемъ и энергіею выступитъ для противодѣйствія антихристу. Совокупная дѣятельность ихъ будетъ имѣть тотъ благой результатъ, что многіе изъ іудеевъ совсѣмъ не послѣдуютъ антихристу, другіе же какъ изъ іудеевъ, такъ и христіанъ, сначала по религіозному ослѣпленію своему и ожесточенію сердца повѣрившіе аптихристу, хотя не всѣ, вскорѣ отвергнутся отъ него, и такъ оба пророка Божіи будутъ противодѣйствовать антихристу до тѣхъ поръ, пока не будутъ имъ умерщвлены (Апок. 11, 7).

***

Такъ при надлежащемъ проникновеніи во всю глубину пророчества Малахіи о грядущемъ явленіи Иліи и правильномъ, подъ руководствомъ св. отцевъ и учителей церковныхъ, истолкованіи относящихся сюда мѣстъ изъ новозавѣтныхъ Писаній получаетъ прочную устойчивость то вѣрованіе Православной Церкви, что незадолго предъ кончиною міра Богомъ будетъ въ міръ посланъ пр. Илія и, по церковному преданію, вмѣстѣ съ Енохомъ. Правильное экзегетическое освѣщеніе и разумѣніе тѣхъ мѣстъ Писанія, на которыхъ зиждется это вѣрованіе, имѣетъ важное значеніе для православныхъ богослововъ по отпошепію къ неправомыслящимъ о явленіи пр. Иліи раскольникамъ. Такъ, напр., безпоповцы почти безусловно отрицаютъ явленіе пр. Иліи во плоти, полагая, что это нужно разумѣть не чувственно, а духовно, въ несобственномъ, иносказательномъ какомъ либо смыслѣ. Имѣя въ виду изреченіе въ Книгѣ о вѣрѣ: «посланы будутъ Енохъ и Илія и Іоаннъ евангелистъ съ ними къ утвержденію вѣрныхъ, Енохъ о законѣ естественномъ, Илія же о законѣ писанномъ, а Іоаннъ о законѣ благодати» (гл. 30, л. 270 об.), безпоповцы утверждаютъ, что подъ Енохомъ, Иліею и Іоанномъ слѣдуетъ разумѣть не лицъ опредѣленныхъ, а законы: естественный (Енохъ), писанный (Илія) и благодатный (Іоаннъ). Но въ приведенномъ изреченіи дается мысль лишь о томъ, что означенныя лица будутъ посланы для утвержденія вѣрныхъ «о законѣ» т. е. отъ закона или въ законѣ того времени, въ которое каждый изъ нихъ жилъ, или что они будутъ обличать антихриста: Енохъ – естественнымъ закономъ совѣсти и разума, Илія – писаннымъ закономъ Моисея и писаніями пророковъ, Іоаннъ же – закономъ благодати, т. е. на основаніи новозавѣтныхъ священныхъ книгъ. Если же безпоповцы хотятъ подъ именемъ Еноха разумѣть книги и писанія, тогда является много несообразностей: ветхозавѣтный законъ былъ евреямъ данъ задолго до воплощенія Спасителя, между тѣмъ Онъ говоритъ, что Илія пріидетъ (Матѳ. 17, 11); далѣе, по ученію отцовъ Церкви и старопечатнымъ книгамъ, Илія и Енохъ будутъ Богомъ посланы предъ самою кончиною міра, а книги и писанія существовали уже до Рождества Христова. По мнѣнію безпоповцевъ, подъ Иліею и Енохомъ слѣдуетъ разумѣть вообще подобныхъ Иліи ревнителей вѣры и благочестія, твердо стоящихъ противъ еретиковъ и мучителей, въ частности же самихъ безпоповцевъ, такъ какъ они ревностно обличаютъ «никоновы новшества». Но такое и вообще аллегорическое пониманіе явленія Иліи и Еноха легко опровергается тѣмъ, что въ Апокалипсисѣ заключаются опредѣленныя указанія признаковъ и свойствъ обоихъ великихъ свидѣтелей, изъ которыхъ, по крайней мѣрѣ, одинъ имѣетъ близкое (по дѣятельности) сходство съ пр. Иліею; затѣмъ, къ ревнителямъ вѣры не могутъ быть приложены тѣ черты, что оба свидѣтеля будутъ убиты антихристомъ и тѣла ихъ будутъ лежать въ Іерусалимѣ въ продолженіе 3½ дней, а потомъ воскреснутъ и будутъ взяты на небо (Апок. 11, 7-12). Сами безпоповцы въ день пр. Иліи воспѣваютъ въ тропарѣ: «во плоти ангелъ, пророковъ степень, вторый предтеча пришествія Христова»...; ужели такъ они славословятъ не пр. Илію, а какихъ-то другихъ лицъ, ревновавшихъ о вѣрѣ и благочестіи?! Необходимо обратить вниманіе и на сужденіе по данному вопросу протопопа Аввакума, одного изъ первыхъ и видныхъ расколоучителей. «Вѣрою Енохъ преставленъ бысть и не видѣ смерти, донеже Господь паки представитъ его со Иліею обличити лютаго врага послѣдняго антихриста. Пришествіе ихъ будетъ плотію, а не духомъ: а якоже соблазнившеся нѣцы и мудрствуютъ, неправедно глаголютъ пророковъ духомъ, а не плотію пріити: и сіе бо есть нечестиво и противно Писанію; духа кто можетъ убити? а пророковъ антихристъ убіетъ, не души, но тѣлеса ихъ» (поуч. къ благовѣрнымъ). Отступивъ отъ этого первоначальнаго воззрѣнія, раскольники, между тѣмъ, сами говорятъ: «пророкъ оныхъ (Иліи и Еноха) чувственнаго прихода доселѣ еще не видимъ» (кн. о скрыт. священ.). Если же, по сознанію безпоповцевъ и по свидѣтельствамъ Св. Писанія, еще не приходили Илія и Енохъ и оба имѣютъ явиться въ міръ предъ пришествіемъ антихриста, то отсюда разсѣевается и то великое заблужденіе раскольниковъ, будто антихристъ нѣкогда уже пришелъ и царствуетъ на землѣ. Съ другой стороны, вмѣстѣ съ признаніемъ несомнѣнности того, что пр. Илія и его спутникъ Енохъ явятся чувственно на землѣ, должно быть признано справедливымъ то ученіе, что и антихристъ долженъ быть человѣкъ чувственный, и царствовать будетъ видимо, а не духовно; иначе чувственное пришествіе пророковъ для обличенія антихриста должно быть признано безцѣльнымъ.

 

И. Баженовъ.

«Костромскія Епархіальныя Вѣдомости». 1897. Ч. Неофф. № 15. С. 382-395; № 17. С. 465-474; № 18. С. 498-502.

 

[1] Разговоръ съ Трифономъ іудеемъ, 8 и 49 гл.

[2] Показаніе о Христѣ и антихристѣ.

[3] Толков, на 1 гл. еванг. Іоанна.

[4] Толков. на 11 и 17 гл. ев. Матѳея и на 2 Солун. 2 гл.

[5] Толков. на 4 гл. Малахіи.

[6] Проповѣдь объ антихристѣ.

[7] Толков. на 11 и 17 гл. Матѳ.

[8] Книга о душѣ, гл. 5, 35 и 50; ср. «О воскресеніи плоти».

[9] О горахъ Синаѣ и Сіонѣ.

[10] Божеств. наставленія, 1, VII. гл. 17.

11 De paenitentia, lib. 1. с. 8, 34.

[12] Письмо къ Алгасіи, также въ толков, на 17 гл. Матѳ. и псалм. 13 и 20.

[13] Толков. на 1 гл. Іоанна и «О градѣ Божіемъ», XX, 19.

[14] Выдержки заимствованы изъ книги Адріана Озерскаго «Выписки изъ старописьменныхъ и старопечатныхъ книгъ», ч. 1.

[15] Сюда должны быть отнесены изъ нѣмецкихъ толкователей: Ольсгаузенъ, Ебрардъ, Лехлеръ, Штиръ и др. немногіе; – изъ русскихъ: свящ. Вишняковъ въ соч. «Св. Іоаннъ Предтеча»; еп. Михаилъ въ толкованіи на ев. Матѳея; еп. Виссаріонъ въ объясненіи 4 гл. кн. Малахіи; профессоръ М. Муретовъ въ статьѣ «Вопросъ Крестителя и отвѣтъ Господа» (Прав Обозр. 1883 г. ноябрь); И. Виноградовъ въ соч. «Будущность церкви Христовой» и Н. Глубоковскій въ статьѣ о Преображеній Господнемъ (Прав. Обозр. 1888 г. 3 т. 225-230 стр.).

[16] Имѣется въ виду толкованія на 4 гл. кн. Малахіи въ учебныхъ руководствахъ къ изученію пророческихъ книгъ, X. Орда, Хергозерскаго, И. Смирнова, также въ монографіи «Толков. кн. пр. Малахіи», печат. въ Чтен. Общ. люб. дух. просвѣщенія, 1888 г. 1 ч. 588-594 стр.; не встрѣчается рѣшительныхъ сужденій по вопросу о грядущемъ явленіи пр. Иліи и въ руководствахъ къ объясненію Евангелій Боголѣпова, Иванова и Кохомскаго.

[17] Въ подобномъ же значеніи выраженіе «день великій и просвѣщенный» разумѣется въ разъясненіи ап. Петромъ пророчества Іоиля (2, 31). Въ рѣчи своей въ праздникъ Пятьдесятницы (Дѣян. 2 гл.) указавъ въ глаголаніи апостоловъ разными языками начало исполненія этого пророчества, апостолъ дальнѣйшими словами пророка предъизображаетъ явленіе карающихъ судовъ Божіихъ въ великихъ и страшныхъ знаменіяхъ на землѣ и на небѣ, «прежде нежели наступитъ день Господень великій и славный». Но лишь нѣкоторыя изъ пророческихъ чертъ нашли свое исполненіе (напр., кромѣ изліянія Св. Духа, судъ Божій надъ Израилемъ въ 70 г. по Р. Хр.); въ полномъ же своемъ объемѣ или во всѣхъ отдѣльныхъ частяхъ предреченныя знаменія, конечно, имѣютъ предшествовать тому второму и славному явленію Судіи–Іисуса Христа, которому усвояется названіе «дня великаго» по величію и рѣшительному для рода человѣческаго значенію суда и «страшнаго» – для міра злаго и развращеннаго, ибо это – день истребленія всѣхъ нечестивыхъ.

[18] Въ доказательство того, что пророчество Малахіи о явленіи Иліи нельзя относить къ нему въ буквальномъ или собственномъ смыслѣ, а нужно подъ нимъ разумѣть лишь того же предтечу, о которомъ рѣчь идетъ въ 3, 1, слѣдовательно, Іоанна Крестителя, которому, какъ увидимъ далѣе, въ евангеліяхъ усвояется имя Иліи, сторонники этого воззрѣнія указываютъ между прочимъ на то, что въ Писаніи иногда имена предковъ переносятся на потомковъ по сходству ихъ дѣятельности. Такъ, Іезекіиль называетъ Мессію Давидомъ (31, 23-24; ср. 37, 24), равно Іеремія (30, 9; ср. 23, 5; Ос. 3, 5) или въ 4 Царствъ Іиуй, умертвившій царя Іорама и іудейскаго царя Охозію, называется Замріею, убійцею Илы, царя израильскаго (9, 31; 3 Цар. 16, 10). Отсюда полагаютъ, что пр. Малахія, изображая также и въ концѣ своей книги дѣятельность предтечи Мессіи – Іоанна Крестителя, только сравниваетъ ее съ дѣятельностію пр. Иліи, почему переноситъ имя послѣдняго на лице перваго. Но этому мнѣнію противостоятъ другія, хотя немногія пророческія мѣста Писанія, въ которыхъ рѣчь относится непосредственно къ названному лицу. Такъ, въ 44, 28 и 45, 1-6 кн. Исаіи освободителемъ евреевъ изъ Вавилонскаго плѣна названъ по имени Киръ, царь Персидскій; въ пророчествѣ человѣка Божія веѳильскаго уже за 300 лѣтъ названъ іудейскій царь Іосія (3 Цар. 13, 2; ср. еще Іерем. 32, 6-8). Сюда же можно относить и предреченное наименованіе Мессіи у Исаіи (7, 14. ср. Матѳ. 1, 21-25) или предтечи Господня – Іоанномъ (Лук. 1, 13). Почему же теперь къ разряду этихъ отличительныхъ пророчествъ не относить и пророчество Малахіи объ Иліи Ѳесвитянинѣ?! Отъ ранѣе даннаго обѣтованія о явленіи перваго, не упомянутаго по имени, предтечи Мессіи въ духѣ и силѣ Иліи (т. е. Іоанна Крестителя) Іегова здѣсь возводитъ вдохновенно-просвѣщенный взоръ послѣдняго ветхозавѣтнаго пророка къ созерцанію имѣющаго предъ всеобщимъ днемъ суднымъ наступить пришествія и дѣятельности Иліи самолично, какъ второго предтечи Мессіи.

[19] Св. Ипполитъ говоритъ: «какъ два пришествія Господа и Спаса нашего указаны въ св. Писаніи: одно, первое, во плоти, было безславно по причинѣ Его уничиженія (ср. Ис. 53, 2-3), второе же пришествіе Его будетъ славно, такъ какъ Онъ придетъ съ небесъ со множествомъ ангеловъ и во славѣ Отчей (ср. Ис. 33, 17; Дан. 7, 13-14), такъ и два предтечи предсказаны: первый Іоаннъ, сынъ Захаріи, второй – Илія ѳесвитянинъ».

[20] Настоящее время глагола ἔρχεται не должно приводить насъ въ смущеніе, ибо и у классиковъ оно (этого глагола) нерѣдко употребляется въ значеніи будущаго времени, какъ и здѣсь, что явствуетъ изъ соотвѣтствія ему послѣдующаго глагола въ будущемъ времени: ἀποκαταστήσει.

[21] Такой взглядъ развитъ у тѣхъ церковныхъ писателей, которые стояли за непреображенное состояніе, въ какомъ находятся до второго пришествія Илія и Енохъ. «И Енохъ и Илія восхищены и не обрѣли своей смерти, ибо она отсрочена; они сохраняются, чтобы умереть» (Тертулліанъ). По мнѣнію многихъ отцовъ церкви (Ириней, Амвросій, Григорій Назіанзинъ, Аѳанасій, особенно же Златоустъ, бл. Іеронимъ), Енохъ и Илія находятся лишь въ прославленномъ состояніи, чѣмъ исключается состояніе смерти, и означенные отцы Церкви, признавая будущее возвращеніе ихъ на землю, не говорятъ о смерти ихъ, а даже о нетлѣніи плоти трактуютъ.

[22] Къ Еноху и Иліи нѣкоторые отцы и учители Церкви (напр. Ипполитъ, Амвросій и др.) присоединяютъ еще ап. Іоанна Богослова именно на основаніи относящагося къ нему изреченія Спасителя: «если Я хочу, чтобы онъ пребылъ, пока пріиду... И пронеслось это слово между братіями, что ученикъ тотъ не умретъ. Но Іисусъ не сказалъ ему, что не умретъ, но: если Я хочу, чтобы онъ пребылъ, пока пріиду» (Іоан. 21, 22-23). Это изреченіе дало поводъ думать, что Іоаннъ еще находится въ живыхъ и какъ бы только спитъ въ своемъ гробѣ (въ Ефесѣ) на подобіе умершаго, почему имѣетъ возвратиться на землю вмѣстѣ съ двумя великими свидѣтелями. Но вѣрованіе въ грядущее явленіе евангелиста Іоанна представляетъ болѣе личный взглядъ того или другого отца и учителя церковнаго; постоянно же въ общецерковномъ преданіи о предтечахъ Мессіи встрѣчаются рядомъ лишь два имени: Иліи и Еноха.

 

Праотцу Еноху и пророку Иліи, тропарь (изъ часовни пророковъ м-ря Влоху въ Греціи), гл. 1: Троицы Святыя угодницы божественніи,/ иже на Небеса преселившіися нетлѣнно вышнимъ мановеніемъ,/ Енохъ убо праведныхъ основаніе,/ Илія же пророковъ доброта,/ Христу молятся о насъ, спастися вопіющихъ:/ слава Обезсмертившему вы,/ слава Вѣнчавшему вы,// слава Дѣйствующему вами всѣмъ исцѣленія. (пер. съ греч.).

Ἀπολυτίκιου τῶν Ἁγίων καί Δικαίων Προφητῶν Ένώχ καί Ήλιού [Δυο Ζώντες Προφήτες]. Ήχος α’. Τού λίθου σφραγισθέντος.
Τριάδος τής Αγίας θεράποντες οί θείοι, οί εις οὐρανούς μεταστάντες, ἀφθάρτως θείᾳ νεύσει. Ένώχ γε τῶν δικαίων ἡ κρηπίς, Ήλίας προφητῶν ἡ καλλονἡ, καί Χριστόν οἱ δυσωποῦντες ὑπέρ ἡμῶν, σωθεῖναι τῶν βοόντων. Δόξα τῷ ἀφθαρτίσαντι ὑμάς· δόξα τῷ στεφανώσαντι ὑμάς· δόξα τῷ ἐνεργοῦντι δι’ ὑμών, πᾶσιν ἰάματα.


КАНОН - Свод законов православной церкви



«Благотворительность содержит жизнь».
Святитель Григорий Нисский (Слово 1)

Рубрики:

Популярное:





Подписаться на рассылку: